Файл: Kriminologia_Pod_red_Dolgovoy_A_I_Uchebnik_2005.pdf

Глава 33. Пенитенциарная преступность 

861 

5. Половые эксцессы осужденных, выражающиеся в: а) сек­

суальных преступлениях (изнасилование, понуждение к дейст­
виям сексуального характера и др.); б) насильственных действи­
ях сексуального характера (сексуальные контакты между муж­
чинами, женщинами, иные действия сексуального характера, 
под которыми понимают удовлетворение половой потребности 

другими способами); в) проституции легальной, гомосексуаль­

ной. 

6. Обращение с наркотическими или другими запрещенными 

веществами или предметами. 

7. Особого внимания заслуживает так называемое

 массовое 

преступное поведение,

 особенно массовые побеги, массовые бес­

порядки. Криминологически значимы массовые эксцессы осуж­

денных: массовый отказ от приема пищи, массовый невыход на 

работу. Они могут свидетельствовать о нарушении закона в отно­
шении осужденных либо криминальной организационной дея­

тельности. Если не принимать соответствующих профилактиче­
ских мер, такие эксцессы способны перерастать в особо опасные 

групповые преступления. 

Преступность сотрудников органов и учреждений, исполняющих 

уголовное наказание, включает преимущественно должностные пре­

ступления, а также связанные с незаконным оборотом наркотиков. 

Структура такой преступности в начале XXI в. была следующей: 

злоупотребление должностными полномочиями (21,9%); превы­
шение должностных полномочий (10,9%); взяточничество (7,8%); 
присвоение и растрата, халатность (по 3,1%); «наркотические» 
преступления (21,8%); кражи (3,1%); против жизни и здоровья 
(3,1%); «транспортные» преступления (1,6%); и др. 

Динамика пенитенциарной преступности в 1992—2003 гг. ха­

рактеризуется резким снижением абсолютного числа зарегистри­
рованных преступлений

1

 (табл. 115). 

1

 Во всех ИУ России совершалось в 1980—1990-х гг. от 1,5 до 5 тыс. 

преступлений в год. Осужденных содержалось в колониях от 0,5 до 

1 млн. Коэффициент преступности на тысячу осужденных составляет 

в среднем от 1,5 до 20 преступлений в зависимости от вида исправи­

тельного учреждения. В структуре преступности по всем ИУ в начале 

1990-х гг. на первом месте находилось уклонение от отбывания наказа­

ния, куда были включены побеги из колоний-поселений, затем — побе­

ги из ИУ, на третьем — различные виды обращения с наркотическими 

веществами, на четвертом — причинение тяжкого вреда здоровью, на 

пятом — сопротивление представителям администрации, декриминали-

зированное в новом УК РФ. 

862 

Раздел V. Отдельные виды преступности 

Таблица 115 

Динамика числа зарегистрированных 

пенитенциарных преступлений в России в 1992—2003 гг. 

Зарегист­
рировано 

преступ­

лений 

Общее 
кол-во 

Годы 

1992 

2588 

1993 

3012 

1994 

2785 

1995 

3581 

1996 

2842 

1997 

1886 

1998 

1571 

1999 

1374 

2000 

1091 

2001 

1003 

2002 

723 

2003 

726 

Анализ сведений, содержащихся в таблице, показывает: а) пик 

регистрируемой пенитенциарной преступности приходится на 

1995 г., когда было зарегистрировано 3581 преступление, что на 

27,5% больше, чем в предыдущем году; б) начиная с 1996 г. и до 

2003 г. сохраняется тенденция снижения уровня регистрируемой 

преступности. 

Указанные процессы происходили на фоне резкого снижения 

общего числа осужденных к лишению свободы. Однако, судя по 

статистическим данным, снижалась также интенсивность пени­

тенциарной преступности осужденных (рис. 7). 

Интенсивность пенитенциарной зарегистрированной преступ­

ности осужденных наиболее высока в колониях-поселениях и 

ниже всего — в тюрьмах и следственных изоляторах (табл. 116). 

Из данных официальной статистики следует, что в 2003 г. по 

сравнению с 1992 г. общее число зарегистрированных в исправи­

тельных учреждениях преступлений уменьшилось на 1862, или на 

71,9%. Вместе с тем наблюдаются и некоторые опасные тенден­

ции. 

В структуре пенитенциарной преступности начала XXI в. вы­

деляются пять групп наиболее распространенных преступлений: 

1) против правосудия (41,7%); 2) против здоровья населения и 

общественной нравственности (15%); 3) против порядка управле-

Рис. 7. Интенсивность преступности в ИК — коэффициент 

пенитенциарной преступности в расчете на 1000 осужденных 

Глава 33. Пенитенциарная преступность 863 

Таблица 116 

Интенсивность и структура пенитенциарной преступности 

в исправительных учреждениях 

Вид ИУ 

Колонии-поселения 

Воспитательные колонии 

И К общего режима 

И К строгого режима 

И К особого режима 

Тюрьмы,  С И З О 

Прочие (противотуберкулез­
ные ИК, больницы в ИК, 

транзитно-пересыльные 

пункты (ТПП) в составе ИК) 

Доля осужденных, совершивших 

преступления, от общего количе­

ства отбывающих наказание, % 

1,47 

0,3 

0,13 

0,13 

0,16 

0,05 

0,11 

Удельный вес за­

регистрированных 

преступлений,

 % 

30 

3,4 

28,8 

21,2 

2,2 

8,0 

6,4 

ния (11%); 4) против личности (9,4%); 5) против общественной 

безопасности и общественного порядка (3,13%). 

Если в 1992 г. удельный вес побегов составлял 38,4%, то в 

1997 г. он увеличился до 40%. В дальнейшем происходило его 

стабильное снижение до 22% в 2003 г.

1 

Изменения удельного веса и числа преступлений, предусмот­

ренных ст. 314 «Уклонение от отбывания лишения свободы» 
УК РФ, носили неоднозначный характер

2

. В 1997 г. их удельный 

вес составил 5,3%. В 2000 г. произошло сокращение рассматри­
ваемых преступлений до 94, но удельный вес составил значитель­

ную цифру — 9,4%. В 2003 г. наблюдалось резкое снижение чис-

1

 Состояние преступности в ИУ, в том числе и побегов, зависит и от 

изменения законодательства. Изменение редакции ст. 188 УК РСФСР 

Законом РФ от 19 февраля 1993 г. № 4510-1 и признание оставления ко­

лонии-поселения уклонением от отбывания наказания резко изменило 

количественные показатели побегов в общей структуре преступности. 

Вступление в силу УК РФ повлекло изменение числа побегов в сторону 

увеличения в первую очередь из колоний-поселений. 

2

 Негативное воздействие на общее состояние преступности оказали 

имевшие место в 1995 г. 227 случаев невозвращения осужденных из пре­

доставленного им отпуска (удельный вес составил 6,3% от числа всех 

преступлений, совершенных в ИУ). В 1996 г. выявлено 235 случаев не­

возвращения из отпуска, что составляет 8,3% от общей массы зарегист­

рированной пенитенциарной преступности. 

864 

Раздел V. Отдельные виды преступности 

ла данных преступлений (в два раза, до 45), в то время как удель­

ный вес продолжал оставаться значительным — 8,8%'. 

Если в 1983 г. незаконные операции с наркотическими сред­

ствами по удельному весу были всего лишь на пятом месте 
(7,1%), то в 1999 г. преступления этого вида переместились на 

третье место с показателем 14,9%, а в 2002 г. — на второе с 

удельным весом 15%, что в принципе отражает актуализацию в 
стране наркотической проблемы с 1985 г. 

Как показали исследования Н. П. Барабанова, проведенные в 

2000 г., места лишения свободы привлекают особое внимание 

дельцов наркобизнеса как объекты, в которых содержатся потре­

бители наркотиков. Наиболее подвержены такому воздействию те 

учреждения, которые находятся в крупных городах или вблизи 

них, в регионах со сложной наркоситуацией. Кроме того, нарко­

тики и другие сильнодействующие вещества всегда занимали в 

жизни осужденных значительное место, поскольку они в условиях 

изоляции остаются чуть ли не единственным средством, исполь­

зуемым для снятия стрессов, чувства тревоги, характерных для 

осужденных. С другой стороны, наркотический «подогрев» поощ­

ряется преступной субкультурой

2

, а потому увеличение обращения 

с наркотиками в структуре преступности в ИУ может служить по­

казателем усиления влияния криминальных обычаев и традиций. 

Наркотические средства в учреждениях УИС изымаются, как 

правило, в малых количествах. Это свидетельствует, во-первых, о 

возрастании латентное™ незаконного оборота наркотических 

средств среди осужденных при наличии объективных предпосы­

лок к росту данного вида преступлений; во-вторых, о быстрой 

реализации доставляемых наркотиков и отлаженном механизме 

их поставки и сбыта осужденным, который глубоко законспири­

рован, в том числе и не без участия персонала ИУ; в-третьих, о 

необходимости активизации работы оперативных аппаратов УИН 

по выявлению каналов поступления наркотических средств в мес­

та лишения свободы для привлечения к ответственности лиц, не­

законно сбывающих наркотические средства, создании в УИН, 

УВД, УФСБ совместно с образованным недавно Комитетом по 

контролю наркотических средств объединенного банка данных о 

лицах, совершающих незаконный сбыт наркотических средств. 

1

 По материалам ГУИН Минюста России. 

2

 Поданным исследований, проведенных в 1990 г. Ю. А. Алферовым 

и В. Г. Козюлей, каждый пятый наркоман приобщился к наркотикам 

именно в местах лишения свободы (см.:

 Алферов Ю. А., Козюля В. Г. 

Наркомания в ИТУ и пути ее преодоления: Учеб. пособие. М., 1990. 

С. 7). 

Глава 33. Пенитенциарная преступность 

865 

В течение последних 10 лет доля убийств (с покушениями) и 

причинения тяжкого вреда здоровью (в том числе повлекшего 

смерть потерпевшего) снизилась с 16,8% в общем количестве за­

регистрированных пенитенциарных преступлений осужденных в 

1992 г. до 9,4% в 2002 г. и до 7% в 2003 г. 

Удельный вес деяний, связанных с дезорганизацией деятель­

ности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, по 

сравнению с 1992 г. (1,2%) возрос до 3,3% —- в 1997 г. и до 4% — 

в 1998 г.

1 

Отмечается стабильный рост удельного веса наиболее опасных 

насильственных преступлений (убийство и причинение тяжкого 

вреда здоровью) с 8,3 до 10,4%. Снижение этого качественного по­

казателя до уровня 1995 г. произошло лишь в 2001 г., когда доля 

данных преступлений в структуре пенитенциарной преступности 

составила 8%. В 2003 г. на фоне некоторого снижения доли (до 

21%) наиболее опасных насильственных преступлений, указанных 

выше, в структуре преступности мест лишения свободы наблюдал­

ся самый большой с 1997 г. рост доли дезорганизации деятельности 

учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества, — до 13%. 

Среди причин нынешнего положения дел с насильственной 

преступностью в местах лишения свободы необходимо назвать 

явно недостаточное использование в качестве меры предупреж­

дения тяжкой насильственной преступности норм УК РФ с так 

называемой двойной превенцией, среди которых особенно зна­

чимы ст. 119, ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 116, ч. 2 ст. 321. 

Несмотря на неоднократные указания ГУИН Минюста Рос­

сии по совершенствованию борьбы с тяжкими и особо тяжкими 

преступлениями против личности, руководители ИУ не предпри­

нимают необходимых мер для возбуждения уголовных дел по 

преступлениям небольшой и средней тяжести в целях предупре­

ждения более тяжких, не желая увеличивать общее количество 

зарегистрированных преступлений

2

. 

1

 Из них удельный вес таких деяний с насилием, не опасным для 

жизни или здоровья и опасным для жизни и здоровья, в 1997 г. составил 

1,6%, а в 2001 г. этот показатель снизился до 0,8%. Однако в 2002 г. в 

структуре пенитенциарной преступности доля числа зарегистрирован­

ных преступленй осужденных, предусмотренных ст. 321 «Дезорганиза­

ция деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества» 

УК РФ, резко возросла — до 11%, а в 2003 г. она составила 13,6%. 

2

 Так, в 2002 г. количество возбужденных уголовных дел в ИК УИС 

по ч. 1 и ч. 2 ст. 213 УК РФ (хулиганство) снизилось по сравнению с 

2001 г. на 38,7% (с 31 до 19), дезорганизации деятельности учреждений, 

квалифицируемых по ч. 1 и ч. 2 ст. 321 УК РФ, — на 20,2% (с 84 до 67). 

В ряде учреждений территориальных органов УИС установленные в ходе