ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 08.07.2021
Просмотров: 176
Скачиваний: 1
5
Как Путин ядерный щит развалил
2015 или стратегические останки - российский ядерный щит уже давно под контролем американцев
Интересное интервью известного ракетчика, доктора технических наук Юрия Савельева «Савраске», посвященное недавнему договору Медведева-Обамы о разоружении. Довольно страшный текст, в котором развенчиваются дерьмократические мифы о нашей военной мощи. К огромному сожалению, при власти либералов она сокращается как шагреневая кожа. Когда это произойдет окончательно, с Западом Россия уже не сможет разговаривать на прежних тонах. Сейчас мы на прямой дороге к гибели
– Юрий Петрович, скажите сразу просто и ясно – вы сторонник разоружения?
– А на сложные вопросы нет и не может быть простых ответов. Чтобы оценить Договор ОСВ-2, требуется вспомнить, чем располагали стороны на момент распада Советского Союза. Возьмем 1987 год. На тот момент Советский Союз располагал 30 тысячами ядерных зарядов, у Соединенных Штатов их было 25 тысяч. При этом каждую неделю и США, и СССР производили по 16 ядерных зарядов, и процесс «ядеризации» грозил стать необратимым.
Поэтому ни у кого
из специалистов не вызывало сомнения,
что разоружение необходимо. Вопрос
только в одном – какое? На паритетных
началах или со все нарастающим
преимуществом одной из сторон? Вот под
этим углом зрения и надо рассмотреть
весь процесс разоружения, а также
последний Договор ОСВ-2.
Так вот, к
началу 90-х годов у Советского Союза была
такая конфигурация ядерного арсенала.
На долю стратегических ядерных сил
(СЯС) приходился 10 271 заряд (это так
называемая «ядерная триада»: баллистические
ракеты сухопутного и морского базирования,
а также тяжелые бомбардировщики с
ядерным оружием на борту). Соединенные
Штаты в своих стратегических ядерных
силах имели 10 563 ядерных заряда. Здесь
у нас с американцами был практически
полный паритет по числу зарядов.
Однако конфигурация «ядерной триады» у нас и американцев сильно отличались друг от друга. В Советском Союзе основной упор был сделан на тяжелые баллистические ракеты – их у нас было 1398, и они несли 6612 ядерных зарядов. А Соединенные Штаты имели 1000 носителей, оснащенных 2450 ядерными зарядами. Здесь у нас был явный перевес.
Зато по двум остальным частям «ядерной триады» преобладали американцы. Наши атомные подводные ракетоносцы несли 940 ракет-носителей, снабженных 2804 ядерными зарядами. А у американцев их подводный флот имел 5760 ядерных зарядов. Подводный флот – основа ядерной мощи США.
И наконец что касается тяжелых бомбардировщиков – тут мы отставали от американцев в 3 раза. Наши несли 162 крылатые ракеты с 855 ядерными зарядами. А американские бомбардировщики имели на своем борту 574 ракеты и 2353 ядерных заряда.
Но в целом за счет нашего преимущества по тяжелым баллистическим ракетам мы сохраняли ядерное равновесие.
Вот от этого уровня наши страны начали сокращать свои ядерные потенциалы. Но странной была логика этих сокращений. От нас требовали уничтожения тяжелых баллистических ракет, по которым мы превосходили американцев, и одновременно нам предлагали «достраивать» недостающие у нас подводные лодки и тяжелые бомбардировщики, чтобы сравняться с американцами по общему количеству ядерных боезарядов, предусмотренных очередным Договором.
И все это происходило на фоне форменного погрома, учиненного в нашем военно-промышленном комплексе, – приватизации, реорганизации и прочих прелестей рыночной экономики. И чем больше слабела наша страна, тем все более невыгодные и неравноправные Договоры нам навязывали.
– Ну, а куда же делись наши тяжелые ракеты – краса и гордость Советской Армии?
– Ракеты, как и люди, имеют свойство стареть. Коротко говоря, все, что у нас было – почти все сплыло. А что еще не сплыло из советского ядерного потенциала, то полностью уйдет с вооружения к 2015 году.
Дело в том, что заводской срок службы межконтинентальных баллистических ракет, поставленных на боевое дежурство, составляет 10–12 лет. В принципе, производя необходимые ремонты, этот срок можно продлить, но никак не больше, чем в 2 раза. Мы так и поступали с нашими знаменитыми РС-20 («Сатана»), пока у нас был Договор с КБ «Южное» в Днепропетровске.
Но увеличить срок службы свыше 20–25 лет ни один кудесник не в силах. В 2005 году мы, группа депутатов Госдумы, запрашивали министра обороны: почему у нас собираются уничтожить боевой железнодорожный ракетный комплекс (БЖРК), который вместе с «Сатаной» был еще одним ночным кошмаром для натовских генералов?
Примечание: Последний комплекс RS-22 "Скальпель" был уничтожен в 2001г.
Так вот, С.Иванов, бывший тогда министром, нам ответил: «…невозможность сохранения свойств твердого топлива ракет и характеристик композиционных материалов ракетных двигателей». А также он писал, что второй причиной является «ограниченный ресурс отдельных систем и узлов ракет и агрегатов комплекса в целом».
Таким образом, «час икс» для обороны нашей страны наступит в 2015 году, когда самым молодым ракетам советского поколения стукнет 25 лет и они по всем законам техники пойдут на слом. Ни одной советской ракеты в 2015 году не останется.
– Ну, пусть советские ракеты-ветераны уходят на заслуженный отдых. Но ведь им на смену приходит новое поколение – «Тополя» да «Булава» – так сказать, «племя младое, незнакомое».
– Вот именно – «племя». Повторяя это слово, я имею в виду не качество, а прежде всего их численность. Потому что если у нас их горстка, то и судьба у них будет та же, что и индейские племена в Северной Америке – загонят в резервации.
Согласно только что подписанному Договору ОСВ-2, у каждой из сторон должно остаться на вооружении по 800 пусковых установок, 700 носителей и 1550 ядерных зарядов. Давайте зададимся простым вопросом: а сможет ли Россия к 2015 году иметь эти самые 700 носителей? С 1999 по 2007 год у нас было построено 53 ракеты класса РТ-2ПМ2 («Тополь-М») с одним ядерным зарядом. Таким образом, за истекшие 9 лет наш ядерный арсенал пополнился всего-навсего 53 носителями и 53 ядерными боезарядами.
В 2007 году была принята Государственная программа вооружения Российской Федерации на 2007–2015 год. И согласно этой программе мы получаем к 2015 году ровным счетом 172 баллистические ракеты «Тополь-М», каждая из которых будет нести по 1 заряду. Для этого наша промышленность должна выпускать в год 7–8 «Тополей», что она и делает с большой натугой. Итак, по сухопутным ракетам – в итоге 172 «Тополя» и максимум всего 172 ядерных заряда. Как видите, пороговые цифры, установленные Договором СНВ-2 (700 носителей и 1550 ядерных зарядов), остаются для нас как мираж в пустыне – видеть видим, а догнать никак не получается.
Что же в наш баланс добавляет подводный флот? А очень немного, если не сказать – почти ничего. У Советского Союза, как я уже говорил, на подводных лодках имелось 940 ракет и 2350 ядерных зарядов. Но Государственная программа вооружения предусматривает, что до 2015 года у нас в строю должно быть всего-навсего 4 атомных ракетоносца проекта 955 – это в лучшем случае всего 60 ракет.
Пока же из них, правда, построен только один «Юрий Долгорукий». Он может нести на борту 12 ракет типа «Булава». Одна только беда – испытания «Булавы» как на грех заканчиваются неудачей. А от подлодки без ракет проку мало.
У нас с морскими ракетами сложилась ситуация вообще просто абсурдная. Недавно успешно прошли испытания модернизированной баллистической ракеты Р-29РМУ («Синева») с 10 ядерными зарядами в головной части. Эту ракету буквально на одном голом энтузиазме, без всякого государственного финансирования и помощи со стороны государства создали ученые-конструкторы КБ «МИАС», за что им глубокий поклон.
Но вот ведь в чем загвоздка. Пока ученые создавали эту отличную ракету, политики приняли решение пустить на слом атомные подлодки «Дельта-4», проект 677, для которых эта ракета собственно и предназначалась.
Поэтому сейчас ситуация у нас, как в дурдоме перед утренним обходом: строим подлодки типа «Юрий Долгорукий», для которых пока еще нет ракет, и имеем ракету морского базирования «Синева», для которой уже нет подлодки.
Но будем все же уповать на бога (а что нам еще остается?) и допустим, что «Булава» все-таки полетит. Тогда (будем также надеяться), в строй вступит еще 3 подлодки проекта 955 (которых пока еще нет и в помине), каждая с 16 ракетами на борту. Всего же, таким образом, у нас будет 60 ракет на четырех атомных подводных лодках.
Таким образом, всего на вооружении и сухопутных и морских ракетно-ядерных сил к 2015 году у нас на вооружении будет ровным счетом 232 ракеты, которые смогут доставить по назначению 232 ядерных боезаряда.
Что касается воздушной компоненты «ядерной триады», то по Договору ОСВ-2 нам требуется срочно построить и ввести в строй 50 тяжелых стратегических бомбардировщиков, чтобы не отстать от американцев. Мне даже не хочется дискутировать на тему «удастся ли их построить к 2015 году» – специалистам ясно, что это нереально: военное самолетостроение разрушено и не от хорошей жизни у нас сейчас летают на парадах 40-летние ветераны советской постройки. Да и никакой роли в ядерном балансе наши бомбардировщики не сыграли бы – у нас нет авиабаз, приближенных к территории США.
Значит, остается 232 носителя, каждый из них с 1 ядерным боезарядом. Вот и все, чем мы будем обладать к 2015 году. Это официальные цифры Государственной программы вооружения.
А по Договору ОСВ-2 нам надо иметь 700 носителей и 1550 ядерных боезарядов, что бы не отстать от американцев. Таким образом, Государственную программу вооружения надо увеличивать многократно(!) в десятки раз. Это означает, что для России заключенный Договор ОСВ-2 – это отнюдь не «ограничение» стратегических вооружений, а как раз наоборот – программа «довооружения» и наращивания наших стратегических сил, что является непосильным бременем для нашего вконец измордованного реформами ВПК.
По существу американцы этим Договором втягивают нашу страну в новую гонку вооружения, с той лишь разницей, что если в 80-е годы мы бежали по дорожке рядом, попеременно дыша друг другу в затылок, то теперь отмерять все новые круги в гонке вооружения будет одна только Россия. А американцы удобно устроившись на трибунах, будут хихикать, поглядывая на изнемогающего от усталости русского бегуна.
– Так, вы полагаете, что главная цель американцев при заключении этого Договора – это просто измотать нас в новой гонке «довооружения»?
– На мой взгляд, главной целью американской внешней политики всегда было достижение такого положения, когда они могут делать, что хотят и при этом наглухо закрыты от ответного удара. То есть «прикрыть себе зад и развязать руки».
В своих неоднократных выступлениях в газете «Советская Россия» я уже приводил расчеты, согласно которым развернутая американцами система национальной противоракетной обороны (НПРО) как раз и способна перехватить примерно такое количество вражеских ракет: 80% будут сбиты из космоса на взлете, а 19% будут поражены в заатмосферных высотах. И значит, только 2–3 боеголовки смогут достичь территории Соединенных Штатов, а там их встретят все наличные силы ракет-перехватчиков и почти наверняка собьют.
И по какой-то необъяснимой закономерности Государственная программа вооружения подводит нас именно к этой цифре – к 2015 году мы будем иметь что-то порядка 200 ракет. Таким образом сбывается голубая мечта американской военной политики.
Правда, апологеты Договора ОСВ-2 твердят, что там в тексте, дескать, есть оговорка, согласно которой мы выйдем из Договора, если американцы будут разворачивать свою систему НПРО. На самом деле эта оговорка не более чем фикция. На это нам американцы откровенно скажут: «Ну и что? Напугали ежа голым профилем! Выходите из Договора и катитесь, куда хотите!»
Да и что такое – «выйдем»? Это означает, что наш ВПК должен в десятки раз наращивать выпуск баллистических ракет. Но ждать такого чуда от нашего замордованного реформами до полусмерти ВПК – все равно что олимпийского рекорда от больного спортсмена.
– Самое поразительное, что в нашей стране еще очень многие люди равнодушно относятся к состоянию наших ядерных арсеналов. Потому что совершенно убеждены, что «атомной войны уже не будет» ни при каких условиях и что «американцы как цивилизованные люди никогда не начнут первыми».
– А
это еще одно наследие советских времен,
когда между нашими странами существовал
ядерный паритет, и первый удар с любой
стороны означал прежде всего ядерное
самоубийство и для самого агрессора.
Баланс страха и гарантированная гибель
для всех и удерживали тогда обе стороны
от последнего шага.
Но сейчас-то
ситуация совершенно иная! Новые ракеты
у нас становятся штучным товаром,
оружейный плутоний не вырабатывается,
«Булаву» так и не удается довести до
ума. И очень скоро янки смогут бомбить
наши города так же безнаказанно, как в
Югославии или Ираке.
Что же касается благовоспитанных американских джентльменов, то истинное представление о них дают не объятия с «другом Джорджем» или теперь вот с «другом Бараком», а высказывания самих американских официальных лиц. Их уместно вспомнить накануне празднования 65-летия Победы, а то сейчас в российских верхах снова стало модным умиляться на тему, как мы «тогда вместе боролись против одного противника».
Так вот, в апреле 1945 года еще гибнут наши солдаты на улицах Берлина, а Гарри Трумэн говорит: «Русские скоро будут поставлены на место, а США тогда возьмут на себя задачу управления миром так, как им нужно управлять». Он же еще говорил в том же 1945 году: «Мы молим Бога указать нам, как использовать наши атомные бомбы в России по Его воле и для достижения Его целей». Самомнение и ограниченность американских политиков здесь предстают особенно наглядно. Им сам Господь представляется кем-то вроде пилота атомного бомбардировщика.
Дальше тот же автор и в том же году: «США должны быть готовы вести против СССР атомную и бактериологическую войну».
А вот что говорил Д.Эйзенхауэр в 1953 году: «В случае возникновения боевых действий США будут подходить к использованию ядерного оружия точно так же, как к использованию обычных боеприпасов». Генерал Пауэр, 1959 год: «Мы никогда не должны оказаться в таком положении, когда не сможем первыми начать войну. И мы должны обладать возможностью нанести удар первыми».
Министр обороны США Макнамара, 1965 год: «Для СССР было бы неприемлемым уничтожение от 1/5 до 1/4 части населения и половины промышленного потенциала. Для этого нам потребуется взорвать ядерные заряды общей мощностью 400 мегатонн».
Надо сказать, что, по существу, непоправимый ущерб, сравнимый с ядерным ударом, нашей стране уже нанесен. В результате уничтожения СССР мы потеряли не четверть, а половину населения страны и 3/4 промышленного потенциала. Так что Макнамара собирался еще более гуманно обойтись с нашей страной, чем Горбачёв, Ельцин и их наследники. По существу, по нашей стране уже нанесен ядерный удар, только другими, политическими, технологиями.