ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 11.01.2024
Просмотров: 127
Скачиваний: 3
Защитником вызвался известный адвокат Фёдор Никифорович Плевако и дело осталось в истории как наиболее эмоциональное в связи с накалом разбирательства и яркой защитной речью адвоката.В своей речи он раскрывает причины данного происшествия: - «Крестьяне не могут жить наделом: работа на стороне и на полях помещика для них неизбежна, к ней они тяготеют – а в этом идея и смысл системы, практикуемой управляющим графских имений.» «Родилась необходимость вечно одолжаться у помещика землей для обработки, вечно искать у него заработка. Постоянные долги, благодаря приемам управления, росли и затягивали крестьян: кредитор властвовал над должником и закабалял его работой на себя, работой за неплатеж из года в год накоплявшейся неустойки.В этом положении, уже не было и помину о добровольном соглашении. Чудовищные контракты и решения доказывают, что управление не соглашалось, а предписывало условия»Далее Федор Плевако указывает на опись свыше 350 дел от управляющего Фишера. «Иски неустоек по 30 процентов, по 50 процентов, по 100 процентов за долг мелькают перед глазами. Неустойки в 300 и 500 рублей – целыми десятками. А прочтите договор: полная неустойка за неуплату малой доли долга. Прочтите дело № 143 за 1870 год – ищут долг и неустойку, крестьяне несут деньги судье. Деньги приняты, получены, а на неустойку в 50 процентов все‑таки взят исполнительный лист. Прочтите дело № 158 – ужасный, отвратительный договор: в случае просрочки – изба, корова, лошадь и все, что сыщется в избе, поступает в неустойку. «Примите во внимание красноречивый факт, что неустойки взыскиваются, а новые долги все образуются. Значит, тяжелее житье крестьян в имениях. Значит, захлестнула их мертвая петля, если они видят, как с них тянут неустойку, которой позавидует любой закладчик, а они платят, должают и все‑таки опять берут»Таким образом, мы видим недобросовестное и наплевательское отношение Фишера к крестьянам и как он пользуется их неграмотностью. Управляющий каждый год пишет бумажки и требует с них деньги даже с уже уплаченных исполнительных листов, составляет страшные договоры, за неисполнение которых крестьяне могут лишиться всего своего состояния. Далее Плевако рассказывает о том, что же действительно сделали крестьяне деревни Люторич в борьбе с неправдой. Придя в первый раз для описи имущества, приставы
столкнулись с отказом исполнять решение о взыскании, т.к. крестьяне утверждали, что все уплатили. Во второй раз пристав пришел с солдатами, тогда толпа набросилась на них, а также на волостного старшину.
Плевако объясняет драку крестьян: «старшина – сельчанин той же деревни, некоторая власть, по его показаниям только он повинен в том, что повестка о вызове в суд была принята, а крестьяне не знали ни о суде, ни о решении. Он один настаивал на том, что крестьяне должны. Немудрено, что крестьяне мешали старшине быть их представителем, когда они сами хотят вступить в спор со взыскателем. Вот смысл удерживания, хватания его за руки и т.п.»
Также адвокат аргументирует, что среди крестьян не было никакого сговора начинать драку, не было подстрекателей, т.к. взыскание было выдвинуто внезапно, у всех крестьяне наболела одна мысль сама собой, они действительно считают себя беззаконно разоренными Фишером
Федор Плевако закончил свою защитную речь ярким обращению к суду. Был вынесен мягкий приговор: Из 34 подсудимых были оправданы 30, трое приговорены к нескольким месяцам заключения, единственная женщина среди подсудимых получила штраф в размере 5 рублей.
В зале гремели рукоплескания взволнованных, потрясенных слушателей; мужики-подсудимые стали на колени. Крестьяне бросились благодарить защитника, из публики несчастным жертвам отвратительной корысти начали сыпаться деньги. В обществе до сих пор не прекращаются выражения сочувствия несчастным разоренным крестьянам и искреннего и признательного уважения к их талантливому защитнику.