Файл: Збмв201м Инклюзивные технологии в социальной и профессиональной деятельности.pdf

Тураев Юсуф Хуршедович ЗБМв-201м
Инклюзивные технологии в социальной и профессиональной деятельности
Дискуссия 1
Инклюзивное образование (фр. inclusif-включающий в себя, лат. include-заключаю, включаю) — процесс развития общего образования, который подразумевает доступность образования для всех, в плане приспособления к различным нуждам всех детей, что обеспечивает доступ к образованию для детей с особыми потребностями.
Инклюзивное образование стремится развить методологию, направленную на детей и признающую, что все дети — индивидуумы с различными потребностями в обучении.
Инклюзивное образование старается разработать подход к преподаванию и обучению, который будет более гибким для удовлетворения различных потребностей в обучении.
Если преподавание и обучение станут более эффективными в результате изменений, которые внедряет инклюзивное образование, тогда выиграют все дети (не только дети с особыми потребностями).
Восемь принципов инклюзивного образования:
1. Ценность человека не зависит от его способностей и достижений;
2. Каждый человек способен чувствовать и думать;
3. Каждый человек имеет право на общение и на то, чтобы быть услышанным;
4. Все люди нуждаются друг в друге;
5. Подлинное образование может осуществляться только в контексте реальных взаимоотношений;
6. Все люди нуждаются в поддержке и дружбе ровесников;
7. Для всех обучающихся достижение прогресса скорее может быть в том, что они могут делать, чем в том, что не могут;
8. Разнообразие усиливает все стороны жизни человека.
Согласно Саламанкской декларации о принципах, политике и практической
деятельности в сфере образования лиц с особыми потребностями (Саламанка,
Испания, 7—10 июня 1994 г.):
Каждый ребенок имеет основное право на образование и должен иметь возможность получать и поддерживать приемлемый уровень знаний.
Каждый ребенок имеет уникальные особенности, интересы, способности и учебные потребности.
Необходимо разрабатывать системы образования и выполнять образовательные программы так, чтобы принимать во внимание широкое разнообразие этих особенностей и потребностей.
Лица, имеющие особые потребности в области образования, должны иметь доступ к обучению в обычных школах. Обычные школы должны создать им условия на основе педагогических методов, ориентированных прежде всего на детей с целью удовлетворения этих потребностей.
Обычные школы с такой инклюзивной ориентацией являются наиболее эффективным средством борьбы с дискриминационными воззрениями, создания благоприятной атмосферы в общинах, построения инклюзивного общества и обеспечения образования для всех; более того, они обеспечивают реальное образование для большинства детей и повышают эффективность и, в конечном счете, рентабельность системы образования.
Терминология инклюзивного образования проходит период своего становления и ее невозможно обособить от педагогической, социальной и юридической терминологии.

Тураев Юсуф Хуршедович ЗБМв-201м
Инклюзивные технологии в социальной и профессиональной деятельности
Правильное использование и понимание тех или иных понятий и терминов в рамках инклюзивного образования очень важно. Это соответствует восприятию лиц с ОВЗ и инвалидностью, отражает отношение к ним со стороны общества, педагогов и отдельных лиц, способствует изменению модели инвалидности в России. Анализ терминологии инклюзивного образования целесообразно производить с позиций медицинской и социальной моделей инвалидности, выделяя их влияние на отношение общества к инвалидам.
Медицинская модель рассматривает человека с инвалидностью как неспособного совершать то, что характерно для обычных людей. «Следовательно, нужно помогать инвалидам, создавая для них особые учреждения, где они могли бы на доступном им уровне работать, общаться и получать разнообразные услуги». В этой модели человек с психофизическим дефектом выступает как больной, недееспособный, изолированный от общества. Соответственно, и терминология связана с медицинскими аспектами, восприятием инвалидности как некой болезни.
Центральным термином, используемым в медицинской модели, является «инвалид».
Этимологический анализ дает следующее значение: латинская приставка in имеет значение «не», а корень valere означает «стоять», получившееся слово invalidus (слабый, немощный) означает человека, неспособного работать по своей профессии или вообще вследствие заболевания, травмы или врожденного дефекта развития. Этот термин появился в России в XVIII в. в эпоху Петра I и первоначально употреблялся к старым, израненным, неспособным служить солдатам.
Проведем анализ интерпретаций понятия «инвалид», взятых из психолого-педагогической литературы. Как отмечают Е. А. Морозова и П. П. Шевель: «Авторских определений понятия инвалидности единицы, в них чаще дается характеристика описываемого явления».
Н. А. Галкин полагает, что «инвалид — эго человек с особенностями физического и умственного характера, способный при правильной организации условий его жизнедеятельности решать сложные духовно-культурные, трудовые, социальные и другие задачи».
Как показало исследование, в научных источниках по педагогике и психологии определения термину «инвалид» даются редко, чаще используют терминологию из нормативных правовых актов, рассмотренную выше. При этом в психолого- педагогической литературе необходим переход от употребления понятия «инвалид» к понятию «лицо с особыми (образовательными) потребностями», так как при проектировании образовательных условий не учитываются диагноз учащегося и медицинские показания, а только наличие правового статуса инвалида.
В иностранных научных педагогических и юридических источниках лицо с инвалидностью и лицо, имеющее некоторые ограничения в здоровье, рассматриваются как обособленные группы с разными возможностями и потребностями.

Тураев Юсуф Хуршедович ЗБМв-201м
Инклюзивные технологии в социальной и профессиональной деятельности
Как отмечает Е. Ю. Заблоцкис: «понятию “инвалид”... в российском законодательстве соответствует не столько понятие “инвалид”, сколько понятие “лицо с ограниченными возможностями здоровья”».
О. А. Парягина определяет инвалидов как «лиц, ограниченных в трудоспособности и жизнедеятельности». Однако стоит отметить, что в российских нормативных правовых актах и в других источниках термины «инвалид» и «лицо с ОВЗ» часто взаимозаменяют друг друга и используются для обозначения одной и той же группы лиц. Некоторые исследователи и законодатели обобщают понятие «лицо с ОВЗ», включая в него
«инвалидов», возможны и обратные случаи. В целом в нормативных правовых актах нет четкой терминологии для обозначения этой категории граждан и не встречается обособление этих понятий.
Такое несоответствие употребляемых терминов могло возникнуть из-за действующей модели инвалидности. В России в настоящее время происходит переход к социальной модели, а в развитых странах мира эта модель уже распространена не одно десятилетие.
Исходя из социальной модели, инвалидность рассматривается как препятствие или барьер для участия человека в жизни общества, а не как фактор для изоляции или болезнь человека. О. А. Парягина «предполагает, что трудности создаются обществом, не предусматривающим участия людей с различными нарушениями здоровья во всеобщей деятельности».
Для включения человека с психофизическими отклонениями в общественную жизнь стоит рассматривать понятие «лицо с ограниченными возможностями здоровья» шире — это может быть человек, имеющий некоторые хронические заболевания, которые необязательно приводят к инвалидности, но не дают полностью реализовать свои возможности. К таким видам может относиться достаточно широкий спектр заболеваний: новообразования, болезни крови, болезни эндокринной системы и нарушения обмена веществ, болезни кожи, заболевания костно-мышечной системы, врожденные пороки и аномалии развития, болезни глаз, уха и органов дыхания, аллергические заболевания (по основным классам болезней Росстата РФ). В настоящее время наблюдается устойчивый рост представителей населения с этими заболеваниями. Многие из указанных заболеваний не имеют внешних проявлений, однако существенно затрудняют доступ к различным социальным институтам: образованию, труду, объектам культуры и спорта. В некоторых случаях к категории лиц с ОВЗ относят тех, кто не оформил инвалидность в учреждениях медико-социальной экспертизы и но закону не может получать предусмотренные льготы и иметь соответствующий статус.
Так как в нашей стране социальный статус имеют только инвалиды, а не лица с ОВЗ, то специальные условия и льготы для лиц с различными видами и формами заболеваний не предусмотрены. В других странах при реализации права на обучение и проектировании трудовых условий учитываются психофизическое состояние человека и возможные социальные и физические барьеры.
К терминам медицинской модели инвалидности также можно отнести ряд близких выражений — лицо с дефектом, с отклонением или нарушением, — которые тоже указывают на наличие болезни или порока. Как определяет Л. С. Выготский, «дефект есть минус, ограничение, слабость и умаление развития».

Тураев Юсуф Хуршедович ЗБМв-201м
Инклюзивные технологии в социальной и профессиональной деятельности
Обратимся к разделению дефектов на явные и скрытые, что во многих случаях определяет отношение общества к лицу с инвалидностью. При явном дефекте, например связанном с нарушениями ОДА, существуют высокая возможность полностью учесть потребности человека и создать ему «безбарьерную» среду с эргономичным функционалом. При скрытом дефекте не всегда сразу понятно, какая помощь и какие условия необходимы субъекту и какая среда, подходы, методы в обучении отвечают его потребностям, что затрудняет процессы адаптации, социализации и инклюзии.
Далее рассмотрим терминологию социальной модели инвалидности, которая в настоящее время внедряется в российское общество, в том числе посредством информационной пропаганды равенства и инклюзивного образования.
Проводя анализ используемых в инклюзивном образовании терминов, рассмотрим основное значение процесса инклюзии. Его суть состоит в том, что все детские и взрослые недостатки в физическом и психологическом развитии связаны с медицинскими факторами, которые необходимо принимать во внимание, чтобы облегчить лицам данной категории адаптацию к традиционной системе образовательной среды, учебным программам, методам и общепринятым педагогическим подходам.
В западных научных источниках для преодоления стигматизации и возможного негативного восприятия лиц с заболеваниями используются термины «особые люди»,
«лица с особенными потребностями» и «лица с особыми образовательными потребностями» при рассмотрении вопросов их обучения.
В отечественных источниках эти словосочетания тоже начали появляться, а также синонимичный им термин «лицо с ограничениями жизнедеятельности». Ограничения жизнедеятельности означают «полную или частичную утрату лицом способности или возможности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, ориентироваться, общаться, контролировать свое поведение и заниматься трудовой деятельностью». А. Н. Смолонская отмечает, что «ограничение физических и/или психических возможностей необходимо понимать как отражение тех общественных, экономических, социальных процессов, которые не дают возможности человеку проявиться в связи с психическими и физическими нарушениями».
Как показывает зарубежный опыт, широкое использование терминов, не несущих медицинского окраса, в законодательных актах, СМИ, научных и прочих источниках, должно благоприятно отразиться на общественном сознании, способствовать принятию этой категории граждан, равенству их прав и включению в общее образования, а также влиять на рост уровня толерантности и открытости общества.
Эго дополняет и тот факт, что язык отражает и обусловливает сознание общества на современном этапе развития.
Обращаясь к вопросу влияния употребляемых понятий на общественное восприятие и мышление, отметим что «сущность сознания — отражение действительности.
Действительность осознана человеком постольку, поскольку она отражена через посредство языковых значений, следовательно, язык есть действительное сознание»
[11]

Тураев Юсуф Хуршедович ЗБМв-201м
Инклюзивные технологии в социальной и профессиональной деятельности
«Наш язык — это важнейшая часть нашего общего поведения в жизни» (ака демик Д. С.
Лихачев).
Термин «лица с особенными потребностями» впервые прозвучал в названии
Саламанкской конференции и Рамок действий «по принципам, политики и практической деятельности в сфере образования лиц с особенными потребностями» в 1994 г. Похожий термин и концепция «специальные образовательные потребности» были впервые использованы в Великобритании в докладе Уорнокского комитета (1978), где прописано следующее: «Ребенок имеет “специальные образовательные потребности”, если он или она имеют такие существенные трудности в обучение, что для него/нее должны быть созданы специальные образовательные условия. Считается, что ребенок имеет сложности в образовании, если он/она: а) значительно труднее поддаются обучению, чем большинство детей такого же возраста; б) имеют инвалидность, которая препятствует или затрудняет получение образования в общеобразовательных учреждениях, доступных для других детей того же возраста и реализующих свои услуги в рамках одинаковых законов».
В Саламанкских рамках действий был сделан переход от термина «специальные образовательные потребности» к понятию «инклюзивное образование». Вот как это записано: «Согласно материалам саламанкской конференции рамки действий, термин
“специальные образовательные потребности” относится ко всем детям и подросткам, имеющим инвалидность и трудности в обучении... Достигнуто соглашение, что для детей и подростков со специальными образовательными потребностями применяются такие же образовательные меры, как и для большинства детей. Это обусловило появление новой концепции инклюзивной школы».
Рассмотрим употребление терминологии инклюзивного образования в работах зарубежных ученых.
Питер Миттлер (профессор Манчестерского университета) пишет: «Я считаю, что понятие “специальные образовательные потребности” выступает существенным барьером на нуги развития инклюзивного образования, что видно из примера этой страны
(Великобритании). Я не думаю, что включать в повестку дня инклюзивное образование сейчас будет объективно. Во всяком случае, это явится препятствием для движения вперед».
Дэвид Митчелл (профессор кафедры педагогики Университета Кэнтер- бери) отмечает, что использует в своих работах понятие «учащиеся, имеющие барьеры к обучению» и
«лица с ограниченными возможностями». Однако он отдает предпочтение термину «лицо с особыми образовательными потребностями» (person with special educational needs), так как это наиболее полно отражает объект инклюзивного образования.
Сью Стаббс (советник по вопросам инвалидности фонда «Спасите детей —
Великобритания») пишет в своей книге, что не согласна с употреблением термина
«инвалид» (person with disabilities). Однако ее редакция, следуя терминологии Конвенции
ООН «О правах инвалидов», требует использования этого термина. Автор отмечает, что вопрос терминологии инклюзивного образования в настоящее время является дискуссионным.
Анализ зарубежной литературы по инклюзивному образованию показывает, что авторы чаще употребляют термин «лицо с особыми образовательными потребностями», что