ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 28.10.2025
Просмотров: 296
Скачиваний: 0
«Русское слово»
Вторым журналом революционной демократии 60-х годов XIXв. явилось«Русское слово». Журнал был организован в 1859 г., однако демократический характер приобрел только в 1860 г. с приходом нового редактора Г.Е. Благосветлова. Благосветлов — типичный разночинец. Сын бедного священника, рано оставшийся без материальной поддержки, самостоятельно закончивший Петербургский университет, но не нашедший из-за демократических убеждений и политической неблагонадежности места на казенной службе.
Журнал «Русское слово» имел научно-популярный уклон. Здесь наряду с вопросами литературы и литературной критики большое внимание уделяли естественнонаучным знаниям, фактам научной жизни. Он был весьма популярен среди учащейся молодежи и в русской провинции. Изменив состав сотрудников, Благосветлов сумел поднять тираж журнала с 3 до 4,5 тысячи экземпляров. Наиболее удачным решением редактора было приглашение в журнал на роль ведущего критика Д.И. Писарева.
Вступая в русскую журналистику в ответственный момент русской общественной жизни 60-х годов, критик должен был определить свое место среди основных борющихся направлений. И он его определил как союзника «Современника» и Чернышевского, о чем прямо заявил во второй части одной из первых больших статей, опубликованных в «Русском слове», «Схоластика XIXвека».
Писарев выступил адвокатом «голодных и раздетых» людей, сторонником раскрепощения личности от любых социальных и семейных стеснений и уз. Прежде всего он защищал умственное раскрепощение человека от догм и нравственных понятий, порожденных крепостничеством. Борцы за свободу человечества от умственной темноты, угнетения (Вольтер, Гейне) заслуживают самой высокой оценки критика.
Накануне крестьянской реформы 1861 г. Писарев выступает в защиту авторитета Герцена, резко отрицательно отзывается о династии царствующего дома Романовых в России, вообще об обществе, разделенном на классы, где один присваивает себе плоды труда другого (см. статьи «О брошюре Шедо-Ферроти», «Пчелы»). Писарев выступает защитником материализма.
В статье по поводу брошюры наемного писателя Шедо-Ферроти Писарев прямо призывал к свержению русского самодержавия. За попытку опубликовать эту работу в нелегальной типографии публицист был заточен на четыре года в Петропавловскую крепость.
Писарев много размышлял о потенциальных способностях русского крестьянства к революционной борьбе. Отсутствие сознания в массе народа публицист считал большим недостатком и стремился к пропаганде знаний в максимальных размерах, веря, что знания сами по себе такая сила, что человек, овладевший ими, неизбежно придет к признанию социально полезной и революционной Деятельности, направленной против царизма и эксплуатации.
Писарев выступает талантливым критиком, истолкователем творчества многих русских писателей: Л. Толстого, Тургенева, Островского, Достоевского, Чернышевского. В канун реформы и после нее он защищает тип разночинца в литературе, тип новых людей, подобных Базарову из романа Тургенева «Отцы и дети», а затем героя романа Чернышевского «Что делать?» Рахметова и др. Он пропагандирует литературные персонажи, которые, будучи реалистами, людьми, умеющими трудиться, приносить пользу людям в любое время, способны стать деятелями революции во время прямой борьбы масс за социальную справедливость и обновление (статьи «Базаров», «Реалисты», «Мыслящий пролетариат»). Известна его талантливая защита образа Базарова и всего романа «Отцы и дети» И.С. Тургенева в полемике с критиком «Современника» М.А. Антоновичем.
Будучи последователем Белинского, критик выступает за искусство, верное правде жизни, реализм, высокую идейность и нравственность.
Самым решительным образом порицал Писарев так называемое «чистое искусство».
Вместе с тем Писарев — сложная, противоречивая фигура. Ему свойственны определенные увлечения и прямолинейность в пропаганде своих убеждений, утилитарность, ошибочность некоторых отрицаний.
Писарев обладал исключительным талантом полемиста, и поэтому многие работы нельзя рассматривать без учета этого обстоятельства. Ряд так называемых заблуждений Писарева был лишь нарочитым полемическим заострением проблем. Любил Писарев и парадоксальную постановку вопросов.
В целом же Писарев был не менее стойким и последовательным борцом против феодализма и его порождений во всех сферах жизни, его пережитков в русской жизни после 1861 г., чем ведущие сотрудники «Современника». Публицист глубоко разбирался в социальных процессах и вопросе о движущих силах русской революции, особенно в условиях окончания революционной ситуации 60-х годов. Его скептицизм по поводу готовности русского крестьянства к революции оказался исторически оправдан.
Наряду с Писаревым в журнале «Русское слово» выступали в защиту «голодных и раздетых» Н.В. Шелгунов, В.А. Зайцев, Н.В. Соколов, П.Н. Ткачев. В качестве постоянного иностранного обозревателя плодотворно сотрудничал французский репортер и публицист Эли Реклю.
Антимонархическая, антифеодальная позиция журнала не раз вызывала репрессии царизма. Одновременно с «Современником» Некрасова «Русское слово» прекращалось на 6 месяцев в 1862 г. и было окончательно закрыто в 1866 г.
«Время»
В 60-е годы свою журналистскую деятельность начал русский писатель Ф.М. Достоевский.
Вместе с братом Михаилом в 1861—1863 гг. он издавал журнал «Время». Здесь были опубликованы «Записки из мертвого дома», «Униженные и оскорбленные» Ф.М. Достоевского, «Житейские сцены» Н.А. Плещеева, «Грех да беда на кого не живет» А.Н. Островского и др. Большое место отводилось французской уголовной хронике, мастерски обработанной в редакции; в статьях затрагивались вопросы воспитания молодежи; имелись отделы внутренних новостей и иностранных известий. Журнал был разнообразным и интересным для публики и собирал до четырех тысяч подписчиков.
Достоевский вел критику, полемизировал с Добролюбовым по вопросам искусства, литературы.
Существенную роль в журнале играл критик-идеалист Н.Н. Страхов, который с согласия издателей защищал некую особую самобытность русского народа, развивал идеи так называемого почвенничества в противовес западничеству, умозрительному западноевропейскому утопическому социализму. Журнал утверждал, что беда России не в крепостном праве (тем более что оно отменено), а в отрыве интеллигенции от народа. Он обвинял «Современник» в беспочвенности, в стремлении привить русскому народу западноевропейские болезни, и хотя «почвенники» не были однородны по своим взглядам, но их объединяло именно несогласие с революционными демократами.
Страхов особенно горячо возражал против материального подхода к улучшению жизни народа. Изменение положения масс должно идти через моральное, религиозное усовершенствование: мир нельзя исцелить ни хлебом, ни порохом, а лишь «благой вестью». Терпение русского народа истолковывалось как заслуживающая одобрения добродетель, свою враждебность к нигилистам Страхов, по собственному признанию, старался передать и Ф.М. Достоевскому.
Вместе с тем журнал высмеивал консервативные мнения Каткова, его страх перед «Современником». Журнал возражал К. Аксакову, оспаривая мысли статьи «Публика — народ» о крайней противоположности идеалов и привычек народа и привилегированной части населения, господ.
Салтыков-Щедрин, Антонович в «Современнике» не раз выступали против непоследовательности позиции «Времени», консервативности ряда пунктов его социальной программы, отрицания необходимости борьбы.
В 1863 г. в связи с освещением в журнале причин польского восстания журнал был закрыт правительством. Но Ф.М. Достоевский продолжил свою издательскую деятельность, предприняв ежемесячник под названием «Эпоха», который выходил два года (1864—1865). Журнал «Эпоха» продолжал защищать идеи почвенничества, обсуждал новую судебную реформу и активизировал полемику по ряду вопросов с демократическими журналами «Современник» и «Русское слово».
«Искра»
Эпоха революционного одушевления 60-х годов привела к появлению в стране большого числа сатирических изданий. Наиболее выразительным по форме и по содержанию был еженедельный журнал под названием «Искра» (1859—1873). Его издателями были известный поэт-переводчик Беранже Василий Курочкин и художник-карикатурист Николай Степанов.
Журнал выступал как союзник «Современника» и «Колокола». В предреформенные годы критиковал крепостников, либеральные заигрывания царских министров (пользуясь кризисом верхов), отдельные факты беззакония как в столице, так и в провинции. «Искра» отличалась хорошим знанием провинциальной жизни, ее сатира была точной по адресу и остроумной по форме. Сатирические рисунки и подписи к ним разоблачали многие язвы русской жизни: цензурный произвол, недостатки просвещения, паразитизм дворянства, реакционную прессу, бюрократизм. Широко применялись пародии и перифразы известных стихотворений поэтов чистого искусства (Фета и др.) для борьбы против реакционных тенденций в литературе и политике. Особенно усилилась антимонархическая направленность материалов «Искры» после крестьянской реформы 1861 г.: «Искра» поняла грабительский характер реформы. Это привело к преследованиям цензуры. Министерство внутренних дел заставило некоторых сотрудников отказаться от продолжения сотрудничества в журнале в 1865 г., а в 1870 г. журналу было запрещено помещать карикатуры. Это серьезно подорвало популярность издания, хотя журнал продолжал издаваться до 1873 г. Авторитет «Искры», по свидетельству современников, был чрезвычайно велик, действенность ее материалов высока. Слова: «"Искра" получена» были страшны многим крупным чиновникам, губернаторам и другим администраторам всех рангов.
Заслуживают высокой оценки фельетоны в стихах и прозе поэта В.И. Богданова (автора известной песни «Эй, дубинушка, ухнем»), посвященные международным событиям 60—70-х годов, — революционной борьбе во Франции, освободительной борьбе латиноамериканских стран и др.
Русские журналисты последующих поколений высоко ценили роль и традиции «Искры» как сатирического издания.
В 60-е годы заслуживают внимания и такие сатирические журналы, как «Будильник», «Гудок», и некоторые другие.
Журналистика пореформенной эпохи
Русское правительство, отменив в 1861 г. крепостное право, перешло к другим реформам: земской, судебной, военной и пр., в числе которых оказалась реформа печати.
Первый закон о печати
В 1865 г. в России принимается первый закон о печати, который не носил еще окончательного характера и назывался «Временные правила о печати». По своему содержанию реформа печати была либеральной — отменялась предварительная цензура для столичных (Санкт-Петербург, Москва) журналов и газет, книг объемом более 10 печатных листов. Это новшество не распространялось на сатирические издания с карикатурами и всю провинциальную печать. Общее наблюдение за периодической печатью передавалось из Министерства просвещения в Министерство внутренних дел. За МВД оставалось право давать разрешения на новые издания, утверждать или не утверждать редакторов, делать предостережения изданиям, при третьем предостережении журнал или газету могли закрыть на срок до шести месяцев. Устанавливалась ответственность печати перед судом. Однако судебные преследования печати не получили распространения: административные меры были удобнее для правительства. Тем не менее, реформа способствовала дальнейшему росту печати, особенно либерально-буржуазного толка.
В судьбе русской журналистики суровую роль сыграл 1866 г. В связи с покушением революционно настроенного молодого человека Д. Каракозова на царя русское правительство перешло к политике особенно жесткой реакции: закрыло в 1866 г. два лучших прогрессивных журнала: «Современник» и «Русское слово».
Революционная демократия постаралась возродить прогрессивную журналистику, и это ей удалось, преодолев ряд трудностей. Бывший редактор «Русского слова» Благосветлов с конца 1866 г. стал издавать демократический журнал «Дело», а Некрасов — редактор «Современника» — в 1868 г. приступил к изданию журнала «Отечественные записки», взяв его в аренду у Краевского.
Окончательно сложился тип общественно-политического и литературного ежемесячника с развитым отделом публицистики, рассчитанного на мыслящих людей, интеллигенцию. Поэтому история подобных журналов тесно связана с историей общественной мысли. Определенная часть публицистов журналов и газет все чаще начинает обращаться к вопросам религиозно-нравственного порядка (Ф.М. Достоевский, Вл.С. Соловьев, В.В. Розанов и др.). Увеличилась коллегиальность в руководстве журналами, хотя персональная роль лидеров в журналистике сохраняется (Катков, Некрасов, Салтыков-Щедрин, Михайловский, Короленко и др.).