ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 18.05.2019
Просмотров: 14352
Скачиваний: 42
Геохимия ландшафтов и география почв (к 100-летию М.А. Глазовской)
90
Атласа Казахстана, в авторской интерпретации применительно к почвам Республики. По сравнению с картой
деградации почв в атласе, иначе построена легенда и несколько смещены акценты: картографическими
единицами являются комплексы деградационных процессов, обусловленные видами воздействий, тогда как на
карте атласа главное внимание (цветовой фон) уделено интенсивности деградации, а ее причины и отдельные
процессы представлены как дополнительная информация.
Пространственное распределение видов деградации оказалось весьма неравномерным. На территории
Казахстана выделяются территории, почвы которых не затронуты деградационными процессами; на
локальном уровне (значками) выделяются участки, в почвах которых имеют место процессы проградации:
орошаемых (с соблюдением максимально полного комплекса технологических требований), аллювиальных
и некоторых луговых почвах на юге Республики. Большинство почв малоустойчивы к антропогенным
нарушениям. Они имеют маломощные профили, слабо сформированную или непрочную структуру, невысокое
или низкое содержание гумуса, и потому легко разрушаются. Их восстановление в условиях сухостепного
или полупустынного климата требует длительного времени и редко достигает положительных результатов.
Многие воздействия предполагают механические нарушения, так что дифференциация почв по их ответным
реакциям и по видам воздействий не имеет смысла.
На большей части территории имеются признаки деградации, вызванной выпасом скота, причем
далеко не всегда нерациональным. Все северные и северо-восточные регионы характеризуются комплексом
деградационных процессов, вызванных богарным земледелием на черноземах и темнокаштановых почвах.
Специфика техногенных «нагрузок» на почвы Казахстана состоит в разнообразии отраслей
горнодобывающей промышленности. Кроме этого имеются сплошные, но относительно небольшие ареалы
разных почв, измененных ракетно-космической деятельностью, преимущественно бурых пустынно-степных
почв. Деградация экосистем и почв в Казахстане происходит в местах захоронения ядерных отходов
(показаны значками). Помимо механических нарушений, под влиянием жестких излучений изменяется
функционирование биоты и, соответственно, ряда связанных с ней почвенных свойств.
Проявления деградации почв и формирование новых техногенных почв или почвоподобных
поверхностных образований фиксируются значками.
Особый характер имеют линейные ареалы деградации – вдоль продуктопроводов, где деградацию
можно считать скорее потенциальной, не считая механические нарушения при прокладке труб, и лишь
локально реальной в результате порывов труб и образования разливов нефти.
Было проведено сравнение обсуждаемой карты с фрагментом карты на ту же территорию, составленной
по Международной программе ГЛАСОД (GLASOD – Global Assessment of Soil Degradation, 1990) [3]. Главное
различие между ними касается почв сухостепной и полупустынной зон. На карте ГЛАСОД эти обширнейшие
территории показаны как неиспользуемые и непригодные к использованию земли (wasteland), что не так,
поскольку они представляют собой области экстенсивного животноводства, и почвы их подвержены типичным
для пастбищных почв деградационным процессам.
Деградация вследствие перевыпаса и «сведения растительности» на карте ГЛАСОД показана местами
на севере Казахстана; она сочетается с деградацией вследствие водной эрозии и дефляции, последняя
территориально совпадает с ареалами дефлированных почв. Дегумификация не дана на карте ГЛАСОД как
ведущий деградационный процесс, что не соответствует приоритетам видов деградации на карте Казахстана.
Очевидно, что в горах господствует водная эрозия (показана на обеих картах). Орошаемые почвы показаны
несколько по-разному. На карте ГЛАСОД результатом орошения считается уплотнение и коркообразование
(явления, нами не учтенные), а на севере Республики деградационные процессы, связанные с орошением,
не отмечены. Безусловно, обзорный масштаб карты ГЛАСОД, опросный способ ее составления и недостаток
фактических материалов объясняют причины различий в представлении деградационных явлений на
сравниваемых картах.
Таким образом, составленная карта отличается от карты ГЛАСОД и карты в Национальном атласе не
только методологически, но и полученной картиной пространственных проявлений деградации почв, что
дополняет общее представление об этом опасном явлении.
Литература
1. Богданова М.Д., Гаврилова И.П., Герасимова М.И. Мелкомасштабное почвенно-геохимическое
картографирование. М.: АПР. 2008. 168 с.
2. Национальный атлас Республики Казахстан. Алматы, 2010.
3. World Map of the Status of Human-Induced Soil Degradation. UNEP\ISRIC Nairobi, Kenya. 1991. 34 pр.
УДК 504.75
МИГРАЦИЯ РТУТИ В ПОЧВАХ И РАСТЕНИЯХ ТЕХНОГЕННЫХ ЛАНДШАФТОВ ИРКУТСКОЙ
ОБЛАСТИ
О.Н. Гордеева, Г.А. Белоголова
Институт геохимии имени А.П. Виноградова СО РАН, Иркутск, e-mail: gordeeva@igc.irk.ru
Ртуть является одним из наиболее опасных элементов-загрязнителей биосферы. Летучесть этого
элемента способствует перераспределению его между всеми компонентами биосферы и образованию
различных форм нахождения.
Ртутное загрязнение окружающей среды Иркутской области связано с деятельностью химического
Доклады Всероссийской научной конференции
91
комбината ООО «Усольехимпром» (г. Усолье-Сибирское), где до 1998 г. получение хлора и щелочи
осуществлялось ртутным способом. В результате под цехом ртутного электролиза (ЦРЭ) образовалось
техногенное месторождение ртути. Кроме того, на территории Иркутской области в г. Свирске имеется
промплощадка бывшего Ангарского металлургического завода (АМЗ) по производству мышьяка. Отвалы
переработанной руды завода и прилегающие почвы характеризуются высоким содержанием тяжелых
металлов, в том числе ртути. Значительный вклад в ртутное загрязнение окружающей среды региона вносят
предприятия ТЭЦ, автотранспорт, удобрения и др.
Целью данного исследования является изучение особенностей миграции ртути в почвах и растениях на
примере влияния ООО «Усольехимпром» и промплощадки АМЗ.
Исследовались дерновые лесные и дерново-карбонатные почвы территории «Усольехимпром» в 0,5,
1,5 и 3 км от ЦРЭ и в окрестностях г. Усолье-Сибирское. В г. Свирске – дерново-карбонатные почвы в 5, 150
и 300 м от промплощадки АМЗ и черноземы в окрестностях города. Отбирались пахотные почвы дачных и
приусадебных участков обоих городов и условно-фоновые пахотные почвы в 30 км от г. Усолье-Сибирское и в
15 км от г. Свирска. Почвы отбирались на глубину 0-35 см в лесной зоне и 0-15, 0-20 см из гор. А
пах
.
В почвах территории «Усольехимпрома» и окрестностей г. Усолье-Сибирское изучены формы
нахождения ртути по методике [1]. Среди них органические формы ртути занимают особое место, т. к. их
биодоступность, особенно метилпроизводных, значительно выше, чем минеральных форм [2]. Изучение
доступности различных форм ртути для растений при наличии техногенных аномалий на территориях
проживания человека является важным и необходимым условием, т. к. дает дополнительную информацию о
поступлении этого элемента в пищевую цепь человека.
Сопряженно с почвами отбирались надземные части дикорастущих растений: береза повислая
Betula pendula L., ива белая Salix alba L., ива козья S. Caprea; паслен сладко-горький Solanum dulcamara L.,
кровохлебка аптечная Sanguisorba officinalis L., герань луговая Geranium pratense L., горошек мышиный Vicia
cracca L., костяника каменистая (листья) Rubus saxatilis L., осока мохнатая Carex hirta L., осот огородный
Sonchus oleraceus L., тысячелистник обыкновенный Achillea millefolium L., хвощ лесной Equisetum silvaticum
L. Каждая проба включает несколько растений одного вида, отобранных на участках 10х10 м.
Изучены также различные виды пластинчатых (Lactarius torminosus, L. pubescens, L. resimus, L. necator,
Russula betularum, R. adusta) и трубчатых (Leccinum scabrum) грибов. На дачных и приусадебных участках
одновременно с почвами отбирались картофель и морковь.
Почвы и растения сушились при комнатной температуре (грибы при температуре не выше 30
0
С) до
сухого состояния, затем анализировались методом атомной абсорбции на спектрометре «РА-915+».
Содержания ртути в почвах гг. Усолье-Сибирское, Свирск и их окрестностей, представлены в таблице
1. Наиболее высокие концентрации этого элемента установлены в почвах промплощадки АМЗ в г. Свирск. В
почвах «Усольехимпрома» вблизи ЦРЭ содержания ртути не превышают ПДК (2,1 мг/кг), но на порядок выше
регионального фона (0,02 мг/кг) и повышены относительно кларков (0,12±0,02 мг/кг). Такая же ситуация
выявлена и в окрестностях г. Усолье-Сибирское. По-видимому, загрязнение ртутью лесных почв этого участка
происходит не только под влиянием «Усольехимпрома», но также ТЭЦ-11, расположенной поблизости.
Таблица 1
Содержания ртути в почвах (гор. А
0
+А, А
пах
), мг/кг
Место отбора проб
Среднее
Минимальное Максимальное
Территория «Усольехимпрома»
0,192
0,006
0,770
Лес вблизи г. Усолье-Сибирское
0,174
0,015
0,466
Приусадебные и дачные участки
1
0,046
0,013
0,081
Условно-фоновые пахотные почвы
2
0,035
0,016
0,078
г. Свирск, промплощадка АМЗ
0,416
0,021
4,560
Лес вблизи г. Свирска
0,045
0,013
0,091
Дачи в 200-500 м от АМЗ
0,036
0,024
0,057
Условно-фоновые пахотные почвы
3
0,016
0,010
0,035
1
г. Усолье-Сибирское.
2
30 км от г. Усолье-Сибирское.
3
15 км от г. Свирска.
Концентрации ртути в сельскохозяйственных почвах городов и условно-фоновых участков находятся в
пределах обычных содержаний для пахотных почв (0,01-1 мг/кг [3]), но остаются повышенными относительно
регионального фона.
Как показали исследования, ртуть в почвах г. Усолье-Сибирское и его окрестностей находится
преимущественно в органической и прочносвязанной фракциях (рис. 1).
Самое высокое содержание ртути в органической фракции установлено в почвах окрестностей г. Усолье-
Сибирское. Количество ртути в наиболее подвижных фракциях изученных почв – водо- и кислоторастворимой
– незначительно. Прослеживается тенденция снижения содержания ртути в водорастворимой фракции по
мере удаления от ЦРЭ.
Концентрации ртути в тканях большинства растений не превышают ее валовых содержаний даже в
самых загрязненных почвах. Среди изученных древесных видов более высокие содержания ртути характерны
для березы. Ветви березы и ивы содержат ртути меньше, чем листья. Это может быть обусловлено как
Геохимия ландшафтов и география почв (к 100-летию М.А. Глазовской)
92
физиологическими особенностями различных органов растений, так и способностью листьев поглощать
пары ртути непосредственно из атмосферного воздуха и пыли [4, 2]. В целом, концентрации ртути в листьях
деревьев выше кларка для растений (0,015 мг/кг [5]) только на усольском участке.
Рис. 1. Распределение ртути по фракциям в почвах, мг/кг. Фракции: водн. – водная, кисл. –
кислоторастворимая, орг. – органическая, пр.св. – прочносвязанная, сульф. – сульфидная.
Превышение кларка характерно и для трав. Относительно естественного уровня в травах (до 0,1 мг/
кг [2]) содержание ртути повышено в единичных представителях – тысячелистнике (0,161 мг/кг, территория
«Усольехимпрома»), и герани (0,132 мг/кг, окрестности г. Усолье-Сибирское). Установлено повышенное
содержание ртути в растениях окрестностей г. Усолье-Сибирское относительно растений «Усольехимпрома».
Коэффициенты биологического поглощения подтверждают более интенсивное накопление ртути травами в
окрестностях города.
Как отмечалось ранее, большое количество ртути в изученных почвах находится в органической
фракции. Исследования показали прямую зависимость между содержанием Hg в этой фракции и в травах
усольского участка (рис. 2), что не установлено для других фракций ртути и ее валового содержания в почвах.
Грибы можно отнести к организмам-аккумуляторам ртути. Плодовые тела грибов (далее – грибов) растут
на мицелии, который представляет собой сеть
тонких разветвленных нитей, простирающихся
в верхнем слое почвы на сотни метров. Вся
поверхность мицелия всасывает питательные
вещества, которые затем поступают в грибы
[4]. Техногенное загрязнение приводит к
многократному
увеличению
содержаний
элементов-токсикантов в этих организмах,
что видно на примере грибов, отобранных на
территории «Усольехимпрома» (0,137-5,4 мг/
кг), в окрестностях гг. Усолье-Сибирское (0,341-
0,7 мг/кг) и Свирск (0,011-0,53 мг/кг). На этих
участках содержания ртути в грибах на порядок
выше, чем в почвах. Особенно высокие содержания ртути в грибах усольского участка.
Концентрации ртути в овощах гг. Усолье-Сибирское и Свирск не превышают фоновых содержаний
по [2] (картофель – 0,010-0,047 мг/кг, морковь – 0,0057-0,086 мг/кг). Интересной особенностью является
повышенное на порядок количество ртути в ботве моркови относительно ее корнеплодов.
Таким образом, биодоступность ртути в большой степени зависит от форм ее нахождения в почвах. В
условиях, когда основная часть ртути связана с компонентами почвы, особую роль играют ее биодоступные
органические соединения, которые, по-видимому, становятся одним из основных источников поступления
ртути в растения. Вблизи урбанизированных территорий установлена повышенная биоаккумуляция ртути
в растениях и, особенно, в грибах, в связи с чем не рекомендуется использование их в лекарственных или
пищевых целях.
Литература
Рис. 2. Зависимость содержания ртути в органической
фракции почв и в травах, мг/кг
Доклады Всероссийской научной конференции
93
1. Bloom N. S., Preus E., Katon J., Hiltner M. Selective extractions to biogeochemically relevant fractionation
of inorganic mercury in sediment and soils // Anal. Chim. Acta. 2003. V. 479. N 2. P. 233-248.
2. Кабата-Пендиас А., Пендиас Х. Микроэлементы в почвах и растениях. – М.: Мир, 1989. – 440 с.
3. Klock A. Richtwerte’80. Orientierungsdaten for tolerierbare Gesamtgehalte einger Elemente in
Kulturbuden // Mitteilungen VDLUFA. – 1980. - H. 1-3. – S. 9-11.
4. Елпатьевский П. В. Геохимия миграционных потоков в природных и природно-техногенных
геосистемах. – М.: Наука, 1993. – 253 с.
5. Ковальский В. В. Геохимическая экология. – М.: Наука, 1974. – 300 с.
УДК 671.47
ПЕДОГЕННЫЕ СВОЙСТВА ОТЛОЖЕНИЙ ЛЕДОВОГО КОМПЛЕКСА
СЕВЕРО-ВОСТОКА РОССИИ
С.В. Губин, О.Г. Занина
Институт физико-химических и биологических проблем почвоведения РАН, Пущино,
e-mail: gubin@issp.serpukhov.su
Важным показателем, отражающим специфику генезиса и условий накопления отложений ледового
комплекса (ЛК) в позднем плейстоцене, их отличия от широко распространенных и близких по составу и
генезису отложений лессово-почвенных формаций других не мерзлотных регионов Евразии и Америки,
является присутствие в их составе важнейших биофильных элементов и их соединений: органического углерода,
азота, его нитратных и аммонийных форм, высоких доз подвижных форм фосфора и калия [1,2]. Эти элементы
и соединения являются продукцией биоценозов, существовавших в период накопления рассматриваемых
отложений, в свою очередь, они обеспечивали их существование, продуктивность. Сохранность биофильных
соединений в отложениях ЛК определили быстрый переход накапливающегося материала в мерзлое состояние
и дальнейшее постоянное нахождение его в составе мерзлых толщ в течение десятков тысяч лет.
Ведущее значение в формировании отложений ЛК принимало синлитогенное почвообразование,
протекавшее в относительно теплых условиях короткого летнего периода, при достаточном для развития
лугово-степных ценозов увлажнении верхней части деятельного слоя, очень низких зимних температурах
и близком, менее метра, залегании границы многолетней мерзлоты. Регулярно и относительно равномерно,
со скоростью 1 - 2 мм в год, поступавший на поверхность осадок, состоящий из смеси минеральных частиц
и органических остатков размера пыли, в ходе накопления толщи и сингенетичном ее промерзании
через 200 – 400 лет переходил в вечномерзлое состояние. Одной из важнейших специфических черт
синлитогенного почвообразования являлась низкая активность процессов гумусообразования в толщах
деятельного слоя. Это определялось отсутствием или низким содержанием первичных биологических
деструкторов органических остатков, низкими положительными температурами деятельного слоя летом,
в котором температуры выше + 5
о
С существовали всего 1-2 месяца и то лишь в самой верхней его части
(10 –20 см), а следовательно краткостью суммарного периода активной биохимической трансформации
поступавшего на поверхность материала. В толще отложений ЛК – криопедолитах, отсутствуют
органогенные почвенные горизонты, а подавляющая масса органического вещества представлена
сильно измельченным (около 0,02 мм), в значительной степени минерализованным растительным
детритом – остатками злаковой, травянистой и моховой растительности, равномерно распределенным
в минеральной массе. При рассмотрении свойств отложений ЛК особо следует подчеркнуть, что они
определяются свойствами материала, находившегося на нижней границе деятельного слоя при переходе
его в многолетнемерзлое состояние, т.е. в той зоне, которая на момент сингенетичного промерзания
этих частей толщ являлась надмерзлотным водоупором и в которую могла идти не только нисходящая
миграция почвенных растворов, но и подтягивание растворов из лежащих выше слоев при промерзании и
постепенном поднятии границы многолетней мерзлоты.
Приведенные в таблице некоторые из свойств отложений ЛК сформированных в самую холодную
эпоху позднего плейстоцена (МИС 2) и в несколько более теплый его период (МИС 3), а также материала
погребенной в толщах ЛК торфянисто-глеевой почвы показывают, что основные педогенные характеристики
материала криопедолитов обладают большим сходством. Суровость и относительная сухость условий, в
которых протекал процесс синлитогенного почвообразования, отсутствие сформированных органогенных
горизонтов, определяли близкую к нейтральной или даже слабощелочную реакцию деятельного слоя.
Анализ материал большого числа обнажений ЛК на приморских низменностях Севера Якутии показал, что
эти значения, в первую очередь, определяются минералогическим составом отложений, а также связаны
с гидроморфностью условий их накопления. Микроморфологические исследования подтвердили, что
показатели С орг. напрямую зависят от содержания мельчайшего растительного детрита, его состава. Темные
гумусовые соединения в виде мельчайших сгустков на поверхности минеральных зерен встречены единично.
Анализ обширной базы данных по содержанию С орг. в отложениях ЛК показал, что в толщах накопившихся
в период МИС 3 оно несколько выше, чем в МИС 2, при близком качественном составе растительного детрита.
Уникальными являются показатели содержания в рассматриваемых отложениях подвижных форм
фосфора и калия, извлекаемых вытяжкой Тамма. При невысоком валовом содержании фосфора в материале
ЛК (около 0,1% ), содержание его подвижных форм здесь часто составляет 25 – 40 мг на 100 г почвы, а в
отдельных слоях может достигать до 90 мг на 100 г. Не выявлено прямой связи этих высоких показателей с
содержанием Сорг., но в шлифах, выполненных из материала подобных слоев, отмечено резкое увеличение
Геохимия ландшафтов и география почв (к 100-летию М.А. Глазовской)
94
Таблица 1
Педогенные свойства материала отдельных слоев отложений ледового комплекса ([AC]) стадии
МИС 2 и МИС 3 и погребенной в них почвы
Объект и время
формирования
Глуби-
на, м
Гори-
зонт
рН
водн.
С орг
%
С г.к
Cф.к
N
общ.%
Формы N,
мг /100г
Подвижные,
мг /100г
СО
2
карб.
%
NH
4
NO
3
P
2
0
5
K
2
O
ЛК
МИС 2
3,3
[AС]
8,2
1,2
0,7
0,1
0,12
0,51
51,8
8,4
0,8
5,5
[AС]
8,3
1,1
0,6
0,2
0,15
0,15
53,6
6,3
0,8
14,0
[AС]
8,0
1,3
0,8
0,2
0,00
0,32
44,1
6,1
0,4
ЛК
МИС 3
22,4
[AС]
7,6
1,3
0,6
0,2
0,21
0,15
30,0
6,5
0,4
28,6
[AС]
7,9
1,8
0,6
0,7
0,14
0,16
36,4
6,8
0,3
36,4
[AС]
7,3
2,2
0,7
0,4
не опр. не опр.
26,4
4,8
0,5
Погребённая
почва
МИС 3
30,2
[Aт]
5,8
не
опр.
не
опр.
не
опр.
не опр. не опр.
не
опр.
не
опр.
не
опр.
30,6 [ВСg] 5,4
2,6
0,5
0,8
0,16
0,16
17,3
5,4
0,4
31,2
[CG]
4,9
2,4
0,6
0,3
0,23
0,12
20,4
5,1
0,3
содержания корневого растительного детрита. Анализ содержания подвижных форм фосфора в профилях
ископаемых торфянисто-глеевых почв возраста МИС 3, сформированных на этих отложениях указывает
на резкое убывание его в верхних минеральных горизонтах этих почв. Аналогичная картина отмечена и в
современных голоценовых почвах - криоземах и глееземах, формирующихся на свежем материале отложений
ЛК. При проведении лабораторных экспериментов по выращиванию злаков на материале отложений ЛК
в климатроне, за счет высокого исходного содержания в них усвояемых форм фосфора, калия, азота была
получена высокая биомасса используемых в эксперименте культур. После проведения 4 циклов выращивания
злаков в неизменном объеме грунта его плодородие резко снизилось, что сопровождалось снижением
содержания С орг., подвижных форм фосфора и практически полной минерализацией и исчезновением
в материале детрита. Резко ухудшились физические свойства материала. Все это позволяет говорить о
специфике биогеохимической обстановки позднего плейстоцена на территории Древней Берингии, наиболее
характерной чертой которой было накопление продуктов педогенеза преимущественно в форме мобильных
соединений, а не в виде гумусовых веществ.
Есть все основания полагать, что сходная ситуация существовала при формировании лессово-
почвенных формаций в перигляциальных зонах Евразии. В материале лессовых отложений, сохраняющих
признаки синлитогенного почвообразования и выполнявших функции почв, обеспечивавших плодородие
формирующихся здесь ландшафтов с их мамонтовой фауной, гумусовые соединения почти полностью
отсутствуют. Они появляются в материале профилей погребенных почв в результате смены синлитогенного
почвообразования на эпигенное, определяя ведущие признаки их морфологического строения, а также
устойчивое во времени плодородие.
Литература
1. Жиготский В.Я. Коренное изменение геохимии ландшафтов на низменностях Северо-Востока
СССР на границе плейстоцен-голоцен. Мерзлотно-геологические процессы и палеогеография
низменностей Северо-Востока Азии. Магадан, СВКНИИ ДВНЦ АН СССР, 1982, с. 101 -111.
2. Губин С.В. Педогенез – составная часть механизма формирования отложений
позднеплейстоценового ледового комплекса. Криосфера Земли. 2002, т. VI, № 3, с. 82 – 91.
УДК 631.48
ВЛИЯНИЕ ЦИКЛИЧНОСТИ В РАЗВИТИИ ПРОЦЕССОВ ЛИТО-, КРИО- И ПЕДОГЕНЕЗА НА
ВОСТОЧНО-ЕВРОПЕЙСКОЙ РАВНИНЕ В ПОЗДНЕМ ПЛЕЙСТОЦЕНЕ НА ФОРМИРОВАНИЕ
ГОЛОЦЕНОВЫХ ПОЧВ
Л.А. Гугалинская, В.М. Алифанов
Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт физико-химических и
биологических проблем почвоведения Российской академии наук, Пущино, e-mail: gugali@rambler.ru;
alifanov_v@mail.ru
Вопросы соотношения почвообразования и континентального осадконакопления, роли педосферы в
глобальных и региональных денудационно-аккумулятивных циклах обсуждаются в научной литературе с
возникновением первых дискуссий при формулировании почвенно-элювиальной гипотезы происхождения
лёссов и лессовидных суглинков [1].
Как выяснилось, внутри каждой из природных зон существует большое разнообразие строения
профилей зональных почв, и влиянием только биоклиматических факторов это разнообразие объяснить
не удается. Для объяснения этого факта появилась необходимость обратиться к рассмотрению почвенного
покрова как продукта граничных условий, зоны столкновения динамических процессов, действующих внутри
и на поверхности земной коры, то есть к развитию геогенных факторов почвообразования. Теоретическая