Файл: Защита прав потребителей в России и за рубежом (Защита прав потребителей в зарубежных странах).pdf

В организационно-практическом плане теория защиты потребителя находит опору в создании многочисленных обществ потребителей и соответствующих административных органов. Например, в Палате представителей Конгресса США существует подкомиссия по защите потребителей. В Англии есть Министерство по вопросам цен и защите потребителей, а в Германии – Совет потребителей в Федеральном министерстве экономики и самодеятельные союзы потребителей. Аналогичные органы имеются во Франции, Японии и других странах.

В некоторых странах в комплексных законах регламентируются все стороны защиты потребителей. Примером может служить мексиканский закон о защите потребителей 1992 г.: он содержит многочисленные предписания (о рекламе, гарантиях, информационных обязанностях и ответственности предприятий, кредитных учреждений и служб наружных (входных) дверей), предоставляет исполнительной власти широкие полномочия (в том числе по установлению цен на потребительские товары) и учреждает должность федерального адвоката потребителей (который должен охранять интересы потребителей и для этого наделяется большими правами), а также Национальный институт потребителей, задачей которого является обеспечение информацией и образование потребителей^[19].

Само собой разумеется, проблема защиты потребителей была вынесена за национальные рамки: в ЕЭС учрежден Консультативный комитет потребителей Комиссии Общего рынка. Общества потребителей, как правило, развиваются при участии профсоюзов.

Таким образом, широко рекламируемая на Западе теория защиты потребителя сводится к идее охраны потребителя-покупателя, кредитополучателя, страхователя, пассажира, обучаемого или туриста в конкурентной борьбе компаний за прибыли. Конечно, в сегодняшнем западном мире есть от чего защищаться, но было бы наивно искать корни системы защиты потребителя в альтруистических устремлениях крупного бизнеса. Специалисты вынуждены признавать, что «перед лицом одностороннего формирования Общих условий сделок потребитель беспомощен», что не всегда срабатывают попытки «конечных потребителей» бороться с монополиями в рамках антитрестовского (конкурентного, картельного) законодательства.

В сложившихся рыночных условиях свобода заключения гражданско-правовых договоров является принципом построения обязательственных правоотношений. Однако в сфере гражданского оборота нередко встречаются такие виды договоров, где этот принцип нуждается в некоторых ограничениях. Это обстоятельство продиктовано необходимостью соблюдения и охраны законных прав и интересов отдельных субъектов гражданского права. В основном к ним принадлежат граждане-потребители. Они, как известно, в своей повседневной жизни заключают большое количество договоров, связанных с удовлетворением их жизненно важных интересов.

Одним из таких договоров является договор присоединения. Сущность его заключается в установлении правоотношения, содержание которого определено одной стороной, а другая зачастую не только не в состоянии обсуждать договорные условия, но и не имеет выбора - присоединиться или нет к такого рода договору^[20].

Западные юристы подчеркивают, что договоры с заранее разработанными условиями неизбежны в тех сферах хозяйства, где заключается множество однотипных, стандартных сделок. Действительно, невозможно себе представить, что пассажир городского транспорта или метро всякий раз при очередной поездке будет заключать новый договор перевозки. Поэтому стандартные договоры неизбежны в любом современном обществе.

Скажем, в США требования о пресечении незаконных действий можно предъявлять только к стороне по договору. В результате, как отмечается в литературе, решением Верховного суда США от 9 июня 1977 г. по делу «Иллинойс Брик Корп.» против штата Иллинойс защите потребителей в рамках американского картельного права было нанесено тяжелое поражение: теперь имеют право на возмещение вреда лишь те покупатели, которые состоят с правонарушителем в прямых договорных отношениях. Конечные потребители вправе предъявлять требования о возмещении ущерба лишь тогда, когда нарушение норм картельного права имело место на уровне розничного торговца.

Исключение может составлять только судебная практика Германии, которая, используя каучуковые формулировки, в том числе параграф 138 Германского Гражданского уложения, объявляющего недействительным сделки, наносящие ущерб моральным устоям общества, признает недействительными договоры с использованием монопольного положения или экономического могущества одной из сторон^[21].

Но все же в целом некоторые действующие законы и инструкции действительно направлены против изготовления недоброкачественных и опасных для жизни и здоровья населения продуктов, обманной рекламы, обсчета, обвеса, обмера и т. п. покупателей. Однако глубинные причины этих мер коренятся в стремлении государства вкупе с монополиями обеспечить общий высокий качественный уровень производства, а также подавить менее мощных конкурентов. Если последние производят плохую продукцию, надо их наказывать, в том числе и с помощью законодательства о «защите потребителя». Иначе говоря, данное законодательство в конечном счете служит интересам наиболее сильных предприятий в их борьбе с менее сильными.

Вот почему законодательство и судебная практика стремятся не допускать предоставления каких-либо льгот отдельным категориям потребителей. Например, суды отказывают в требованиях членов покупательских объединений выдавать им специальные покупные удостоверения, по которым им предоставлялись бы льготные условия при покупке. Решением от 11 ноября 1977 г. Верховный суд ФРГ потребовал, чтобы предприятия оптовой торговли самообслуживания с помощью средств контроля препятствовали частным лицам приобретать у них товары (естественно, по более низким оптовым ценам) и чтобы промышленники не удовлетворяли у них личные потребности.

Уязвимость теории «защиты потребителя» заключается, во-первых, в том, что она не учитывает социально разнородный состав потребителей. Во-вторых, она не ограничивает пределы потребительства, объективно способствуя безудержному стяжательству и нравственной деформации «общества потребителей». Неслучайно, например, в Испании при полном отсутствии какой-либо научной ясности в вопросе о том, кто же такой потребитель, к ним относят всех, кто руководствуется обывательским девизом: «Salud, dinero у amor! «Здоровье, счастье и любовь». В-третьих, рассматриваемая теория объявляет почти все, что делают предприниматели в целях обхода конкурентов и получения прибыли, «потребителезащитными» мерами. Специальные административные органы, общества и союзы потребителей, не говоря уже о рядовых потребителях, фактически бессильны в борьбе с крупными фирмами. Союзы потребителей отваживаются только на небольшие конфликты и только с мелкими фирмами. Например, в ФРГ один из исков был предъявлен к изготовителю обманно разрекламированного стирального порошка. В телерекламе было показано, как порошок «делает» безупречно чистым сильно загрязненное белье. Однако проверка показала недостижимость подобного эффекта, что и послужило основанием для удовлетворения иска. Шестым сенатом Верховного суда ФРГ был удовлетворен также иск к одному из изготовителей лыжных креплений.

В США изготовитель хлебобулочных изделий, рекламируя свои изделия по телевидению, утверждал, что они способствуют похудению. Определенная категория потребителей поверила этой рекламе. Убедившись в обмане, потребители через соответствующие органы добились опровержения рекламы. Суд обязал изготовителя «собственноручно» (т. е. также по телевидению) опровергнуть свою необоснованную рекламу. В рекламном ролике были добавлены слова, что этот хлеб не делает людей более худыми, просто он нарезан более тонкими ломтиками.

Отдельные потребители и даже их союзы не решаются возбуждать дела против монополий под угрозой непомерной имущественной ответственности. Крупная фирма, обвиненная, скажем, в обманной рекламе, вправе в случае отклонения иска потребовать полного возмещения ущерба, причиненного ее производственной деятельности и сбыту продукции. Слабые в финансовом отношении союзы потребителей не могут возмещать крупные убытки и потому вынуждены мириться с нарушением прав. Важно и еще одно обстоятельство. Даже в случае выигрыша дела конкретные потребители обычно также ничего не получают: поскольку точное число потерпевших в подобного рода делах в большинстве случаев определить невозможно и сумма возмещения невелика, ее перечисляют в пользу самих союзов потребителей.

Наконец, следует подчеркнуть, что крупные фирмы буквально преследуют потребителей, отваживающихся публично покритиковать их за неблаговидные дела. Одно время на весь мир прошумело дело с загрязнением моря нефтью. 230 тыс. тонн нефти, вылившейся из трюмов танкера «Амоко Кадис», севшего на скалы у берегов Бретани, принадлежали французскому филиалу ТНК «Шелл». Союз французских потребителей посмел в своем небольшом журнале «Что выбирать?» назвать «Шелл» одним из виновников катастрофы. Французский филиал «Шелл» тут же предъявил иск. В результате недолгого разбирательства суд оштрафовал союз потребителей на 10 тыс. долларов.

1.4 Судебная защита прав потребителей

Судебная защита прав и свобод гражданина^[22] в нашей стране гарантирована Конституции РФ. в ст. 47 Конституции РФ говорится, что никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. в ст. 3 ГК сказано: «заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Отказ от права на обращение в суд недействителен».

П.3 ст. 17 Закона «О защите прав потребителей» предусматривает судебный порядок защиты нарушенных прав потребителя по иску самого потребителя, а также уполномоченного федерального органа исполнительной власти по контролю (надзору) в области защиты прав потребителей (его территориальные органы), а также иных федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих функции по контролю и надзору в области защиты прав потребителей и безопасности товаров (работ, услуг) (их территориальные органы), органов местного самоуправления, общественных объединений потребителей (их ассоциации, союзы) по искам, предъявляемым в интересах потребителя, группы потребителей, неопределенного круга потребителей.

Дела по имущественным спорам при цене иска, не превышающей пятисот минимальных размеров оплаты труда, установленных федеральным законом на день подачи заявления рассматривает мировой судья в качестве суда первой инстанции, а свыше – районный суд. Цена иска определяется исходя из взыскиваемой денежной суммы^[23].

Для потребителя установлена так называемая альтернативная подсудность, т.е. он вправе по своему выбору обратиться в суд: по собственному месту жительства; по месту нахождения организации, а если ответчиком является индивидуальный предприниматель, – его жительства; по месту заключения или исполнения догоВора (п. 7 ст. 29 ГК РФ; п.2 ст.17 Закона «О защите праВ потребителей»). Исключение из этого правила составляют иски к перевозчикам, вытекающие из договоров перевозки грузов, пассажиров и их багажа, которые должны предъявляться по месту нахождения управления транспортной организации (п. 3 ст. 30 ГПК РФ).

Поскольку покупателю представляется право выбора способа защиты нарушенных прав, на практике возникает вопрос: вправе ли суд изменить способ защиты прав потребителя, выбранный им самим? Ответ на этот вопрос можно найти в определении верховного суда РФ №7 4В95-11:

«В 1991 году между гражданином N и сельскохозяйственным потребительским обществом был заключен договор о продаже ей автомашины В 1993 году. И. оплатила стоимость машины, однако потребительское общество договор не исполнило, В связи с чем И. обратилась в суд с требованием обязать ответчика предоставить ей автомашину.

Решением суда иск удовлетворен.

Кассационная инстанция решение суда изменила и с учетом того, что с 1991 года В потребительское общество автомашины не поступали, стоимость автомашин неоднократно повышалась, сочла возможным применить по аналогии порядок оплаты стоимости автомашин, установленный по государственным долговым товарным обязательствам - 60% их стоимости, В связи с чем взыскала с ответчика В пользу И. 5 млн. руб. Надзорной инстанцией кассационное определение оставлено без изменения.

Определением Судебной коллегии Верховного Суда РФ отменены кассационное определение и постановление, вынесенное в порядке надзора, и оставлено в силе решение суда первой инстанции по следующим осноВаниям.

Согласно ст. 243 ГК РСФСР (1964 г.), если продавец в нарушение договора не передаст покупателю проданную вещь, покупатель вправе требовать передачи ему проданной вещи и возмещения убытков, причиненных задержкой исполнения, либо отказаться от договора и потребовать возмещения убытков.