Файл: Взаимосвязь права и государства (О ПОНЯТИИ «ГОСУДАРСТВО». СООТНОШЕНИЕ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА).pdf

В целом, в юридической науке представлено несколько точек зрения на вопрос об отношении государства и права. Если рассматривать общо, то здесь возможно выделение двух основных противоположных теоретических позиций по данной проблеме.

Одна из них связана с утверждением примата государства над правом, а другая, наоборот, с провозглашением главенства права над государством. Кроме того, есть и ещё две позиции. Представители одной полагают, что между правом и государством нет связи, тогда как другие считают, что между этими институтами есть равнозначная взаимосвязь.

Сейчас мы обратимся к рассмотрению этатистского подхода.

Согласно этатистской концепции, государство занимает более высокое и важное положение по сравнению с правом, государство является источником права, использует право в качестве инструмента своей политики. Сторонники философии этатизма полагают, что государство для блага своих граждан имеет право оказывать вмешательство во все сферы жизни, в том числе и в частную. Государство организует всю экономику - от управления производством до распределения людей по сферам приложения труда, оно должно вступать в борьбу с ленью и расточительством, следить за тем, чтобы молодые люди вступали в брак и имели много детей. Государство также занимается устроительством церквей, управлением системой образования и т.д. То есть, государство оказывает активное и даже тотальное вторжение во все сферы жизни общества.

Сторонники этатистского подхода считают, что все сферы приватного, непосредственно не входящие в сферу публичной власти, суть явления низшего (по сравнению с государством) порядка. Ни одна из них не выступает в качестве носителя политического единства, но каждая порознь и все вместе так или иначе способствуют его подрыву. Соответственно, государство вынуждено вступать с ними в конфронтацию, заниматься их укрощением, удерживать их в рамках политической целостности. Для того чтобы справиться с подобной задачей, оно обязано думать о том, чтобы сохранить свою мощь. Именно в этом и заключается главный интерес государства.

Согласно данной теории, государство предшествует праву, порождает право. Исходя из данного подхода, право является совокупностью норм (велений, установлений, приказов государства), благодаря которым государственная власть руководит обществом. В качестве основания права выступает государственная власть, которая в свою очередь основывается на силе.

Очевидно, что жизнь современного общества невозможна без права. Здесь можно говорить о существовании объективной потребности в защите государством социальных прав граждан, в том, чтобы оно покровительствовало культуре и образованию. В то же время следует сказать о наличии объективных пределов такого вмешательства. Это обстоятельство как раз не учитывается в теории и практике этатизма, в соответствии с которым право рассматривается в качестве продукта государственной деятельности, как его (государства) следствие.

Рассматриваемый подход был достаточно распространен в отечественной юридической науке. На протяжении длительного периода времени считалось, что право зависит от государства, находится в подчиненном положении. Оно выступает в качестве средства принуждения для достижения государством своих целей. Политическая практика являлась основой этого подхода, поскольку она видела в праве своего рода придаток государства.

Такой взгляд на проблему взаимоотношения государства и права выводит государство и его институты за пределы зоны правового влияния. То есть, если государство является источником права, то государство не может быть быть связано этим правом. При таком подходе проблема правомерности государственной власти полностью исключена. Именно по этой причине, этатизм, который был широко распространен в Германии и России, способствовал тому, чтобы в этих странах сформировались тоталитарные системы.

Вместе с тем, следует понимать, что этатизм не является тождественным тоталитаризму – последний представляет собой крайнее проявление этатизма соотношения между правом и государством.

Истоки идеи этатизма следует искать в эпохе абсолютизма. Первоначально их обосновал Х. Вольф, а затем их развитием занимался Фихте.

В качестве одного из основоположников этатизма выступает английский философ-материалист Томас Гоббс (1588-1679 гг.). В знаменитом «Левиафане» (1651 г.) он, исходя из посылки, что государство - «искусственное тело», и симпатизируя монархии, стремился теоретически обосновать и оправдать власть монарха, не ограничиваемую правом. По его мнению, единственным законодателем является суверен, поскольку он представитель государства. Суверен не может подчиняться гражданским законам, поскольку законодатель не может быть обязанным пред самим собой. С его точки зрения, сила обычая и прецедента коренится в молчаливой воле суверена. В любой момент он может начать руководствоваться ими, а не законом^[13].

Т. Гоббс (1588-1679), являющийся одним из родоначальников материализма Нового времени, подверг государство и идею политической справедливости объективному научному анализу (основные труды: «Элементы законов, естественных и политических», 1640; трилогия «Основы философии», «Левиафан, или материя, форма и власть государства церковного и гражданского», 1651). Сама идея политической справедливости и принципы политической справедливости отождествлялись Гоббсом с гражданским миром и гражданскими добродетелями, воспринимающимися как высшее благо.

Т. Гоббс полагал, что государство является не божественным установлением, а «искусственным телом», созданным людьми. Английский философ рассматривал вопрос о происхождении государства через призму теории «общественного договора», которая получила широкое распространение в эпоху Просвещения. Из научной философии государства Т. Гоббса следует, что само понятие «справедливость» немыслимо без существования государства, поскольку вне государства человек живёт в одиночку, в «естественном состоянии», в котором нет представления о добродетели и пороке, нравственных нормах, в «естественном состоянии» человек ведёт с человеком постоянную войну за обладание теми или иными правами и источниками существования. Так как эта война несёт гибель, люди заключили добровольный договор в целях всеобщего мира и безопасности – отсюда и возникло государство.

Политическая справедливость согласно философии Т. Гоббса немыслима без добровольного ограничения прав и свободы граждан, а также передачи части этих прав и свобод государственным органам и государю. Принципы политической справедливости основываются на абсолютности власти государства по отношению к своим подданным, этой власти граждане должны повиноваться безусловно. Повиновение законам государства является основой политической справедливости и её залогом.

Также необходимо заметить, что политическая справедливость, согласно философии Т. Гоббса, не может существовать без заботы правителя (государя) о благе своего народа, поскольку благо народа является высшей целью существования государства. В основе принципов политической справедливости всегда лежат идеи охраны мира и всеобщего благоденствия. Т. Гоббс также отмечал, что политически справедливым может быть только централизованное и единое государство, а монархия выделялась философом как наиболее благоприятная форма правления.

Поскольку свойства государства, его смысл и предназначение объясняются в соответствии с природой человека, то, Гоббс философии государства предпосылает философию морали, или философию человека, то есть ту философию, которая говорит о человеческих склонностях и нравах. Гоббс не согласен с тем положением, что человек представляет собой существо общественное и называет данное положение заблуждением античной философии. Человек отличается эгоистичностью, подверженностью разнообразным страстям и всегда преследует свою собственную выгоду, и именно эти условия определяют его отношения с другими людьми и исключительно на этих условиях человек вступает во взаимодействия. То есть, человеком движет «влечение» и «отвращение». «То, к чему человек испытывает влечение, является добром, то, к чему питает отвращение, — злом. Но добро и зло отличаются относительностью: «так для наших врагов зло то, что для нас благо». Существует только одно бесспорно общее для всех благо — самосохранение. То есть, жизнь и здоровье является благом, а смерть, соответственно, злом.

Для доказательства этого положения Гоббсом использована гипотеза естественного состояния. Описанию естественного состояния Гоббс посвящает раздел «Свобода» в книге «О гражданине» и заключительные главы раздела «О человеке» в «Левиафане». Жить вместе людей заставляет отнюдь не их общительная природа, а страх, так как общительной природы не существует^[14].

Что касается истоков и первопричин взаимного страха, то они заложены в природном равенстве людей. Гоббс отмечает, что изначально природой люди были созданы равными в плане их умственных и физических возможностей. Однако под природным равенством следует понимать только то, что друг против друга у людей присутствуют равные возможности. То есть, каждый может убить или нанести вред каждому.

За счет равенства умственных способностей надежды и желания также уравниваются, отчего возникает недоверие людей друг к другу. Люди начинают конкурировать друг с другом. Т. Гоббс отмечает следующее: «Самая распространенная причина, заставляющая людей взаимно желать зла друг другу, является результатом того, что одновременно множество людей стремятся к обладанию одной и той же вещью, однако чаще всего они не могут ни пользоваться одновременно этой вещью, ни разделить ее между собой. Следовательно, ее приходится отдавать сильнейшему, а кто будет сильнейшим, решит борьба». И именно естественное право выступает в качестве основы для ведения этой борьбы. Естественное право предполагает, что каждый человек от природы получает право на все: право на выбор цели и право на выбор средств для ее достижения^[15].

Естественное право, царящее в естественном состоянии, тождественно свободе. «Естественное право, — пишет Гоббс, — называемое обычно писателями jus naturale, есть свобода всякого человека использовать собственные силы по своему усмотрению для сохранения своей собственной природы, т.е. собственной жизни, и, следовательно, свобода делать все то, что, по его суждению, является наиболее подходящим для этого»^[16].

Под свободой здесь подразумевается отсутствие препятствий внешнего характера для того, чтобы человек делал что-то полезное для самого себя. Соответственно, исходя из принципов естественного права, между людьми существуют равенство и свобода, у каждого человека имеется на все право, кроме того, сам человек и судит свои поступки. Т. Гоббс отмечает: «Но такого рода всеобщее право на все оказалось совершенно бесполезным для людей. Ибо результат этого права по существу тот же самый, как если бы не было вообще никакого права»^[17].

Здесь речь идет о том, что естественное право может быть сведено к тому, что один человек по своему естественному праву нападает на другого человека, а тот по праву вынужден сопротивляться^[18].

Господствующим является принцип «человек человеку волк», и идет война всех против всех. В условиях этой войны понятия справедливого или несправедливого не существует, поскольку мерилом всех поступков является польза. Война всех против всех могла бы идти бесконечно, если бы человек не боялся смерти как величайшего зла. Страх смерти активизирует разум человека, заставляет вести поиски надежных средств для сохранения жизни, помимо собственных индивидуальных возможностей. В связи с этим разумом человека формулируются естественные законы, некие требования истинного разума.

«Естественный закон, lex naturalis, есть предписание, или найденное разумом (reason) общее правило, согласно которому человеку запрещается то, что пагубно для его жизни... и пренебрегать тем, что он считает наилучшим средством для сохранения жизни». Истинный разум требует от человека соблюдения своих обязанностей перед остальными людьми ради собственного самосохранения. Поэтому различие между правом (jus) и законом (lex), как полагает Т. Гоббс, заключается в том, что «право состоит в свободе делать или не делать», закон же «определяет и обязывает», поэтому в отношении одной и той же вещи обязательство (закон) и свобода (право) несовместимы. Если естественное право — это царство свободы каждого, то естественные законы — это обязательства, накладываемые на каждого разумом каждого. Иными словами, право и закон, jus и lex, выступают как правомочие и обязанность. Сказанное вытекает из смысла естественных законов, сформулированных Гоббсом^[19].

Согласно первому естественному закону главной целью является мир. Во втором естественном законе определены средства для достижения этой цели. Третий естественный закон — справедливость, которая заключается в том, что люди выполняют заключенные соглашения, то есть, договор служит своего рода источником справедливости. Четвертый естественный закон — благодарность. Здесь отмечается, что люди совершают любые действия ради собственного интереса (выгоды), соответственно, благодеяние требует благодарности со стороны того человека, которому это благодеяние было подарено. Пятый естественный закон — взаимная уступчивость или любезность. Здесь подразумевается, что люди должны учитывать интересы друг друга, приспосабливаться друг к другу. Шестой естественный закон — легко прощать обиды^[20]. Седьмой естественный закон предписывает: «При отмщении люди должны сообразовываться не с размерами совершенного зла, а с размерами того блага, которое должно последовать за отмщением». Восьмой естественный закон направлен против оскорбления. Девятый естественный закон направлен против гордости. В тесной связи с ним находится десятый естественный закон, направленный против надменности. В целом, девятый и десятый естественные законы очень важны, так как они провозглашают равенство людей. Одиннадцатый естественный закон — беспристрастие. Двенадцатый, тринадцатый, четырнадцатый естественные законы касаются вопросов, связанных с предотвращением конфликтов по поводу пользования теми или иными вещами. Согласно пятнадцатому естественному закону посредники мира должны иметь гарантии неприкосновенности. Шестнадцатый, семнадцатый, восемнадцатый, девятнадцатый естественные законы обращены к проблемам судопроизводства. В «Гражданине» Гоббс добавляет еще один естественный закон, направленный против пьянства^[21].