Файл: Правовые особенности перевода документов.pdf

Нетрудно догадаться, что основной сюрприз ждал нас при формировании показателей раздела «Кредиторы», хотя оба показателя синтетического учета сформированы в системе двойной записи и находятся в Главной и Секретной книгах и большинство из них проверяемо и имеет прямую связь с тетрадью вывода. Соответственно, отсутствует расчет показателей методом инвентаризации (посредством инвентарных описей).

Для наглядности нам следует повторить из публикации [33] одну из центральных страниц тетради расчетов — 19 V (левая страница на рисунке 2).

Обратим особое внимание на то, что верхний показатель на странице — это итог раздела «Дебиторы» — f. 7497 s. 11 d. 11. В то же время раздел «Кредиторы» начинается со следующей страницы — 20 R (правая страница на рисунке 20.

Для получения ответа на вопрос, чем являлась страница 19 V, доведем до конца анализ формирования раздела «Кредиторы» синтетического баланса.

Заголовок над страницей 20 R гласит: «Кто имеет от нас в Главной Черной книге (Libro Grande Nero) на 31 декабря 1410 г.»

Две записи из «Quaderno di ragiona- mento» отражают кредиторскую задолженность перед конкретными лицами и оформлены по всем правилам:

«Giufrero Stangno Darlli имеет в указанной книге, что хорошо видно на с. 21, f. 7 s. 18».

«Michele Genovardi из Лукки имеет в указанной книге, что хорошо видно на

с. 31, f. 7 s. 14».

Перед оставшимися двумя записями (четвертая и пятая) на странице выделен заголовок: «Кто имеет в Секретной книге Компании с пометкой “2”».

1 ноября 1401 г. имеют f. 2625 s. 15, как сказано в указанной книге на с. 46, для торговли мебелью и которые переносятся со старого счета на новый».

Следующая запись имеет для исследования наибольший интерес, поскольку здесь представлен счет реинвестированного капитала. Федериго Мелис считал, что этот счет представляет «sovraccorpo*, на котором собраны прибыли, накопленные с 1 ноября 1401 г. по 31 декабря 1409 г. и вложенные (реинвестированные) в компанию [15, с. 162].

И так читаем: «Франческо ди Марко и Компания по новому счету от 1 ноября 1401 имеет в указанной книге на с. 46, f. 3960 s. 19 d. 7, которые образованы из прибыли с 1 ноября 1401 по 31 декабря 1409, за 8 лет и 2 месяца, и принадлежат Франческо и Tommaso».

Венчает страницу 20 R итог, посчитанный Tommaso di ser Luca: «Сумма по этой странице f. 6601 s. 18 d. 7».

Завершает тетрадь вывода (умозаключений) разворот 20 V—21R (рисунок 3), который содержит 6 последних записей.

Первые три записи на странице озаглавлены: «Кредиторы Секретной книги с пометкой “2”». Из них первые две записи не представляют особого интереса. Скорее всего, это данные из обычных персональных расчетных счетов о невыплаченном в срок жалованье. Неисключено, что менеджеры компании используют ее кассу в качестве своеобразного сберегательного банка, так как это задолженность за период до 1 января 1409 г. Нахождение данных счетов не в Главной Черной книге, а в Секретной книге связано с соблюдением коммерческой тайны. В Средневековье жалованье основных собственников, если они принимали участие в управлении компании, компаньонов, топ-менеджеров и менеджеров, их премии и вознаграждение собственников всегда учитывались в Секретной книге.

В нашем случае читаем: «Nanni di Girolamo, который остается с нами, имеет в указанной книге на с. 47, f. 31 s. 12».

И далее: «Donato di ser Giovanni имеет в указанной книге на ст. 47 f. 144 s. 1 d. 6 как остаток по его жалованью».

Следующая запись и есть выписка из счета первоначально инвестированного капитала (сотро). Смотрим текст: «Франческо ди Марко и Компания в Брюгге по старому счету от прошлого 1 ноября, о чем сказано в указанной книге на с. 47, имеют f. 196 s. 22 d. 4, на остатке по дебету старого счета при переносе в кредит нового счета».

Дата «прошлое 1 ноября» нами воспринимается не как дата какого-нибудь ближайшего прошлого периода, а как дата последнего преобразования компании в прошлом, то есть 1 ноября 1401 г. Напомним, что в архиве Франческо Дати- ни в Прато хранятся аналитические построения компании, начиная с 1392 г.

Бухгалтер компании, он же компаньон Франческо Датини на стороне Тосканы (кроме того имеет место сторона компаньонов в Брюгге), Tommaso di ser Luca, вел раздельный учет инвестированного (согро) и реинвестированного капитала (sovrac- согро). Счет капитала собственника, как любой счет кредиторской задолженности (обычный кредитор предоставляет получателю денежный или товарный кредит с обязательством возврата в установленный срок и выплатой оговоренного вознаграждения; собственник предоставляет денежные или товарные средства без требования возврата, но с выплатой вознаграждения по результатам деятельности принадлежащей ему организации), имеет кредитовое сальдо. При закрытии счета и переносе сальдо в новую книгу счет балансируется записью суммы по дебету, а на новый счет в новой книге оно заносится в кредит счета как входящее сальдо. Таким образом, налицо все признаки счета инвестированного капитала, который в неизменной форме хранится от даты организации (реорганизации) компании.

Три оставшиеся записи кредиторов, перенесенные из Секретной книги, объединены в раздел «Жалованье ребят за прошедший год, начиная с 1 января 1409 г. по 31 декабря 1410 г.». Наши коллеги из института Датини (Прато, Тоскана) переводят это место как «Жалованье мальчиков». Видимо, в то далекое время так уменьшительно «величали» младших менеджеров.

Читаем: «Donato di ser Giovanni имеет на 31 декабря 1410 г. по его жалованью с 1 января 1409 г. по 31 декабря 1410 г., которое за год составило f. 40».

«Nanni di Girolamo, который остается с нами, имеет на 31 декабря 1410 г. по его жалованью с 1 января 1409 г. по 31 декабря 1410 г., которое за год составило f. 15».

«Ganino di Marchese, который остается с нами, имеет f. 4 s. 16 за его расходы в прошлом году».

Завершает страницу подсчитанный итог: «Сумма этой страницы f. 432 s. 3

d. 10».

Заключительная страница аналитических записей (Quaderno di ragionamen- to) (с. 21 R) содержит итог всех кредитовых записей: «Сумма всех, кто имеет от нас, учитывая торговлю и кредиторов на этом счете после 8 лет и 2 месяцев, как это можно видеть в этой Quaderno di Ragiona- mento со с. 20 на двух страницах, в общей сложности f. 7033 s. 22 d. 5, исходя из 24 сольди за 1 флорин».

Далее Tommaso di ser Luca пишет: «Указанная сумма включена в этой Quaderno di ragionamento на с. 19 в сумму товаров и тюков отправленных, и наличные деньги и мебель из мастерской, а также продукты питания и напитки, а также должников, которые должны дать компании, то есть остаток после года с 1 января 1409 г. по 31 декабря 1410 г.».

Из последнего утверждения Tommaso di ser Luca следует, что на странице 19 V (рисунок 2) имеет место итог «Сумма товаров и тюков отправленных, и наличные деньги и мебель из мастерской, а также продукты питания и напитки, а также должников, которые должны дать компании, то есть остаток после года с 1 января 1409 г. по 31 декабря 1410 г.», равный f. 7497s. lid. 11.

Эта сумма сформирована за счет двух основных источников (пассивов):

— сумма всех, кто имеет от нас, учитывая торговлю и кредиторов на этом счете после 8 лет и 2 месяцев, как это можно видеть в этой Quaderno di Ragionamento со

с. 20 на двух страницах, в общей сложности f. 7033 s. 22 d. 5;

— и разницы между двумя показателями на этой странице, то есть «Прибыль, полученная в году, который закончился 31 декабря 1410 г. в сумме f. 463 s. 13 d. 6».

На странице 19 V наглядно приведены все три показателя. Сумма f. 463 s. 13 d. 6 находится непосредственно в тексте (не в столбик). А среди показателей, разнесенных в столбик, показан результат распределения прибыли между собственниками:

— «Эти деньги для Tuci di Benci, за его долю f. 115 s. 11 d. 4 с половиной»;

— «Доля Франческо ди Марко и Tommaso di ser Luca, что осталось от вышеупомянутой суммы, то есть f. 347 s. 16

d. полтора».

Одно из основных направлений настоящего исследования — изучить механизм формирования финансового результата. Согласно изложенному, можно утверждать, что сторона «Дебиторы» аналитического баланса строилась как инвентаризацией, так и методом двойной записи, и ее показатели занимают место со страницы 1 R по страницу 19 R. Показатели стороны «Кредиторы» формировались в системе двойной записи и помещались во второй части аналитического баланса (со страницы 20 R по страницу 21 R).

Именно центральная страница 19 V (между двумя сторонами баланса) выполняла функцию счета «Убытки и прибыли». Данный показатель также был необходим в синтетической бухгалтерской отчетности. Как видим, бухгалтера интересовал только финансовый результат, и вопросы развития методологии учета отступали далеко на задний план.

В одной модели можно обнаружить, казалось, элемент прогресса в виде агрегирования аналитических показателей в синтетические. Однако это не является моментом развития бухгалтерской методологии, а всего-навсего является частью алгоритма расчета финансового результата в комбинированной бухгалтерии. Данную модель (заметим, применяемую итальянскими купцами во Франции в начале XV столетия) нельзя признать системой двойной бухгалтерии, так как в ней отсутствуют счета факторов финансового результата (доходов и расходов), предназначенные для формирования финансового результата. Кроме того, балансовое обобщение информации об имуществе, долговых обязательствах и капитале не служит основой информационного обеспечения собственников о финансовом результате,

а, наоборот, из балансового обобщения выводится финансовый результат. Приведенный баланс не несет никакой контрольной функции, а финансовый результат в нем исчисляется по остаточному принципу.

И еще на одном моменте следует заострить внимание: те же принципы ведения учета были предложены Ж.П. Савари в 1675 г. для французских купцов [35]. Прав-

да, по результатам исследований, предло-финансового результата (чтобы узнать, как женных в публикациях [36—42], Савари идут дела) с построением баланса фиктивной шел несколько дальше, совмещая вывод ликвидации (чтобы успокоить кредиторов).

В языке официальных документов широко используются термины и профессионализмы в соответствии с тематикой и содержанием служебных документов.

В первую очередь − это термины юридические, дипломатические и бухгалтерские (import, contract, business proposal, demand и т.п)

Характерно, также употребление канцелярских штампов, воспроизводимых лексико-фразеологических единиц, которые соотносятся с часто повторяющимися ситуациями, распространенными понятиями (within reporting period, taking into account, it has been issued to submit…, as discussed…).

В деловой корреспонденции используются имена существительные - названия людей по признаку, обусловленному каким-либо действием или отношением (contractor,designer, customer и т. п.)

Для делового языка весьма характерно использование неологизмов, так называемой специальной лексики special terms и аббревиаций, которыми изобилуют деловые коммуникации.

Под неологизмами принято иметь в виду слова или обороты, возникшие для обозначения нового (прежде неизвестного) предмета или явления или для выражения нового понятия и вошедшие в общелитературный язык. Также к неологизмам относятся слова и выражения, которые еще не получили признания в общелитературном языке.^[7]

Различаются неологизмы двух категорий: новые слова и новые значения, которые появились в «старых» лексических единицах.

Так как деловой мир развивается наиболее интенсивно, неологизмы появляются, прежде всего, и чаще всего в деловой речи. В связи с этим для переводчиков обе категории представляют определенные трудности. Часто такие слова и значения невозможно найти в русско-английских словарях и даже в новейших толковых словарях, поскольку любой словарь отстает в области регистрации новейших слов и значений, по крайней мере, на несколько лет.

Задерживает появление неологизмов в словарях их временное, скоротечное существование в языке.

Таким образом, отличительной чертой неологизмов является их окказиональный характер, то есть их употребление не соответствует стандартному употреблению.

Например, сравнительно недавно в русский язык вошла такая лексическая единица, как дом быта, как учреждение сферы обслуживания. Несмотря на то, что это сочетание употребляется в языке в течение уже нескольких лет, для переводчика оно является сравнительно новым. Как же его следует перевести на английский язык? Для этого надо, прежде всего, уяснить себе, что имеется в виду под сочетанием дом быта.

Оказывается, что это не что иное, как пункт по обслуживанию населения. Следовательно, могут быть предложены, например, такие варианты перевода: a house of public amenities and services, public service establishment, consumer service, communal service и т. д. Наличие целого ряда возможных решений как раз и показывает, что данное выражение все еще сохраняет окказиональный характер и еще не стало нормой.^[8]

Сказанное равным образом относится и к переводу с иностранного языка на родной. Например, в английском языке лишь в последние годы родилось множество неологизмов с элементом in: live-in, eat-in, love-in, lock-in, camp-in, mail-in, sit-in, teach-in, pray-in, talk-in; in-crowd, in-depth, in-company, in-cap, in-jargon, in-language, in-thing, in-word; с префиксами mini- и maxi-: minimarket, miniboom, minicomputer, minicruise, minidose, minisurvey, maxicoat, maxidress, maxilength, maxi-shorts, maxi-order, maxi-taxi и т.д. Найти многие из подобных слов в словарях невозможно, так как они рождаются гораздо быстрее, чем обновляются словари..

Безэквивалентная лексика обнаруживается среди неологизмов, среди слов, называющих специфические понятия и национальные реалии, и среди малоизвестных имен и названий, для которых приходится создавать окказиональные соответствия в процессе перевода. Таковы английские слова conservatrolist, baby-sitter, backlog, etc.

Безэквивалентными грамматическими единицами могут быть как отдельные морфологические формы (герундий) и части речи (артикль), так и синтаксические структуры (абсолютные конструкции).