Файл: Понятие и виды наследования ( Понятие наследования ).pdf

Расширение влияния индивидуального начала образует основную тенденцию современного состояния правового регулирования пределов наследования по закону в отечественном гражданском праве.

Одной из отличительных черт современного российского законодательства о наследовании является беспрецедентное расширение круга законных наследников, на что справедливо обращается внимание в публикациях последних лет. Всецело соглашаясь с данным тезисом, отметим, что представление о наследовании по закону как о способе восполнения воли наследодателя уже не вполне отвечает реалиям сегодняшней действительности.

После введения в действие в 2002 г. части третьей Гражданского кодекса РФ (далее - ГК, ГК РФ, Кодекс), когда законные наследственные права получили родственники наследодателя до пятой степени родства включительно (ст. ст. 1141 - 1145 ГК), обоснование законного наследования исключительно семейной близостью и родственной привязанностью не может уже считаться удовлетворительным, поскольку семейные родственные отношения редко простираются за пределы второй - третьей степени родства. Кроме того, законодательное расширение наследственной лестницы уже не может обосновываться лишь идеей "молчаливого завещания". В подобных условиях возникает необходимость теоретического осмысления юридического обоснования этого нового этапа законодательного регулирования законного наследования.

Прежде всего следует признать, что ГК РФ пошел весьма далеко в признании кровного родства одним из основополагающих принципов построения системы законного наследования.

Признав наследственные права родственников наследодателя до пятой степени родства включительно, законодатель с известными поправками на естественную продолжительность жизни и разницу в возрасте между следующими друг за другом поколениями, по существу, сделал попытку возвращения к тому порядку законного наследования, который был присущ отечественному законодательству до 1918 г., когда к законным наследникам относились практически все кровные родственники умершего^[16]1.

В то же время степень кровного родства не является единственным критерием для установления очередности призвания к наследованию законных наследников. Немаловажным фактором остается семейная близость, что выражается в повышении старшинства наследственной очереди для некоторых из родственников, состоящих в одинаковой степени родства по отношению к наследодателю. В частности, это проявляется в порядке призвания к преемству в имуществе умершего представляющих наследников: в составе первой это внуки - родственники второй степени, хотя остальные родственники той же степени отнесены ко второй очереди; в составе соответственно второй и третьей очередей - племянники и племянницы, а также двоюродные братья и сестры, притом что другие родственники одинаковой с ними степени родства отнесены к более младшим очередям наследования (соответственно к третьей и пятой). Правда, семейная близость или, точнее говоря, сложившиеся в обществе представления о составе родственников, между которыми обычно поддерживаются связанные с кровным происхождением отношения, влияют на распределение по очередям только до третьей степени родства (прадедушки и прабабушки признаются наследниками уже только в четвертую очередь, хотя дяди и тети наследодателя призываются к наследованию в третью очередь). Наследственные права остальных родственников (четвертой и пятой степени) дифференцируются уже строго в зависимости от степени родства.

При этом признак семейной близости является определяющим при наделении наследственными правами более отдаленных (шестой и последующих степеней) родственников и даже чужих наследодателю лиц. Пасынки, падчерицы, отчим и мачеха признаются наследниками седьмой очереди, отстраняя от наследования родственников наследодателя шестой и последующих степеней родства. По существу, свойство противопоставляется родству. Нетрудоспособные иждивенцы из числа отдаленных родственников и посторонних наследодателю лиц наделяются наследственными правами при условии совместного с ним проживания, что всегда рассматривалось доктриной как признак сложившихся семейных отношений^[17]1.

Таким образом, следует отметить, что пределы наследования по закону, очерченные в действующем наследственном законодательстве России, характеризуются, в сущности, абсолютизацией индивидуального начала. При этом только в пределах первых трех очередей наследования можно видеть закрепленные законодателем общественные представления о близких семейных отношениях, в то время как четвертая - шестая очереди основываются лишь на формальной родственной связи с умершим, и семейная близость здесь не имеет значения. Следовательно, как уже отмечалось выше, обосновывать имеющуюся конструкцию очередности наследования исключительно "предполагаемой волей наследодателя" или семейными отношениями абсолютно недопустимо. Не вызывает сомнений, что одним из главных мотивов, которыми руководствовался законодатель при разработке нового свода норм наследственного права, было стремление обеспечить всемерное сохранение имущества в частной собственности.

Ранее действовавшее законодательство (ст. 532 ГК РСФСР 1964 г.) признавало наследственные права кровных родственников, как правило, до второй (внуки, братья, сестры, дед и бабушка), редко - до третьей (правнуки) степени родства при безграничных наследственных правах посторонних лиц (иждивенцев), лишь бы они были нетрудоспособными и находились на содержании наследодателя не менее года до открытия наследства.

ГК РФ перешел в другую крайность. Безоговорочный приоритет отдан кровному родству: родственники до пятой степени родства включительно наследуют, несмотря ни на какие дополнительные признаки, будь то знакомство, проживание, нетрудоспособность и иждивение.

В частности, несмотря на преобладание среди условий наследования, например нетрудоспособными иждивенцами, признаков, свидетельствующих о предполагаемом намерении наследодателя передать этим лицам свое имущество по наследству (иждивение, проживание, независимость нетрудоспособности от требований социально-обеспечительного законодательства), наследование нетрудоспособных иждивенцев сохраняет черты, характерные для меры социального обеспечения (нетрудоспособность ко дню открытия наследства, помощь наследодателя как основной источник средств существования иждивенца). При этом первостепенное значение вопреки воле наследодателя для определения наследственных прав содержавшихся им иждивенцев придается отношениям с теми из них, которые не являются его наследниками первой - седьмой очередей, так как они, помимо общих требований нетрудоспособности и нахождения на иждивении, должны еще и не менее года до открытия наследства проживать совместно с наследодателем.

Итак, к каким же выводам мы можем прийти? Очевидно, что соотношение индивидуального и социального начал в современном наследственном законодательстве России характеризуется, во-первых, беспрецедентным усилением влияния первого из них. Прежде всего это проявляется в чрезмерном расширении круга кровных родственников, призываемых к наследованию при отсутствии завещания. В этой связи обращает на себя внимание то обстоятельство, что законодатель частично реципировал подходы к определению круга близких к наследодателю лиц, характерные для дореволюционного права наследования. Ныне действующий закон абсолютизирует значение кровного родства как фактора, детерминирующего правила о круге законных наследников. В этих условиях уже нельзя обосновывать пределы наследования по закону предполагаемой волей наследодателя: к преемству в имуществе умершего в соответствии с ГК РФ призываются лица, близкие отношения которых с наследодателем маловероятны или даже совсем исключены (так называемые "смеющиеся наследники"). Обосновывать указанные нормативные решения тем, что закон закрепляет господствующие в обществе представления о родственных отношениях и семейной близости, затруднительно по тем же причинам. В силу этого единственным разумным объяснением позиции законодателя может служить его стремление к максимальному сохранению наследственного имущества в частных руках^[18]1.

Во-вторых, социальное начало в правовом регулировании наследования по закону все более приобретает "цивилистические" черты, подвергаясь влиянию начала индивидуального. Обеспечение нетрудоспособных иждивенцев наследодателя основывается не только на необходимости их социального обеспечения, но также и на признании того факта, что, принимая на себя бремя содержания лица, наследодатель рассматривает его как близкого человека, как члена своей семьи. Именно с последним обстоятельством связана закрепленная в ст. 1148 ГК дифференциация условий призвания к наследованию нетрудоспособных иждивенцев в зависимости от того, относятся они к кровным родственникам умершего или нет. Вместе с тем Кодекс необоснованно ухудшает положение нетрудоспособного иждивенца по сравнению с законными наследниками отдаленных степеней родства. В результате семейная близость данного лица с умершим - основное проявление индивидуального начала - отступает перед формальным критерием кровного родства.

В тех случаях, когда нетрудоспособный иждивенец, не относясь к числу законных наследников, "конкурирует" только с государством как претендентом на выморочное имущество, представляется необоснованным предъявлять к такому иждивенцу требование о совместном проживании с наследодателем. Указанная рекомендация, как представляется, вполне соответствует тенденции сокращения случаев выморочности имущества и всемерного укрепления частной собственности^[19]1.

2.2. Наследование по завещанию

В настоящее время распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем составления завещания, при этом совершение завещания двумя и более лицами не допускается.

Понятие завещания в отечественном праве практически не меняется с течением времени и в связи с изменением законодательства. Конечно же, его наполнение, как юридическое, так и практическое, трансформируется вслед за экономическими и особенно политическими процессами. Но завещание - это всегда:

- личное распоряжение дееспособного гражданина на случай смерти по поводу его имущественных прав и обязанностей;

- односторонняя сделка;

- нотариально удостоверенная сделка либо приравненная к таковым^[20]2.

Наиболее удачное определение завещания содержалось в ст. 422 ГК РСФСР 1922 г.: "Завещанием признается сделанное лицом в письменной форме распоряжение на случай смерти о предоставлении имущества одному или нескольким определенным лицам".

В отличие от ГК РСФСР 1922 г. и 1964 г. в ГК РФ, так же как в Своде законов гражданских Российской империи, глава, посвященная наследованию по завещанию, дана раньше главы, посвященной наследованию по закону. Логика понятна: в первом случае речь идет о воле наследодателя, а во втором - о воле законодателя. Конечно же, бывают случаи, когда будущий наследодатель сознательно выбирает очередность, однако, если быть реалистами, многие "не в курсе", сколько и какие очереди содержит закон. Тем не менее исходя из общецивилистического принципа диспозитивности воля гражданина важнее, а закон как бы восполняет отсутствие воли по данному поводу, устанавливая очередность в зависимости от степени родства.

На основании п. 3 ст. 1118 ГК РФ завещание должно быть совершено лично. По общему правилу, выраженному в абз. 1 п. 3 ст. 1125 ГК РФ, завещание должно быть собственноручно подписано завещателем. Совершение завещания через представителя не допускается.

Гражданин, не достигший 18-летнего возраста, но состоящий в зарегистрированном браке, вправе оформить завещание. В соответствии со ст. 27 ГК РФ несовершеннолетний, достигший возраста 16 лет, может быть объявлен полностью дееспособным, если он работает по трудовому договору (контракту) или с согласия законных представителей занимается предпринимательской деятельностью. Объявление несовершеннолетнего полностью дееспособным (эмансипация) в этом случае производится по решению органов опеки и попечительства с согласия обоих родителей или иных законных представителей, а при отсутствии такого согласия - по решению суда. При наличии решения названных органов об эмансипации несовершеннолетнего гражданина он может совершить завещание.

При признании гражданина недееспособным или ограниченно дееспособным (ст. 29 и 30 ГК РФ) совершение им завещания недопустимо, поскольку в п. 2 ст. 1118 ГК РФ говорится только о полной дееспособности.

Существовавший в науке и правоприменительной практике принцип свободы завещания с 1 марта 2001 г. получил законодательное воплощение в ст. 1119 ГК РФ: гражданин, совершающий завещание, вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определять доли наследников в наследстве, лишать наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а также включать в завещание иные распоряжения.

Завещатель в любое время вправе отменить или изменить совершенное завещание. Свобода завещания ограничивается только правилами об обязательной доле в наследстве.

Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

Итак, принцип свободы завещания дает максимальный выбор для завещателя как в отношении наследуемого имущества, так и в отношении наследников^[21]1.

Завещатель вправе:

- совершить завещание в пользу одного или нескольких лиц. При этом он не связан родственными или другими отношениями - это его выбор. В завещании могут быть указаны как физические, так и юридические лица, как российские, так и иностранные граждане;

- подназначить наследника как наследнику по завещанию, так и наследнику по закону на случаи, если назначенный им в завещании наследник или наследник по закону умрет до открытия наследства, либо одновременно с наследодателем, либо после открытия наследства, не успев его принять, либо не примет наследство или откажется от него, либо не будет иметь права наследовать или будет отстранен от наследования как недостойный;

- назначить душеприказчика, т.е. исполнителя своей воли, выраженной в завещании. В настоящее время это может быть только гражданин. Полагаем, что это может быть и юридическое лицо, особенно если речь идет о наследовании бизнеса;

- возложить на одного или нескольких наследников как по завещанию, так и по закону исполнение за счет наследства обязанности имущественного характера в пользу одного или нескольких лиц (завещательный отказ);

- возложить на наследника (наследников) по закону или завещанию совершение какого-либо действия имущественного или неимущественного характера, направленного на осуществление общеполезной цели (возложение);