Файл: Международная охрана авторских прав.pdf

В отличие от отечественного законодательства Бернская конвенция не исключает возможности предоставления авторской охраны официальным документам и их официальным переводам, оставив этот вопрос на усмотрение национального законодательства (п.4 ст. 2 Бернской конвенции). Правда, в мире подобная охрана практически не применяется, что вызвано принципиально иной целью создания указанных «произведений» - они по своей природе предназначены для неограниченного публичного использования. Аналогичным является правовой режим политических речей и речей, произнесенных в ходе судебных процессов. Страны Союза также могут изъять их из охраны полностью или частично, что, однако, не лишает автора исключительного права на издание таких речей в сборниках (п. ст.3 Бернской конвенции).

Страны Союза в своем национальном законодательстве могут предусмотреть условия, на которых лекции, обращения и аналогичные публично произнесенные произведения могут воспроизводиться в прессе, передаваться в эфир и сообщаться для всеобщего сведения по проводам, если это использование оправдывается информационной целью (п.2 ст. 2 Бернской конвенции).

Наконец, п. 6 Бернской конвенции допускает ограничение охраны произведений, авторами которых являются граждане государств, не участвующих в Бернской конвенции, если эта последняя страна не обеспечивает достаточной охраны произведениям авторов – граждан стран Союза.

4.2 Принципы предоставления охраны авторских прав.

Международные договоры в сфере охраны авторских прав определяют круг произведений, пользующихся конвенционной охраной, на основании двух критериев: гражданства автора и территориального критерия.

На основании критерия гражданства автора подлежат охране как выпущенные так и не выпущенные в свет произведения, авторы которых являются либо гражданами государств-участников соответствующих конвенций, либо имеет свое обычное местожительство на их территории (п.1 (а) и 2 ст. 3 Бернской конвенции). При этом не играет роли, в каком государстве произведение было опубликовано. Аналогичное положение содержится в ст. 2 Всемирной конвенции.

Территориальный критерий предоставления охраны применяется только в отношении произведений авторов, не являющихся гражданами стран-участниц и не имеющих в них основного места жительства. В таком случае охрана предоставляется, только если произведение впервые выпущено в свет в одной из стран-участниц соответствующего договора (п.1 (б) ст. 3 Бернской конвенции, п. 1 ст. 2 Всемирной конвенции). Бернская конвенция разъясняет, что сюда же относятся ситуации, когда произведение одновременно (в течение 30 дней после выпуска) вышло в свет в стране-участнице и третьем государстве.

Бернская конвенция в ст. 4 устанавливает «льготные» основания для предоставления охраны на основании территориального критерия отдельным категориям произведений. В отношении кинематографического произведения нужно, чтобы его изготовитель имел обычное местожительство или штаб-квартиру в одной из стран Бернского союза. Для произведения же архитектуры достаточно того, чтобы такое произведение было сооружено в какой-либо стране Союза, а для иных произведений, являющихся частью здания или сооружения,- того, чтобы это сооружение было расположено в какой-либо стране Союза.

К общим положениям конвенционной охраны можно отнести: принцип национального режима, предоставление охраны вне зависимости от соблюдения формальностей, срочный характер охраны и отсылка к праву страны, где испрашивается защита, в качестве основного коллизионного права.

Принцип национального режима в соответствии со ст. 2 Всемирной конвенции означает, что охраняемые произведения пользуются на территории другого государства-участника той охраной, которая предоставляется государством произведениям своих авторов, впервые выпущенным в свет на собственной территории, или не выпущенным в свет произведениям своих авторов. Бернской конвенцией (п.1 ст. 5) также закрепляется принцип национального режима, но уточняется при этом, что авторы пользуются в странах Союза «правами, которые предоставляются в настоящее время или будут предоставлены в дальнейшем соответствующими законами этих стран своим гражданам». При этом обе конвенции добавляют, что авторы обладают такими правами, особо предоставляемыми соответственно каждой конвенцией.

Таким образом, Бернская и Всемирная конвенции закрепляют не только национальный режим охраны, то есть полностью уравнивают в правах иностранных граждан с авторами государства-участника, но и предоставляют им все права, которые предусмотрены в конвенции. В результате автор произведения, выпущенного за рубежом, может иметь даже более высокий уровень охраны его прав, чем автор произведения, выпущенного на собственной территории страны-участницы. Такая ситуация возникает, когда национальным законодательством не предусмотрено какое-либо из прав, упомянутых в конвенциях. Названное дополнение к национальному режиму особо значимо для государств-участников Бернской конвенции, поскольку она содержит материально-правовые нормы, предусматривающий наиболее широкий перечень авторских прав.

Статья 3 Соглашения ТРИПС также устанавливает национальный режим в качестве основного принципа охраны прав интеллектуальной собственности. Кроме того, ст. 4 ТРИПС содержит нетипичное для права интеллектуальной собственности положение о режиме наибольшего благоприятствования: в том случае, если в отношении охраны интеллектуальной собственности государство-участник ТРИПС предоставит гражданам и юридическим лицам любого третьего государства какую-либо льготу или иную привилегию, такая же льгота или привилегия должна быть немедленно и безусловно предоставлена гражданам и юридическим лицам всех государств-участников. В ст. 4 установлен и ряд исключений из этого правила.

5. Международная охрана развивающихся стран.

Развивающиеся страны едва ли не в большей степени, чем развитые, нуждаются в доступе к современным достижениям науки и искусства. Вместе с тем многие из них весьма слабы в экономическом отношении, следовательно, далеко не богаты и потенциальные потребители продуктов творческой деятельности – физические и юридические лица. Издательские организации развивающихся стран зачастую не в состоянии приобретать права на перевод и выпуск в свет произведений иностранных авторов, особенно авторов из развитых стран. Вместе в тем неучастие развивающихся государств в соглашениях об охране авторских прав создает значительную опасность для прав авторов. Таким образом, оказалось необходимым принять специальные правила, учитывая интересы развивающихся стран.

С этой целью в Бернскую конвенцию был включен дополнительный раздел, а во Всемирную конвенцию в 1971 году были введены положения, содержащие совпадающие положения, относящиеся к развивающимся странам. В соответствии с п.1 ст. 1 Дополнительного раздела любая страна, считающаяся в соответствии со сложившейся практикой Генеральной Ассамблеи ООН развивающейся страной, может решить, что пока не в состоянии предоставить охрану всем правам авторов в полном объеме. В таком случае она должна заявить, что будет пользоваться льготным режимом в отношении прав на перевод или на воспроизведение (соответственно ст. 2 и 3 Дополнительного раздела) или в отношении обоих прав. Такое заявление действует в течение 10 лет и может быть возобновлено. То обстоятельство, что развивающееся государство пользуется какой-либо из предоставленных Дополнительным разделом льгот, не позволяет другому государству-участнику Бернской конвенции – ограничивать охрану произведений, страной происхождения которых является такое развивающееся государство (п.6 ст. 1).

Какие же льготы предоставлены развивающимся странам? В соответствии со ст. 2 Дополнительного раздела исключительное право на перевод может быть заменено системой неисключительных и непередаваемых принудительных лицензий, выдаваемых компетентными органами государства. Данная лицензия выдается только в научно-исследовательских и образовательных целях, то есть носит строго целевой характер. Кроме того, она может выдаваться только в отношении перевода печатных, а равно выраженных в аналогичной печати форме произведений. Лицензия может быть выдана любому гражданину при условии, что в течение трех лет с момента выпуска произведения в свет его перевод на язык, являющийся общеупотребимым в данном государстве, не был издан лицом, имеющим на то право ( то есть право автора на перевод может быть ограничено не ранее чем через три года после выпуска произведения в свет). Такая лицензия может выдаваться и в случае, если в се экземпляры ранее изданного перевода уже разошлись. Лицензия может быть выдана и радиовещательной организации при условии, что перевод осуществляется с законно приобретенного экземпляра произведения, предназначается только для учебных или исследовательских целей, используется в законно осуществляемых передачах, предназначенных только для аудитории внутри страны, и, наконец, использование перевода не преследует коммерческие цели. В остальном режим принудительных лицензий на перевод аналогичен режиму, установленному ст. 5 Всемирной конвенции.

Сходный режим принудительных лицензий может устанавливаться в соответствии со ст. 3 дополнительного раздела и в отношении воспроизведения печатных или аналогичных произведений, а также аудиовизуальных (в таком случае лицензия автоматически включает и право на перевод содержащихся в нем текстов). Эти лицензии также имеют целевой характер и выдаются «в связи с систематическим обучением». Временной период, по истечении которого может быть выдана лицензия на воспроизведение, составляет в отличие от лицензии на перевод пять лет, за исключением произведений по естественным и точным наукам – три года, и книг по искусству – семь лет. Остальные правила в остальном аналогичны, установленным ст. 2 Дополнительного раздела.

6. Участие Российской Федерации в Международной охране авторских прав.

Хотя первыми законодательными актами в области охраны авторских прав в России были цензурный устав и положение о правах сочинителя 1828г., вопросы международной охраны русских изданий возникали на практике и в предшествовавший период, когда охрана прав в этой области основывалась на системе привилегий, предоставляемых государством отдельным типографиям на выпуск книг.

Первый известный случай подобного рода был связан с деятельностью типографии Академии Наук в 1732г., у Академии появился иностранный конкурент, который стал ввозить в Россию книги, перепечатанные с изданий академической типографии. По просьбе Академии императрица Анна Иоановна издала 26 октября 1732 года специальный указ, в котором запретила ввоз в Россию подобных книг.

Интересно заметить, что в переписке великого русского поэта А.С. Пушкина, имя которого связано с созданием первого российского закона в области авторского права, можно найти высказывания касающиеся непосредственно международной охраны авторских прав. В декабре 1836г. Французский посланник в России А.Г. Берант обратился к А.С. Пушкину с письмом, в котором просил сообщить различные сведенья об охране литературной собственности в России, в частности в отношении того распространяется ли действие соответствующих законов на другие страны.

Первой литературной конвенцией, заключённой Россией с иностранными государствами, были конвенции с Францией “О литературной и художественной собственности” 25марта-6апреля 1861г. Аналогичная конвенция была заключена с Бельгией. На практике значение этих конвенций было невелико и они практически не применялись.

В связи с истечением срока действия конвенции Франции и заключением в 1886г. Бернской конвенции широко обсуждали в печати конца 80х начала 90х годов XIX в. вопрос о возможном участии России в Бернском союзе.

Одновременно с этим, представители издателей и книготорговцев, заинтересованных в сохранении полной свободы переводов, принимали различные меры против участия России в каких-либо конвенциях. Но всё-таки Россия заключила ряд соглашений со странами Европы об охране авторских прав. Это были: Конвенция с Францией 10.04.1912 (была заключена сроком на 3 года), с Германией 01.08.1913 (на 5 лет), с Бельгией (1915) и Данией (1915). Все эти договоры прекратили своё действие вследствие истечения срока и аннулирования советским государством такого рода международных договоров, заключённых царским правительством.

Интересно заметить, что СССР, при всей своей нелюбви к капиталистическому западу не допускал со своей стороны грубых нарушений прав находящихся под охраной международного авторского права. Долгое время в СССР на практике не признавали внутреннее авторское право как самостоятельный институт гражданского права способный реально регулировать отношения по поводу создания произведений науки, литературы и искусства. Считалось, что “Социалистическое авторское право, исходя из принципа сочетания личных и общественных интересов, обеспечивает моральное и материальное стимулирование творческих работников к созданию общественно полезных произведений и распространения в массах научных и культурных ценностей.”

Дело в том, что в то время практически не применялась практика улаживания споров связанных с вопросами авторства в суде, а тем более выплат каких-либо компенсаций за нарушения прав авторов. Это не говорит о том, что такого рода нарушений просто не происходило, но если такие нарушения и рассматривались, то это происходило в порядке рассмотрения на заседаниях соответствующих организаций, таких как союз композиторов, союз писателей и т.д.. Как правило ответственность в таких случаях была чисто дисциплинарно -общественной. Учёные которые работали в этой отрасли в первую очередь занимались вопросами регистрации авторства и связанных с ней вопросами (сроки, ставки вознаграждения, порядки оформления и др.).

Не смотря на всё это, Советское государство понимало, что вопросы авторства зачастую выходят далеко за границы одного государства. В Москве было образованно целое ведомство, занимавшееся тем, что контролировало порядок использования произведений советских авторов за рубежом. Эти произведения приносили не плохой доход стране, зачастую оставляя непосредственных авторов без достойного вознаграждения (хотя иногда случалось и иное). Практически во всех цивилизованных странах автор полностью получал сумму вознаграждения, а затем платил с неё налоги своему государству. В СССР было всё на оборот, государство полностью получало всю сумму, а затем уже решало, стоит ли вознаграждать автора или нет. Я не хочу сказать, что авторы оставались без внимания, некоторые из них получали даже государственные премии (Сталинская, Ленинская и др.), что о тем временам сулило настоящее благосостояние (и не только материальное), но, к сожалению, так случалось далеко не всегда.