Файл: Категория времени и категория пространства в различных культурах.pdf

Европе всегда были свойственны и поиски вечного, вневременных ценностей бытия, вечной жизни, вечной красоты, вечной истины, вечной любви. Европейцам и североамериканцам европейского происхождения всегда свойствен определенный бытовой консерватизм, который тяготеет к идеализации прошлого, к сохранению традиционных укладов, мнений, привычек, норм. Однако доминантой мировоззренческого развития стало совсем иное. Человек - есть «мера всех вещей», в том числе и времени, и жизнь которого - мгновение. Оно и ценно в отношении к завтрашнему, к будущему, определяемому им. И это касается не только рационализации деловой жизни или быта.

Культура Запада не единообразна. Можно увидеть отличия в отношении ко времени. Например, в Италии и Германии, или в Европе и в США. Тем более не единообразен и Восток. Хотя всем культурам, которые в отличие от Запада, обычно называют Востоком, свойственна некоторая повышенная созерцательность, некие выпадения из обычного движения жизни, как бы оцепенения во вневременности или растянутости мгновений. Но в связи с усиленной тенденцией к ритуализации, традиционализации жизни, в Китае, Японии и Корее – время специфично рационализовано. В этих странах время вроде бы упокоено течет, и каждый миг его течения слит с вечностью. Вечность дана в каждом мгновении, а не в их сменяемости, не в возникновении все новых мгновений. И значимо, и полезно это мгновение, вне его отношения к последующему [9].

Рассмотрим также европейскую культуру и науку XX в. Одна из главных проблем европейской культуры – наилучшее использование информации и, в конечном счете, времени. Ей присущи динамичность и устремленность в будущее, обусловленные ускоренным развитием общества. В нашем аспекте важно то, что человеческая деятельность является целенаправленной, т.е. соотнесенной с будущим. Именно возможность рациональной антиципации социального будущего, лежащей в основе проекта любой деятельности, раскрывает в новом свете временной аспект человеческого бытия. Время больше не является неконтролируемым параметром общественного бытия, своего рода роком, господствующим в жизнедеятельности людей как это было в преднаучных культурах, в рамках которых человек бессилен в борьбе с роком, ничего не может изменить в вечном круговороте мира. Теперь выработана новая схема темпоральности, резко отличающаяся от концепций эсхатологического типа и модели времени, основанной на понятии «космоса», когда природа выступает моделью для истории. Специфика новой модели времени состоит в том, что с ее помощью исторической деятельности получает возможность адекватно отразить объективное содержание интервала настоящего социального времени в перспективе будущего и контролировать возможные «миры» будущей практической деятельности на категориальном уровне. Однако видение будущего детерминировано социальным строем общества.

---

У арабов и на востоке в Индии, вместо рационализованной успокоенности обнаруживается яркая эмоциональность ощущения времени, доходящая у арабов до «взрывов» длительности. Известное восточное оцепенение покоя, внешне бесстрастная отрешенность от поспешной суеты, сочетается со столь же известной ленью томления, сладостной негой пребывания «здесь и теперь», которые порой прерываются исступлением страстно-фанатичного порыва к полной перемене, слому, взлету, углублению, бешеной скачке в пространстве, в жизни.

Несмотря на все видимые различия, для всего азиатского Востока характерна ценность вечности даже в сиюминутном. С этим связана ориентированность на сохранение традиций, вкусов, вообще прошлого в настоящем и будущем. Поэтому в этих странах возникает круговая плавность течения, то есть неразличимость прошлого и будущего, слившихся в настоящем [12].

Согласно древнекитайскому мировоззрению: Небо и Земля – зримые воплощения ян и инь. Этим основным началам соответствовали временные, динамические образы: зима и лето, весна и осень Взаимодействие ян и инь порождали пять элементов, из которых состояли все вещи реального мира. Динамика мира есть динамика перехода противоположностей друг в друга, что четко фиксировано в рассмотренной выше пространственно-временной модели мира. Пространство и время для древнекитайского мышления не существуют до тех пор, пока протяженность и длительность не окультурены, не наполнены конкретным социально-историческим содержанием [10].

Можно сказать, что пространственно-временные представления древних китайцев носили космическо-социальный характер. Социальная функция модели «пространство-время» состоит в том, что она утверждала в сознании масс идею незыблемости, стабильности власти господствующего класса. Хроногеометрические представления выступают одним из средств социального контроля и регламентации деятельности, как социальных групп, так и индивида, производства и воспроизводства общественных отношений [12].

Латинская Америка и Африка (при всем их несходстве и при всех внутренних различиях) не являются европеизированным Западом и азиатским Востоком. Латиноамериканские и Африканские культуры сближает и отличает в частности то, что их отношение ко времени вовсе не рационализовано и не ритуализовано и не акцентирует ценности вечности. В плане темпоральности для этих культур доминантой является эмоциональная ритмичность, ориентация на четкоритмичную дробность длительности. Похоже, что и вообще ценности этих культур преходяще-вечны. Они целиком принадлежат настоящему, этому моменту, не направленному определенно никуда, как бы качающемуся между прошлым и будущим. Само же время, кажется, не существует в качестве ценности для этих культур. Но, не существуя в этом качестве, оно и не давит на человека.

---

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проблема времени и пространства всегда интересовала человека не только на рациональном, но и на эмоциональном уровне. Люди не только сожалеют о прошлом, но и боятся будущего, не в последнюю очередь потому, что неотвратимый поток времени влечет к их смерти. Человечество в лице своих выдающихся деятелей на протяжении всей своей сознательной истории задумалось над проблемами пространства и времени, немногим из них удалось создать свои теории, описывающие данные фундаментальные атрибуты бытия. Пространство и время лежат в основе нашей картины мира.

Прошлый век – век бурного развития науки был наиболее плодотворным в плане познания времени и пространства. Появление в начале века сначала специальной, а потом и общей теории относительности заложило основу современного научного представления о мире, многие положения теории были подтверждены опытными данными. Тем не менее, как показывает, в том числе и эта работа, вопрос познания пространства и времени, их природы, взаимосвязи и даже наличия во многом остается открытым. Представляется уместным, привести высказывание основоположника современного представления о пространстве и времени А. Эйнштейна: «Пространство и время являются способом, которым мы мыслим, а не условиями, в которых мы живем [12,114]», в котором во многом отразилась противоречивость и нерешенность проблемы.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Большаков В.П. Ценности культуры и время. Великий Новгород, 2014. С. 64.
2. Бушуев Виталий. Время. Жизнь. История. – М.: Энергия, 2014. – 360 с.
3. Гобозов И.А. Социальная философия. – М.: Академический Проект, 2013. – 352 с.
4. Гуревич А.Я. Категории средневековой культуры. М., 2015. С. 103.
5. Жукоцкая З.Р. Культурология. Курс лекций. – М.: КомКнига, 2014. – 232 с.
6. Зарипова Сафия. Массовая культура в современном социуме. – М.: LAP Lambert Academic Publishing, 2014. – 108 с.
7. Кобзев А.И. Учение о символах и числах в китайской философии. М.: АРК, 2013. С.105-148.

Муравьев В.Н. Обладание временем. М., 2014. С. 108.

1. Поликарпов В.В. Время и культура. Харьков, 2015. С. 85.
2. Русский мiръ. Пространство и время русской культуры. Альманах. №2, 2014. – М.: Международная Ассоциация "Русская культура", 2013. – 372 с.
3. Фингарет. Мифы и легенды древнего востока. М., 2013. С. 51 - 63.
4. Флоренский П.А. Анализ пространственности и времени в художественно-изобразительных произведениях. М., 2014. С. 186.

---