Файл: Особенности взаимодействия международного публичного и частного права.pdf

Введение

Теория права в нашей стране усиленно развиваются и требует, при этом, критического переосмысления ряда ее фундаментальных категорий, выхода на новый уровень исследований, призванный соединить достижения правовой науки и смежных отраслей знания. К числу таких, требующих переосмысления и глубокой проработки категорий, следует отнести категория «источники права» и, более конкретно – «источники международного частного права» и «источники международного публичного права». Данное положение обусловило выбор мной к исследованию данной темы.

Целью данной работы – является исследование и сравненительный анализ источников международного публичного и международного частного права.

Источники международного частного права играют важную роль в международном частном праве. Без них невозможно было бы сотрудничество между странами.

В соответствии с поставленной целью в лекции решаются последовательные задачи:

- рассмотреть особенности взаимодействия международного публичного и частного права,

- рассмотреть источники международного публичного и частного права.

- показать особенности взаимодействия источников международного права,

- сравнить особенности взаимодействия источников публичного и частного права,

- выявить возможности развития в дальнейшем взаимодействии источников международного публичного и международного частного права,

- проанализировать вышеуказанные особенности

- продемонстрировать возможности дальнейшего развития системы источников международного публичного и международного частного права.

Основными источниками по данной теме являются:
Конституция РФ, Международные договора, в т.ч. Устав ООН, Статут Международного Суда, Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 2625 (XXV) от 24 октября 1970 года «Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН»и т.д. Федеральное законодательство РФ, в т.ч. «О судебной системе Российской Федерации» Федеральный Конституционный Закон от 31.12.1996 г. № 1-ФКЗ, «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» Федеральный закон от 14 июня 1994 г и т.д. Методологической базой лекции являются: дескриптивный, формально-юридический, сравнительно-правовой методы, а так же, метод правового регулирования и прогностический метод.

Данная тема достаточно хорошо рассмотрена в отечественной и иностранной литературе, в т.ч. в трудах Ж.-Л. Бержель уделившему внимание соблюдения баланса частного и публичного права, А. Муромцева определены основные понятия и разделения этих типов права, Г. В. Мальцева определившего частные и публичные начала в общественной и правовой жизни, А. Ф. Черданцев исследовал регулирования частных отношений с применением императивного метода «публицизацией» частного права. Однако некоторые проблемы продолжают остаться не решенными, в том числе:

- Проблема «противоположности» компонентов публичного и частного в международном праве

- Проблема превалирования публичного и частного международного прав

- Проблема разграничение сфер международного публичного и частного права.

1.1 Особенности взаимодействия международного публичного и частного права

Организация Объединенных Наций объявила 2001 год «годом диалога между цивилизациями». В этом контексте проблема соотношения международного публичного и международного частного права приобретает особую значимость, поскольку позволяет раскрыть их роль на различных этапах развития человеческого общества, в том числе и на стыке веков и двух тысячелетий - между прошедшими и будущими цивилизациями. «Для российской действительности вопрос о разграничении и соотношении, понимаемом как соподчинение одного другому, взаимосвязи и взаимодействия между МПП и МЧП получил новый импульс с принятием и вступлением в силу Конституции РФ 1993 г.». В ней закреплено, что,
во-первых, «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры, заключенные Российской Федерацией, являются составной частью ее правовой системы». Во-вторых, что «в РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права» (КРФ п.1 ст.17)^[1].

В свете же положений ст.18 Конституции России, трактующих права
и свободы человека и гражданина в качестве непосредственно действующих, в частности, и в случаях, когда они закреплены в международных договорах РФ, решение поставленной проблемы соотношения международного публичного и международного частного права становится ключевым и в сугубо практической плоскости, если говорить о деятельности судебных или иных правоприменительных органов. В отечественной науке и практике так же, как и в доктрине международного права других стран, в том числе СНГ, преобладающее число исследователей единодушны во мнении о характере соотношения международного и внутригосударственного (национального) права^[2].

Общепризнанными являются положения, что «международное
и внутригосударственное право - это самостоятельные, хотя и взаимосвязанные правовые системы и что они находятся в постоянном взаимодействии, соприкосновении, оказывая взаимное влияние друг на друга».

Другим не менее стабильным теоретическим утверждением в общей теории права и отраслевых правоведческих дисциплинах,
принятых и в нашей, и в зарубежной науке, выступает постулат о том, что международное частное право есть отдельная самостоятельная отрасль внутригосударственного права.

Отсюда выводится необходимость исследования международного частного права, как части внутригосударственного права, а сопоставление его с международным публичным правом требует проведения анализа через призму соотношения систем международного и национального права.

1.3 Проблема соотношения международного публичного и частного права в РФ

«Проблема соотношения международного и внутригосударственного права - центральная в теории международного права, поскольку в ходе ее практического исследования имеется возможность осуществить сравнительный анализ объектов регулирования каждой из систем, выявить специфические особенности, пространственную и субъектно-объектную сферы действия, свойственные той и другой методы регулирования,
а также определить формы и способы имплементации международно-правовых норм в рамках отдельной страны». Соотношение международного и внутригосударственного права - это всегда отношения связи и обратных связей, образующих в комплексе взаимодействие систем. Последнее обусловлено объективным характером взаимного влияния и зависимости между внешней и внутренней политикой каждого государства, тенденциями развития мирового сообщества в целом, а также тем, что государства являются создателями как национально-правовых, так и международно-правовых норм.

Однако правомерно ли рассмотрение международного частного права в виде просто отрасли внутригосударственного права, тождественной любой другой самостоятельной (с позиций отраслевой принадлежности) совокупности норм при соотнесении его с международным правом?
Иными словами, если взять за исходную позицию положение,
что национально-правовые системы присутствуют в глобальной (мировой) юридической системе в качестве условного целого, а МЧП является некоей его частью, причем входящей разрозненными «анклавами» норм (хотя бы и самостоятельными, обособленными в отдельные отрасли внутригосударственного права) в правовые системы каждого отдельного государства, то, спрашивается, как же оно будет соотноситься с соответствующим другим целым - системой международного права?

Как капля воды, взятая из стакана, наполненного ею, отражает досконально все то, что свойственно воде? Или, будучи, тем не менее самостоятельной особой областью внутригосударственного права, имеющей в содержании своей специфики и характерные пути взаимодействия с международным правом, - как капля не просто воды, а именно той воды, которая находится в стакане? «Исходя из формальной логики, которая обусловливает строгую последовательность в конструировании суждений, заключение о том, что МЧП безоговорочно суть внутригосударственное право, неизбежно приводит в дальнейшем к констатации того, что его нормы должны быть зафиксированы только во внутригосударственных источниках права, то, соответственно, международные договоры (равно как и обычаи) не являются носителями и внешними формами их выражения^[3]».

Все это нередко встречается в современных публикациях по МЧП.
В пункте 4 ст.15 Конституции РФ определяется, что в случаях, когда «международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

Это подтверждает безусловный вывод о приоритете международно-правовых норм по отношению к нормам национально-правовым.
Однако как быть с использованием для целей регулирования положений национального законодательства, созданных на основе соответствующего международного договора и выступающих, таким образом, с одной стороны, в качестве предписаний национального права нашего государства, а с другой – являющихся нормами международного договора, формирующими состав российского МЧП?

Получается, что такая норма будет иметь приоритет над самой собой.
Вряд ли можно полноценно ответить на эти и дополнительно возникающие
вопросы без установления сути входящих в сопоставляемые понятия таких категорий, как система права и правовая система, регулируемые отношения, цели регулирования, публичное и частное, международный характер, нормы, источники права, формы взаимовлияния и взаимопроникновения и т.д.
Начнем с фундаментальных категорий, в качестве которых закономерно выступают дефиниции соответственно международного публичного и международного частного права.

«Международное право в самом общем виде понимается как особая система права, регулирующая отношения между властными, суверенными субъектами международных отношений - государствами, государствоподобными и/или производными от государств образованиями (межгосударственными организациями)».

Международное право есть система создаваемых государствами (и частично другими субъектами международного права) путем согласования их воль юридических норм, регулирующих определенные общественные отношения.

Отдельные авторы, формулируя дефиницию МПП, стремятся
отразить не только системную структурированность определенной совокупности особой категории социальных норм, которыми являются международно-правовые предписания, но и подчеркнуть единство целей и принципов такой системы. «Международное право - это система юридических норм, регулирующих межгосударственные отношения в целях обеспечения мира и сотрудничества».

Что касается МЧП, то, если иметь в виду пользующуюся наибольшим признанием точку зрения, что международное частное право входит в качестве самостоятельной отрасли права в национально-правовую систему отдельно взятого государства, основные составляющие его определения сводятся к следующему: международное частное право регулирует гражданско-правовые, семейные и трудовые отношения «с иностранным или международным элементом».

Они понимаются в широком смысле, то есть как отношения, выходящие за пределы одного государства. Не вдаваясь в подробности несоответствия используемой в большинстве дефиниций МЧП конструкции «иностранного элемента» не только существу анализируемого предмета, но и господствующим в теории права применительно к структуре правоотношения позициям, равно как и критики других приемов в подходах к определению МЧП, скажем, непригодности описательности в характере обозначения его объекта (перечисление как основа метода всегда чревато серьезным недостатком - оказаться неполным, что на самом деле и имеет место в данном случае, так как МЧП может регулировать и земельные, и аграрные, и торговые отношения, если таковые являются частноправовыми), отметим одно чрезвычайно любопытное обстоятельство, свойственное прежде всего отечественной правовой доктрине.

Характерно, что при попытках очертить общие границы представлений об МЧП и о его объекте либо дать ему определение правоведы занимались вопросом о его месте в глобальной юридической системе. Иными словами, рассмотрение соотношения источников МЧП с другими системами и отраслями права, в частности с международной системой и особенно международным публичным правом, давало исследователям ключ к постижению существа и специфических особенностей данной совокупности норм объективного права^[4].