Файл: Социальное обслуживание населения (Источники финансовой поддержки слабо защищенных категорий граждан ).pdf

Таблица 2.

Структура расходов федерального бюджета по разделу «Социальная политика»

* Источник: Составлено автором на основании http://www.minfin. ru

Основой реестра мер социальной поддержки на федеральном уровне является Государственная программа «Социальная поддержка граждан Российской Федерации», данные о них также содержатся еще более чем в двух десятках государственных программ Российской Федерации и непрограммных направлениях деятельности. При этом расходные полномочия Российской Федерации в этой сфере устанавливают более 50 нормативных правовых актов федерального уровня – федеральных законов, постановлений Правительства Российской Федерации, указов Президента Российской Федерации.

По результатам инвентаризации на основе этих нормативных правовых актов, общее количество мер социальной поддержки, реализуемых за счет средств федерального бюджета, и других социальных гарантий приближается к 300, а число категорий населения, которым оказывается поддержка, превышает 210.

Всего в реестре, составленном по данным о фактических расходах федерального бюджета за 2015-2016 гг. и бюджетных ассигнованиях на 2017 г., переименнована 141 целевая статья расходов на оказание мер социальной поддержки населения, из них в 2017 г. исполнено 127 на сумму более 1 трлн. 290 млрд. рублей (8,7% совокупных расходов федерального бюджета). [24]

Расходы федерального бюджета по самым затратным мерам 
социальной поддержки в 2015-2017 гг. представлены на рисунке 3.

Рисунок 3. Расходы федерального бюджета по самым затратным мерам социальной поддержки в 2015-2017 гг., в миллиардах рублей

Расходы федерального бюджета в этой сфере отличаются высокой степенью концентрации: на первую тройку самых крупных по затратам мер социальной поддержки (предоставление материнского (семейного) капитала, ежемесячная денежная выплата инвалидам, оплата жилищно-коммунальных услуг) приходится более половины всех расходов на меры социальной поддержки, а на первые семь – более 70% расходов. При этом самые затратные статьи растут быстрее других, вследствие чего за 2015-2017 гг. концентрация расходов выросла (на 2 проц. пункта). [24]

Значительное увеличение бюджетных ассигнований на предоставление материнского капитала обусловлено, прежде всего, приростом численности семей, распорядившихся его средствами, тогда как расходы на ежемесячную денежную выплату инвалидам и ветеранам растут за счет увеличения среднего размера выплат при снижении общей численности получателей.

В настоящее время единовременную денежную выплату (далее ЕДВ) в соответствии с восемью федеральными законами получают 16,2 млн. человек, отнесенных к 60 категориям. Насчитывается 13 вариантов размера выплат – от 448 до 52 840 руб., которые ежегодно индексируются исходя из прогнозного уровня инфляции. При этом, наибольшие выплаты, кроме Героев, преимущественно адресованы категориям ветеранов и инвалидов войны, а наименьшие – гражданам, подвергшимся воздействию радиации.

Наполненность разных категорий получателей ежемесячной денежной выплаты – от нескольких сотен до нескольких миллионов человек. Наиболее многочисленны инвалиды II и III группы (5,9 и 4,3 млн. человек, соответственно), и затраты на ежемесячную денежную выплату инвалидам – почти 275 млрд. руб. – составляют около 75% всех расходов на этот вид социальной поддержки. При общем снижении численности получателей ежемесячной денежной выплаты (на 0,5-1% ежегодно за 2014-2016 гг.) неуклонно возрастает численность инвалидов III группы, детей-инвалидов, а также лиц, пострадавших от воздействия радиации. Соответственно, растут и затраты на выплаты этим категориям, на 5-10% в год.

Таким образом, с 1 февраля 2016 г. выросли размеры ежемесячной денежной выплаты (ЕДВ) федеральным льготникам. Увеличение составило 7% и коснулось более чем 40 категорий (ветераны войн, инвалиды, граждане, подвергшиеся воздействию радиации, Герои Советского Союза, Герои Социалистического Труда и др.). В общей сложности прибавку в виде ежемесячных выплат получают более 16 млн. человек. [24]

Общий объем расходов консолидированных бюджетов субъектов Российской Федерации (далее КБС РФ) по разделу «Социальная политика» в 2016 г. достиг 1,47 трлн. руб., а за вычетом всех видов целевых межбюджетных трансфертов – 1,2 трлн. руб. Около пятой части исполненных расходов КБС РФ на социальную защиту обеспечивают средства федерального бюджета, поступающие преимущественно в виде субвенций на осуществление переданных полномочий. Кроме того, федеральный бюджет помогает субъектам Российской Федерации в выполнении ряда социальных обязательств, софинансируя предоставление региональной социальной доплаты к пенсии, обеспечение жильем детей-сирот, мероприятия по проведению оздоровительной кампании детей в трудной жизненной ситуации, осуществление ежемесячной выплаты семьям, в которых после 31 декабря 2012 г. родился третий или последующий ребенок и некоторые другие расходные статьи. Однако в денежном выражении эта помощь обеспечивает не более 3% расходов КБС РФ на социальную защиту.

Региональные и местные бюджеты играют важную роль в реализации нестраховых мер государственной политики социальной защиты населения: их собственные средства составляют половину бюджетного финансирования этой сферы. Всего в 2016 г. общие расходы на реализацию мер социальной поддержки отдельных категорий граждан по обязательствам субъектов Российской Федерации и муниципальных образований составили 669 млрд. руб. Важно отметить, что в бюджетах регионов эти расходы могут быть отражены не только в разделе «Социальная политика», но и других социальных разделах, в частности в «Здравоохранении». Добавляя к этому неучтенные расходы на ежемесячное пособие на детей из малоимущих семей (46,6 млрд. руб.) и субсидии на оплату жилого помещения и коммунальных услуг (59,66 млрд. руб.), можно заключить, что совокупные расходы консолидированных бюджетов субъектов на выплату социальных пособий в 2016 г. могли достигать 775 млрд. руб.

Таким образом, в 2015-2017 гг. главный вектор трансформаций в системе социальной поддержки населения оказался направлен в сторону сдерживания социальных расходов регионов через «замораживание» размеров пособий и компенсаций и сужение круга получателей ряда пособий. Причем более «привилегированное» положение закрепляется за мерами социальной поддержки приоритетных категорий семей с детьми при более жестких ограничениях поддержки других категорий граждан. Тренд изменений последнего года – расширение применения критериев нуждаемости, однако пока сложно говорить о его доминировании в большинстве субъектов Российской Федерации, поскольку ситуация в конкретном регионе зависит в первую очередь от субъективных приоритетов региональных властей.

2.2 Проблемы финансового обеспечения социальной защиты граждан в регионах России

Многочисленные исследования свидетельствуют о том, что до настоящего времени в России не сложилась сбалансированная модель социальной защиты, в которой основные риски социального обеспечения покрываются за счет страховых (обязательных и добровольных) программ, а адресная помощь, направленная на преодоление бедности или ее предупреждение – является главным приоритетом нестраховой части государственного социального обеспечения. [17]

Формально на федеральном и региональном уровне заявляется приоритет поддержки бедных и нуждающихся, но как показал представленный выше обзор сложившейся в России модели социальной защиты, на практике этого не происходит.

Во-первых, дефицит доверия политическим партиям, что заставляет их использовать ресурсы социальной поддержки для электорального диалога с избирателями и развивать категориальные меры поддержки для электорально активных категорий граждан.

Во-вторых, работодатели и политики, лоббирующие определенные бизнес-интересы, всячески продвигают меры социальной поддержки, минимизирующие издержки бизнеса на оплату труда и страхование тяжелых условий. Замена страховых программ социальной поддержки другими инструментами и приоритезации социальной поддержки отдельных категорий граждан приводит к размыванию понятия «адресные программы» до определения, когда адресной считается любая программа, функционирующая на основе нормативно-правовых документов, четко определяющих характеристику получателей видов помощи.

Следующая сторона конфликта интересов относительно разворота в сторону развития адресных программ для нуждающихся - это несовпадение периодов лояльности к такому развороту у населения и лиц, принимающих управленческие решения. Население поддерживает предлагаемую модель развития социальной защиты в периоды экономического роста, а управленцы вспоминают о ней в периоды кризисов, когда максимизируется разрыв между объективной и субъективной бедностью, и небедные получатели мер социальной поддержки выступают против перераспределения мер социальной поддержки в пользу объективно бедных.

Сегодня на пятом за годы постсоветского развития кризисе реальных денежных доходов населения мы очередной раз стоим перед развилкой развития системы социальной поддержки.

Либо использовать уже проверенные механизмы консолидации источников финансирования программ социальной поддержки населения с целью экономии бюджетных расходов и сдерживания протестных настроений, что разрушает страховые принцы и блокирует приоритетность адресных программ поддержки нуждающихся.

Либо добиваться повышения эффективности социальных расходов за счет развития страховых программ (включая добровольные), минимизации нестраховых программ социальной поддержки небедного населения; приоритезации программ социальной поддержки нуждающихся, включая профилактику бедности. Консенсус со среднеобеспеченными слоями населения, которые в ходе этого маневра могут потерять ряд доходов, возможен только в том случае, если очевидными станут меры большей ответственности богатых за последствия кризиса.

Отсутствие консенсуса в определении нуждаемости. Несмотря на определенный прогресс в развитии адресных программ для нуждающихся с 2010 г., проявившийся в появлении таких программ на федеральном уровне (компенсационная доплата к пенсии и социальное обслуживание) и существенном их расширении на региональном уровне проблемы с определением критериев нуждаемости продолжают оставаться серьезной проблемой. Их объективной основой являются трудности в измерении доходов, несовпадение субъективного и объективного определений бедности и множественность подходов к определению семьи. Наши оценки на основе данных РМЭЗ свидетельствуют о том, что у жителей бедных и богатых регионов субъективная оценка бедности в среднем на уровне 
1,5 ПМ, у жителей среднеобеспеченных регионов – на уровне 2ПМ; у семей с детьми на уровне 1,5ПМ; у семей пенсионеров – 2ПМ. В периоды кризисов разрыв между объективной бедностью и субъективным ее восприятием увеличивается.

Бедность и нуждаемость – это домохозяйственные характеристики, и для их определения нужен душевой доход, размер которого зависит от суммы индивидуальных и семейных доходов и количества членов семей. Изменение одного их этих параметров будет давать различный уровень душевых доходов.

Проведенный анализ показал, что в ряде программ (компенсационная доплата к пенсии) вместо душевого дохода используется индивидуальный доход гражданина. При этом разные программы соцзащиты, во-первых, используют разное определение состава семьи, во-вторых, разный перечень индивидуальных доходов при определении душевых доходов.