Файл: Шпоры_общая психология.doc

28. Эгоцентрическая речь: полемика л.С.Выготского и ж.Пиаже.

Эгоцентрическая речь была впервые описана швейцарским психоло­гом Жаном Пиаже, как особая разновидность детской речи, которая оказывает­ся доминирующей на определенном этапе развития и постепенно преодоле­вается в процессе социализации.

Эгоцентрическая речь наблюдается в возрасте трех-пяти лет (нередко ее устойчивые элементы сохраняются вплоть до семилетнего возраста) и проявляется в том, что дети говорят вслух, как будто ни к кому конкретно не обращаясь, в частности, задают вопросы, не получая на них ответа и нис­колько не беспокоясь по этому поводу. Эгоцентрично говорящий ребенок не интересуется тем, кому он говорит, насколько хорошо его слышат и понима­ют. Его «собеседником» становится первый встречный. Ребенок довольству­ется лишь видимым интересом окружающих к его высказываниям или не за­мечает полное отсутствие такового и придерживается иллюзии, что другие воспринимают и переживают происходящее абсолютно также, как и он.

Эго­центрическая речь характеризуется неспособностью говорящего воспринять точку зрения собеседника с целью понять его или воздействовать на него: здесь вместо центрирующего диалогического отношения «Я - Ты» в центр помещено монологическое «Я», жестко предопределяющее любую «позна­вательную перспективу». Причем собственная позиция недостаточно отдифференцирована, а иногда и вовсе не отделена от других возможных.

Анализируя высказывания детей, Ж. Пиаже подразделил эгоцентриче­скую речь на три относительно самостоятельные категории:

• Эхолалия или простое повторение, принимающее форму своеобразной игры: ребенку доставляет наслаждение повторять слова ради них самих, абсолютно ни к кому не обращаясь.

• Монолог или вербальное сопровождение (аккомпанемент) производи­мых действий.

• Монолог вдвоем или коллективный монолог - наиболее социализи­рованная разновидность эгоцентрической речи, при которой к удоволь­ствию произносить слова добавляется удовольствие от подлинного или мнимого привлечения внимания и интереса других; однако высказыва­ния по-прежнему ни к кому не обращены, так как не учитывают альтер­нативных точек зрения.

Основные функции эгоцентрической речи, согласно Пиаже, - «сканди­рование мысли» и «ритмизация деятельности» ради обеспечения удоволь­ствия, а не организация коммуникативного процесса. Эгоцентрическая речь не преследует целей диалога и взаимопонимания.

По Выготскому, эгоцентрическая речь феноменологически может быть опи­сана как особый вид речи маленьких детей, которая не служит целям об­щения (сообщения), существенно не изменяет поведения ребенка, а лишь сопровождает как аккомпанемент его деятельность и переживания. Это ни что иное, как речь, обращенная к самому себе с целью воздействовать на собственное поведение. Постепенно эта форма вербального самовыраже­ния становится все более непонятной для окружающих; к началу школьно­го возраста ее удельный вес в речевых реакциях ребенка («коэффициент эгоцентрической речи») снижается до нуля.

По мнению Ж. Пиаже, эгоцен­трическая речь на пороге школьного обучения становится попросту ненуж­ным рудиментом и отмирает. Л.С. Выготский придерживался в этом вопросе иного мнения: он полагал, что данная форма речевой деятельности не исче­зает бесследно, но переходит во внутренний план, становится внутренней речью и начинает играть важную роль в управлении поведением человека. Иными словами, сходит на нет не эгоцентрическая речь как таковая, а толь­ко ее внешняя, коммуникативная составляющая. То, что представляется не­совершенным коммуникативным средством, на деле оказывается тонким ин­струментом саморегуляции.

Согласно данным Выготского, который модифицировал исследователь­скую методику Пиаже, в случаях затруднений и препятствий осуществлению какой-либо деятельности коэффициент эгоцентрической речи, т.е. количест­во эгоцентрических высказываний заметно возрастает. Причем в них нахо­дит отражение план деятельности, ее поворотные моменты, существенные изменения, конечный результат; нередко озвучиваются возникающие труд­ности, проговариваются конкретные действия и операции, выполняемые ре­бенком.

Как считал Выготский, целесообразность этих эгоцентрических вы­сказываний, их очевидная связь с наблюдаемыми поведенческими актами не позволяют, вслед за Пиаже, признать этот тип речевой активности «вер­бальным сновидением». В данном случае имеют место попытки совладения и разрешения проблемной ситуации, что роднит эгоцентрическую речь (в функциональном отношении) уже не с детским эгоцентризмом, но с реали­стическим мышлением взрослого. Эгоцентрические высказывания ребенка в затрудненных условиях деятельности по функциям и содержанию подобны молчаливому продумыванию сложной задачи, т.е. внутренней речи, ха­рактерной для более позднего возраста.

29. Речевая деятельность и общение.

Речевая деятельность — это процесс общения людей посредством языка. Речь — это язык на службе у конкретного человека. Таким образом язык и речь едины в том, что отражают две стороны одного и того же явления -общения людей. Однако, испытывая потребность в обмене мыслями с другими людьми, человек использует тот или другой язык, принадлежащий его народу. Речь представляет собой практическое использование людьми языка.

Речь не существует вне языка, но и язык невозможен вне речи. Он «умирает», если люди перестают им пользоваться. К таким «мертвым» языкам относится латынь, древнегреческий, древнеславянский, древнееврейский и др. Но речь нельзя отождествлять с языком. Язык развивается в общественно-исторических условиях, в процессе трудовой деятельности многих тысяч поколений, а речь человека развивается в условиях непосредственного общения людей в семье, в школе, на производстве.

Коммуникативная функция речи состоит в том, что с помощью слов и их сочетаний человек сообщает людям что-то о явлениях действительности и о себе самом, а также воспринимает через речь сообщения других людей. Коммуникативная функция речи непосредственно связана с сигнификативной: если слушатель не понимает обращенной к нему речи, сообщение бессмысленно, оно не несет в себе никакой информации, оно перестает быть для данной личности сообщением.

Сигнификативная функция состоит в том, что речь обозначает реальные предметы, их свойства, действия, связи. У каждого слова есть свое значение. Называя словом конкретный предмет (эту ель), мы одновременно обозначаем и класс предметов, к которому относится названный объект мысли (ель вообще, дерево вообще). Это происходит потому, что каждое слово обобщает. Значение слова, точно так же, как и морфологический состав его, обусловлены историей развития языка. Изменения значений слов и грамматических форм речи зависит от ряда исторических условий развития общества.

Функция выражения речи проявляется в том, что говорящий, сообщая что-либо другим людям, выражает посредством интонаций голоса -убыстрения и замедления речи и других эмоциональных средств — свое отношение к сообщению. Так, грусть выражается медленным темпом речи, некоторой разобщенностью звуков, длительными паузами и понижением голоса. Негодование, восторг, радость улавливаются слушателями по быстрому темпу речи, большей связности речевых звуков и большей звуковысотной амплитуде. Выразительность речи непроизвольна, хотя и может быть преднамеренной, управляемой.

Функция побуждения речи выражается в том, что с помощью отобранных в речи слов и их сочетаний, а также интонаций говорящий побуждает людей к действию. Просьбы, приказы, убеждения, доказательства, внушение — все это формы речевого влияния, с помощью которых говорящий воздействует на слушателей.

Речью обладают тольки люди. Голосовые реакции животных нельзя считать речью. Выполняя сигнальную функцию, они лишены предметного содержания, не обозначают сущности предмета, смысла явления. Тем более они не могут передать, от чего зависит то или иное явление, чем оно порождено. Голосовые реакции позволяют животным выражать свое состояние и сигнализировать близость пищи или опасности, но не юлее. Голосовые реакции животных не являются обобщениями и всегда стоят на уровне первой сигнальной системы.

Речь сформировалась в труде. Она возникла из острой потребности людей согласовывать трудовые действия, а позже — из потребности обмениваться мыслями и хранить познавательный опыт для новых поколений.