Файл: Легальность и легитимность (Проблемы и кризисы, связанные с легитимной властью).pdf
Добавлен: 31.03.2023
Просмотров: 595
Скачиваний: 5
Хотя, конечно, никакая теоретическая конструкция не может учесть все разнообразие и рискует упустить важные аспекты реальности. Итак, первая тенденция касается в первую очередь властной верхушки. Можно утверждать, что любая политическая сила в процессе политической борьбы создает собственный образ мира, в котором отводится место ей и ее политическим оппонентам.
Таким образом происходит борьба за электорат. Символические образы мира, присущие любой политической силе, имеют обоснование (на рациональной или эмоциональной базе) того, почему именно она лучше других, какими преимуществами в сравнении с другими обладает. Модели таких образов могут быть разными, однако обычно они имеют похожую схему: с одной стороны, по-своему объясняют политическую реальность в том или ином обществе, с другой – свое место в нем, которое совершенно неотделимо от противопоставления себя своим политическим оппонентам. Помня о том, что в основе политики как особенной сферы общественных отношений всегда лежит конфликт (в марксистском или в любом другом понимании), такое противопоставление – абсолютно закономерное явление. Сражаясь за власть, политические силы выстраивают такие образы действительности, которыми пытаются привлечь внимание населения.
Таким образом, в идеале сторонники любой политической силы разделяют тот образ действительности, который был ею сформирован (хотя ее представители далеко не всегда верят в него сами). Эта схема является довольно простым выражением связи между избирателями и партиями. Более масштабное согласие всего населения с картиной мира, которую продуцирует политическая система любого государства в целом, является свидетельством легитимности власти. Проблемы в случае Украины возникают как раз из-за несоответствия частичных картин мира, создаваемых отдельными политическими силами, общей картине мира, которая должна быть результатом деятельности всей политической системы. Можно говорить о том, что частичные образы действительности многих украинских политических сил настолько противоречат друг другу, что не в состоянии обеспечить существование целостного общеполитического образа. Иными словами, украинскому гражданину нечего разделять, кроме как партикулярные картины мира, которые массово продуцируют многочисленные украинские партии.
Следовательно, легитимность как связь граждан и власти становится проблематичной. В свою очередь граждане, являющиеся сторонниками той или иной политической силы, склонны в таком случае не доверять государству и политической системе в целом. Независимо от того, какая политическая сила находится у власти, есть ряд писаных или неписаных правил игры, которые соблюдают все участники властных отношений. В таких условиях граждане могут доверять властным структурам независимо от того, какие политические силы их возглавляют.
Свидетельством того, что в государстве существует достаточный уровень общей легитимности, могут быть многочисленные примеры стабильного функционирования коалиций, обладающих незначительным преимуществом над оппозицией, и даже правительств меньшинства, в странах Западной Европы. А в условиях украинских реалий функционирование коалиции с несущественным преимуществом в количестве депутатов сразу вызывает безумное сопротивление оппозиционных сил, которое свидетельствует об отсутствии консенсусного поля сотрудничества в украинском парламенте.
Консенсусное поле отсутствует также и в образах реальности политических сил, что и приводит к уже названным последствиям. Формирование такого поля не предполагает образование широкой коалиции или каких-либо попыток псевдоконсолидации украинских политических сил, которая приведет лишь к снижению уровня легитимности отдельных политических сил. Оно, скорее, должно заключаться в модификации образов реальности украинских партий так, чтобы они перестали быть взаимоисключающими, создали предпосылки для формирования общих правил игры и общих ценностей. Эти правила могут касаться принципов диалога и взаимодействия большинства и оппозиции, правительства и президента и т.д.
В любом случае такая модификация должна способствовать налаживанию между государством и гражданином связи, которая была нарушена чрезмерной партикуляризацией легитимности. Однако, как уже отмечалось, "фрагментизация" легитимности является только тенденцией, которая лишь частично может объяснить современные проблемы легитимности. Для более полного понимания мы должны выделить другую тенденцию, которая больше связана с населением, чем с властью. Однако она так же определяет состояние легитимности и со временем может стать влиятельнее. Разочарование в способности оказывать влияние на политику и погружение в собственно частную жизнь, которые служат главными причинами этих процессов, стоит, наверное, рассматривать как взаимодополняющие и взаимно обусловливающие элементы, ни один из которых не является первичным.
Это приводит к тому, что люди не верят в возможность смены не только государственного, но и общественного строя, политические манифестации или образование различных объединений граждане начинают воспринимать довольно скептически. В любом случае падение уровня легитимности власти в результате исчезновения интереса к публичной сфере является очевидным. Если снижение уровня интереса к политической жизни лежит на поверхности, то значительно важнее будет указать на другой аспект влияния доминирования частной сферы на легитимность власти. Он заключается в том, что уровень доверия к политикам и политическим силам все больше определяется степенью удовлетворения собственных частных интересов. Иными словами, легитимность ставится в прямую зависимость от способности той или иной политической силы "купить" своего "клиента".
Вследствие этого, легитимность как таковая размывается еще больше. Если политические силы собственным мировоззренческими конструкциями "фрагментируют" общеполитическую легитимность, то такое отношение граждан вообще разрушает ее, превращая в своеобразный процесс обмена. Понятно, что если принцип обмена становится доминирующим во взаимоотношениях людей, то и отношения населения и власти начинают строиться в соответствии с этим.
3. ЛЕГАЛЬНОСТЬ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ
Государственная власть играет ключевую роль в жизни современного общества. Ее социальное значение очевидно: в силу специфики государственно-властных полномочий, власть, в лице государственно-властных органов обладает не только правом издания предписаний, но и правом применения принуждения за их неисполнение или ненадлежащее исполнение. Посредством данных полномочий, власть реализует многочисленные механизмы взаимодействия между государством и личностью. Эти механизмы имеют различные направления. С одной стороны, это процесс самоограничения власти, путем установления компетенции государственных органов, а с другой - гарантии защиты прав и свобод человека и гражданина, путем их провозглашения и закрепления в законодательных актах.
По мнению С. Алексеева, с одной стороны, "право не может существовать без власти", т.к. только государственная власть по своей природе способна обеспечить строгую и своевременную реализацию правовых норм и принципов посредством своих правоохранительных учреждений и институтов. С другой стороны, "власть является антиподом права". "Власть, как подчеркивает С. Алексеев, особенно власть политическая, государственная, которая и делает "право правом", в то же время явление, в какой-то мере с ним несовместимое, выступающее по отношению к праву в виде противоборствующего, а порой и чуждого, остро враждебного фактора".
Истоки этой враждебности власти праву кроются в глубокой противоречивости власти, в том, что, являясь необходимым и конструктивным элементом организации жизни людей, управления обществом, власть в то же время обладает имманентными качествами, которые в процессе утверждения и упрочнения власти могут превращать ее в самодовлеющую, авторитарную силу. Эта сила способна создавать "неправовую" реальность.
Одной из важнейших функций государственной власти является обеспечение надежного общественного порядка, а также противодействие антисоциальным тенденциям и антигражданским действиям со стороны отдельных граждан или их объединений. Для реализации этой функции власть может использовать как средства убеждения, так и принуждения.
С этой точки зрения государственная власть это организованное обществом правомерное и справедливое (или считающееся таким) принуждение и насилие. Государственность власти означает, что принуждение и насилие (вплоть до физического) как специфические средства власти монополизированы и сосредоточены в специально созданных обществом институтах, органах и учреждениях, которые в совокупности составляют государство. Право на силу, принуждение по отношению к возможным антисоциальным действиям граждан, таким образом, изымается у частных лиц или групп и передается государству, в лице которого принуждение и насилие получают законность, или, по выражению И. Канта, легальность.
Термин "легализация" происходит от латинского, что в переводе означает законный, т.е. основано на законе, что непосредственно связано с правом. Но право – это не нормы закона и не их осознание уже потому, что ряд норм и текстов закона практически неосуществимы из-за их абстрактности без установления конкретизирующих их норм и правил. Легальность власти - это ее нормативно-правовая закрепленность и узаконенность. Легализация государственной власти как юридическое понятие означает установление, признание, поддержку данной власти законом. Легализация – это признание правомерности ее возникновения, организации и деятельности.
Такое узаконение может осуществляться различными путями. Так, в средние века, чтобы выглядеть законным преемниками власти своих предшественников, императоры, короли и другие царствующие особы вели, а иногда и придумывали или подделывали родословные. Государственная власть и ее высшие субъекты освящались, что придавало им статус – данный от Бога. На сегодняшний день, одной из наиболее распространенной формой приобретения легальности власти должностных лиц являются их выборы гражданами. Но чтобы это осуществить, сами выборы должны быть легальными, т.е. проводится в установленном законом порядке и признаваться большинством членов государства, что является проявлением и легитимности. Можно выделить три эволюционных формы легальности: протогосударственная, государственная и конституционная.
Протогосударственная. Исходным этапом возникновения легальности является зарождение и развитие первых государственных образований. В связи с процессами урбанизации и территориального разделения пространства, постепенно происходит социальная дифференциация общества, в рамках которой выделяется элита (управляющие) и подданные (управляемые). Этот процесс сопровождается также дифференциацией норм, регулирующих различные виды общественных отношений. Так, из единой массы социальных регуляторов выделяются моральные, религиозные и правовые нормы. В период выделения первичных правовых норм активизируется деятельность ранних государств по санкционированию обычаев, что является первым шагом к зарождению принципа легальности. Однако на этом этапе, он недостаточно четко выделен.
Государственная. Этот период развития принципа легальности связан с формированием государством целостной, разветвленной системы права. Данный процесс проходил несколькими путями: посредством санкционирования обычаев, возникновения большой массы прецедентов и становления системы прецедентного права, а также нормотворческой деятельности государства по созданию правовых норм. Появление развитой системы законодательства, в качестве более совершенной формы права, конкретизирует принцип легальности и придает ему ряд новых характеристик (формальность, рациональность и т.д.).
Конституционная. На данном этапе развития принципа легальности появляются особые формы нормативно-правовых актов, которые обладают рядом особых, специфических свойств (Конституции, Основной закон). В них, как правило, содержатся существенные характеристики государства, определяются основы государственного устройства, правовой статус его членов.
Ограничения государственной власти достигаются правовыми средствами. Однако, с одной стороны, государство издает законы, но оно подчиняется им (речь идет о демократическом, а не тоталитарном государстве), пока они не изменены или отменены. С другой стороны, для того, чтобы быть подлинным правом, а не узакониванием произвола, правовые нормы должны отвечать определенным требованиям и прежде всего в наше время соответствовать общечеловеческим, общегуманным ценностям.
Легализация соотносится с признанием, допущением, поддержкой того или иного явления, института, органа, "государственного действия" правом, прежде всего основным законом. Обоснование властных полномочий коренится в юридических актах и процедурах, в правовых отношениях. Однако бывают так называемые конституционные законы, легализующие антинародную, антидемократическую, террористическую государственную власть.
Определяя легальность или нелегальность государственной власти, меру ее легализации, важно установить, насколько правовые акты, осуществляющие легализацию, соответствуют общепринятым принципам права, в том числе международного права. Общепризнанные принципы и нормы последнего некоторыми конституциями объявлены верховным правом страны, согласно другим основным законам, при некоторых условиях (например, на условиях взаимности) ратифицированные данным государством акты международного права, имеют приоритет над внутренним правом. Акты легализации должны соответствовать также общечеловеческим ценностям. При несоответствии внешняя легализация становится на деле ложной легализацией, это - лжелегализация не соответствующей интересам народа государственной власти.