Файл: Федеративное устройство России: понятие и принципы ( Становление и развитие федерализма в России ).pdf

Политическое неравноправие граждан проявилось в момент самоопределения республик и при решении вопроса об их названии. Проблема названия республик (умышленно или неумышленно) была поглощена проблемой провозглашения суверенитета.

Существующее неравноправие субъектов Федерации Р.Абдулатипов пытался оправдать, теоретически и политически. В одном из телевизионных интервью он сказал, что республики самоопределяются на основе волеизъявления народа, к которому относятся только лица коренной национальности, а все другие люди, про­живающие на территории республики, - это население, а не народ, и воля населения не имеет никакого значения и не принимается в расчет^[33].

Хотя это – нонсенс, рекомендациями Р.Абдулатипова воспользовались руководители некоторых республик. Так, в ст. 69 Конституции Республики Башкортостан говорится: «Республика Башкортостан образована в результате реализации права башкирской нации на самоопределение...».

Здесь надо напомнить, что башкиры составляют менее 22% населения республики.

Статья 1 Конституции Тывы закрепляет за республикой право свободного выхода из состава Российской Федерации, а п. 11 ст. 62 предоставляла этой республике право решать вопросы воины и мира. Невольно возникает вопрос: с кем и зачем собиралась воевать Тыва?!

Стоит процитировать ряд положений Конституции Республики Татарстан, с которыми принципиально невозможно согласиться, так как они явно противоречат принципу равноправия субъектов Федерации и самому федерализму. Так, в ст. 61 записано: «Республика Татарстан – суверенное государство, субъект международного права, ассоциированное с Российский Федерацией – Россией на основе Договора о взаимном делегировании полномочий и предметов ведения», а ст. 62 идет еще дальше: «Республика Татарстан вступает в отношения с другими государствами, заключает международные договоры, обменивается дипломатическими, консульскими, торговыми и иными представительствами, участвует в деятельности международных организаций, руководствуясь принципами международного права...»..В соответствии с действующей Конституцией в состав РФ входят 89 субъектов Федерации, формально равноправных в отношениях между собой, а также во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти. Тем не менее, специфика национально-исторического развития страны сохранила формальные и неформальные особенности различных видов субъектов Федерации. Например, трудно отрицать фактическое правовое доминирование республик в составе РФ, а также городов федерального значения по сравнению со статусом многих краев и областей^[34].

Предметом многолетних дискуссий является правовое положение автономных округов. Существующее неприятие равноправного (по отношению к республикам) положения автономных округов основывается на устаревших представлениях, когда автономные округа были административно, финансово экономически и юридически жестко зависимы от решений органов государственной власти краев (областей), в состав которых они были введены актами высших органов.

В настоящее время автономные округа уравнены в основополагающих правах и обязанностях с краями (областями). В первую очередь, это следующие права: волеизъявление населения автономного округа при выборах окружных органов государственной власти; принятие этими органами окружного устава и окружных законов; участие автономного округа в международных политических и экономических контактах; самостоятельное формирование двусторонних взаимовыгодных отношений с РФ и другими субъектами Федерации. Федеральное законодательство установило в качестве самостоятельных финансово-экономических источников бюджетного развития автономных округов средства, извлекаемые из использования сосредоточенных на их территориях природных ресурсов. Указанные широкие права в значительной мере исключают рецидивы «местного патронажа» со стороны соответствующих краев (областей) или попытки воссоздания прежней региональной системы подчинения^[35].

Края (области) как субъекты Федерации также не однородны в отношении реализации своих прав. Те края (области), стабильная рыночно ориентированная экономика которых обеспечивает необходимые поступления в местный бюджет, у которых имеются волевой губернатор, налаженные «столичные» связи, находятся в более благоприятном положении при решении возникающих перед ними вопросов; они в большей степени влияют на расстановку приоритетов региональной политики, могут позволить себе критику решений федеральных органов государственной власти. Другие субъекты из этого ряда, имеющие ограниченный рыночный потенциал, вынуждены искать сильных партнеров, нередко отказываться от собственных инициатив и занимают, как правило, выжидательную позицию по отношению к действиям федерального центра^[36].

Не вызывает сомнений, что фактическое неравноправие субъектов Федерации (в отличие от формально провозглашенного Конституцией РФ равенства) сохранится еще длительное время. Реальными условиями сохранения такого положения являются сложившиеся в прошлом и продолжающие существовать ныне стереотипы государственно-правового мышления, искусственно разделяющие субъектов Федерации на разные категории, а также общая политическая, социальная и финансово-экономическая нестабильность в России. Можно предположить, что это – промежуточная и неустранимая стадия развития федеративных отношений, в реальности которой надо научиться жить и терпеливо готовить изменения^[37].

Между тем в кризисные для России периоды оживляются дискуссии о необходимости установления новых федеративных отношений. Ядром дискуссий, естественно, является вопрос о числе субъектов Федерации.

Некоторые аналитики утверждают, что нынешнее число субъектов Федерации явилось компромиссом, достигнутым на Конституционном Совещании в 1993 г. Теперь, мол, настала необходимость произвести укрупнение субъектов федерации и, таким образом, сократить число государственно-территориальных образований с приданием им статуса новых субъектов Федерации^[38]. Авторы данного проекта «новой реформы федерализма» наивно полагают, что механическое уменьшение числа существующих субъектов Федерации без согласия последних на эту операцию автоматически обеспечит управляемость страной на общегосударственном уровне. Можно предположить, что субъектные новообразования такого типа, призванные заместить ныне существующие субъекты Федерации, будут крайне неустойчивыми, внутренне конфликтными и неизбежно распадутся, если их вообще удастся сформировать предлагаемыми принудительными способами. Ряд иных радикальных предложений связан с изменением соотношения полномочий Президента РФ и нижней палаты парламента РФ^[39]. Эти глобальные перемены, затрагивающие интересы всей страны, не обсуждаются с регионами. При этом не принимается во внимание, что граждане выбирали Президента и депутатов в Государственную Думу с учетом того объема прав, которым данные лица уже наделены в соответствии с действующей Конституцией^[40].

Итак, для проведения радикальных перемен не созрели надлежащие условия. Общеизвестно, что для успешного запуска и завершения глобальных интеграционных процессов необходимы политическая стабильность и нормальное функционирование экономики. Только в этих условиях векторы интересов подавляющего числа федеральных и региональных законодателей, политиков, бизнесменов, рядовых граждан суммируются в активную равнодействующую. При любых иных вариациях существенных социально-политических параметров неизбежно возникают силы противодействия, способные затормозить поступательное развитие в указанной сфере.

Заключение

Проблема федерализма в России действительно является одной из наиболее ключевых, злободневных проблем современности. Без построения в стране нормальной Федерации невозможно создать эффективно функционирующую систему государственной власти в силу обширных размеров России, ее колоссальной социально-экономической, этнической, природно-климатической дифференциации. Главный же вопрос федеративной реформы состоит сегодня в необходимости оптимальным образом использовать представившийся нам, нынешнему поколению политиков, исторический шанс построения прочной демократической государственности через преобразование (реконструкцию) федерализма.

Борьба «за выживание» идеи федерализма в государстве насчитывает уже не одно столетие. Есть она и сегодня. Однако, поскольку федеративное устройство закреплено Конституцией страны, спор между сторонниками федерализма и теми, кто предлагает другие концепции государственного устройства, перешел в иную плоскость, а именно – в дискуссию о перспективах развития той или иной разновидности Федерации. Скептически настроенные авторы говорят о неизбежном перерастании Федерации в жестко централизованную или даже «фасадную» Федерацию, наподобие Союза ССР (начала этого скепсиса можно встретить еще у Пестеля); либералы, напротив, – о том, что Федерация должна быть децентрализованной. Истина находится, по обыкновению, где-то посредине.

Значение Федерации как формы государственного устройства в настоящее время очень велико. Уже было сказано, что федеративная система существует в более чем двух десятках стран мира – это десятая часть всех стран мира, треть населения и больше половины территории всех стран мира. Но эти показатели, которые делают федеративную форму наиболее эффективной, в вопросе о делении государства, не главные. Главное, на мой взгляд, то, что государства с федеративной формой устройства более динамичны в плане развития правовых отношений, и в разной степени, может осуществляться всестороннее обеспечение процесса свободного развития различных национальностей и народностей, принцип плюрализма и демократизма, гарантия прав и свобод граждан. Российская Федерация – нетипичная, отклоняющаяся от классических образцов конституционная форма федерации; в ее состав входят субъекты, организованные как по национальному, так и по территориальному признаку. Еще одной особенностью российского федерализма является фактическая (в разрез с принципами Конституции РФ) разностатусность субъектов РФ. Такие Федерации принято называть асимметричными. Выбор формы государственного устройства связан со многими факторами: историческими, экономическими, культурными, религиозными, географическими. Так, определяющим фактором выбора формы государственного устройства России является многонациональный состав ее населения (более 100 наций и народностей), притом, что 81,5% населения составляют русские, 3,7% – татары, 2,9% – украинцы, 1,2% – чуваши, 0,9% – башкиры, 0,7% – мордва, 0,6% – чеченцы и т.д. Федерация, позволяющая избежать сверхцентрализации с одной стороны, и устанавливающая гарантии прав субъектов Федерации, является оптимальной формой национально-государственного устройства для России. Во многом от того, удастся ли перейти к подлинно федеративному государству, зависит дальнейшая судьба России: сохранение единства государства, успешное проведение экономической реформы, демократизация политической жизни, интеграция с соседними государствами, эффективное функционирование законов и многое другое.

Список использованной литературы

1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12.12.1993. – М., 2020.
2. Абдулаев М.И.Проблемы теории государства и права. – СПб., 2017.
3. Авакьян С.А. Федерализм в России: опыт и практика // Право и политика. – 2009. - №9.
4. Атаманчук Г.В. Государственно-правовая природа федерализма // Российский федерализм: опыт становления и стратегия перспектив. – М., 2017.
5. Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации. – М., 2017.
6. Власов В.И. Теория государства и права. – М., 2017.

Глигич-Золотарева М.В. Законодательная база федеративных отношений: состояние и перспективы // Государственная власть и местное самоуправление. – 2015. - №9.

Глигич-Золотарева М.В. Основы федерализма. – М., 2016.

1. Глигич-Золотарева М.В. О судьбах федерализма в России. – М., 2019.
2. Добрынин Н.М. Федерализм и конституционализм в России: соотношение, реальность, конформизм. – М., 2018.
3. Добрынин Н.М. Федерализм в России: оценка состояния и пути решения проблем – М., 2017.
4. Кистринова О.В. Перспективы развития федерализма в России // Право и политика. – 2017. - №6.
5. Кетов Ю. Исторический опыт развития федерализма в России. – М., 2019.
6. Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право Российской Федерации. – М., 2015.

Кокотов А.Н. Разграничение и согласование полномочий Российской Федерации и субъектов Российской Федерации. – М., 2016.

Кокотов А.Н. Новая модель разграничения полномочий. – М., 2017.

1. Комментарий к Конституции Российской Федерации (постатейный) / Под ред. Г.Д. Садовниковой. – М., 2016.
2. Краснов Ю.К. Государственное право России: История и современность: Учебное пособие. – М., 2017.
3. Новоселова-Чурсина Е.С. Принципы российского федерализма. – М., 2017.
4. Прангишвили И.В. Системный подход и общесистемные закономерности. – М., 2016.
5. Рузавин Г.И. Методология научного исследования. – М., 2017.
6. Тадевосян Э.В. Российский федерализм и современный национально-государственный нигилизм // Государство и право. – 2019. - №10.

Тихомиров Ю.А. Об институциональных аспектах федеративных отношений // Государственная власть и местное самоуправление. – 2016. - №3.

1. Умнова И.А. Конституционные основы современного российского федерализма. – М., 2018.
2. Ушаков Н.А. Государство в системе международно-правового регулирования. – М., 2017.
3. Федерализм: теория, институты, отношения (сравнительно-правовое исследование) / Отв. ред. Б.Н. Топорнин. – М., 2017.
4. Черниченко С.В. Принцип самоопределения народов (современный интерпретация) // Московский журнал международного права. – 2016. - №4.
5. Чиркин В.Е. Государствоведение. – М., 2018.
6. Чиркин В.В. Модели современного федерализма: сравнительный анализ. – М., 2018.
7. Ященко А.С. Теория федерализма. – М., 2019.