Файл: Роль информационного права и информационной безопасности в современном обществе (Информационные войны и информационный терроризм).pdf

ВВЕДЕНИЕ

В настоящее время в мире насчитывается несколько миллиардов пользователей Интернет, то есть более трети населения планеты, является частью всемирной паутины. Каждые 30 секунд в сети появляется новый сайт, предлагающий товары и услуги. Мир физически осязаемый уже не может существовать обособленно от мира виртуального. Интернет стал не только многомиллиардной индустрией, но и жизненно важной инфраструктурой для мировой экономики.

Сегодня нет сферы человеческой деятельности, в которой в том или ином виде не присутствовали бы информационные технологии. На международном и национальном уровнях мы говорим об информатизации, компьютеризации, информационных сетях, внедрении и развитии информационных систем. «Перед всеми нами открываются огромные возможности», - отмечает Окинавская Хартия глобального информационного общества.

Вместе с этим оборотной стороной информатизации стала проблема обеспечения информационной безопасности в сети Интернет. Причем угрозы информационной безопасности потенциально опасны для отдельного человека, для государства и для всего мирового сообщества. Более того, на межгосударственном уровне существует возможность использования информационного потенциала одними странами для подчинения и подавления других государств. Многие государства, как, впрочем, и международные организации стали использовать информационные технологии в целях, несовместимых с задачами поддержания международной стабильности и безопасности, соблюдения принципов отказа от применения силы, невмешательства во внутренние дела государств, уважения прав и свобод человека. Угроза Интернет-безопасности может исходить и от частных лиц. Пример этого был продемонстрирован в апреле 2013 года на технологическом форуме в Голландии, где хакер при помощи смартфона взламывал бортовой компьютер обычного самолета и добивался полной управляемости воздушным судном, работающим в режиме «автопилот».

В формировании стабильных отношений в глобальной сети и обеспечения информационной безопасности решающую роль должно сыграть правовое регулирование. Интернет в силу своей специфики (наднациональный характер, трансграничность, открытый и всеобщий доступ, отсутствие единого владельца) требует особого подхода в регулировании. Эффективным регулирование может быть только на международном уровне. Предпринимаются отдельные попытки влиять на деятельность сети, но все они или бессистемны, или вступают в противоречие с основными принципами и нормами международного права, или ограничены определенным сегментом сети. Большинство актов международного права в сфере информационной безопасности носят рекомендательный характер.

ГЛАВА 1. ИНФОРМАЦИОННОЕ ПРАВО И ЕГО РОЛЬ В СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ

1.1. Понятие информационного права. История становления

информационного права.

Информационное право — новая, только лишь формирующаяся отрасль права, которая играет определяющую роль в развитии современного общества XXI в. и в ближайшее время станет полноценной отраслью права.

Откуда появилось понятие «информационное право»? Что оно означает? Существует ли такое право вообще? А если да, то, каково его содержание? На все эти и другие подобные вопросы мы попытаемся дать ответ. На чем зиждется информационное право? Естественно, на общественных отношениях, возникающих при взаимодействии с информацией, —сложнейшем и уникальнейшем с точки зрения права объекте. К сожалению,

этот объект недостаточно исследован правовой наукой. Недостаточно исследован он и информатикой — наукой, изучающей естественно научную сущность информации. Сегодня мало внимания уделяется правовой информатике и правовой кибернетике - наукам, изучающим информацию в правовой сфере. Думается, что комплексное исследование информации методами правовой науки и естественных наук позволит изучить ее в полной

мере как объект правоотношений. В научной литературе последних лет можно выделить целый спектр понятий, с помощью которых авторы пытаются назвать эту новую отрасль права. К таким терминам можно отнести: «программное право», «правовая информатика», «право информатики», «компьютерное право», «информационно-компьютерное право», «право знать», «право на доступ к информации», «право на информацию», а также «телекоммуникационное право» и «информационное право» (см. работы А.Б. Агапова, Ю.М. Батурина, И.Л. Бачило, А.Б. Венгерова, М.М. Рассолова, Ю.А. Тихомирова и многих других авторов). Термины, определяющие содержание этой новой отрасли (или ее составных частей), одним из первых обсудил Ю.М. Батурин1 . Он проанализировал термины, применяемые разными авторами, — «программное право», «правовая информатика», «право информатики», «компьютерное право», «информационно-компьютерное право» (в узком и широком его понимании). В последнем случае информационное право и компьютерное право рассматриваются как два множества отношений, возникающих в этих областях. В широком смысле слова информационно-компьютерное право понимается как сумма или объединение множеств отношений, составляющих «информационное право» и «компьютерное право», т.е. производное множество, в которое входят все отношения и первого, и второго множества, а в узком смысле слова информационно-компьютерное право понимается как произведение двух множеств, т.е. производное множество, в которое входят только те отношения, которые одновременно присутствуют и в первом, и во втором множестве.Ю.М. Батурин вводит понятие «телекоммуникационное право» и отмечает: «...несмотря на все условности теоретической проблемы определении самостоятельных отраслей права в системе азербайджанского права, телекоммуникационное право, право Интернета и другие подобные обозначения самостоятельных правовых отраслей пока не имеют «права на существование». Такая терминология может использоваться и уже используется, но безотносительно к юридическому анализу соответствующих проблем. Изменение технологической инфраструктуры пока еще не привело к созданию принципиально новой сферы общественных отношений. Проблемы соблюдения авторских прав при использовании глобальных сетей, проблема защиты частной жизни, проблемы электронного документооборота, проблемы применения цифровой подписи в электронных сообщениях и другие остро стоящие сегодня проблемы использования Интернета и иных новейших технологических средств — это не принципиально новые проблемы, а новое звучание старых проблем». Это действительно так. Однако, на наш взгляд, телекоммуникационное право — составная часть того целого, что называется информационным правом. В информационной сфере это сводится к обращению информации в системе телекоммуникаций. Информационное право находится в стадии становления и потому понятно разнообразие терминов, с помощью которых специалисты пытаются определить его содержание. Все эти термины выбираются исходя из объектов, по отношению к которым или в связи с которыми возникают общественные отношения, подлежащие правовому регулированию. Перечисленные выше термины можно условно разделить на две группы. Термины первой группы формируются, скорее всего, исходя из объектов, в связи с которыми возникают общественные отношения, подлежащие правовому регулированию в информационной сфере. Это программы для ЭВМ; компьютеры; информатика как наука, изучающая информацию; одновременно «информация» и «компьютеры» как причинно связанные понятия; телекоммуникация как средство передачи, получения информации и удаленной связи. Так, в основе программного права лежат отношения, возникающие при создании, производстве, распространении и употреблении программных продуктов для компьютеров. В основе права информатики — отношения, существующие в области информатики, — науки, изучающей информацию, информационные процессы и информационные системы или проблемы производства, преобразования и потребления информатики. В основе компьютерного права рассматриваются отношения, возникающие при разработке, производстве, распространении и применении компьютеров. Вторая группа терминов основана на применении понятий, обозначающих информационные права и свободы, которые должны гарантироваться информационным правом, — «право знать», «право на доступ к информации» и др. Несмотря на разнообразие упомянутых наименований, все они семантически близки и легко объединяются в один класс через понятие «информационная сфера», в которой они применяются либо как ее составные части, либо как ассоциативно связанные с ней. В последнее время чаще всего применяется термин «информационное право». Вероятно, «информационное право» так именуется исходя из основного объекта, по поводу которого или в связи с которым возникают общественные отношения, подлежащие правовому регулированию, по аналогии с такими отраслями права, как, например, лесное, водное, аграрное, предпринимательское, экологическое право и т.п. В основе наименования этих отраслей также лежат объекты правоотношений — лес, вода, аграрное производство, предпринимательство, экология и т.п. Ю.А. Тихомиров использует термин «информационное право» для обозначения этой новой комплексной отрасли права и относит ее к публичному праву . Рассуждая о содержании этой отрасли, он отмечает, что «можно вести речь о комплексе специфических правовых вопросов в рамках названной отрасли». И далее: «...имеются в виду информационные отношения как предмет правового регулирования, субъекты информационных отношений, правовой режим получения, передачи, хранения и использования информации, юридические режимы информации разного содержания, пользования банками и базами данных, информационные правоотношения, ответственность. Думается, в таком виде формирующееся информационное законодательство и право в полной мере охватят нормативный массив, который некоторые специалисты относят к компьютерному праву или к кодексу информатики». Это, по нашему мнению, достаточно полная характеристика информационного права, однако при таком определении за бортом остаются общественные отношения, возникающие по поводу создания или производства и распространения информации, в значительной мере регулируемые гражданским правом (например, в части интеллектуальной собственности), а также отношения по поводу создания и использован им информационных ресурсов, которые также в значительной мере должны регулироваться нормами гражданского права. Да и в целом информационное право как комплексная отрасль, на наш взгляд, зиждется как на публичном праве, так и на частном праве. А.Б. Агапов также применяет термин «информационное право» , хотя и не даст его определения. При этом отношения по поводу производства информации (массовой информации) относит к составу информационных отношений. С нашей точки зрения, информационное право — «система социальных норм и отношений, охраняемых силой государства, возникающих в информационной сфере, — сфере производства, преобразования и потребления М.М. Рассолов рассматривает информационное право как отраслевую юридическую науку: «...информационное право — это отраслевая юридическая наука, изучающая совокупность норм права, регулирующих информационные отношения в обществе и содержащих предписания, которые относятся к информационной деятельности в целом» . К сожалению, в последующих рассуждениях автора отсутствуют дефиниции «информационные отношения» и «информационная деятельность», что не дает возможности установить мнение автора по поводу содержания информационного права. И.Л. Бачило определяет информационное право следующим образом. «Информационное право — совокупность доктринальных положений юридической науки, правовых норм Азербайджанской Республики, образующих самостоятельный массив национального права, норм международного законодательства, а также состояние правового сознания субъектов права в области информационной деятельности и отношений, связанных с информационными ресурсами, функционированием информационных систем и сетей в условиях применения современных информационных технологий, направленных на обеспечение безопасного удовлетворения информационных потребностей граждан, их организаций, государства и общества в целом, обеспечение адекватной реакции юридической системы на нарушение установленных законодательством правил в области информации и информатизации. В заключение обсуждения термина «информационное право» и других терминов, обозначающих системы регулирования отношений, связанных с информацией, программно-компьютерными комплексами и т.п., отметим, что многие авторы не рассматривают информационную сферу в целом, в совокупности, а останавливаются на составных, обеспечивающих ее или ассоциируемых с ней частях — информатика, программные средства, компьютеры, их системы, средства связи и телекоммуникаций и т.п. Причем нередко без связи с информационной сферой. Это не позволяет в полной мере ответить на вопрос о том, что такое информационное право. Если в качестве предметов правового регулирования этой отрасли права рассматривать не только отношения по поводу отдельных перечисленных выше объектов, а всю совокупность отношений в информационной сфере, охватывающих весь цикл обращения информации (создание информации, преобразование информации, передача и распространение информации, в том числе и средствами связи и телекоммуникаций, потребление информации и, замыкая цикл, снова создание информации), то, вероятно, правильно было бы называть эту развивающуюся отрасль права именно «информационным правом», а указанные выше термины рассматривать как термины, обозначающие составные или обеспечивающие части (подотрасли, институты) информационного права. . Тогда информационная сфера будет представлять системообразующее начало, в рамках которого возникает и реализуется вся совокупность общественных отношений, называемых информационными. Еще одним аргументом к применению термина «информационное право» может служить следующий. Информация, ее движение вечны, а технические, программные, связные, телекоммуникационные и иные средства возникли и развиваются как средства, обеспечивающие и повышающие эффективность обработки, преобразования и передачи информации именно в текущий период времени. Конечно, эти средства будут постоянно совершенствоваться в процессе развития творческой мысли человека, но обязательно в связи с потребностями создания, преобразования, передачи, распространения и применения информации. При создании и применении таких средств могут действовать традиционные общественные отношения, а могут возникать и новые. Все это потребует пристального внимания специалистов правотворчества в этой области. Кроме того, «информационное право» является более широким понятием, чем перечисленные выше, оно автоматически включает в себя все остальные. Таким образом, в дальнейшем будем применять термин «информационное право» для обозначения рассматриваемой новой комплексной отрасли права и определять ее как систему социальных норм и отношений, охраняемых силой государства, возникающих в информационной сфере — сфере производства, преобразования и потребления информации. Основной предмет правового регулирования информационного права — это информационные отношения, т.е. отношения, возникающие при осуществлении информационных процессов — процессов производства, сбора, обработки, накопления, хранения, поиска, передачи, распространения и потребления информации. За рубежом также активно формируется и развивается новая комплексная отрасль права — информационное право. Там чаще всего она обозначается как Information Law, или Law, Relating to Information. К информационному праву, его содержанию и структуре сегодня отношение также неоднозначное. Специалистов, исследующих эти проблемы, можно разделить на две группы. Первая группа рассматривает информационное право в широком смысле слова как науку, изучающую информационную сущность права вообще. Основоположником такого подхода можно считать А. Б. Венгерова, который вводит понятие «информационная концепция права», т.е. учения об информационной сущности права. И это вполне справедливо, поскольку право по своей сущности носит информационный характер и является одновременно и информационной системой, т.е. системой, формирующей, обрабатывающей и предоставляющей для использования правовую информацию (нормативную правовую информацию и ненормативную правовую информацию). Действительно, без правовых норм, являющихся по сути дела информационными объектами, право вообще не существует. И в этом смысле информационный подход при исследовании правовой системы как системы информационной весьма привлекателен и может внести серьезный вклад в развитие общей теории права. В частности, он позволит «оживить» правовую информатику и правовую кибернетику и применить методы этих наук для исследования и совершенствования системы права. Второй, более узкий подход, основан на рассмотрении информационного права как отрасли права, регулирующей общественные отношения в информационной сфере так, как ее определил. Некоторые специалисты еще более сужают понятие информационного права; считая, что оно применимо только для регулирования отношений, возникающих при обработке документированной информации или обработке информации в системе телекоммуникаций и т.п. Мы же будем придерживаться широкой точки зрения и рассматривать информационное право и как отрасль права, и как науку, изучающую информационную сущность права, и как учебную дисциплину.

1.2. Информационные права и свободы — фундамент информационного права

Основу информационного права, его юридический базис, составляют информационные права и свободы, обеспечение гарантий которых является основной целью этой новой отрасли права. Понимая все возрастающую роль и место информации в жизни личности, общества, государства, мировое сообщество еще в середине XX столетия ввело правовые механизмы, обеспечивающие гарантии прав и свобод человека и гражданина, значительную роль в которых играют информационные права и свободы. Было бы правильным утверждать, что именно из них «произрастает» информационное право как самостоятельная отрасль права. А сформированный и действующий ныне как в Азербайджана, так и за рубежом значительный по объему массив актов информационного законодательства — основной источник этого права — подтверждает данное утверждение. Информационные права и свободы впервые отражены во Всеобщей декларации прав человека, утвержденной и провозглашенной Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г. Состав информационных прав, провозглашенных Декларацией, содержится в нижеследующих статьях.

«Статья 2 Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия, как-то: в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения...».

«Статья 11 1. Каждый человек, обвиняемый в совершении преступления, имеет право считаться невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена законным порядком путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты».

«Статья 12 Никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств».

«Статья 19 Каждый человек имеет право на свободу убеждений и на свободное выражение их; это право включает свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ».

«Статья 27 1. Каждый человек имеет право свободно участвовать в культурной жизни общества, наслаждаться искусством, участвовать в научном прогрессе и пользоваться его благами. 2. Каждый человек имеет право на защиту его моральных и материальных интересов, являющихся результатом научных, литературных или художественных трудов, автором которых он является».

«Статья 30 Ничто в настоящей Декларации не может быть истолковано как предоставление какому-либо государству, группе лиц или отдельным лицам права заниматься какой-либо деятельностью или совершать действия, направленные к уничтожению прав и свобод, изложенных в настоящей Декларации». Конвенция Совета Европы о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.)9 развивает положения, закрепляющие информационные права и свободы.

«Статья 10 1. Каждый человек имеет право на свободу выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны государственных органов и независимо от государственных границ. Настоящая статья не препятствует государствам осуществлять лицензирование радиовещательных, телевизионных или кинематографических предприятий. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые установлены законом и которые необходимы в демократическом обществе в интересах государственной безопасности, территориальной целостности или общественного спокойствия, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия. В Советском Союзе впервые информационные права и свободы были провозглашены Международным пактом о гражданских и политических правах от 19 декабря 1966 г. Конвенция о защите прав человека и основных свобод (ets n 5) // СЗ АР. 2001. № 2. Ст. 163; Бюллетеньм еждународных договоров. 2001. № 3. С. 3—44. 10 Вступил в силу для СССР 23 марта 1976 г. // ВВССССР. 1976.№ 17.Ст.291. Основные статьи этого Пакта, закрепляющие информационные права и свободы:

«Статья 2 1. Каждое участвующее в настоящем Пакте государство обязуется уважать и обеспечивать всем находящимся в пределах его территории под его юрисдикцией лицам права, признаваемые в настоящем Пакте, без какого бы то ни было различия, как-то: в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения или иного обстоятельства.

«Статья 4 1. Во время чрезвычайного положения в государстве, при котором жизнь нации находится под угрозой и о наличии которого официально объявляется, участвующие в настоящем Пакте государства могут принимать меры в отступление от своих обязательств по настоящему Пакту только в такой степени, в какой это требуется остротой положения, при условии, что такие меры не являются несовместимыми с их другими обязательствами по международному праву и не влекут за собой дискриминации исключительно на основе расы, цвета кожи, пола, языка, религии или социального происхождения. Любое участвующее в настоящем Пакте государство, использующее право отступления, должно немедленно информировать другие государства, участвующие в настоящем Пакте, через посредство Генерального секретаря Организации Объединенных Наций о положениях, от которых оно отступило, и о причинах, побудивших к такому решению. Также должно быть сделано сообщение через того же посредника о той дате, когда оно прекращает такое отступление».

«Статья 14 1. Все лица равны перед судами и трибуналами. Каждый имеет право при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявляемого ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, Независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Печать и публика могут не допускаться на все судебное разбирательство или часть его по соображениям морали, общественного порядка или государственной безопасности в демократическом обществе, или когда того требуют интересы частной жизни сторон, или — в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, — при особых обстоятельствах, когда публичность нарушала бы интересы правосудия; однако любое судебное постановление по уголовному или гражданскому делу должно быть публичным, за исключением тех случаев, когда интересы несовершеннолетних требуют другого или когда дело касается матримониальных споров или опеки над детьми».

«Статья 17 1. Никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию. 2. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств. 3. Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц».