Файл: История возникновения и развития коммерции и предпринимательств.pdf

Осознание правительством факта подрыва материальной базы купечества пришло довольно поздно, когда основы многих капиталов были безвозвратно потеряны. Приближение победного окончания Северной войны обусловили перемены в отношении частного предпринимательства. Обозначился переход к принципам протекционизма в торгово-промышленной политике. Корректировка экономического курса вылилась в фактическую ликвидацию монополии на экспортную торговлю, которая на определенном этапе подняла доходы казны, но со временем превратилась в тормоз для ее развития. В 1719 г. за казенной продажей остались только поташ и смольчуг [7, с.420]. Для российского купечества вдвое по сравнению с иностранцами были снижены размеры пошлин за ввозимые товары. Купцов начали освобождать от выполнения повинностей по сбору налогов, податей и пошлин. Свобода предпринимательства и торговли давала возможность расширить палитру и разнообразить источники доходов для пополнения казны [9, с.96]. Однако происходящие перемены не меняли главных принципов торгово-промышленной политики, а лишь смещали акценты в ней. В условиях абсолютной формы правления государство, расширяя пределы свободы, не уходило из экономики, а продолжало сохранять главенствующие позиции своего воздействия на нее. Как справедливо пишет Е.В. Анисимов: «После 1718-1719 гг. мы имеем как бы новую редакцию прежней политики: если раньше воздействие государства на экономику осуществлялось через систему запретов, монополий, пошлин и налогов, т. е. через открытые формы принуждения, то теперь, в условиях, когда требовавшая этого диктата экстремальная военная ситуация миновала, вся сила тяжести была перенесена на создание и деятельность административно-контрольной бюрократической машины, которая с помощью уставов, регламентов, привилегий, отчетов, проверок могла направлять экономическую (да и не только ее!) жизнь страны через тщательно продуманную систему своеобразных шлюзов и каналов в нужном государству направлении» [3, с.22].

Создание коллегий и Главного магистрата составляло сущность произведенных перемен. Новые бюрократические структуры стали органами регулирования и контроля государством отечественной экономики, внедрением в реальную торговую деятельность постулатов меркантилизма. Центральным учреждением в сфере торговли стала Коммерц-коллегия, образованная в 1718 г. Президентом торговой коллегии стал П. Толстой, приобретший опыт заключения торговых договоров во время пребывания послом в Турции, а с 1722 г. – И.И. Бутурлин [5, с.51]. Коммерц-коллегия регулировала деятельность отечественных внешнеторговых компаний, вела переговоры с иностранцами и заключала с ними контракты. Коллегия строго следила за тем, чтобы в предназначенных к вывозу товарах преобладали монопольно закупленные самим государством или специально учрежденными торговыми компаниями и откупщиками.

В 1720 г. в Санкт-Петербурге был учрежден Главный магистрат, управлявший городскими сословиями и в своей деятельности руководствовавшийся регламентом об основах городского устройства. Именно Магистрату, а не губернаторам подчинялись купцы в финансовых делах. Верховное управление Магистратом оставалось в руках титулованного дворянства, а в присутствии на первом этапе существования (1720 – 1727 гг.) преобладали купцы, относящиеся к верхушке делового мира Москвы и Петербурга [7, с.423]. При подборе купцов для Главного магистрата учитывали не только их достаток и социальное положение, но и осведомленность в деятельности выборных посадских учреждений. За службу в Магистрате купцы не получали ни жалования, ни чинов, ни привилегий, а только возможность просить о введении в дворянское достоинство. Иностранцы в составе присутствия Магистрата составляли меньшинство [8, с.94]. С помощью Главного и городских магистратов в российскую жизнь был внедрен гильдейский принцип организации купечества, который сохранялся в России до начала ХХ в. В соответствии с этими принципами происходило зачисление купечества в соответствующие гильдии регулярных граждан.

3.2.Внутренняя торговля

Главным направлением предпринимательской деятельности населения была внутренняя торговля. К торгам были причастны не только купцы, занимающиеся ею профессионально, но и крестьяне, горожане, служивые люди, даже дворяне или их уполномоченные. Многочисленный и разнообразный мир торговых людей делился на три уровня [6, с.63]. Верхний уровень составляли состоятельные купцы, входившие в состав гостей и гостиной сотни, а также состоятельные тяглецы преимущественно московских слобод. Именно они по регламенту Главного магистрата вошли в состав первой гильдии «регулярных граждан». В одну группу их объединяло обладание определенным капиталом, размер «десятой деньги» которого колебался от 10 до 60 руб. Они должны были владеть многими десятками торговых помещений в разных местах и вести торговлю через нанятых лавочных сидельцев. Их отличительной чертой было занятие «отъезжими торгами», т. е. совершение оптовых закупок на ярмарках и в портах. Такие купцы нередко занимались и промышленным предпринимательством. К среднему уровню относились розничные торговцы, имевшие свои стационарные торговые помещения и размер «десятой деньги» в 1–2 руб. К ним же примыкал многочисленный слой «маломочных» торговцев, весь промысел которых оценивался от 2 руб. и оклад «десятой деньги» отсчитывался от 20 коп.[1, с.1570]. Основная их масса не имела своих торговых помещений, а арендовала их у более богатых торговых людей, платя за наем до 5 рублей в год и имея товара на сумму в несколько десятков рублей. Наконец, низший уровень вбирал в себя всех мелочных «бродячих» торговцев, ведущих торг вразнос с рук и лотков. Ассортимент товаров такой примитивной торговли был невелик и включал в себя хлебобулочные изделия (калачи, пироги), напитки (квас, морс, сбитень), а также предметы галантереи и парфюмерии [7, с.424].

На внутреннем рынке в руках казны оставалась торговля табаком, солью, вином, пивом, соболями и мехом. Нормой жизни для торгующих людей было получение подрядов и откупов. Разрешение на них давали центральные и местные органы, а также отдельные чиновники. Иногда один подряд брали несколько купцов, так как не всегда хватало средств одного человека для масштабных поставок на большие расстояния. Подряды давались на поставку «заповедных» и необходимых в данный момент казне товаров [9, с.69]. При заключении контрактов на подрядные сделки подрядчики получали солидные оборотные средства в виде аванса, достигавшие половины и более стоимости подряда. В 1715 г. правительство попыталось ограничить прибыль подрядчиков от поставок товара 10%. Винные подрядчики отказались поставлять вино на таких условиях. Боясь потерять столь прибыльный источник бюджетного дохода, правительство вернулось к прежним порядкам. Подводными камнями в подрядной деятельности оставалось резкое повышение цен на товары или транспорт, недобросовестность деловых партнеров, задержка аванса или неуплата по другим подрядам. Эти убытки оплачивал подрядчик, что иногда приводило к его полному разорению [6, с.66].

Крупнейшими торговыми городами страны были Архангельск, Астрахань, Новгород Великий, Псков, Нижний Новгород, Казань и др. Местом оживленных торгов выступали ярмарки – временные центры торговой жизни наиболее предприимчивых и преуспевающих купцов. К ним относились Макарьевская, Свенская, Ирбитская, Важская (Благовещенская). Ярмарки совпадали по времени с религиозными праздниками, длились две-три недели и устраивались в разное время, так, что одни и те же купцы могли переезжать с товаром с одной ярмарки на другую. По масштабам оборотов и роли в общероссийской торговле выделялась Макарьевская ярмарка (предшественница Нижегородской). Она открывалась в конце июня в день праздника святых апостолов Петра и Павла и работала 15 дней [3, с.18].

Средоточием всякого рода торговли и промышленности в начале петровской эпохи оставалась Москва. Произошли изменения в географии и структуре московской торговли. По указу Петра I была запрещена торговля на Красной площади, и главный торговый центр столицы переместился в Китай-город. Здесь издавна существовало Новгородское и Псковское подворье, торговали купцы из всех стран света. Торговые помещения располагались правильными рядами (около 150) и назывались по предметам торговли. Разделение лавок Китай-города на ряды по специальностям сохранялось до середины XIX в. В настоящее время названия некоторых из этих рядов сохранились в наименованиях переулков – Рыбный, Хрустальный, Ветошный. Крытые места торговли – лавки, полулавки и четверть-лавки (около 4 500) имели определенные размеры в фискальных целях [7, с.424]. Власти строго следили за налоговыми поступлениями от торговли и мелочно регламентировали расположение рядов, величину лавок и характер торговли.

Однако в Китай-городе располагалось до половины всех московских лавок. На территории Москвы появлялись новые торговые центры. К ним относились торговые ряды за Воскресенскими воротами, на Балчуге, за Арбатскими воротами, около Сретенских ворот, в Голутвинском переулке и т.д. Торговцы все больше отходили от узкой специализации и предлагали покупателям широкий ассортимент товаров. Москва как всероссийский торговый центр предлагала невиданный выбор изделий и продуктов, способный удовлетворить спрос самых взыскательных потребителей. На ее рынках можно было встретить товар со всей России [3, с.19]. Отсюда он также вывозился в другие города, уезды и на ярмарки. Данные за 1709 г. свидетельствуют, что окладные поступления от одной Москвы были немногим меньше, чем от всех остальных городов России. Даже в 1720 г. численность мужского населения московского посада была вдвое больше, чем численность посадов других городов страны [6, с.67]. Это обстоятельство тем более примечательно, что занятие торговлей требовало от людей энергичности, предприимчивости, смелости, изворотливости, умения обходить и преодолевать многочисленные препятствия. Такие люди находились, несмотря на постоянно растущие налоги, нередко разорительные для жителей городов и сел, трудности доставки товара по суше и морю вследствие плохого состояния путей сообщения и тягот военного времени. Если местом торга был Китай-город, то местом жительства московских купцов становится Замоскворечье, которое в течение трех веков приобрело свой типичный купеческий вид.

Масштабность деятельности Петра I проявилась в его стремлении как можно быстрее и основательнее утвердиться на Балтийском побережье [7, с.423]. Отвоевав у шведов устье Невы, он начинает на чухонских болотах строительство нового города Санкт-Петербурга, которому с 1712 г. суждено было стать столицей. Начиная с 1710 г., было проведено несколько переселенческих кампаний. Коснулась эта принудительная мера и российского купечества. По разверстке 1712 г. шесть губерний должны были переселить в Петербург 205 купцов. Полностью разверстку выполнила только Москва и Московская губерния, поэтому в новой столице с первых лет был высок удельный вес бывшего московского купечества. Население и местные власти старых русских городов воспринимали данную меру как повинность и старались сплавить в новый город бедноту. Учитывая данное обстоятельство, в 1717 г. царь приказал под страхом смерти переселять только «первостатейных и средних, а не бедных», не старых и не одиноких. Постепенно самые преуспевающие купцы оказались в новой столице. Направившие их посады должны были помогать переселенцам в устройстве жилища, для чего собирались немалые денежные суммы. В результате к 1714 г. в Петербурге было построено 34 500 домов [7, с.422].

Товары, привозимые в город, разрешалось продавать только на рынке, а не где попало. Торгующие в неположенном месте, да еще предметами, вредными для здоровья, в первый раз наказывались кнутом, во второй раз – ссылались на каторгу, в третий – подвергались смертной казни. Все, что в других городах прививалось с большим трудом, в Петербурге неукоснительно соблюдалось [9, с.110].

Особенность Петербурга состояла в том, что он был не просто торговым, но портовым городом, расположенным на Балтийском море. Свою задачу царь видел в переориентации торговых путей из единственного российского порта Архангельска в Петербург. Традиционность и привязанность к уже проложенным и освоенным торговым путям осложняли решение проблемы. Царь и в этом вопросе решил прибегнуть к административным методам. В 1713 г. было приказано пеньку, юфть, смолу, икру, клей, щетину везти не в Вологду и Архангельск, а в Петербург [10, с.235]. Поскольку быстрое исполнение приказа грозило многим купцам разорением, они стали доказывать, что им нужно время для ликвидации торговых счетов. К тому же многие люди могли остаться не у дел, так как старые торговые пути вызвали к жизни определенные промыслы (извозный, трактирный) и занятия (обработка льна). В одной только Вологде трепанием льна было занято 25 тыс. человек. Петр разрешил половину товаров отправлять в Архангельск, а половину – в Петербург. Для привлечения купцов в Петербург понизили отпускные товарные пошлины с 5 до 3%. В 1721 г. было издано распоряжение, предписывающее товары со всей России направлять в Петербург, а в Архангельск и Ригу — только из прилежащих к ним местностей. Преимущество Петербурга перед Архангельском состояло в более длительном периоде навигации, хотя привоз груза из Москвы в Архангельск обходился дешевле, чем в Петербург [10, с.236].

Наряду с военным флотом Россия начала обзаводиться и торговыми судами, для постройки которых была устроена специальная вервь, где каждый желающий мог наняться на работу [9, с.67].

К концу царствования Петра I принудительное переселение купцов в Петербург закончилось. Теперь купцы, чувствующие открывающиеся большие перспективы в новой столице для торгового предпринимательства, переезжали сюда добровольно. Петербургское купечество также расширялось за счет крестьян близлежащих мест. Помещики всячески поощряли такое стремление крепостных крестьян, получая от их предпринимательской и торговой деятельности хорошие оброки.

С самых первых лет появления купцов в строящемся Петербурге в 1703 г. купцы проводили собрания у торговых рядов Троицкой площади, что послужило основой создания петербургской биржи. Затем биржевые операции проводились в Гостином дворе, пока в 1724 г. не было построено каменное здание товарной биржи, начавшее функционировать вскоре после смерти императора. Управлялась биржа Коммерц-коллегией и была открыта для всех торговцев по будним дням с 11 до 13 ч.[3, с.23]. Назначение биржи состояло в содействии и помощи купцам при ведении торговых переговоров, заключении сделок, обсуждении вопросов о товарных поставках и формах оплат. В стенах биржи можно было ознакомиться с товарной конъюнктурой, с ценами спроса и предложения на различные товары в российских и иностранных городах. Большая роль в проведении данной процедуры отводилась штатным маклерам, так как деятельность частных маклеров была запрещена. Они выступали в роли посредников при взаимодействии незнакомых купцов, выполняли функции нотариуса, а главное — гарантировали от обмана. Со временем участие маклеров в совершении биржевых операций стало обязательным. По мере увеличения объемов торговых сделок на бирже появился гофмаклер. Он контролировал совершение биржевых сделок с казенным товаром, а фактически был представителем государства, хотя административное вмешательство в дела биржи не допускалось. Услуги маклеров оплачивали сами биржевики, участники сделок. Санкт-Петербургская биржа очень быстро стала важным компонентом российского торгового предпринимательства [6, с.65].