Файл: «КЛАССИФИКАЦИЯ ПРАВОВЫХ НОРМ» ..pdf

2.1. Правовые нормы по предмету регулирования

По предмету правового регулирования нормы права делятся на:

1. Нормы уголовного права. Например: Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, - наказывается ограничением свободы на срок до двух лет или лишением свободы на тот же срок^[16].

2. Нормы гражданского права. Например: Право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации^[17].

3. Нормы конституционного права. Например: Дискриминация, то есть нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, - наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо обязательными работами на срок до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо лишением свободы на срок до двух лет^[18].

4. Нормы административного права. Например: Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, вправе знакомиться со всеми материалами дела, давать объяснения, представлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, пользоваться юридической помощью защитника, а также иными процессуальными правами в соответствии с настоящим Кодексом^[19].

5. Нормы семейного права. Например: Защита семейных прав осуществляется судом по правилам гражданского судопроизводства, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, государственными органами, в том числе органами опеки и попечительства^[20] и т. д.

Более детально проанализируем уголовно-правовые нормы.

Введение уголовно-правовой нормы в действие обусловливает «включение» механизма уголовно-правового регулирования. Среди его составляющих одно из центральных мест занимает санкционированное государством правило поведения, действенность которого определяется возможностью применения к ее нарушителю мер уголовной репрессии, – уголовно-правовая норма.

Длительный период времени в литературе по криминалистики было мнение, исходя из которого в уголовном законодательстве имеют место лишь обязывающие правовые нормы. В последние годы данную позицию опровергают и доказывая достаточно аргументировано наличие в российском уголовном законе правовых предписаний регулятивного характера. Среди таковых можно выделить правовые предписания, предусматривающие социально полезное (уголовно-безразличное) поведение человека, например, в состоянии необходимой обороны, при задержании преступника, крайней необходимости и т. п. Хотя справедливости ради необходимо заметить, что нормы первого порядка (обязывающие) являются наиболее «типичными» для уголовного права.

Спецификой влияния «типичных» уголовно-правовых норм на общественные отношения являются, как ранее было замечено, особенности их строения и функциональной предназначенности. Изложим данные положения кратко.

В своем традиционном виде правовая норма структурно складывается из трех элементов:

- диспозиция,

- гипотеза,

- санкция.

Диспозиция «типичной» уголовно-правовой нормы содержится в описательной части статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ)^[21]. Особенности диспозиции уголовно-правовой нормы заключаются в следующем:

1) в ней определяются видовые признаки общественно опасного поведения. Признаки носят не конкретно-видовой, а абстрактно-видовой характер, то есть закон не разграничивает убийство посредством удушения, утопления и т. п., но указывает на умышленное причинение смерти другому человеку вообще.

2) видовые признаки абсолютно всегда касаются внешних форм поведения человека (объективной стороны состава преступления), ибо модель социально значимой деятельности проецируется и проявляется во внешних телодвижениях. Субъективные видовые признаки указываются постольку, поскольку они выступают конструктивными особенностями деяния (например, убийство – умышленное причинение смерти другому человеку);

3) «типичные» уголовно-правовые нормы выражены в описательной форме и не содержат прямого уголовно-правового запрета. И только наличие санкции за осуществление описываемого в диспозиции вида поведения дает основание в целом признавать за нормой качество уголовно-правового запрета.

Кроме того, наличие санкции свидетельствует еще и о том, что конкретная разновидность человеческого поведения признается государством на данном этапе общественно опасной.

Таким образом, диспозиция уголовно-правовых норм Особенной части УК РФ не имеет особых отличий от норм иных отраслей российского права и содержит описание типовой разновидности человеческого поведения.

Некоторую проблему в теоретическом плане представляет определение гипотезы уголовноправовой нормы. Согласно последним разработкам криминалистов, условия, при которых описываемое в диспозиции поведение становится уголовно-значимым (гипотеза), не исчерпываются одной и даже несколькими статьями уголовного закона. Описание такого рода условий содержится в целом комплексе статей уголовного законодательства. Более того, ввиду порой существенных различий между видами преступной деятельности, условия можно разделить на «общие» и «специальные». К числу первых, характеризующих гипотезу уголовно-правовой нормы, можно отнести правовые предписания, определяющие действие уголовного закона во времени, в пространстве и по кругу лиц; характеризующие возрастной критерий субъекта преступления, а равно его психическое и физическое состояние. Специальными условиями уголовно-правовой значимости человеческого поведения являются описания неоконченной преступной деятельности (приготовления и покушения), множественности преступлений, видов совместной деятельности (соучастия), а равно сугубо специальные условия для конкретно типового вида преступного поведения (например, описание признаков специального субъект в примечаниях к ст. 285 либо в ст. 331 УК РФ^[22] и т. п.). Таким образом, гипотеза уголовно-правовой нормы содержит описание условий, при которых определенное в конкретной диспозиции типовое поведение человека имеет уголовно-правовое значение. Эти условия не содержаться в одной статье уголовного законодательства, а «разбросаны» по статьям как Общей, так и Особенной частям УК РФ^[23].

Санкция уголовно-правовой нормы – это составляющая ее часть, в которой содержится описание конкретного вида уголовной репрессии. По своим характеристикам репрессивную силу уголовно-правовых санкций нельзя признать исключительной. В частности, некоторые виды реализации гражданско-правовой, а равно административной ответственности по своим внешним показателям гораздо более серьезные, в сравнении с отдельными видами уголовного наказания. Исключительно-репрессивное значение уголовно-правовых санкций проявляется в общеуголовных правовых последствиях самого факта применения уголовного наказания, а не его качества.

В заключение отметим, что особенности уголовно-правовой нормы проявляются в том, что трехзвенная структура традиционной правовой нормы здесь также имеет место. Вместе с тем, эти структурные элементы «раскиданы» по различным статьям как Общей, так и Особенной частям уголовного законодательства.

Особенности структуры уголовно-правовой нормы определяют специфику ее воздействия на общественные отношения. Первичный момент ее действия связан, соответственно, не с фактом тождества человеческого поведения с обозначенной в диспозиции моделью общественно опасной деятельности, а с временными и пространственными границами действия уголовно-правовой нормы. Во-вторых, недостижение возраста уголовной ответственности исключает возможность уголовно-правового воздействия на члена общества. Это положение, с некоторыми оговорками, можно распространить на категорию невменяемых. В-третьих, специальные виды общественно опасной деятельности запрещаются постольку, поскольку они имеют проявление во вне (при приготовлении или покушении), реально связаны с преступной деятельностью других лиц (при соучастии), представляют опасность в связи с занимаемым общественно-политическим или служебным положением и т. п. Таким образом, лицо «попадает» в сферу уголовно-правового регулирования лишь при достижении возраста уголовной ответственности и действуя (бездействуя) в определенных временных и пространственных рамках^[24].

Все то, о чем мы только что говорили, характерно для «типичных» (запрещающих) уголовноправовых норм, то есть для тех, в которых описываются основные признаки состава преступления. Однако, наряду с такими нормами уголовное законодательство содержит правовые предписания несколько иного характера. Речь идет о регулятивных уголовно-правовых нормах. Ввиду их разнообразия, усматривается необходимость их систематизации в зависимости от субъекта воздействия: лица, совершившего или покушавшегося на совершение преступления; вредопричинителя, не являющегося преступником; правоприменителя.

К первой группе, в частности, можно отнести законоуложения, предусмотренные в ст. 31, 75, 76, 76.1 (в части, касающейся поведения преступника), ст. 78 (в части, касающейся посткриминального поведения преступника), ст. 79 (в части, касающейся поведения осужденного), ст. 80 (в части, касающейся поведения осужденного), ст. 82 (в части, касающейся осужденных женщин или мужчин), ст. 83 (в части, касающейся поведения осужденного), ст. 90 (в части, касающейся поведения несовершеннолетнего), а равно специальные случаи деятельного раскаяния, предусмотренные в примечаниях к ст. 126, 127.1, 198, 199, 199.1, 199.3, 199.4, 200.1, 200.3, 200.5, 204, 204.1, 204.2 и др. УК РФ.

Ко второй – ст. 37, 38, 39, 40, 41, 42, 76 (в части, касающейся поведения пострадавшей стороны).

К третей группе регулятивных уголовно-правовых норм следует относить предписания, определяемые, прежде всего, в главе 10, 11, 12, 13, 14, 15, а равно в примечаниях к ст. 126, 127.1, 198, 199, 199.1, 199.3, 199.4, 200.1, 200.3, 200.5, 204, 204.1, 204.2 и др. УК РФ^[25].

Функциональное назначение уголовно-правовых норм обусловлено их охранительным (запретительным) и регулятивным характером. Не стоит, однако, категорично различать функции уголовно-правовых предписаний. Так, даже уголовно-правовой запрет, выраженный в статье Особенной части УК РФ, вместе с тем оказывает регулирующее воздействие на поведение людей. В то же время, регулятивные нормы ограничивают поведение субъектов правовой взаимосвязи правовыми рамками относительно характера и размера причинения вреда при необходимой обороне, применения уголовной репрессии за неоконченное преступление и т. п. Реализация данных положений есть ни что иное, как проявление охранительной функции. Это, так называемый, общий уровень уголовно-правового регулирования общественных отношений.

В то же время, непосредственное воздействие уголовно-правовых норм, их особенная «жизнь», проявляется с момента совершения вредопричиняющего деяния, предусмотренного уголовным законом. Именно в этом случае «включается» охранительный механизм уголовно-правового регулирования: правовые предписания переходят из разряда юридической абстракции в разряд конкретно-правовых возможностей и долженствования определенных членов социума – вредопричинителя, пострадавшей стороны и правоприменителя – субъектов конкретных уголовно-правовых отношений.

Таким образом, функциональное назначение абсолютно всех уголовно-правовых норм в общем плане проявляется в их регулятивном воздействии на общественно значимые отношения. В конкретно-ситуационном плане, функции уголовно-правовых предписаний различаются:

– охранительные (запретительные) нормы, определяя общественно опасные формы поведения, тем самым констатируют факт необходимости оказания непосредственного уголовноправового воздействия;

– регулятивные нормы, определяя границы возможного и должного поведения, характеризуют динамику развития конкретной уголовно-правовой взаимосвязи (уголовного правоотношения) ^[26].

И в заключение необходимо отметить, что уяснение механизма воздействия уголовно-правовых норм на общественные отношения является непременным условием разработки эффективных уголовно-правовых предписаний, что, в конечном итоге, свидетельствует о действенности уголовного законодательства в целом.