Добавлен: 22.05.2023
Просмотров: 278
Скачиваний: 2
Также существует судебная практика признания недействительным решения общего собрания акционеров (участников) с одновременным оспариванием решения о государственной регистрации общества и аннулировании записей в ЕГРЮЛ[37]. На сегодняшний день признание решений о реорганизации и ее регистрации недействительными также является основанием для обращения в суд налоговых органов с заявлением о ликвидации юридического лица[38].
В Проекте ГК РФ появились статьи 60.1 под названием «Последствия признания недействительным решения о реорганизации» и 60.2 «Признание реорганизации корпорации несостоявшейся»[39].
Предлагаемая статья гласит:
1. Решение о реорганизации может быть признано недействительным по требованию участников реорганизуемого юридического лица, а также иных лиц, не являющихся участниками юридического лица, когда такое право им предоставлено законом. Указанное требование может быть предъявлено в суд не позднее трех месяцев после окончания реорганизации, если иной срок не установлен законом[40].
2. Признание судом недействительным решения о реорганизации не влечет ликвидации образовавшегося в результате реорганизации юридического лица, а также не является основанием для признания недействительными сделок, совершенных таким юридическим лицом.
3. В случае признания решения о реорганизации недействительным до окончания реорганизации, когда произведена государственная регистрация части юридических лиц, подлежащих созданию по итогам проведения реорганизации, правопреемство наступает только в части таких зарегистрированных юридических лиц, в остальной части права и обязанности сохраняются за прежними юридическими лицами.
4. Лица, которые в соответствии с законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам юридического лица, образованного в результате реорганизации, обязаны солидарно возместить убытки участнику реорганизованного юридического лица, голосовавшему против решения о реорганизации, признанного судом недействительным, или не принимавшему участия в голосовании, а также кредиторам реорганизованного юридического лица.
Солидарно с названными лицами отвечают юридические лица, образованные в результате реорганизации на основании указанного решения[41].
В случае, когда решение о реорганизации юридического лица принималось коллегиальным исполнительным органом, солидарная обязанность возлагается на членов этого органа, голосовавших за принятие соответствующего решения[42].
Как видно из статьи, она не содержит перечня оснований недействительности решения о реорганизации. Более того, она недостаточно ясно раскрывает и все последствия подобного признания. Некоторые из ее положений кажутся нелогичными и не отвечающими принципам правовой справедливости[43].
Часть 3 данной статьи устанавливает правило о наступлении правопреемства при признании решения недействительным в отношении зарегистрированных до окончания реорганизации юридических лиц. Представляется, что подобное положение станет почвой к многочисленным судебным тяжбам реорганизованных лиц, тем более что статья не предлагает конструкцию восстановления нарушенной решением правовой действительности[44]. Статья, устанавливая правила о легитимности частичного правопреемства, не дает ответа о дальнейшей судьбе остальных имущественных прав, должных по решению о реорганизации перейти к иным лицам, не зарегистрированным к моменту признания решения недействительным. Оставляя подлежащие по решению передаче права и обязанности за прежними юридическими лицами, законодатель не определил порядок действий, необходимых для восстановления справедливого (планируемого) распределения, предоставляющих субъектам возможность устранить допущенные нарушения[45]. По смыслу данной нормы, не имеющей логического завершения, законодатель исходил из применения ее в случаях, когда нарушения, послужившие признанию решения недействительным, являются неустранимыми. Заявленное законодателем название данной статье, тем не менее, не раскрывает всех ее последствий, оставляя множество вопросов за гранью ее действия. Последствием признания решения о реорганизации недействительным по смыслу предлагаемых изменений является лишь распределение ответственности[46]. Однако, такое видение кажется неверным, в связи с чем статья должна подлежать дальнейшей законодательной разработке. Более того, необходимо провести более четкую грань между последствиями признания решения о реорганизации недействительным до окончания и после окончания реорганизации[47].
Следуя имеющейся формулировке статьи, признание недействительным решения не может порождать правовые последствия в виде признания реорганизованными юридических лиц, или же статья должна предусматривать в таком случае возможность устранения допущенных нарушений, с возмещением причиненного заинтересованным лицам ущерба и принятия нового решения о реорганизации[48]. В связи с чем видится необходимым часть 3 исследуемой статьи Гражданского кодекса РФ изменить в следующей редакции: «В случае признания решения о реорганизации недействительным до окончания реорганизации, когда произведена государственная регистрация части юридических лиц, подлежащих созданию по итогам проведения реорганизации, реорганизация должна быть приостановлена до устранения допущенных нарушений и принятия нового решения о реорганизации с соблюдением правил действующего законодательства стороной, допустившей нарушения. Рассмотрение требований о возмещении причиненных в результате признания решения о реорганизации недействительным лицами, указанными в ч. 4 данной статьи, не является основанием для приостановления процедуры реорганизации юридического лица».
Из содержания исследуемой статьи мы можем уяснить законодательное закрепление субъектного состава лиц, имеющих право оспаривать решение о реорганизации. Статья не дает исчерпывающего перечня лиц, которым может быть такое право предоставлено, ссылаясь на иные нормы российского законодательства, регулирующие вопросы реорганизации юридических лиц.
Очевидно, что предоставление иным лицам права на предъявление требования о признании решения о реорганизации недействительным устанавливается в законодательстве не в прямой постановке[49]. Использование в названии статьи слова «последствия» позволяет нам не искать в ней прямых ответов на вопрос о процедуре признания решения о реорганизации недействительным. Так, на протяжении долгих лет спорным являлся вопрос о нахождении в числе лиц, которым данное право предоставляется, кредиторов реорганизуемого юридического лица[50]. Встречались мнения, категорически отрицающие наличие у них таких прав, ограничивая субъектный состав данного корпоративного спора участниками и акционерами юридического лица[51]. Это мнение основывалось, в том числе, и на четких предписаниях законодательства[52]. В частности, ст. 49 ФЗ «Об АО»[53], ст. 43 ФЗ «Об ООО»[54] предусматривают лишь право акционера (участника) на обжалование решения общего собрания в суде.
Исходя из общих принципов права, трудно представить ситуацию, в которой лицо, чьи права могут быть нарушены тем или иным правовым актом или действием, лишено права его оспорить. Однако с учетом назревших проблем в вопросе оспаривания решений общего собрания участников (акционеров) в Концепции развития гражданского законодательства мы находим следующее предложение: «Опираясь на иностранный опыт, целесообразно установить единое оспаривание решения с тем, чтобы в таком оспаривании могли участвовать любые участники, заинтересованные в этом. Необходимо допустить соответствующее коллективное обращение заинтересованных лиц в суд в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством»[55].
Возможно, в каком-то случае кредитору более выгодно находиться в правоотношениях именно с данным юридическим лицом, однако гражданское законодательство исходит из преимущества интересов юридического лица, решившего производить реорганизацию, предоставляя кредитору право досрочного исполнения обязательства либо прекращения обязательства с возмещением связанных с ним убытков[56].
Между тем в ч. 4 ст. 60.1 Проекта ГК РФ кредиторы реорганизованных юридических лиц названы в качестве лиц, имеющих право на возмещение убытков в результате признания судом решения о реорганизации недействительным. Представляется, что данным правом кредитор может воспользоваться, обратившись в суд с заявлением о признании решения о реорганизации недействительным[57]. Таким образом, новый ГК РФ развеивает бытовавшее ранее мнение, что кредитор не наделен правом оспаривать решение о реорганизации юридического лица[58]. Подобная инициатива законодателя полностью приветствуется. Однако, возможно, судебная практика выстроит позицию, когда кредитор сможет обратиться в суд с требованием о возмещении ему убытков по факту признания решения о реорганизации недействительным. Хотя подобный подход кажется не совсем логичным, поскольку признание решения о реорганизации подразумевает мотивацию определенным нарушением.
Также не следует забывать о таком основании оспаривания реорганизации, как неуведомление кредиторов, являющимся одним из наиболее часто встречающихся в судебно-арбитражной практике. На протяжении долгих лет неуведомление кредиторов о реорганизации юридического лица являлось основанием для признания реорганизации недействительной[59]. Хотя и не считалось неустранимым нарушением[60]. С дополнением ГК РФ статьями, регулирующими вопросы оспаривания реорганизации с разделением на оспаривание решения о реорганизации и самой реорганизации, становится ясным, что данное неуведомление является основанием именно для признания решения недействительным. Поскольку, во-первых, указанное основание отсутствует в числе оснований для признания реорганизации несостоявшейся, а во-вторых, кредитор не может лишиться в принципе данного права. Равно как не стоит надеяться, что с внесением в ГК РФ изменений, данное нарушение не будет допускаться. Соответственно, кредитор для защиты своих нарушенных прав будет пользоваться именно ст. 60.1 ГК РФ.
Исследуя ст. 60 ГК РФ, можем ли мы предположить, что лица, указанные в качестве потенциальных носителей солидарной ответственности, то есть лица, имеющие фактическую возможность определять действия юридического лица (п. 3 ст. 531), члены его коллегиальных исполнительных органов, а также лицо, уполномоченное выступать от имени реорганизованного юридического лица (п. 3 ст. 53), могли бы оспорить решение о реорганизации в целях избежать подобной, ожидаемой перспективы? Например, в случае принятия ими решения под каким-либо или чьим-либо воздействием и осознанием возможных последствий несения ответственности за данное решение[61]. Однозначного разрешения данного вопроса из норм гражданского законодательства не следует[62]. Между тем положительный ответ мы можем дать, опираясь на норму ст. 181.4 новой главы ГК РФ о решениях собраний, которой установлена возможность признания решения собрания недействительным в случае, когда имеются основания считать голосование как волеизъявление недействительным, в том числе, когда голосование участников собрания было несвободным[63].
В законодательстве о юридических лицах до недавнего времени были единообразны положения, регламентирующие порядок оспаривания решений общего собрания, которым право обращения в суд предоставлено лишь участнику, не принимавшему участия в собрании либо голосовавшему против его принятия[64]. Между тем, как указывалось выше, ФЗ от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» данный порядок изменен новационной нормой ст. 181.4 ГК РФ, согласно которой участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено[65]. Статьей 60.1 Проекта ГК РФ также право на обращение в суд с требованием о признании недействительным решения о реорганизации предоставлено всем участникам реорганизуемого юридического лица.
Исследуя последствия, регламентируемые рассматриваемой статьей, становится понятным, что она решила давно неразрешенный спор как теоретиков, так и судебных практиков об определении момента, с которого решение общего собрания участников (акционеров) либо совета директоров признается судом недействительным, рожденный отсутствием законодательного определения. Судебная практика разнообразна и противоречива и разрешала вопрос применительно к конкретному случаю. Статья 60.1 Проекта ГК РФ закрепляет правило, согласно которому признание судом недействительным решения о реорганизации не влечет ликвидации образовавшегося в результате реорганизации юридического лица, а также не является основанием для признания недействительными сделок, совершенных таким юридическим лицом[66]. Отсюда мы можем сделать вывод, что решение имеет бесспорную юридическую силу с момента принятия до момента признания судом его недействительным[67]. И этот выбор оправдан с той позиции, что, как справедливо отметила А. А. Маковская, выбирая лицо, которое более нуждается в защите, предпочтение нужно было бы отдать контрагентам акционерного общества, которые, вступая с ним в гражданско-правовые отношения, полагаясь на решение органа управления общества, не должны нести дополнительных рисков, возникающих в случае, если судом будет установлено или будет признано, что это решение недействительно[68]. Однако такое положение действительности будет порождать цепочку судебных споров, связанных с вопросами правопреемства, о чем говорилось ранее[69].