Файл: Использование результатов ОРД в качестве информации в процессе доказывания).pdf

Исходя из этого, можно привести несколько примеров зарубежной практики о сборах доказательств.

Данная обстоятельство обусловлено тем, что за рубежом, оперативно­розыскная деятельность (полицейское расследование) является легальным источником доказательств наряду с производством следственных действий.

В свете рассмотрения данной проблемы интересным примером является построение предварительного производства в Англии.

Здесь отсутствует стадия предварительного следствия, нет и четкой и конкретной регламентации предварительного производства, из чего «логично вытекает, что если процедура собирания доказательств досудебного разбирательства или внесудебного разбирательства почти не урегулирована, то ее и невозможно нарушить».

Достаточно часто собирание доказательственной информации понимается как один из элементов доказательственной деятельности, или процесса доказывания. По нашему мнению, собирание информации до начала процесса не может считаться элементом доказывания.

Соответственно, исходя из наших предшествующих умозаключений, доказательствами являются те сведения, на основе которых суд постановил приговор. Именно постановляя приговор, суд, обладая исключительными властными полномочиями, проверяет в судебном заседании законность полученных сторонами уголовного судопроизводства сведений и окончательно разрешает спор между противоборствующими сторонами уголовного судопроизводства.

Следовательно, свойство доказательности, т.е. образование доказательства как такового, появляется только после проверки и оценки судом сведений, представленных суду сторонами для вынесения мотивированного, обоснованного приговора.

В результате логичным представляется вывод о том, что вся информация, собранная в ходе досудебного производства, как путем производства следственных действий, так и оперативно-розыскных мероприятий, может использоваться как в доказывании, так и в качестве доказательств в суде.

Необходимо отметить, что «проблема использования результатов ОРД в уголовном процессе либо в качестве доказательств, либо в доказывании по уголовному делу — это чисто российская проблема».

Данное обстоятельство обусловлено тем, что за рубежом, в таких странах, как США, Великобритания. Германия и Франция, оперативно-розыскная деятельность (полицейское расследование) является легальным источником доказательств наряду с производством следственных действий.

Интересным примером могут служить страны англосаксонского права.

В Великобритании, например, «примерно три четверти всех служащих полиции составляют те, кого называют констеблями. Они — основное ядро полиции. Именно на констеблях возложено, наряду с другими полицейскими функциями, осуществление значительной массы действий (по своему содержанию они напоминают то, что в России называется оперативно - розыскными действиями) по выявлению, предупреждению. пресечению и расследованию преступлений всех категорий, от самых незначительных до особо опасных».

В США, полицейское расследование также, проводится с широким использование оперативно-розыскных методов. То есть, фактически результаты оперативно - розыскной деятельности становятся доказательствами по уголовному делу.

Из этого можно сделать вывод, что сам механизм получения сведений в процессе проведения оперативно-розыскного мероприятия мало чем отличается от получения сведений при производстве следственных действий.

И на это указывает в своей статье Бозров И.О. В частности, здесь нет принципиальной разницы между субъектами получения доказательственной информации. Если внимательно посмотреть, то сведения, полученные в рамках ОРД и в рамках произведенных следственных действий собираются уполномоченными государственными субъектами.

Основное же различие между полученными результатами ОРД и следственными действиями заключаются в их гласности. Оперативные работники используют тайные способы. И как нужно будет проверить данные доказательства, однако, необходимо соблюсти баланс между негласными методами получения информации и возможностью проверки этой информации.

Результаты ОРД, имеющие значение для правильного разрешения дела, могут быть использованы в качестве доказательств в соответствие с требованиями УПК РФ, регламентирующий собирание, проверку и оценку доказательств.

Органы, осуществляющие ОРМ, обязаны предоставить результаты ОРД по требованию суда, прокуратуры, следователя, дознавателя, которые необходимы для использования их в процессе доказывания.

Стоит отметить, что не все из предложенного было учтено законодателям. Но всё же основные идей, о том, что результаты ОРМ способны сыграть важную роль в раскрытие преступлений, были всё же учтены в некотором смысли и в последствие закреплены в новом ФЗ «Об оперативно - розыскной деятельности», который был принят Государственной Думой в далёком 1995 году. В соответствие с положением данного закона, а именно ч.2 ст.11 результаты ОРД могут .... использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями норм УПК РФ. Таким образом, новый закон исключил на прямую использования результатов ОРД в качестве доказательств по уголовным делам в отличие от прошлого закона, где на прямую разрешалась использовать результаты ОРМ в качестве доказательств по уголовным делам.

Стоит обратить внимание, что по данному вопросу в свое время высказывался Пленум Верховного Суда РФ. И отмечалось то, что результаты ОРМ могут быть использованы, только после проверки их следователям в соответствие с УПК РФ. Данная редакция закона не только неверно истолкована по существу, но, а также противоречит действующему закону. И тем самым мы можем понять, что автор данных норм ссылался на прежний закон, который утратил свою силу.

Так же внимание заслуживает тот факт, что данный законно « Об ОРД» не только более точно урегулировал порядок использование результатов ОРМ, но и предусмотрел, что они могут стать поводами и основаниями для использование в качестве поводов для возбуждения уголовного дела (ч.2 ст.11).

2.3 Допустимость доказательств, полученных при исследовании результатов оперативно-розыскных мероприятий (на примере проверочной закупки и оперативного эксперимента)

Прежде чем переходить к вопросам допустимости доказательств, полученных при исследовании результатов проверочной закупки и оперативного эксперимента, остановимся на особенностях проведения проверочной закупки и оперативного эксперимента, попытаемся раскрыть провокационные риски при их проведении.

И для начала остановимся на статье Супруна Сергея Владимировича «Проверочная закупка или провокация: анализ дела». В статье рассмотрен случай, когда сотрудники полиции путём уговоров, заставили гражданина «С» заняться преступной деятельностью, а именно исходя из его рабочей деятельности, работник по ремонту компьютеров, оперативник путем уговоров заставил скачать и установить на его компьютер нелицензированную программу. Причём все это время он конспектировал всю переписку с гражданином «С», а так же в момент установки на его компьютер данной программы он записывал на видео как «С» устанавливает данную программу на его компьютер. В связи с этим «С» грозит ч.2 ст. 146 УК РФ (нарушение авторских прав и смежных прав), а так же ч.2 ст. 272 УК РФ (неправомерный доступ к компьютерной информации). Таким образом, сотрудник полиции своим настойчивостью, а именно он переписывался долгое время и «уламывал» «С» на совершение преступления, а так же неоднократно созванивался с «С» и так же уговаривал его, чем в итоге спровоцировал «С» совершить преступление.

Стоит отметить, что в соответствии со ст. 5 Закона об ОРД органам и должностным лицам, осуществляющим ОРМ, запрещено подстрекать и побуждать граждан в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий. В данной статье содержится прямой запрет органам, осуществляющие ОРД, выполнять действия, несовместимые с этой деятельностью, а именно подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению преступления, предусмотренного статьями УК РФ.

Закон не называет способы провокации, а лишь в общей форме устанавливает направленность поведения на склонение противоправных действий, способы провокации могут быть любой формы воздействия на сознание объекта ОРМ, не парализующие его волю - уговоры, подкуп, убеждение, поручение, распоряжение, просьба, угроза или иная форма воздействия. Безусловно, такого рода действия представляют недопустимыми и в силу их противоправности ОРД не образуют.

По данному вопросу так же имеются позиции высших судов. Критерии разграничения правомерности проведения ОРМ и провокации выработаны судебной практикой российских судов, так и зарубежными судами и заключается в следующем. Умысел на совершение преступления у лица должен сформироваться независимо от действий сотрудников полиции. При этом, отметим что результаты ОРД могут быть положены в основу принятия решения о возбуждение уголовного дела, если они получены в соответствие с требованиями закона и свидетельствуют о наличие лица умысла, как было отмечено ранее.

Что же касается зарубежных судов, то Европейский суд по правам человека в своем практике отмечал, что провокация исключает уголовную ответственность, но не исключает гражданскую ответственность за вред, причиненный правообладателю.

Далее хотелось бы остановиться на оперативном эксперименте. Наиболее острой и спорной проблемой теории ОРД является разграничение оперативного эксперимента и провокации.

Эта проблема имеет давние исторические корни. Еще выдающийся юрист Средневековья Чезаре Беккариа различал «выгоды» и «невыгоды» агентурной провокации в борьбе с уголовной преступностью. «Невыгоды,- писал он,- состоят в том, что нация одобряет измену, презираемую даже среди злодеев». По его мнению, преступления, требующие храбрости, менее опасны для нации, нежели порождаемые низостью. А выгоды заключаются в предупреждении важных преступлений, устрашающих народ, когда последствия их явны, а виновники неизвестны.

Такая позиция классика юридической науки дала возможность последующим поколениям юристов толковать его мысль полярно противоположно. Так, русские дореволюционные ученые И.С. Урысон и И.Я. Хейфец, ссылаясь на Беккариа, трактовали ее так: первый - как осуждение провокации, второй, наоборот,- как признание ее полезности.

Что же касается нашего времени то хотелось бы установиться на комментарий Владимира Алешина об оперативном эксперименте в делах о взяточничестве для «Российской газеты».

Верховный суд разъяснил: специально склонять человека на преступление сотрудники органов не имеют права. Важную мысль высказал Верховный суд РФ, отменив приговор жителю Татарстана, которого правоохранители поймали, что называется, за руку на незаконном поступке - продаже липовой справки. На языке оперативных работников такая «ловля» называлась красиво - «оперативный эксперимент». Сейчас тема оперативных экспериментов, которые проводят люди в погонах, особенно актуальна. Такой она оказалась после череды скандалов, связанных с незаконными действиями правоохранителей. В разных регионах они подсматривали, подслушивали и подталкивали граждан к нарушению закона, после чего их эффектно задерживали на месте преступления. При этом все причастные в оправдание своих действий часто ссылались на Закон «Об оперативно-розыскной деятельности».

Случай, который рассмотрел Верховный суд, сильно расходился с этим выводом. Дело происходило в Казани. По приговору Советского районного суда местный житель был осужден. Против этого вердикта не возразили Верховный суд республики Татарстан, а следом и его президиум. Судебная коллегия Верховного суда РФ с коллегами не согласилась. Приговор и все последующие судебные решения, которые касались жителя Казани, были отменены по причине, как сказал высший суд, нарушения закона.

Вот что увидел в этом деле Верховный суд РФ. Осужденный до того, как у него начались проблемы, был председателем правления обыкновенного садового товарищества. Однажды к нему обратился некий гражданин, который на самом деле трудился оперуполномоченным местного отдела МВД. Как потом запишут в материалах дела, опер «действовал в рамках оперативно-розыскного мероприятия». То есть проводил так называемый оперативный эксперимент. Естественно, председатель садового товарищества о служебных интересах доброхота не догадывался. Оперативный работник попросил сделать ему за деньги справку с откровенной ложью. Справка должна была засвидетельствовать, что ее обладатель на своем участке в этом садовом товариществе выращивает некую сельхозпродукцию. Такая бумажка давала право занять на местном рынке торговое место. Получить справку должна была некая гражданка, которую оперуполномоченный привлек к «эксперименту».