ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 7022
Скачиваний: 2
201
причиненный
вред
(
т
.
е
.
претерпевает
негативные
последствия
).
Во
втором
случае
субъект
,
поступающий
недобросовестно
не
может
обратиться
в
суд
за
защитой
своего
недобросовестно
осуществленного
права
.
В
тех
ситуациях
,
когда
рекомендательная
правовая
норма
“
призывает
”
управомоченного
субъекта
быть
добросовестным
,
нравственным
или
разумным
,
в
ней
не
указывается
никаких
правовых
последствий
нарушений
пределов
осуществления
субъективных
прав
.
Поведение
субъекта
именно
в
таких
случаях
и
следует
рассматривать
как
правомерное
злоупотребление
правом
,
поскольку
оно
не
нарушает
запрещающих
норм
и
не
влечет
никаких
неблагоприятных
юридических
последствий
.
Однако
,
разумеется
,
проблема
определения
роли
специальных
пределов
осуществления
субъективных
прав
в
правовом
регулировании
является
более
сложной
,
чем
это
может
показаться
на
первый
взгляд
.
Рассмотрим
отдельные
аспекты
этой
проблемы
более
детально
.
Нравственность
,
безусловно
,
является
самым
трудным
,
с
точки
зрения
теоретического
осмысления
,
пределом
осуществления
права
.
Как
известно
,
право
-
это
всего
лишь
минимум
нравственности
,
а
не
его
максимум
235
.
Таким
образом
,
право
уже
“
минимально
”
нравственно
само
по
себе
.
Следовательно
,
дополнительное
указание
на
нравственность
как
на
предел
осуществления
права
означает
требование
в
перечисленных
законом
случаях
более
строго
и
точно
соотносить
свое
поведение
с
общепризнанными
представлениями
о
добре
и
зле
,
о
социально
допустимом
и
упречном
.
В
таких
случаях
нравственность
представляет
собой
дополнительное
правовое
ограничение
свободы
индивида
.
Субъект
,
осуществляя
свое
право
,
235
Данная
мысль
высказывалась
Г
.
Еллинеком
и
В
.
С
.
Соловьевым
.
Право
,
писал
В
.
С
.
Соловьев
,
есть
низший
предел
или
некоторый
минимум
нравственности
.
Право
представляет
собой
принудительное
требование
реализации
определенного
минимального
добра
,
или
такого
порядка
,
который
не
допускает
известных
крайних
проявлений
зла
. (
Соловьев
В
.
С
.
Право
и
нравственность
.
М
., 2001
С
. 33-35).
202
вынужден
делать
это
“
с
оглядкой
”
на
общественное
мнение
,
и
,
подчиняя
свое
правовое
поведение
требованиям
нравственности
,
тем
самым
,
избегать
не
только
общественного
осуждения
,
но
и
неблагоприятных
юридических
последствий
.
Вместе
с
тем
,
возведение
в
закон
требования
быть
нравственным
в
каждом
случае
осуществления
права
,
неоправданно
расширит
пределы
правового
воздействия
на
субъектов
общественных
отношений
.
В
итоге
количество
правовых
запретов
и
юридических
обязанностей
резко
возрастет
.
А
основанием
привлечения
лица
к
юридической
ответственности
станет
совершение
им
поступка
,
ранее
считавшегося
безнравственным
,
но
затем
ставшего
противоправным
.
Необходимо
учитывать
и
другой
аспект
проблемы
.
Не
будем
забывать
,
что
некоторые
правовые
предписания
изначально
безнравственны
по
своей
природе
,
т
.
е
.
напрямую
противоречат
нормам
нравственности
или
их
нравственность
спорна
.
Поэтому
нравственность
не
может
быть
пределом
осуществления
субъективного
права
в
тех
случаях
,
когда
безнравственно
само
субъективное
право
.
Например
,
право
женщины
на
аборт
затрагивает
право
еще
не
родившегося
ребенка
на
жизнь
.
А
человеческая
жизнь
,
как
известно
-
это
высшая
нравственная
ценность
.
Поэтому
право
на
аборт
осуждаемо
с
нравственной
точки
зрения
.
Да
и
сама
формулировка
возможного
предела
осуществления
такого
права
(
к
примеру
, “
осуществление
женщиной
права
на
аборт
не
должно
противоречить
нормам
нравственности
”)
выглядит
абсурдной
.
Не
менее
абсурдным
представляется
и
абсолютизация
требования
добросовестности
,
которое
может
выражаться
в
возложении
на
управомоченного
субъекта
различного
рода
моральных
обязанностей
.
Вполне
очевидно
,
что
если
добросовестность
станет
исключительно
правовой
(
а
не
нравственно
-
203
правовой
)
категорией
,
роль
совести
индивида
начнет
выполнять
правосознание
.
Абсолютная
юридизация
совести
вряд
ли
возможна
,
поскольку
добро
и
зло
,
строго
говоря
,
не
являются
правовыми
категориями
и
для
их
понимания
необходимы
не
столько
четкие
юридические
предписания
,
сколько
морально
-
нравственные
ориентиры
конкретного
человека
.
Цель
применения
категории
добросовестности
в
праве
-
сделать
противоправное
,
зловредное
и
антисоциальное
поведение
морально
упречным
,
задействовать
совесть
индивида
для
обеспечения
правомерности
поступков
управомоченного
субъекта
.
Безусловно
,
законодатель
вправе
расширить
случаи
применения
добросовестности
как
предела
осуществления
права
.
Это
вполне
допустимо
,
например
,
в
конституционном
,
трудовом
,
налоговом
,
процессуальном
праве
,
когда
правовое
предписание
“
призывает
”
к
добросовестности
кандидатов
и
избирателей
,
работников
и
работодателей
,
налогоплательщиков
,
истцов
и
ответчиков
и
других
управомоченных
субъектов
,
подкрепляя
их
юридические
обязанности
чувством
морального
долга
.
В
частности
,
достаточно
обоснованной
представляется
норма
,
в
соответствии
с
которой
гражданин
обязан
осуществлять
свое
право
на
альтернативную
гражданскую
службу
добросовестно
.
Вместе
с
тем
“
призывы
к
совести
”
субъекта
,
осуществляющего
свое
право
должны
соответствовать
специфике
каждого
конкретного
субъективного
права
.
Так
,
предписание
о
том
,
что
“
налогоплательщик
должен
добросовестно
осуществлять
свое
право
на
рассрочку
или
отсрочку
налогового
платежа
” (
имеется
в
виду
не
использовать
пробелы
и
противоречия
в
нормативном
правовом
регулировании
для
создания
налоговых
схем
по
законному
уклонению
от
уплаты
налогов
)
было
бы
вполне
оправданным
.
А
вот
положение
о
том
,
что
“
мать
имеет
право
оставить
ребенка
в
роддоме
,
руководствуясь
требованиями
добросовестности
”
выглядело
бы
не
204
логично
.
Требование
к
обвиняемому
“
осуществлять
свое
право
на
дачу
показаний
добросовестно
”
вообще
противоречило
бы
предписаниям
уголовно
-
процессуального
законодательства
,
поскольку
он
вправе
полностью
отказаться
от
дачи
показаний
либо
умалчивать
об
обстоятельствах
,
изобличающих
его
вину
.
Разумность
,
как
предел
осуществления
права
,
не
должна
представлять
собой
совокупность
завышенных
требований
,
предъявляемых
к
управомоченному
субъекту
;
требований
,
которые
заставят
его
думать
не
столько
об
удовлетворении
своей
потребности
путем
осуществления
права
,
сколько
о
целесообразности
его
поступка
с
социальной
точки
зрения
.
В
целом
,
не
отрицая
в
большинстве
случаев
разумность
самого
права
,
укажем
,
что
возложение
на
субъекта
обязанности
всегда
быть
разумным
,
представляется
неоправданным
.
В
частности
,
вряд
ли
будут
эффективны
с
точки
зрения
правового
регулирования
следующие
предписания
: “
лицо
обязано
разумно
осуществлять
право
на
свободу
передвижения
”
или
“
лицо
обязано
разумно
осуществлять
право
на
свободу
вероисповедания
”.
В
некоторых
случаях
нормативное
закрепление
требования
разумности
создавало
бы
противоречия
в
действующем
законодательстве
.
Так
,
с
точки
зрения
разумности
,
как
общественно
признанной
целесообразности
,
при
осуществлении
права
на
образование
правильнее
поступать
учиться
на
востребованные
специальности
.
Однако
лицо
имеет
конституционное
право
обучаться
любой
профессии
независимо
от
ее
востребованности
.
Таким
образом
,
нравственность
,
добросовестность
и
разумность
следует
относить
к
специальным
пределам
осуществления
субъективных
прав
,
установленным
лишь
некоторыми
отраслями
права
в
каждом
конкретном
случае
.
Вместе
с
тем
,
в
научной
литературе
отмечается
,
что
данные
пределы
необходимо
205
рассматривать
и
в
качестве
принципов
осуществления
субъективных
прав
,
придавая
им
тем
самым
более
общий
характер
.
В
частности
,
под
принципами
осуществления
гражданских
прав
В
.
П
.
Грибанов
предлагает
понимать
основные
требования
,
которые
общество
и
выражающее
его
интересы
гражданское
право
предъявляет
к
управомоченному
лицу
,
осуществляющему
свои
права
236
.
По
мнению
А
.
В
.
Юдина
,
принципы
и
пределы
осуществления
субъективных
гражданских
процессуальных
прав
следует
рассматривать
как
тождественные
юридические
категории
237
.
Комментируя
такой
подход
,
укажем
,
что
принципы
осуществления
права
понятие
более
широкое
,
чем
пределы
осуществления
права
.
Под
принципами
осуществления
права
следует
понимать
обобщенные
основополагающие
идеи
,
устанавливающие
ключевые
подходы
к
механизму
осуществления
субъективных
прав
.
Пределы
же
осуществления
права
-
это
указанные
в
законе
границы
поведения
управомоченного
субъекта
,
обусловленные
содержанием
самого
субъективного
права
.
Как
можно
заметить
,
предложенные
дефиниции
данных
понятий
не
совпадают
,
поскольку
они
обозначают
хотя
и
близкие
,
но
не
тождественные
правовые
явления
.
Без
сомнения
,
понятие
принципа
несет
большую
смысловую
нагрузку
,
чем
понятие
предела
осуществления
права
.
В
понятие
принципа
входит
обобщающая
составляющая
-
универсальное
теоретическое
положение
,
в
соответствии
с
которым
осуществляется
правовое
регулирование
определенной
сферы
общественных
отношений
.
Принцип
права
объективен
,
поскольку
он
четко
определяется
законодателем
.
Предел
же
осуществления
права
,
как
правило
,
представляет
собой
конкретное
законодательное
предписание
,
устанавливающее
меру
дозволенного
поведения
.
Поскольку
лицо
236
См
.
подробнее
:
Грибанов
В
.
П
.
Принципы
осуществления
гражданских
прав
.
В
кн
.
Осуществление
гражданских
прав
.
М
., 2000.
С
. 214-232.
237
Юдин
А
.
В
.
Указ
.
соч
.
С
. 34-44.