ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 13.10.2020
Просмотров: 7041
Скачиваний: 2
361
утилитарного
поступка
.
Правовой
эгоцентризм
в
данном
случае
проявляется
в
использовании
правовых
предписаний
для
удовлетворения
своих
эгоистических
потребностей
,
при
явном
игнорировании
интересов
других
лиц
,
общества
и
государства
.
Напомним
,
что
,
осуществляя
право
на
получение
послевузовского
образования
,
индивид
тем
самым
избегает
выполнения
возложенных
на
него
юридических
обязанностей
(
отслужить
в
вооруженных
силах
,
сдать
кандидатский
минимум
,
защитить
диссертацию
).
Попутно
заметим
,
что
подобное
злоупотребление
субъективным
правом
детерминировано
именно
правовым
эгоцентризмом
.
Никакие
другие
деформации
правосознания
(
правовой
инфантилизм
,
правовой
негативизм
,
правовой
нигилизм
,
правовой
идеализм
)
не
могут
привести
к
вышеописанному
правомерному
поведению
.
В
то
же
время
считать
данное
поведение
нормальным
,
а
,
соответственно
,
и
индивидуальное
правосознание
лица
его
совершившего
недеформированным
,
вряд
ли
правильно
.
В
вышеуказанном
случае
мы
сталкивается
с
классическим
примером
амбивалентности
409
правосознания
субъекта
права
,
поскольку
он
одновременно
реализует
одни
правовые
предписания
и
игнорирует
другие
,
т
.
е
.
относится
к
праву
в
целом
как
к
социо
-
нормативному
регулятору
и
положительно
и
отрицательно
.
Представляется
,
что
именно
феномен
амбивалентности
позволяет
понять
природу
правового
эгоцентризма
,
когда
человек
на
интеллектуальном
,
эмоциональном
или
волевом
уровне
активно
принимает
ту
часть
права
,
которая
,
образно
выражаясь
,
потворствует
его
потребностям
и
одновременно
,
решительно
отвергает
другую
часть
права
,
которая
«
мешает
жить
».
409
Амбивалентность
представляет
собой
наличие
в
глубинной
структуре
личности
противоречивых
,
взаимоисключающих
,
эмоционально
насыщенных
установок
.
В
психологической
науке
различается
интеллектуальная
,
эмоциональная
и
волевая
амбивалентность
.
Считается
,
что
амбивалентность
лежит
в
основе
различных
форм
девиантного
поведения
. (
См
.
подробнее
:
Еникеев
М
.
И
,
Кочетков
О
.
Л
.
Указ
соч
.
С
.
7-8.).
362
Амбивалентностью
индивидуального
правосознания
также
объясняется
и
допустимость
совершения
противоправных
злоупотреблений
правом
.
Правовой
эгоцентризм
как
бы
«
разрешает
»
индивиду
осуществлять
субъективное
право
противоправным
способом
,
поскольку
предопределяет
отрицательное
отношение
индивида
к
юридическим
обязанностям
и
правовым
запретам
.
Следует
согласиться
с
Е
.
К
.
Нурпеисовым
в
том
,
что
отношение
к
санкции
правовой
нормы
как
к
явлению
,
не
затрагивающему
серьезно
интересы
личности
,
может
сформировать
у
нее
мотив
противоправного
поведения
410
.
В
этой
связи
необходимо
четко
различать
правовой
эгоцентризм
и
правовой
нигилизм
.
Нигилизм
,
как
указывалось
выше
,
выражается
в
активном
неприятии
субъектом
любых
правовых
предписаний
.
Данная
деформация
является
условием
формирования
противоправной
установки
индивида
,
его
готовности
к
совершению
умышленных
правонарушений
.
При
правовом
эгоцентризме
индивид
положительно
относится
к
законодательным
предписаниям
,
предоставляющим
ему
права
и
свободы
,
отсутствует
у
него
и
изначальная
противоправная
установка
.
Деятельность
государственных
органов
и
судебной
системы
правовым
эгоцентристом
оценивается
,
как
правило
,
позитивно
,
поскольку
он
умело
использует
их
полномочия
для
защиты
своих
прав
и
удовлетворения
своих
интересов
.
Правовой
нигилист
относится
к
деятельности
правоохранительных
органов
негативно
.
Безусловно
,
правовой
эгоцентризм
во
многом
предопределен
отрицательными
чертами
характера
личности
управомоченного
субъекта
.
Поэтому
такие
черты
как
эгоизм
,
мстительность
,
410
Нурпеисов
Е
.
К
.
Указ
.
соч
.
С
. 71.
363
зловредность
,
злопамятность
вполне
можно
рассматривать
в
качестве
характерологических
причин
указанной
деформации
правосознания
.
В
частности
,
эгоизм
и
зловредность
достаточно
часто
приводят
к
классическим
случаям
злоупотребления
правом
,
а
именно
,
к
совершению
шиканы
.
Рассмотрим
случай
,
который
описывается
в
зарубежной
юридической
литературе
.
Один
из
жителей
сельской
местности
занимался
воздухоплаванием
.
Для
совершения
полетов
он
купил
воздушный
шар
и
оборудовал
на
своем
земельном
участке
стартовую
площадку
.
Преобладающее
направление
ветра
в
районе
проживания
воздухоплавателя
было
таковым
,
что
его
шар
во
время
старта
часто
сдувало
на
соседний
земельный
участок
,
над
которым
он
пролетал
на
небольшой
высоте
.
Поскольку
воздушный
шар
по
своим
техническим
характеристикам
не
может
быстро
набирать
высоту
,
использование
«
воздушного
пространства
»
над
соседним
участком
было
необходимостью
.
Несмотря
на
то
,
что
полет
шара
не
причинял
никакого
вреда
соседу
,
тот
из
вредности
решил
помешать
этим
полетам
.
С
учетом
траектории
движения
шара
он
установил
на
своем
участке
высокий
шест
,
вершина
которого
была
утыкана
острыми
металлическими
прутьями
.
В
результате
очередной
полет
воздухоплавателя
был
закончен
по
причине
прокола
шара
.
Если
анализировать
этот
случай
с
психологической
точки
зрения
,
то
не
вызывает
сомнений
тот
факт
,
что
основной
причиной
совершения
шиканы
является
зловредный
характер
управомоченного
субъекта
.
Именно
зловредность
привела
к
тому
,
что
сосед
,
используя
свое
право
собственности
,
осуществил
его
с
единственной
целью
причинения
вреда
другому
лицу
.
В
цивилистике
шикана
рассматривается
как
причинение
вреда
кому
-
либо
посредством
осуществления
своего
субъективного
права
без
какого
-
либо
интереса
для
управомоченного
лица
.
С
формально
-
юридической
точки
зрения
это
действительно
так
.
Однако
с
позиции
психологии
вполне
364
очевидно
,
что
данное
действие
направлено
на
удовлетворение
зловредным
соседом
своей
низменной
потребности
«
насолить
»
соседу
-
воздухоплавателю
.
Характерологическая
особенность
управомоченного
субъекта
приводит
к
тому
,
что
его
интерес
как
раз
и
состоит
в
причинении
вреда
другому
,
а
,
следовательно
,
вредоносное
осуществление
права
в
данном
случае
удовлетворяет
потребность
индивида
.
Кроме
того
,
правовой
эгоцентризм
зловредного
соседа
обусловливает
и
внешнюю
правомерность
его
деяния
,
т
.
е
.
стремление
причинить
вред
правомерным
способом
(
в
пределах
своего
права
собственности
).
При
правовом
нигилизме
ситуация
была
бы
принципиально
иной
:
субъект
причинил
бы
вред
посредством
совершения
противоправных
действий
(
например
,
путем
пореза
шара
ножом
на
стартовой
площадке
или
выведения
из
строя
газовой
горелки
посредством
выстрела
в
нее
из
ружья
и
т
.
п
.).
Если
бы
правосознание
зловредного
соседа
было
бы
деформировано
правовым
негативизмом
,
то
он
,
скорее
всего
,
предпочел
бы
«
договориться
по
-
хорошему
»,
а
деформация
в
виде
правового
идеализма
подвигла
бы
его
на
обращение
в
суд
.
В
некоторых
случаях
наличие
у
личности
такой
черты
характера
как
эгоцентризм
напрямую
обусловливает
возможность
соответствующей
деформации
правосознания
.
Наглядным
примером
здесь
является
индивидуальное
правосознание
лидеров
тоталитарных
сект
и
родителей
,
которые
злоупотребляют
своими
правами
.
Эгоцентризм
личности
нередко
приводит
к
тому
,
что
у
нее
появляется
непреодолимое
желание
быть
объектом
всеобщего
почитания
или
даже
преклонения
.
Возникает
потребность
возвыситься
над
другими
людьми
,
повелевать
ими
так
,
чтобы
они
безропотно
подчинялись
.
Удовлетворить
данную
потребность
в
некоторых
случаях
становится
возможным
,
например
,
путем
осуществления
365
права
на
свободу
совести
и
вероисповедания
,
а
также
посредством
осуществления
родительских
прав
.
При
этом
эгоцентричная
личность
злоупотребляет
предоставленными
правами
и
свободами
не
столько
ради
приобретения
материальных
благ
,
сколько
ради
получения
морального
удовлетворения
.
Перейдем
к
анализу
функций
индивидуального
правосознания
,
которые
при
правовом
эгоцентризме
имеют
определенную
специфику
.
Познавательная
функция
правосознания
в
широком
смысле
заключается
в
изучении
правовой
действительности
.
На
обыденном
уровне
она
сводится
к
получению
индивидом
правовых
знаний
,
которые
,
как
известно
,
составляют
основу
правосознания
.
При
отсутствии
юридических
знаний
правосознание
личности
вряд
ли
можно
назвать
правовым
сознанием
в
полном
смысле
этого
слова
.
Правосознание
без
знания
права
–
это
лишь
саморефлексия
индивида
по
поводу
своих
юридически
значимых
действий
,
попытка
осознать
правовые
процессы
и
явления
посредством
категорий
политического
и
морального
сознания
,
а
так
же
обыденных
(
бытовых
)
представлений
о
праве
.
Отсутствие
правового
знания
у
индивида
,
как
указывалось
выше
,
свойственно
для
правового
инфантилизма
,
но
не
для
правового
эгоцентризма
,
который
характеризуется
достаточно
хорошим
уровнем
знания
права
.
Знание
правовых
норм
,
пишет
Е
.
К
.
Нурпеисов
,
обеспечивает
процесс
синтеза
потребности
и
ситуации
ее
удовлетворения
,
представленной
сферой
действия
данной
нормы
,
и
тем
самым
участвует
в
формировании
мотива
конкретно
определенного
правомерного
поведения
.
Лишь
зная
правовые
нормы
,
субъект