ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 16.10.2020
Просмотров: 12518
Скачиваний: 36
--------------------------------
<1> См.: БВС РФ. 01.02.1997. N 2.
Обвинителю пришлось столкнуться по данному делу с задачей по доказыванию отрицательного факта, состоящего в том, что лицо ранее не приобретало оружия. Представляется, что возможность или невозможность опровержения отрицательных фактов зависит от характера фактов положительных, которые следует установить обвинителю. Чтобы опровергнуть отрицательный факт, положительные факты должны удовлетворять условию достижимости, которая предполагает в первую очередь, что эти факты являются достаточно определенными, т.е. имеют необходимую локализацию во времени и пространстве. Когда же их приходится искать на неопределенной территории и произвольном отрезке времени, шансы обвинителя на успех крайне малы и зависят лишь от того, выпадет ли ему благоприятный случай. Если положительные факты не отвечают этим условиям достижимости, доказывание обвинения для стороны уголовного преследования, несмотря на ее общее (материальное и организационное) фактическое преимущество, практически является непосильным.
Так, по делу "Фам Хоанг (Pham Hoang) против Франции" подозреваемый был задержан на границе при ввозе во Францию героина. Французское законодательство предусматривает, что ввоз запрещенных товаров, к числу которых относится героин, презюмируется незаконным, если ввозящее этот товар лицо не докажет обратного: например, предъявив достаточные оправдательные документы либо доказав, что действие совершалось в ситуации крайней необходимости или явилось следствием ошибки, избежать которой было невозможно. В названном деле стороной защиты не было представлено ни одного из подобных оправдывающих доказательств, а обвиняемый отказался давать какие-либо объяснения. Европейский суд по правам человека, рассмотрев дело по жалобе заявителя, признал, что нет ничего недопустимого в предположении, что лицо, имеющее во владении нечто, чем обладать в общем случае запрещено, должно удовлетворительным образом объяснить этот факт, в противном случае оно будет признано виновным <1>.
--------------------------------
<1> См.: решение по делу Pham Hoang v. France // Ser A. 25.09.1992. N 243.
Представляется, что в данном случае была применена встречная презумпция виновности, бремя опровержения которой лежит на стороне защиты. Положительные факты, которые гипотетически могли бы опровергнуть версию о случайном или правомерном нахождении у обвиняемого наркотического вещества, практически находились вне досягаемости французских властей. При отсутствии объяснений обвиняемого их пришлось бы искать на обширной зарубежной территории и в неопределенной временной ретроспективе. Напротив, достижимость положительных фактов позволяет сохранить на стороне обвинения основное бремя доказывания <1>.
--------------------------------
<1> Более подробно об этом см.: Смирнов А.В. Презумпции и распределение бремени доказывания в уголовном процессе // Государство и право. 2008. N 1. С. 60 - 68.
Статья 15. Состязательность сторон
Комментарий к статье 15
1. Состязательный уголовный процесс традиционно характеризуется следующими существенными признаками:
- деятельностью в нем двух противоположных сторон - обвинения уголовного преследования и защиты. Это необходимо постольку, поскольку для всякого состязания необходимы как минимум два конкурирующих субъекта;
- процессуальным равенством сторон. Состязание будет справедливым только тогда, когда противоборствующие стороны находятся в одной "весовой категории", т.е. обладают сравнимыми возможностями по отстаиванию своих интересов. Однако в части четвертой ком. статьи говорится не о равенстве, а о равноправии сторон перед судом, т.е. равенстве прав, а не процессуальных возможностей. Тем не менее фактически процессуальный статус государственного уголовного преследователя во многом не совпадает с правами и обязанностями обвиняемого и защитника. Даже в судебном заседании, где стороны, казалось бы, имеют внешне тождественные права по представлению и исследованию доказательств, заявлению ходатайств и отводов, высказыванию мнений, выступлению в судебных прениях и т.д. (ст. 244), в целом их процессуальное положение весьма различается. Так, бремя доказывания, как правило, лежит на обвинителе, а все сомнения толкуются в пользу обвиняемого (ст. 14). Что касается досудебного производства, то ком. статья (ч. 4) даже не требует обеспечения здесь равноправия сторон - это декларируется только для судебного производства. То, что принцип равенства сторон является лишь одним из аспектов более широкого понятия справедливого судебного разбирательства, включающего фундаментальное право на состязательность уголовного процесса, подтверждено Постановлением Европейского суда по правам человека от 28.08.1991 года по делу "Брандштеттер против Австрии" (Series A. N 211. P. 27. § 66 - 67). То есть принцип равенства сторон можно рассматривать как необходимое условие состязательности процесса. В свою очередь, соблюдение равенства сторон в уголовном судопроизводстве определяется не столько их формальным равноправием, сколько точностью и полнотой реализации процессуальных функций обвинения и защиты;
- наличием независимого от сторон суда. В состязательном процессе суд не может принимать на себя осуществление ни обвинительной, ни защитительной функций. Он приступает к делу лишь по обвинению, представленному уголовным преследователем, и не вправе выходить за рамки, очерченные в обвинении. Суд не наделен правом возбуждать уголовное дело. Это ведет к тому, что главной движущей силой состязательного процесса является спор сторон по поводу обвинения. "Нет обвинения - нет и процесса" - одно из важных правил состязательности, вытекающее из принципа независимости суда. Соответственно ни одна из сторон в состязательном процессе также не может брать на себя даже часть судейской функции, ведь в противном случае суд не был бы отделен от сторон. Однако данное условие не вполне выдерживается в УПК, и некоторые судебные полномочия, связанные с разрешением дела по существу или применением процессуального принуждения, продолжают оставаться в руках органов уголовного преследования. Так, следователь, дознаватель могут на досудебном производстве принимать окончательное решение по существу дела, прекращая уголовное дело или уголовное преследование, причем не только по реабилитирующим, но и т.н. нереабилитирующим основаниям (см. о них ком. к главе 4). Именно уголовный преследователь (дознаватель, следователь) принимает здесь решения об отводе своих процессуальных противников - защитника и представителя гражданского ответчика (ст. 72). Следователь и дознаватель, наряду с судом, собирают и используют доказательства, с помощью которых устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу (ч. 1 ст. 74), т.е. сразу получают судебные доказательства, в то время как в процессуальных системах, последовательно придерживающихся состязательного начала (Англия, США, Италия и др.), предусмотрена особая судебная процедура проверки и признания допустимыми в качестве судебных всех доказательств, которые сторона уголовного преследования собрала и сочла возможным представить на предварительном производстве. Наконец, дознаватель, следователь предъявляют обвинение не перед лицом суда в судебном заседании, как это должно происходить в истинно состязательном судопроизводстве, а в закрытом инквизиционном порядке (см. об этом также ком. к гл. 23).
2. Не следует отождествлять состязательный процесс лишь с одной его формой - частно-исковой, которая характерна в основном для гражданского и арбитражного судопроизводства, а также (до известной степени) и производства по делам частного обвинения в процессе уголовном. В частно-исковом процессе процессуальное положение сторон действительно стремится лишь к их формальному равноправию, а суд всегда пассивен в собирании доказательств, возлагая всю ответственность за доказывание на сами стороны. Напротив, в публично-состязательном процессе должно обеспечиваться не формальное равноправие, а предоставление сторонам взаимно уравновешивающих друг друга возможностей в деле доказывания. Роль суда в публично-состязательном уголовном процессе также далеко не пассивна - он вправе и даже обязан активно участвовать в собирании и проверке доказательств в тех случаях, когда необходимо поддержать справедливое равенство сторон (например, сторона в ходе допроса свидетеля оставила без внимания обстоятельства, которые явно имеют определяющее значение для решения вопроса о виновности, например алиби и т.п.) или обеспечить исполнение императивных требований уголовно-процессуального закона, касающихся процесса доказывания (например, в случаях обязательного назначения судебной экспертизы, если стороны не заявляют об этом ходатайства). Конституционный Суд РФ подтвердил, что функция правосудия в уголовном процессе предполагает право суда по своей инициативе собирать доказательства в целях проверки доводов и доказательств сторон <1>. Посредством такой субсидиарной (вспомогательной) активности суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. В современном состязательном процессе должностные лица государственных органов - участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения, несмотря на выполняемую ими функцию уголовного преследования, не освобождены от выполнения при расследовании преступлений и судебном разбирательстве уголовных дел конституционной обязанности по защите прав и свобод человека и гражданина, в том числе от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, иного ограничения прав и свобод <2>.
--------------------------------
<1> См.: Определение КС РФ от 20.11.2003 N 451-О об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гр. Веккера С.В. на нарушение его конституционных прав положениями ст. ст. 86, 87, 235, 252, 253, 283 И 307 УПК РФ // СПС "КонсультантПлюс".
<2> См.: Постановление КС РФ от 29.06.2004 по делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 107, 234 и 450 УПК РФ в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы // РГ. 07.07.2004. N 143.
3. Конституционный Суд РФ исходит в своих решениях из того, что принципы состязательности и равноправия сторон распространяются на все стадии уголовного судопроизводства. Объем процессуальных прав, предоставленных сторонам в надзорной инстанции, принимая во внимание конкретные цели и особенности этой стадии, может быть меньшим, нежели в суде первой инстанции, который рассматривает дело в условиях непосредственного исследования доказательств. Однако при определении таких прав законодатель должен всякий раз учитывать конституционные требования об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон. Они могут быть реализованы путем предоставления осужденному или оправданному возможности как лично участвовать в заседании суда надзорной инстанции, так и поручать это своему защитнику, представлять письменные возражения на доводы, приводимые в представлении или жалобе противоположной стороны и т.д. Конституционно значимым для соблюдения интересов правосудия является при этом требование обеспечить осужденному, оправданному, их защитникам реальную возможность довести до сведения суда свою позицию относительно любых аспектов данного дела.
Статья 16. Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту
Комментарий к статье 16
1. Право на защиту предоставляется законом подозреваемому и обвиняемому от подозрения и обвинения. Защита других прав и законных интересов этих лиц охватывается действием принципов уважения чести и достоинства личности, неприкосновенности личности, жилища, охраны прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве, тайны переписки, телефонных и иных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (см. ком. к ст. ст. 9 - 13). Защита названных (других) прав в рамках уголовного процесса может осуществляться в порядке обжалования действий и решений должностных лиц, предусмотренном гл. 16 и ст. 108 Кодекса, а также путем возмещения вреда лицам, незаконно подвергнутым мерам процессуального принуждения (ч. 3 ст. 133). Право на защиту принадлежит не только обвиняемому и подозреваемому, которые официально признаны в этом процессуальном статусе, но и всякому лицу, которое допрашивают об обстоятельствах инкриминирующего характера, а также каждому, в отношении кого совершаются действия в порядке уголовного преследования.
2. Понятие права на защиту включает в себя:
- права, которые подозреваемый и обвиняемый могут реализовать собственными действиями путем представления доказательств, участия в допросах других обвиняемых (подсудимых), потерпевших, свидетелей и экспертов в суде, подачи жалоб на действия и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда (см. о них ком. к ст. 47);
- права, которые могут осуществляться ими с помощью защитника и законного представителя путем реализации прав и обязанностей этих лиц (см. о них ком. к ст. ст. 48, 49 - 53);
- наличие у дознавателя, следователя, прокурора и суда обязанностей, соответствующих правам подозреваемого, обвиняемого, законного представителя и защитника, если эти права могут быть реализованы лишь путем выполнения названными должностными лицами и органами определенных встречных действий (обеспечить участие защитника, предоставить в установленных законом случаях для ознакомления необходимые документы и материалы дела, дать возможность снятия с них копий, рассмотреть ходатайства и жалобы, заслушать показания путем проведения допроса и т.д.);
- применение процессуальных гарантий защиты, действующих в силу закона, даже при отсутствии волеизъявления заинтересованных лиц. Это презумпция невиновности, включая возложение бремени доказывания на обвинителя и толкование сомнений в пользу обвиняемого, правила о недопустимости доказательств (ст. 75), правило о недопустимости поворота обвинения к худшему (ст. ст. 385, 387, 405), нормы, обеспечивающие свободу обжалования в апелляционном и кассационном порядке приговора и других судебных решений (ст. 370, ч. 1 ст. 385).
3. О разъяснении подозреваемому и обвиняемому их прав см. ком. к ст. 11.
4. Как следует из содержания части второй данной статьи, подозреваемый и обвиняемый вправе защищаться всеми не запрещенными настоящим Кодексом способами и средствами. В этой норме реализован правовой принцип - "разрешено все, что не запрещено законом". На деле запрет может устанавливаться не только нормами самого УПК, как можно было бы понять из буквального прочтения текста ком. статьи, но и некоторыми другими законами. Например, ни обвиняемый, ни защитник, ни иные лица не вправе применять методы и средства, отнесенные Законом "Об оперативно-розыскной деятельности" к исключительной компетенции оперативно-розыскных органов. При отсутствии запрета может использоваться любой способ и средство защиты (см. ком. к ст. 86 настоящего Кодекса).
Об оказании подозреваемому и обвиняемому помощи защитника см. ком. к ст. ст. 49 - 51.
Статья 17. Свобода оценки доказательств
Комментарий к статье 17
1. Принцип свободной оценки доказательств, или оценки доказательств по внутреннему убеждению, производен от принципа независимости суда, хотя распространяет свое действие и на прокурора, следователя и дознавателя. Во-первых, он предполагает запрет указанным в данной статье лицам принимать во внимание при оценке доказательств какие-либо посторонние мнения лиц, не участвующих в процессе, а равно не основанные на доказательствах утверждения сторон и иных участников судопроизводства. Во-вторых, этот принцип направлен на обеспечение самостоятельности суда по отношению к законодателю, который не вправе принимать законы, в которых различным видам доказательств придавалась бы разная, заранее установленная сила. В части второй данной статьи по этому поводу сказано: "Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы". То есть названный принцип запрещает формальную (легальную) систему доказательств в уголовном процессе. Тот же самый запрет можно отнести к различного рода указаниям и разъяснениям вышестоящих прокурорских, судебных и ведомственных органов и инстанций, а также к некоторым обыкновениям судебно-следственной практики. Так, в силу данного принципа неправомерно, на наш взгляд, разъяснение о том, что те или иные виды заключений экспертов (например, некатегорического, или вероятностного, характера) не могут использоваться для обоснования приговора или любого иного судебного решения (см. об этом ком. к ст. 80 настоящего Кодекса).
2. Внутренне убеждение есть полная уверенность субъекта оценки доказательств относительно достоверности полученных выводов. Однако оно должно основываться не на отвлеченном мнении, а на оценке каждого из доказательств и всей их совокупности в целом. Указание о том, что доказательства оцениваются в совокупности, не означает, что значение имеет лишь общее впечатление, которое произвели исследованные доказательства на судью, присяжного заседателя и др. Оценить доказательства в совокупности - значит не упустить ни одного из них (лат. nihil habet forum ex scena - "суд ничего не держит за сценой"). В описательно-мотивировочной части приговора суд в силу данного принципа обязан дать оценку всем исследованным им доказательствам и указать, почему он принимает за основу своего решения одни из доказательств и почему отвергает другие (п. 2 ст. 307). В противном случае создается апелляционное основание для отмены приговора (п. 2 ст. 389.16 УПК) <1>.