ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 23.10.2020
Просмотров: 825
Скачиваний: 1
-
Какой политик один из первых успешно провел широкомасштабный криминологический эксперимент?
В Древнем Риме в период консульства Гнея Помпея Великого был проведен один из первых успешных криминологических экспериментов, когда плененных на Средиземном море пиратов не казнили, а переселили в отдаленные от моря области и наделили землей, что позволило превратить их из преступников в добропорядочных слуг общества. Вот как описывает это событие Плутарх: "Помпеи исходил из убеждения, что по природе своей человек никогда не был и не является диким, необузданным существом, но что он портится, предаваясь пороку вопреки своему естеству, мирные же обычаи, перемена образа жизни и места жительства облагораживают его. Даже лютые звери, когда с ними обращаются более мягко, утрачивают свою лютость и свирепость. Поэтому Помпеи решил переселить этих людей в местность, находящуюся вдали от моря, дать им возможность испробовать прелесть добродетельной жизни и приучить их жить в городах и обрабатывать землю".'
-
Какую роль в развитии криминологии сыграли исследования Ч. Ломброзо и его последователей?
В XIX в. научные изыскания о преступности и преступнике оформились в науку криминологию. В этот период предпринимались попытки доказать связь между преступностью и различными аномалиями психики, эпилепсией и симптомами вырождения. Данные теории были во многом наивны, в чем-то ошибочны, но несомненное их достоинство в том, что они наметили пути исследования особенностей, способных привести к совершению преступления. Эти работы стали преддверием концепции, разработанной известным итальянским ученым, профессором психиатрии и судебной медицины из Турина Чезаре Ломброзо. Ломброзо первым провел систематическое, хоть и несколько сумбурное, исследование преступников, содержащихся в тюрьмах. Он создал целое направление в науке – криминологическую антропологию. Ее задачей он полагал изучение преступника, до того, в отличие от преступления, остававшегося за рамками внимания ученых. Деятельность Ломброзо явилась переломным моментом познания, поворотом в научных изысканиях о личности преступника как носителя причин общеопасного деяния.
Ломброзо исследовал 26886 преступников, контрольной группой для него послужили 25447 добропорядочных граждан. Свои выводы и размышления он изложил в небольшой работе «Преступный человек, изученный на основе антропологии, судебной медицины и тюрьмоведения». Этот труд публиковался в виде памфлета в «Юридическом вестнике Ломбардии» с 1871 по 1876 г. Согласно Ломброзо, преступник – существо особенное, не похожее на других людей. Это своеобразный антропологический тип, который совершает преступления в силу определенных свойств и особенностей своего физического сложения. Ломброзо полагал, что преступление столь же естественно для человека, как и для представителей животного и растительного мира, которые убивают и поедают друг друга.
Однако нельзя согласиться с Ломброзо в том, что ни среда, ни воспитание, ни ближайшее окружение не способны удержать человека от преступления, поскольку некоторые люди преступны по своей природе, что проявляется в анатомических, физиологических и психологических особенностях. Так, по Ломброзо, прирожденному преступнику присущи атавистические признаки черепа и лица: косоглазие, асимметрия, необычное расположение зубов, особое строение носа, морщины порока, а также непропорционально длинные руки. Наличие у преступников особых анатомических и физиологических черт не было доказано ни Ломброзо, ни другими последователями. Впоследствии он отказался от многих крайностей своей теории и стал придавать большее значение социальным факторам.
Проведенные Ч. Ломброзо исследования личности, организма лиц, совершивших преступления, привели к формированию так называемой теории прирожденного преступника . Основные идеи этой теории сводились к следующим положениям: преступником, являющимся особым природным типом, не становятся, а рождаются; причина преступности заложена не в обществе, а в самом преступнике; для врожденного преступника характерны особые физиологические, психологические и даже анатомические свойства. Последние при этом различаются в зависимости от преступной направленности личности на совершение убийств, изнасилований, посягательств на собственность.
Подобные взгляды приводили к выводам о необходимости внесудебных процедур выявления и изоляции прирожденных преступников.
Несмотря на научную несостоятельность данных положений, подтвержденную многочисленными исследованиями, вряд ли следует оценивать их только негативно. Ломброзо и его последователи впервые уделили особое внимание личности преступников, разработке антропологического метода их идентификации. Да и сама теория прирожденного преступника постепенно трансформировалась в биосоциальную, что наглядно проявилось в трудах последователей Ч. Ломброзо.
Так, достаточно широкое распространение получила теория клинической криминологии (опасного состояния личности)
К изучению преступников Ч. Ломброзо один из первых применил антропометрический метод. Задавшись целью выдвинуть на первый план изучение преступника, а не преступления, он исследовал различные физические и психические явления у большого числа преступников и таким образом выяснял природу «преступного человека», как особой разновидности людей. Исследования патологической анатомии, физиологии и психологии преступников позволили ему определить ряд признаков, отличающих, по мнению Ч. Ломброзо, прирожденного преступника от нормального человека. Руководствуясь этими признаками, он считал возможным не только установить тип преступного человека вообще, но даже отметить черты, присущие отдельным категориям преступников, напр., ворам, убийцам, насильникам и др.
Череп, мозг, нос, уши, цвет волос, татуировка, почерк, чувствительность кожи, психические свойства преступников подвергались наблюдению и измерению Ч. Ломброзо и его учеников. На основе этих данных делалось заключение, что в преступном человеке живут, в силу наследственности, психофизические особенности отдаленных предков. Выведенное отсюда родство преступного человека с дикарем обнаруживается особенно явственно в притуплённой чувствительности, в любви к татуировке, в неразвитости нравственного чувства, обусловливающей неспособность к раскаянию, в слабости интеллекта и даже в особом почерке, напоминающем иероглифы древних.
Эти признаки и даже основные взгляды Ч. Ломброзо на преступника менялись по мере углубления его исследований; обоснованная им атавистическая теория происхождения преступного человека не мешала ему видеть в последнем также проявление расстройств психики и эпилепсии.
Генезис преступности привел Ч. Ломброзо к заключению, что должна существовать аналогия между карательной деятельностью государства, охраняющего социальную жизнь, и теми реакциями, которые обнаруживают как животные, так и растения на испытываемые ими внешние воздействия. Он оперировал понятием преступления не как юридическим, условным, меняющимся во времени и месте, а как понятием, относящимся к неизменным явлениям природы, объясняя преступление личностью преступника и не разделяя юридический и антропологический подходы к этому явлению.
-
Кого из отечественных криминологов XIX века вы знаете?
Российская криминология также родилась во второй половине XIX в. Одним из ее зачинателей был Д.А. Дриль. Его работы о насильственных преступлениях и малолетних преступниках, в которых рассматривались и общие криминологические вопросы, сыграли важную роль в развитии отечественной криминологии. Анализируя работы западных ученых Ломброзо, Мореля, Ле Бона и других, а также свои умозрительные заключения, Дриль пришел к выводу о существовании органических основ преступности, вне которых она невозможна. По его мнению, всякий преступник, поскольку его деяние не является следствием стечения особо неблагоприятных обстоятельств или душевных болезней в собственном смысле этого слова, представляет собой в момент совершения преступления устойчиво-порочный организм, проявляющийся в порочных действиях, выражающих пороки его организации.
Дриль считал, что не существует коренного различия между душевнобольным и душевно здоровым преступником. Однако он предостерегал от трактовки своего учения, подразумевающей, что преступник не должен нести уголовной ответственности. Преступник объективно несвободен и в своем поведении всегда как бы определен предшественниками по общему для всей вселенной закону причиненности. С субъективной стороны, по мнению Дриля, способность центра чувственных влечений задерживать, подавлять и направлять чувственные влечения, являющиеся результатом возбуждения этого центра, и есть свобода воли, т. е. субъективная свобода.
Дриль считал термин «прирожденный» или «неисправимый» преступник неудачным, как и любой другой ярлык. Согласно представлениям этого ученого, люди не рождаются роковыми преступниками, хоть и могут унаследовать особую психофизическую организацию, которая предрасполагает к преступлению. Но только от окружающей обстановки зависит, станут ли они преступниками. Дриль первым в российской науке дал типологию преступников.
Сторонником уголовно-антропологической школы был доктор медицины, профессор В.Ф. Чиж, перу которого принадлежит ряд интересных работ. Он признавал тело и душу отдельными субстанциями, соединенными в человеке, но развивающимися по собственным законам и в силу этого требующими индивидуального изучения. Чиж возражал против увлечения социальными факторами в криминологических исследованиях.
Приверженцами уголовной антропологии были медики и психиатры П.Н. Тарновская, С.А. Беляков, П.И. Ковалевский, В.М. Бехтерев, Д.Н. Зернов, П.А. Дюков, А.Е. Щербак, И.П. Мержеевский и др.
Наблюдения и выводы представителей антропологического направления, несмотря на изобилие спорных вопросов и даже нелепостей, способствовали развитию теории о личности преступника главным образом благодаря сбору и обобщению богатого эмпирического материала. Поражает тщательность и кропотливость, с которой проводилась эта работа. Данные исследований тех времен способны оказать неоценимую помощь в интерпретации личности преступника уже на современном уровне знания.
Параллельно с антропологическим в России развивается социологическое направление криминологии. Российские исследователи, формировавшие эту концепцию, обратили внимание, что человека толкают к преступлению внешние обстоятельства, начиная с географических условий существования и заканчивая экономическими, политическими и иными факторами, криминогенно и антикриминогенно влияющими на индивида. Одними из первых это направление стали разрабатывать выдающиеся русские ученые-юристы М.В. Духовской и И.Я. Фойницкий, а также профессор медицины М.М. Хомяков. Они считали, что нельзя объяснять преступное поведение только свободой воли, игнорируя социальные факторы.
В конце XIX—начале XX в. социологическое направление в изучении преступности и преступника поддерживали многие выдающиеся российские ученые. Среди них можно назвать М.Н. Гернета, Г. Бубиса, С.К. Гогеля, П.И. Люблинского, А.А. Пионтковского (отца), Н.Н. Полянского, В.Б. Станкевича, А.Н. Трайнина, Х.М. Чарыхова, Е.Н. Тарновского, А.И. Ющенко, Л.И. Шейниса, С.Н. Познышева, Е. Ефимова, С.П. Ордынского, Л.И. Петражицкого, В.В. Пржевальского, Б.И. Воротынского и др. Работы Гернета и Познышева, в том числе и осуществленные в первые годы советской власти, и сейчас могут считаться образцами криминологического исследования.
Представители социологического направления, хоть и признавали определенное значение индивидуальных свойств личности в генезисе преступления, все же первостепенную роль отводили влиянию внешних социальных условий на укрепление готовности субъекта к преступлению. Криминологи-«социологи» полагали, что негативные социальные условия существования человека, нищета и алкоголизм ведут к физическому и моральному отравлению; а сквернейшие жилищные условия и истощение сил тяжелой и нездоровой работой имеют своим результатом совершение беднейшими слоями населения подавляющего большинства преступлений. Они почему-то не поднимали вопрос о преступлениях, совершаемых богатыми или просто зажиточными, материально обеспеченными людьми.
Хотя изучение факторов, формирующих преступность, у ученых этого направления зачастую носило неглубокий феноменологический (описательный) характер, их работы позволили прояснить некоторые тенденции современного общества. Они собрали большой статистический материал, показывающий криминогенность таких факторов, как нищета и нужда населения.
Углублялось познание мотивационной сферы личности преступника. В 1900 г. вышел обстоятельный труд М.П. Чубинского «Мотив преступной деятельности и его значение в уголовном праве». Исследуя мотивационную сферу личности преступника, Чубинский приходил к выводу, что мотив есть внутренняя сила, которая, порождая волевой процесс, движет сознательной деятельностью индивида и приводит его к совершению преступного деяния. По мнению Чубинского, деятельность человека делится на сознательную и бессознательную. Характерным признаком сознательной деятельности является то, что она подчиняется не слепым безотчетным импульсам, а мотивам. Не доведя свой анализ до осмысления роли бессознательного в мотивации, Чубинский тем не менее пришел к исключительно важным выводам, не потерявшим значения и поныне. Он полагал, что зависимость каждого действия от вызвавших его мотивов отнюдь не призрачна, реальна, безусловна и необходима. Но ничего фатального в такой зависимости нет, да дело вовсе и не в фатальности, важно знать, почему появляются и закрепляются в личности мотивы, ведущие к преступному поведению. Чем сильнее объективное побуждение, борющееся в человеке с другими побуждениями, тем скорее оно победит, т. е. сделается мотивом.
Свойства личности, как справедливо полагал Чубинский, налагают отпечаток на процесс мотивации, а поэтому в каждом отдельном случае изучение и оценку мотива нужно производить не изолированно, а совокупно с изучением личности. Налагая отпечаток на деяние и давая последнему известное освещение, мотив деяния дает нам возможность судить и о деятеле, особенно в тех случаях, когда мотив является типичным, характерным для данного индивида, т. е. если последний обычно руководствуется подобными мотивами. Все это практически полностью совпадает с современным методологическим подходом к мотивации преступного поведения.