Файл: Конфликтология - Дмитриев.doc

§ 2. Типы противоречий

Для более подробного изучения конфликтов представляется уместным использование типологии противоречий. Существуют достаточно подробные научные разработки, касающиеся этой проблемы. Согласно воззрениям отечественных философов, противоречия, обладая всеобщим характером, проявляются в зависимости от условий взаимодействия противоположных сторон по-разному. Поэтому существует классификация противоречий, среди которых различают внутренние и внешние, первичные и вторичные и т.д.

Известно также деление противоречий на антагонистические и неантагонистические, структурные и неструктурные, структурные и функциональные. Типология может исходить и из значения противоречий: основные и неосновные и др. Противоречия существенно различаются по времени: характерные для целой исторической эпохи или даже еще более длительные (например, между производительными силами и производственными отношениями) и кратковременные, преходящие.

Перечислим некоторые современные противоречия.

1. Противоречие между рынком и государством. Конфликтный процесс является во многом результатом действия видимых и скрытых сил, свойственных рыночной экономике. Таким образом, может показаться, что ни конкретные люди, ни государство не несут ответственности за действия, следствием которых может стать обнищание, миграция населения. Триумф рыночной экономики как на национальном, так и на международном уровне приводит зачастую к тому, что многие не уделяют должного внимания проблеме социального и правового равенства, рассматривая неравенство как следствие неэффективности национальной экономики, т.е. как естественное последствие действия рыночных механизмов.

Подобная тенденция освобождения рынка от государственного вмешательства проявилась давно. Безжалостная конкуренция, обострение классовой борьбы и две мировые войны первой половины XX в. привели к разделению мира на так называемые государства всеобщего благоденствия, образовавшиеся из наиболее индустриально развитых стран, и на государства, ставшие их своеобразными придатками.

И хотя нет четко выраженной силы, управляющей всей мировой экономикой, существуют и применяются специальные меры против тех, кто ставит под вопрос «здравый рационализм» рыночной экономики. Программы Мирового Банка и Международного валютного фонда оказали сильное влияние на установление открытой системы рыночной экономики в более чем 50 странах мира, в том числе и в России. Следование данным программам вынудило правительства этих стран отменить меры, направленные на поддержание жизненного уровня людей, что привело к развалу системы социального обеспечения, росту безработицы.

2. Противоречие между обогащением и обнищанием населения почти во всех странах мира, включая Россию. По некоторым данным, различия в доходах разных групп населения особенно увеличились в 90-е гг.: богатые стали намного богаче, число бедных заметно увеличилось. Такая ситуация характерна для многих «старых» высокоразвитых стран мира, т.е. имеются основания полагать, что в современном обществе значительно усилилась социальная поляризация.

Растущая разница в доходах населения особенно, заметна в развивающихся странах. Развитие национального хозяйства в условиях рыночной экономики и невмешательства государства в экономику, как замечено, неизбежно приводит к еще большему неравенству. Согласно некоторым теориям, высокие жизненные стандарты отдельных групп постепенно «просочатся» в менее обеспеченные слои населения; однако подобные утверждения скорее всего так и останутся теоретическими.

Но все-таки наиболее заметны различия между высокоразвитыми странами (старыми и новыми) и развивающимися.

3. Противоречие между принципами рациональной экономической и политической организации и бесконечно растущими потребностями отдельных групп людей. «Рациональная» система, несмотря на ее экономическую эффективность, не способна наполнить смыслом жизнь человека. Вследствие этого люди все чаще стараются подчеркнуть свои этнические, религиозные и национальные особенности.

Это объясняет причину, по которой многие современные социальные конфликты не связаны непосредственно с глобальными интересами. Защита местных и групповых интересов от влияния процесса глобализации часто основана на охране культурных и иных ценностей, связанных с самобытностью отдельных групп.

4. Противоречие между глобальным и местным. Часто то, что является разумным и рациональным на глобальном уровне, может иметь разрушительные последствия для местных общин. Если основной целью Интеграции и экономического роста является повышение благосостояния людей, было бы логично предоставить местным общинам голос, способный влиять на принимаемые решения, непосредственно затрагивающие их интересы. Рыночные механизмы не способны это сделать по определению, а государственные органы, даже демократических стран, чаще всего преследуют общенациональные интересы в ущерб местным.

5. Противоречие между экологией и экономическим ростом. Этот тип противоречий в наше время стал одним из основных. Длительный экономический рост, свойственный западным странам, неизбежно ухудшил окружающую среду. Рыночные силы не могут предотвратить ее загрязнение, поскольку бизнесмены, плановики, экономисты и другие специалисты, принимая то или иное решение, не учитывают его комплексное долгосрочное воздействие на экологию. Государственными границами невозможно препятствовать ни уничтожению лесов, ни загрязнению воды и воздуха, ни истощению полезных ископаемых. Именно поэтому регулирование проблемы на национальном уровне малоэффективно, а необходимое международное вмешательство только лишь обсуждается¹.

Различия в типах противоречий имеют важное значение для понимания природы конфликтов, поскольку в большинстве случаев развитие конфликтов в определенной мере отражает общее объективное противоречие, лежащее в их основе. Так, сомнительно, что удастся устранить столкновения, проистекающие из объективных противоречий между новыми и старыми элементами социальной структуры. Сохранение отживших институтов (системы управления, правовых норм и т.д.) неизбежно ведет к конфликтам, связанным с попытками освободиться от старых догм и устаревших организаций. Глубина и острота конфликта также связана с глубиной породившего его противоречия, хотя от этого правила могут быть и отступления.

§ 3. Объективные и субъективные противоречия

Возникновение конфликта обычно обусловлено теми или иными объективными причинами, способствовавшими столкновению интересов социальных субъектов. Например, конфликт между двумя мужчинами, любящими одну женщину, или столкновение транспортных служащих и фермеров из-за строительства автомагистрали на принадлежащей им территории основаны на противоречиях, закономерно вытекающих из объективно сложившейся ситуации, в которой столкнулись реальные потребности каждой из сторон.

Однако в общественной жизни существует немало противоречий и, следовательно, конфликтов, которые порождаются не объективными причинами, а их субъективными факторами, не имеющими прямого отношения к их действительным мотивам и потребностям.

Особенно часты подобные «субъективные» противоречия между отдельными индивидуумами, вынужденными к постоянному общению в семье, в служебных или иных делах. Эти противоречия могут быть достаточно мелкими, с точки зрения других людей - ничтожными, но в силу особенностей характера они становятся неодолимыми препятствиями для нормальных взаимоотношений. Мелкие душевные раны, постоянно наносимые по самым «чувствительным» местам, явно становятся конфликтогенными. Отмечается, что такими чувствительными сторонами характера или поведения могут быть вполне нормальные, естественные качества, которые, однако, отсутствуют у другого человека: пунктуальность, бережливость, точность, терпение и т.п.

Чье-то неудовольствие может, например, вызывать манера другого человека одеваться или иностранный акцент. Истоки многих национальных предубеждений находятся в различиях в образе жизни или манере общения. Часто труднообъяснимыми оказываются столкновения между людьми с общими интересами, но имеющими различия в темпераментах, скорости реакций. Причиной конфликта, наконец, может послужить просто чья-то раздражительность, дурное расположение духа, оборачивающееся пустыми придирками даже к человеку, который искренне уважаем и любим. Эта причина, конечно, сама может побуждаться чем-то, лежащим за пределами данной системы отношений, какими-либо проблемами, неприятностями, конфликтами, произошедшими у человека в других ситуациях.

Традиционное бытовое мнение о конфликте состоит в том, что конфликт всегда представляет собой некоторое логически объяснимое противоречие между людьми, рационально отстаивающими свои интересы. Именно на нем базируются многочисленные «игровые» модели конфликтов, в которых оппоненты представлены в качестве игроков, стремящихся иметь минимум потерь.

Правда, этому, на первый взгляд убедительному, пониманию противоречат многие факты, наблюдаемые специалистами. В семейной ссоре муж старается максимально сгладить противоречия, уступает жене, но она рассматривает это как «заискивание», которое, по ее мнению, свидетельствует о какой-то скрытой провинности супруга, и конфликт разгорается с новой силой. На межгосударственных переговорах одна из сторон оскорблена тем, что ей не было предоставлено первое слово, и переговоры срываются. Можно привести много примеров, подтверждающих сложность причин конфликта, состоящую в данном случае в том, что те не всегда поддаются строгой логической реконструкции и часто содержат труднообъяснимую иррациональную составляющую, которая придает конфликту индивидуальное своеобразие и не позволяет разрешить его простыми средствами.

Особенно это заметно в межнациональных конфликтах, которые в силу иррациональности, непродуманности действий людей, преобладания деструктивных эмоций приобретают неуправляемый характер и по мере своего расширения и обострения превращаются в катастрофу.

Неопределенность поведения человека в общении, как известно из психотерапевтической практики, может порождать у окружающих невротические реакции, которые ведут к конфликтам, кажущимся посторонним совершенно абсурдными, беспричинными.

Иррациональный элемент может служить и подлинной причиной межличностного конфликта, если в нем участвуют душевнобольные или психопатические личности. А такие случаи нередки. Мы не касаемся здесь внутренних конфликтов личности, поскольку это скорее предмет психиатрического анализа, Но нельзя забывать о том, что в толпе, особенно возбужденной националистическими или религиозными чувствами, нередко присутствуют нездоровые люди, способные сильно обострить конфликт. Вот почему конфликтология, будучи комплексной дисциплиной, должна учитывать и этот немаловажный аспект.

Разумеется, то, что мы назвали «объективными» и «субъективными» противоречиями, а также «иррациональными» элементами, не имеет в реальной жизни четких границ, такое весьма условное разделение нужно лишь для того, чтобы показать спектр возможных вариаций причин конфликтного поведения. Во всех случаях мы так или иначе имеем дело с интересами людей, которые могут быть более или менее существенными, стабильными либо изменчивыми, явными или скрытыми. Нередко абсурдность и иррациональность поступков сторон является лишь кажущейся в силу того, что конфликт был основан на ошибочном представлении одного или всех участников конфликта о действиях друг друга.

§ 4. Концепция депривации

Для объяснения причин крупных общественных коллизий можно успешно использовать так называемую концепцию депривации. Речь идет о состоянии, для которого характерно явное расхождение между ожиданиями людей и возможностями их удовлетворения. Очевидно, что с течением времени депривация может усиливаться, уменьшаться либо оставаться неизменной. Усиление депривации зависит от того, в каком соотношении находятся ожидания, с одной стороны, и возможности их удовлетворения - с другой. Рост депривации может происходить, во-первых, при уменьшении средств для удовлетворения уже сформировавшихся запросов, что наблюдается, в частности, в условиях экономического кризиса. Ожидания многих в таких условиях определяются скромной формулой сохранения статус-кво: «Лишь бы хуже не стало». Во-вторых, возможна ситуация, когда ожидания, запросы растут значительно быстрее, чем возможности их удовлетворения. Тогда также наблюдается усиление депривации, а следовательно, и повышение вероятности возникновения конфликта.

Сохранение стабильного уровня депривации или даже снижение его (что возможно опять-таки либо при уменьшении уровня притязаний, либо при более быстром, нежели рост ожиданий, росте удовлетворения запросов) ведет, согласно этой концепции, к созданию психологических условий, способствующих стабилизации морально-психологической атмосферы в обществе, ослаблению напряженности. И, наоборот, усиление депривации порождает агрессивные реакции на фрустрацию (блокирование целенаправленного поведения другого). Реакция на фрустрацию воплощается обычно в выступлениях, направленных против источников разочарования, подлинных или придуманных виновников бедственного положения; она может реализоваться в поисках «козлов отпущения», которыми в одних случаях становятся национальные меньшинства, в других - лица, получающие «несправедливо много» за свой труд (в зависимости от ситуации это могут быть торговцы, частные предприниматели, «вообще начальники», ученые и т.д.), в третьих-органы власти и управления, функционеры и лидеры правящей партии. Иными сдовами, усиление депривации способствует росту социальной напряженности, возникновению открытых социальных, политических и этнических конфликтов.

Польский исследователь Е. Вятр особо выделяет случай условной депривации, отмечая, что она встречается в группах, чьи запросы особенно сильно возросли по сравнению с возможностями их удовлетворения. Именно тогда появляется отчетливая тенденция к агрессивному поведению, направленному против политической системы или общественной группы, которую считают виновницей де-привации¹. При этом он ссылается на ставшую классической работу А. де Токвиля «Старый порядок и революция», в которой французский ученый XIX в., пожалуй, первым обратил внимание на этот механизм, показав на примере Французской революции 1789 г., что революция может вспыхнуть не тогда, когда массы живут хуже в абсолютном смысле, а тогда, когда их положение несколько улучшилось, вызвав, однако, значительно более интенсивный рост ожиданий.