Файл: Булакова Е.Ю., Воскобитова Л.А. Адвокат_ навыки профессионального мастерства (2006).doc
ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 01.11.2020
Просмотров: 8314
Скачиваний: 18
Свобода действий адвоката ограничена предписаниями федеральных законов. Например, ст. 303 УК РФ запрещает представителям по гражданским делам и защитникам по уголовным делам фальсифицировать доказательства.
В процессе осуществления профессиональной деятельности адвокат не вправе:
1) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случае, если оно имеет заведомо незаконный характер;
2) принимать от лица, обратившегося к нему за оказанием юридической помощи, поручение в случаях, если он:
- имеет самостоятельный интерес по предмету соглашения с доверителем, отличный от интереса данного лица;
- участвовал в деле в качестве судьи, третейского судьи или арбитра, посредника, прокурора, следователя, дознавателя, эксперта, специалиста, переводчика, является по данному делу потерпевшим или свидетелем, а также если он являлся должностным лицом, в компетенции которого находилось принятие решения в интересах данного лица;
- состоит в родственных или семейных отношениях с должностным лицом, которое принимало или принимает участие в расследовании или рассмотрении дела данного лица;
- оказывает юридическую помощь доверителю, интересы которого противоречат интересам данного лица;
3) занимать по делу позицию вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда адвокат убежден в наличии самооговора доверителя;
4) делать публичные заявления о доказанности вины доверителя, если тот ее отрицает;
5) разглашать сведения, сообщенные ему доверителем в связи с оказанием последнему юридической помощи, без согласия доверителя;
6) отказаться от принятой на себя защиты (п. 4 ст. 6 Закона об адвокатуре; ч. 6 и 7 ст. 49, ст. 72 УПК РФ).
Выбор адвокатом различных средств ограничен и волеизъявлением доверителя. Если последний в силу любых причин не желает сообщать суду (иному государственному органу или должностному лицу) о каких-либо фактах, представлять документы, подвергаться экспертизе, то на адвокате лежит лишь обязанность разъяснить доверителю последствия его действий <*>, но он не вправе вопреки указанию доверителя представить суду документ, сообщить о каком-либо обстоятельстве и т.п.
--------------------------------
<*> См., например: ч. 1 ст. 68, ч. 3 ст. 79 ГПК РФ.
Препятствием на пути эффективного представительства интересов доверителя может быть и его финансовое положение, когда отсутствуют средства на оплату дорогостоящей экспертизы или консультации специалиста.
Значительные ограничения накладывают на свободу действий адвоката нормы профессиональной этики, охватывающие профессиональную деятельность адвоката (взаимоотношения с доверителями, с коллегами-адвокатами в связи с представительством доверителя, с государственными и иными органами, в которых адвокат осуществляет представительство интересов доверителя) и его взаимоотношения с адвокатским сообществом, вытекающие из членства в адвокатской палате субъекта Российской Федерации.
Адвокат не состоит ни с кем в трудовых отношениях, является самозанятым гражданином, вступающим с доверителями в гражданско-правовые отношения, основанные на договоре оказания юридической помощи <*>. В то же время деятельность адвоката носит публично-правовой характер, поскольку, во-первых, является государственной гарантией конституционного права каждого на получение квалифицированной юридической помощи, а во-вторых, значительная часть юридической помощи оказывается адвокатами доверителям при представительстве их интересов в государственных органах (в том числе осуществляющих тот или иной вид судопроизводства). В силу изложенного существование и деятельность адвокатского сообщества невозможны без соблюдения корпоративной дисциплины и профессиональной этики, заботы адвокатов о своих чести и достоинстве, а также об авторитете адвокатуры.
--------------------------------
<*> Правовой основой взаимоотношения адвоката с доверителем является соглашение об оказании юридической помощи либо совокупность таких юридических фактов, как направленное в адвокатское образование требование дознавателя, следователя, прокурора или суда о назначении обвиняемому защитника (ст. 51 УПК РФ; требование суда о назначении представителя ответчику, место жительства которого неизвестно, в порядке ст. 50 ГПК РФ) и решение руководителя адвокатского образования о выделении конкретного адвоката в порядке очередности и при незанятости в делах по соглашению.
В большинстве зарубежных стран нормы адвокатской этики давно кодифицированы. Например, на основе разработанных Американской ассоциацией юристов Типовых правил профессиональной этики в каждом штате приняты Правила профессиональной этики ассоциации юристов конкретного штата. В Европе разработан Общий кодекс правил для адвокатов стран Европейского сообщества <*>. В октябре 1999 г. Высшая квалификационная комиссия адвокатуры при Кабинете министров Украины одобрила Правила адвокатской этики для адвокатов этой страны <**>.
--------------------------------
<*> См.: Барщевский М.Ю. Адвокатская этика. Самара, 1999. С. 250 - 255.
<**> См.: Адвокат. 2000. N 9. С. 7 - 13; N 11. С. 9 - 13.
Наличие писаных правил адвокатской этики позволяет правоприменяющим органам, уполномоченным национальным законодательством на рассмотрение дел о дисциплинарных проступках адвокатов, заниматься толкованием и разъяснением этих правил, вносит определенность в вопросы дисциплинарной ответственности адвокатов (обеспечивает правовую безопасность, правовую определенность и стабильность в рассматриваемой сфере правоотношений).
В России до 2003 г. отсутствовали писаные правила адвокатской этики, что затрудняло для адвокатов выбор этически корректного поведения. Каждая коллегия адвокатов самостоятельно решала, каким образом контролировать соблюдение адвокатами норм профессиональной этики: некоторые разработали этические кодексы, а большая часть адвокатов ориентировалась на прецеденты дисциплинарной практики президиумов своих коллегий, которые были уполномочены определять наличие в действиях адвоката нарушения норм адвокатской этики и налагать за его совершение дисциплинарное взыскание. В 1971 г. прецеденты, сложившиеся в дисциплинарной практике Московских городской и областной коллегий адвокатов, были обобщены в виде методического пособия для адвокатов <*>, а в 1998 г. общественная организация "Международный Союз (Содружество) адвокатов" разработала Правила адвокатской этики, которые имели рекомендательный характер и могли служить ориентиром для коллегий адвокатов при разработке этических кодексов.
--------------------------------
<*> Дисциплинарная практика Московских городской и областной коллегий адвокатов: Методическое пособие для адвокатов. М., 1971.
Объективности ради следует отметить, что не только в советской, но и в российской присяжной адвокатуре (1866 - 1917 гг.) отсутствовали кодифицированные правила адвокатской этики. Удачная попытка неофициальной кодификации была предпринята в 1913 г. членом Московского Совета присяжных поверенных А.Н. Марковым, который составил систематизированный свод постановлений советов присяжных поверенных по вопросам профессиональной этики, издав его в виде книги "Правила адвокатской профессии в России" <*>. На страницах дореволюционной печати и в научно-практических изданиях присяжные поверенные активно обсуждали вопросы адвокатской этики; в советское и постсоветское время также издавались отдельные монографические исследования по этому вопросу <**>.
--------------------------------
<*> См.: Правила адвокатской профессии в России: Опыт систематизации постановлений Советов присяжных поверенных по вопросам профессиональной этики. Составил член Совета присяжных поверенных округа Московской судебной палаты Александр Николаевич Марков. Москва, 1913 г. / Сост. А.В. Воробьев, А.В. Поляков, Ю.В. Тихонравов; Отв. ред. Ю.В. Тихонравов. М., 2003.
<**> См., например: Киселев Я.С. Этика адвоката. Л., 1974; Ватман Д.П. Адвокатская этика: нравственные основы судебного представительства по гражданским делам. М., 1977; Барщевский М.Ю. Указ. соч.
Вступивший в силу с 1 июля 2002 г. Закон об адвокатуре назвал среди обязанностей адвоката соблюдение Кодекса профессиональной этики адвоката (пп. 4 п. 1 ст. 7), принятие которого (а также внесение в него изменений и дополнений) возложено законодателем на высший орган вновь созданной Федеральной палаты адвокатов - Всероссийский съезд адвокатов (пп. 2 п. 2 ст. 36).
Первый в истории российской адвокатуры Кодекс профессиональной этики адвоката был принят 1-м Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 г. в г. Москве <*>. С учетом практики применения указанного Кодекса дисциплинарными органами адвокатских палат субъектов Российской Федерации 8 апреля 2005 г. на втором Всероссийском съезде адвокатов в Кодекс профессиональной этики адвоката были внесены изменения и дополнения <**>. В преамбуле данного Кодекса указано, что он принят адвокатами Российской Федерации в соответствии с требованиями, предусмотренными федеральным законом, в целях поддержания профессиональной чести, развития традиций российской (присяжной) адвокатуры и с сознанием нравственной ответственности перед обществом.
--------------------------------
<*> Адвокат - защитник прав и свобод // Библиотечка "Российской газеты". 2003. Выпуск N 4. С. 151 - 166; Российская юстиция. 2003. N 10. С. 69 - 76.
<**> РГ. 2005. 5 октября.
Действие указанного Кодекса распространяется на адвокатов. Он устанавливает обязательные для каждого адвоката правила поведения при осуществлении адвокатской деятельности, основанные на нравственных критериях и традициях адвокатуры, а также на международных стандартах и правилах адвокатской профессии. Адвокаты вправе в своей деятельности руководствоваться нормами и правилами Общего кодекса правил для адвокатов стран Европейского сообщества постольку, поскольку эти правила не противоречат законодательству об адвокатской деятельности и адвокатуре и положениям указанного Кодекса. Кодекс профессиональной этики адвоката дополняет правила, установленные законодательством об адвокатской деятельности и адвокатуре, при этом никакое положение Кодекса не должно толковаться как предписывающее или допускающее совершение деяний, противоречащих требованиям законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре (п. 1 ст. 3, ст. 1 и 2 Кодекса профессиональной этики адвоката).
Данный Кодекс состоит из двух разделов.
В ст. 4 - 17 первого раздела "Принципы и нормы профессионального поведения адвоката" сформулированы разнообразные правила адвокатской этики, которые каждый адвокат обязан соблюдать при осуществлении профессиональной деятельности.
Анализ дисциплинарной практики Адвокатской палаты г. Москвы свидетельствует о том, что во взаимоотношениях с доверителями наиболее часто адвокаты нарушают возложенную на них Федеральным законом и Кодексом обязанность "честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами" (пп. 1 п. 1 ст. 7 Закона об адвокатуре, п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката), что обычно выражается в неактивной работе по делу доверителя, несовершении обязательных юридически значимых действий (например, необжалование обвинительного приговора вопреки предписаниям п. 2 и 4 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката; непринятие мер при вынесении судом определений об отказе в принятии искового, о возвращении искового заявления, об оставлении его судом без движения), а также в не соответствующем ст. 25 Закона об адвокатуре оформлении правоотношений с доверителем (заключение соглашения об оказании юридической помощи не в простой письменной, а в устной форме; невнесение вознаграждения, выплаченного адвокату доверителем, в кассу (на расчетный счет) соответствующего адвокатского образования).
Во взаимоотношениях с судами наиболее распространенными являются нарушения п. 1 ст. 14 Кодекса профессиональной этики адвоката, когда адвокат, заранее согласовав с судьей дату судебного заседания, по своему усмотрению отдает предпочтение участию в другом процессе (кроме случаев участия в судебном заседании, которое продолжается непрерывно, за исключением выходных дней) либо вообще не является в суд без уведомления об этом, без объяснения причин и (или) не сообщает в ходатайстве об отложении рассмотрения дела о днях своей занятости на перспективу, чтобы позволить суду при решении вопроса об отложении судебного заседания учесть занятость адвоката. Нарушение п. 1 ст. 14 Кодекса профессиональной этики может быть связано с нарушением адвокатом пп. 5 п. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики ("Адвокат не вправе: <...> 5) принимать поручения на оказание юридической помощи в количестве, заведомо большем, чем адвокат в состоянии выполнить"), когда адвокат, не рассчитав свои силы, заключает соглашения с большим числом доверителей, а затем испытывает неизбежные трудности с тем, чтобы успеть принять участие во всех судебных заседаниях.
В ряде случаев нарушение п. 1 ст. 14 Кодекса профессиональной этики сочетается с нарушением п. 3 ст. 10 Кодекса ("Адвокат не должен принимать поручение, если его исполнение будет препятствовать исполнению другого, ранее принятого поручения"), когда адвокат, зная о назначенном на завтра с его участием (и практически всегда по согласованию с ним) судебном заседании, заключает соглашение, например, на защиту лица, только что задержанного по подозрению в совершении преступления, и вылетает в другой субъект Российской Федерации для участия в неотложных следственных действиях.
Участились случаи, когда адвокаты при осуществлении профессиональной деятельности не соблюдают положения Кодекса профессиональной этики адвоката о том, что "адвокаты при всех обстоятельствах должны сохранять честь и достоинство, присущие их профессии" (п. 1 ст. 4); "при осуществлении профессиональной деятельности адвокат соблюдает деловую манеру общения" (п. 2 ст. 8); "участвуя или присутствуя на судопроизводстве, адвокат должен проявлять уважение к суду", "возражая против действий судей, адвокат должен делать это в корректной форме и в соответствии с законом" (ст. 12).
Так, некоторые адвокаты считают возможным при отклонении судом их ходатайств либо задаваемых допрашиваемым лицам вопросов демонстративно покидать зал судебного заседания без разрешения председательствующего вместо заявления возражений на действия председательствующего в соответствии с ч. 2 ст. 156 ГПК РФ или ч. 3 ст. 243 УПК РФ.
Другие адвокаты вступают в препирательства с председательствующим, когда по обстоятельствам дела даже возражения заявлять не требовалось. Например, адвокат Л. не явилась в судебное заседание, а в начале следующего судебного заседания на просьбу председательствующего представить доказательства уважительности неявки в суд, ответила, что у нее нет оправдательных документов, что она просто плохо чувствовала себя, да и рассмотрение дела было отложено не только из-за ее неявки. После этого на реплику председательствующего о том, что на работу, за которую адвокат получает деньги, нужно ходить и ходить вовремя, адвокат Л. в присутствии участников процесса заявила: (по утверждению судьи) "Нечего считать мои деньги, у вас в кармане лежит больше денег!"; (по утверждению адвоката) "Ваша честь, не надо копаться в моем кошельке, у меня денег не намного больше, чем у вас!" Толкуя все сомнения в пользу адвоката, дисциплинарные органы Адвокатской палаты г. Москвы исходили из доказанности наиболее мягкого ответа адвоката на реплику председательствующего, а к дисциплинарной ответственности адвокат Л. была привлечена за нарушение во взаимоотношениях с судом "деловой манеры общения" и других упомянутых выше положений Кодекса профессиональной этики адвоката.
Адвокат К. включил в надзорную жалобу доводы, изначально не имевшие при обращении в суд надзорной инстанции какого-либо правового значения, являвшиеся заведомо лишними для юридического документа, носившие развязный (фамильярный) по отношению к суду характер, а в кассационной жалобе использовал выражения, заимствованные из жаргона, в том числе криминального ("сдать", "опустить", "метелить", "дембель"). Сославшись на положения п. 1 ст. 4, п. 2 ст. 8 и ст. 12 Кодекса профессиональной этики адвоката, дисциплинарные органы Адвокатской палаты г. Москвы указали, что "использование в тексте кассационной жалобы выражений, заимствованных из жаргона, в том числе и криминального, может быть оправдано только при дословном воспроизведении имеющихся в материалах уголовного дела доказательств (например, при цитировании показаний свидетеля), если это имеет существенное значение для обоснования доводов автора жалобы (см., например, ст. 73 УПК РФ "Обстоятельства, подлежащие доказыванию"). Однако, как следует из содержания кассационной жалобы, жаргонные выражения были использованы адвокатом К. для придания большей экспрессии своим собственным мыслям и логическим построениям, никакого отношения к существу требований, сформулированных в жалобе адвокатом-защитником, использование жаргонных выражений не имело...".