Добавлен: 15.07.2023
Просмотров: 52
Скачиваний: 2
На фоне постепенного отхода государства от предпринимательской деятельности особенно отчетливо выделяется тенденция резкого усиления его финансового контроля и влияния посредством него на экономику. Именно на этом направлении сфокусировалась экономическая политика государства, вступившего в постиндустриальную стадию развития.
Государство установило контроль над финансовыми институтами, в его руках находятся все рычаги финансового давления, нацеленные на содействие государственной экономической стратегии. Таким образом, в конечном итоге оно по-прежнему контролирует ситуацию в экономике. Все изменения, касающиеся экономической и финансовой либерализации, разрабатываются и принимаются государством. Эти изменения, носящие эволюционный характер, сопровождаются многочисленными оговорками, исключениями и т.д. Неслучайно поэтому Республику Корея нередко обвиняют в чрезмерной бюрократизации, огосударствлении хозяйственных функций и экономической жизни в целом. Начатая в последние годы правления администрации Ро Дэ У и продолженная затем Ким Ён Самом политика демократизации и либерализации общества, его глобализации, т.е. безболезненного вхождения в современную мировую цивилизацию и в первую очередь в элитный круг наиболее развитых стран, в определенной мере сузила рамки государственного влияния, в том числе на экономику.
Вместе с тем, по мнению западных специалистов, южнокорейская экономическая политика остается недостаточно прозрачной, процесс ее выработки по-прежнему неясен. Это связывается с тем, что госсектор продолжает занимать прочные позиции в экономике, и широкий спектр деловой активности остается под строгим правительственным контролем.
Доклад, подготовленный Лозаннским международным институтом менеджмента и развития по результатам обследования 48 стран (1995 г.), отводит Республике Корея лишь 24-е место по степени конкурентоспособности госсектора1. Это крайне низкий уровень, учитывая, что страна занимает 6-е место по показателю конкурентоспособности продукции на мировом рынке. В докладе отмечено также, что Республика Корея находится на 31-м месте по показателю эффективности и прозрачности работы госаппарата. Вывод авторов доклада – госсектор тянет вниз общий уровень конкурентоспособности страны.
В 1996-1997 гг. южнокорейская экономика вступила в полосу спада, что в немалой степени обусловлено недальновидностью государственной политики поощрения крупных конгломератов, особенно разрастания сфер их деятельности без достаточной финансовой основы и в ущерб экономической эффективности. Отношение крупного капитала к госрегулированию носит двоякий характер: с одной стороны, он выступает против вмешательства государства в его дела (в частности, под лозунгом придания взаимоотношениям большей открытости), с другой – по-прежнему заинтересован в государственной поддержке своих проектов.
Многие южнокорейские экономисты считают, что рычаги прямого вмешательства государства в хозяйственную жизнь по-прежнему сохраняются, но теряют свою эффективность и не смогут способствовать оздоровлению экономики. В этих условиях экономические круги Юга видят решение проблемы сотрудничества государства с монополиями в определении позиций по следующим вопросам 2: 1. Что более эффективно для экономики: диверсификация или специализация бизнеса; бизнес, гарантируемый государством от риска, или самостоятельный; система, при которой компания управляется ее владельцем, или профессиональными менеджерами? 2. Должны ли существовать ограничения на вторжение монополий в новые сферы деятельности?
Все большую поддержку в южнокорейском обществе находит точка зрения, что правительству следует пересмотреть свои функции. Роль государства должна меняться в направлении от бюрократической и контрольно-руководящей до вспомогательной, ориентированной на создание условий для экономического роста, справедливое и эффективное распределение ответственности между центральными и местными органами власти. Исходя из новых задач государство будет определять ход и масштабы приватизации, а также реформировать систему организации и менеджмента на тех предприятиях, которые остаются в госсекторе. Определенные надежды возлагаются также на то, что такая реформа госрегулирования позволит уменьшить коррумпированность общества.
Среди первостепенных задач называются изменение правительственного подхода к руководству экономикой; поощрение практики свободной торговли во всех областях национального хозяйства; реформирование банковской системы, в частности, устранение практики «сотрудничества» крупных корпораций с банками; расширение кредитования мелкого и среднего бизнеса; улучшение системы общественной государственной инфраструктуры; пересмотр существующей системы распределения рабочей силы; реформа образования в целях более сбалансированной подготовки технических и гуманитарных кадров.
С 1997 г. южнокорейская концепция госрегулирования в условиях расширяющейся системы рыночного механизма управления экономикой подвергается серьезному экзамену не только на эффективность, но и на выживаемость. Разразившийся в группе азиатских стран финансовый кризис непосредственно затронул экстравертную экономику Республики Корея. К заявившей о себе в 1996 г. проблеме снижения эффективности экспорта (основного генератора роста национальной экономики) добавился крах ряда крупнейших монополий, не устоявших в условиях резкого спада платежеспособного спроса на их продукцию как за рубежом, так и внутри страны.
Возникшее перепроизводство и выявившаяся избыточная мощность ряда современных производств (в автомобилестроении, судостроении, электронной промышленности и т.д.) привели к затовариванию продукцией и замораживанию остро необходимых оборотных средств. Если учесть, что финансовая система в значительной степени продолжает находиться под контролем государства, не входя в систему рыночных отношений открытого спроса и предложения, подобная ситуация в производстве, когда трудно и дорого получать требующиеся средства, может привести к серьезному кризису всей экономики.
Поэтому неслучайно частный капитал потребовал от правительства принять меры по более эффективному стимулированию рыночных сил, призванные стабилизировать финансовую систему страны и предохранить от краха крупные финансово-промышленные структуры. Среди этих мер – увеличение потолка допустимого владения акциями иностранных компаний; резкое снижение ставок или отмена налогообложения на операции с ценными бумагами; исключение из налогообложения доходов от прибыли; санкционирование новых вспомогательных фондов и более раннее открытие внутреннего рынка ценных бумаг 3.
Однако инерция преждевременного самоуспокоения помешала руководству страны правильно оценить опасность начавшегося в середине 1997 г. азиатского финансового кризиса. Спасаясь от финансового дефолта, оно было вынуждено обратиться за помощью к МВФ, который выдвинул достаточно жесткие условия ее предоставления, в частности потребовал полного отказа от прежней системы госрегулирования, начиная с непосредственного инвестирования и кончая льготным субсидированием и предоставлением преференций приоритетным отраслям и компаниям.
Масштабы программы экономического реформирования поставили вопрос о роли государства в мобилизации нации на преодоление кризиса. В этой связи высказывалось мнение о необходимости сохранения в течение кризисного периода регулирующей роли государства в проведении реформ. В ряде работ южнокорейских экономистов проводится сопоставление текущих проблем с задачами 70-х годов.
Представляется, что хотя международная практика, глобализационные процессы (членство в ВТО и ОЭСР) толкают к расширению сфер влияния рыночных сил и признанию их приоритетности в определении экономической политики, вместе с тем тяжелейшие проблемы структурного реформирования потребуют максимальной мобилизации общества, что может лишь государство в лице его административно-бюрократической системы. Сохранению традиционного системного регулирования экономики будет также способствовать пока еще довлеющее конфуцианское мировоззрение южнокорейской буржуазии. Поэтому, на наш взгляд, Республика Корея имеет шанс представить миру оригинальную модель органического сочетания рынка с системой косвенного государственного вмешательства.