ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 22.05.2021
Просмотров: 6392
Скачиваний: 82
Кризисы в этой области, крупные или мелкие, будут продолжать существовать. Чтобы справиться с ними за рубежом или внутри страны, может время от времени возникать соблазн поверить, что какие-то эффектные и дорогостоящие действия способны стать решением всех текущих трудностей. Огромный прогресс в разработке новейших элементов нашей обороны, принятие нереалистичных программ решения многочисленных проблем в сельском хозяйстве; заметные достижения в сфере фундаментальных и прикладных исследований – эти и многие другие направления (каждое из них в отдельности, возможно, и весьма перспективное) мог., быть предложены в качестве единственного пути, по которому мы хотим идти.
Но каждое направление следует оценивать в более широком контексте: с точки зрения необходимости сохранять баланс в национальных программах и между ними – баланс между частной и государственной экономикой, между ценой и ожидаемой выгодой, между явно необходимым и в принципе желательным, между нашими насущными нуждами как государства и обязательствами, налагаемыми государством на личность, между действиями, подсказываемыми моментом, и будущим национальным благосостоянием. Разумное решение приводит к равновесию и прогрессу, отсутствие такого решения в конечном счете приводит к неустойчивости и разочарованию.
Перечень достигнутого на протяжении многих десятилетий служит свидетельством того, что наш народ и его правительство в основном правильно поняли эти истины и верно отреагировали на них, столкнувшись с угрозой и напряженностью. Но угрозы, новые по сути и масштабам, возникают постоянно. Я упомяну лишь две из них.
Жизненно важным элементом сохранения мира является наш военный истеблишмент. Наши вооружения должны быть мощными, готовыми к немедленному действию, чтобы ни один потенциальный агрессор не решился рискнуть собой, пойти на собственное уничтожение. Наша военная организация сегодня имеет мало общего с военной организацией, известной кому-либо из моих предшественников в мирное время или даже солдатам Второй мировой войны или Корейской войны.
До самого последнего из наших мировых военных конфликтов Соединенные Штаты не имели собственного производства вооружений. Американские производители орал могли в случае необходимости и при наличии достаточного времени производить также и мечи. Но сегодня мы не можем более рисковать в чрезвычайных обстоятельствах импровизациями на тему национальной обороны, мы вынуждены создать мощную военную промышленность. Три с половиной миллиона мужчин и женщин прямо связаны с оборонным истеблишментом. Мы ежегодно расходуем на военную безопасность сумму, превышающую чистый доход всех корпораций Соединенных Штатов.
Этот конгломерат огромного военного истеблишмента и крупной индустрии вооружений является чем-то новым в американской жизни. Экономическое, политическое, даже духовное влияние такого союза ощущается в каждом городе, в каждом здании администрации штата, в каждом ведомстве федерального правительства. Мы признаем насущную необходимость такого хода событий. И тем не менее нам не следует недооценивать его серьезных последствий. С этим связано все – наш труд, ресурсы и средства к существованию, да и сам наш общественный строй.
В наших правительственных структурах мы должны быть начеку, предотвращая необоснованное влияние, намеренное или ненамеренное, военно-промышленного комплекса. Потенциал опасного роста его неоправданной власти существует и будет существовать.
Мы не должны никогда позволить этому союзу подвергнуть опасности наши свободы или демократические процессы. Нам не следует принимать что-либо на веру. Лишь бдительное и информированное гражданское общество может настоять на разумном сочетании огромной индустриальной и военной машины с нашими мирными методами и целями, с тем чтобы безопасность и свобода могли совместно процветать.
В значительной степени ответственной за радикальные изменения в нашем военно-промышленном статусе была технологическая революция последних десятилетий. Центральным моментом в этой революции стала исследовательская деятельность, которая становится все более формализованной, сложной и дорогостоящей. Постоянно увеличивается та часть исследований, которая проводится в интересах или по поручению федерального правительства.
Сегодня изобретатель-одиночка, трудящийся в своей мастерской, оттеснен на второй план оперативными группами ученых, работающих в лабораториях и на испытательных полигонах. Аналогичным образом свободный университет, по исторической традиции являющийся источником свободных идей и научных открытий, претерпел революционные изменения в организации проведения исследований. Частично по причине требуемых огромных финансовых затрат правительственный контракт теперь фактически заменяет интеллектуальную любознательность. Старые классные доски заменены сегодня сотнями новых компьютеров.
Перспектива подчинения ученых нашей страны федеральному диктату выделения средств под конкретные проекты, утверждения власти денег вполне реальна, и ее следует рассматривать со всей серьезностью.
И все-таки уважительно, как и положено, относясь к научным исследованиям и открытиям, мы должны также опасаться столь же серьезной и противоположной по характеру угрозы того, что государственная политика может оказаться заложницей интересов научно-технической элиты.
Задачей государственного управления является сбалансировать эти и прочие силы, старые и новые, и интегрировать их в нашу демократическую систему, всегда устремленную к высшим целям нашего свободного общества.
Другим фактором поддержания баланса является фактор времени. Заглядывая в будущее, мы – вы, я, наше правительство – должны избегать заманчивого стремления жить сегодняшним днем, расходуя во имя собственной беспроблемной и удобной жизни драгоценные ресурсы завтрашнего дня. Мы не можем отдавать в заклад материальные ценности наших внуков, не нанося при этом ущерба их политическому и духовному будущему. Мы желаем, чтобы демократия выжила для всех последующих поколений, а не превратилась в призрак завтрашнего дня.
На опыте долгого исторического пути, описать который еще предстоит, Америка знает, что наш мир, становящийся все меньше и меньше, не должен оказаться средоточием страха и ненависти, а должен превратиться в гордую конфедерацию взаимного доверия и уважения.
Такая конфедерация должна быть сообществом равных. Слабый должен участвовать в обмене мнениями с такой же уверенностью, как и мы, быть защищенным, подобно нам, нашей моральной, экономической и военной мощью. <...>
По-прежнему настоятельным требованием является разоружение при сохранении взаимной честности и доверия. Мы обязаны научиться улаживать споры, не прибегая к оружию, а используя лишь свой разум и видя впереди благую цель. Поскольку эта необходимость столь насущна и очевидна, я сознаюсь, что слагаю свои официальные полномочия в этой области с чувством большого разочарования. Как человеку, бывшему свидетелем ужасов и непрекращающихся бедствий войны, как человеку, знающему, что еще одна война может полностью уничтожить нашу цивилизацию, которая строилась столь медленно и болезненно на протяжении тысяч лет, мне хотелось бы, чтобы я смог заявить сегодня, что прочный мир близок.
К счастью, я могу сказать, что войны удалось избежать. Обеспечен устойчивый прогресс в направлении нашей конечной цели. Но так много еще остается сделать. В качестве частного гражданина я никогда не прекращу делать то немногое, что я могу, для того, чтобы помочь миру двигаться вперед в этом направлении.
Итак, в последний раз в качестве вашего президента желая вам доброй ночи, я благодарю вас за возможности служить государству в мирное и военное время, которую вы предоставили мне. Что касается моей службы, я надеюсь, что вы найдете в ней какие-то достоинства; что же касается всего остального, я знаю, что вы найдете возможности многое улучшить и будущем. Вам и мне, мои соотечественники, следует быть сильными в пере в то, что по Божьей воле все государства добьются мира, основанного на справедливости. Да сохраним мы навечно верность своим принципам, решимость и вместе с тем сдержанность в использовании силы, усердие в достижении великих целей нашего государства.
Всем народам мира я еще раз выражаю внушенные свыше и непреходящие надежды Америки.
Мы молимся за то, чтобы великие гуманистические потребности народов всех верований, всех рас, всех государств были удовлетворены; чтобы те, кому отказано в возможностях, получили их; чтобы те, кто стремится к свободе, испытали ее духовное благословение; чтобы те, кто обладает свободой, поняли, наконец, ее тяжелые обязательства; чтобы все те, кто не проявляет внимания к нуждам других, научились творить благо; чтобы нищета, болезни и невежество были устранены с лица земли; чтобы настал добрый час и все народы стали жить вместе в мире, поддерживаемом обязывающей всех силой взаимного уважения и любви.
А теперь, в полдень в пятницу, мне предстоит стать частным лицом. Я горд стать им. Я смотрю с надеждой на это. Спасибо и доброй ночи.
Presidential
Speeches // The Dwight D. Eisenhower
Presidential Library.
Abilene, Kansas.
Джон Фиццжеральд
Кеннеди
ИНАУГУРАЦИОННАЯ РЕЧЬ
(INAUGURAL
SPEECH)
20 января 1961 г. Президентом США стал Джон Фицджеральд Кеннеди (1919-1963). Это был самый молодой избранный президент за всю предшествующую историю страны. Избирательная кампания 1960 г. шла под лозунгом необходимости смены поколений в руководстве страной. Этот лозунг нашел широкий отклик у американцев, тем более что покидающему Белый дом президенту Д. Эйзенхауэру уже исполнилось 70 лет и он оказался самым старым президентом в истории США. Страна жаждала появления на политической арене более молодых и активных руководителей. По утверждению многих американских органов массовой информации, решающую роль в победе Кеннеди на выборах сыграли, однако, не ожидания, связанные с желанием «энергичного руководства», а то, как выглядели кандидаты основных конкурирующих политических партий – Дж. Кеннеди и Р. Никсон – на телеэкране.
Инаугурационная речь Кеннеди изначально была названа образцом политического красноречия, а отдельные фразы из нее цитировались настолько часто, что превратились со временем чуть ли не в обязательный компонент множества официальных высказываний государственных деятелей США и других стран.
Вице-президент Джонсон, господин спикер, господин председатель Верховного суда, президент Эйзенхауэр, вице-президент Никсон, президент Трумэн, преподобные отцы, сограждане!
Сегодня мы являемся свидетелями не победы партии, а торжества свободы, символизирующего конец, равно как и начало, знаменательных новшеств и перемен. Ныне я принес перед вами и всемогущим Богом ту же самую торжественную присягу, которую нам завещали отцы-основатели сто семьдесят пять лет назад.
Мир сейчас стал совсем иным. Человек держит в своих бренных руках силу, способную уничтожить все виды человеческой бедности и все виды человеческой жизни. Однако на всем земном шаре по-прежнему актуальна та революционная вера, за которую сражались наши отцы, – вера в то, что права даруются человеку не щедротами государства, но Божьей дланью.
Сегодня нам нельзя забывать, что мы – наследники той первой революции. Пусть с этого места в это мгновение до друга и до врага долетит весть о том, что факел был передан новому поколению американцев, рожденных в этом столетии, закаленных войной, дисциплинированных трудным и горьким миром, гордящихся своим древним наследием и не желающих видеть или допускать постепенного уничтожения прав человека, которым всегда был предан наш народ и которым мы ныне преданы у себя в отечестве и во всем мире.
Пусть каждая страна, желает ли она нам добра или зла, знает, что мы заплатим любую цену, вынесем любое бремя, пройдем через любое испытание, поддержим любого друга, воспрепятствуем любому врагу, утверждая жизнь и достижение свободы.
Мы торжественно обещаем это, и не только это.
Старым союзникам, с которыми у нас общие культурные и духовные начала, мы обещаем верность истинных друзей. Объединившись, мы сможем свершить почти любое из множества совместных дел. Разъединенные, мы почти ничего не сумеем, ибо не осмелимся принять могучий вызов, оставаясь порознь.
Тем новым государствам, которые мы приветствуем в рядах свободных, мы даем слово, что одна форма господства – колониальная – отброшена не для того, чтобы смениться еще худшей – железной тиранией. Мы не станем ждать от этих государств постоянной поддержки нашей точки зрения. Но мы всегда будем надеяться, что они твердо поддерживают собственную свободу и помнят, как в прошлом глупцы, старавшиеся показать силу, проехавшись верхом на тигре, в конце концов оказывались у него в желудке.
Тем народам, которые по всей Земле, в хижинах и деревнях, борются, разрывая оковы массовой нищеты, мы обещаем всеми силами помогать обеспечивать себя самим, сколько бы времени на это ни понадобилось, и будем делать так не потому, что это могут сделать коммунисты, и не потому, что ищем их благосклонности, а ради справедливости. Если свободное общество не способно помочь множеству бедняков, оно не убережет и немногих богатых.
Братским республикам к югу от наших границ мы даем особое обещание – претворить добрые слова в добрые дела, объединиться в новый союз во имя прогресса, чтобы помочь свободным людям и свободной власти сбросить оковы бедности. Но эта обнадеживающая мирная революция не должна стать добычей враждебных сил. Пусть все наши соседи знают, что мы присоединимся к ним для отпора агрессии и подрывной деятельности в любом месте обеих Америк. И пусть любая другая держава знает, что наше полушарие намерено оставаться хозяином в собственном доме.
Всемирной ассамблее суверенных государств, Организации Объединенных Наций, последней надежде на лучшее в наш век, когда орудия войны значительно совершеннее орудий мира, мы вновь обещаем поддержку, чтобы эта организация не превратилась в форум для инвектив, чтобы она укрепила свой щит, ограждая молодые и слабые государства, чтобы она расширила сферу действия своих предписаний.
Наконец, к тем странам, которые пожелают стать нашим противником, мы обращаемся не с обещанием, а с предложением: обеим сторонам следует заново начать поиски мира, прежде чем темные разрушительные силы, высвобожденные наукой, поглотят человечество в предумышленном или случайном самоуничтожении.
Мы не рискнем искушать их слабостью. Ведь только располагая безусловно достаточным вооружением, мы можем быть безусловно уверены, что оно никогда не будет использовано.
Но две великие и могучие группы стран не могут быть также удовлетворены и нынешним курсом, когда обе стороны чрезмерно обременены расходами на современные вооружения, обе справедливо обеспокоены неуклонным распространением смертоносного атома и тем не менее обе спешат изменить это страшное неустойчивое равновесие, задерживающее наступление часа последней войны человечества.