Файл: Заключение 16.docx

Содержание

Введение

Все, кто имеет отношение к массмедиа, обратили внимание на то, что в последнее время заметно активизировалась запретительная политика государства в сфере СМИ. Но, обсуждая сам факт, многие не вдаются в анализ причин, приведших к такому положению дел. Это ужесточение можно определить как реакцию на современные вызовы и угрозы. Речь не только об информационных войнах, о защите интересов государства, но и об изменившемся медиаповедении всех участников информационных процессов. То, что еще недавно можно было называть информационным инфантилизмом, стало перерастать в информационный экстремизм (реальными стали такие вызовы и угрозы, как пропаганда суицида, распространение фейковых новостей, диффамация и т. д.). В этих условиях государство обязано проводить ограничительную и запретительную политику в отношении тех, чья деятельность представляет опасность для личности и общества. Динамичность меняющегося законодательства в области СМИ прямо зависит от динамично меняющей отечественной и международной реальности. Естественно, ведутся и будут вестись дискуссии о свободе слова, границах вмешательства, цензуре, пределах принудительного регулирования, саморегулировании, сорегулировании и т. д. Прежде всего, важна реакция законодателя на поведение участников информационных процессов. При этом видится необходимость обеспечить недопустимость злоупотребления свободой слова:

• 
  во-первых, процесс введения новых запретительных норм права должен быть по-настоящему демократичным, консенсусным и многосторонним;
  
• 
  во-вторых, важно не допустить чрезмерной бюрократизации живого и творческого процесса, каким является производство и распространение массовой информации.
  

И, что немаловажно, нужно акцентировать внимание на том, насколько возрастает роль медиаправа и медиаюристов в этом процессе, учитывая, что в России сейчас зарегистрировано почти 78 тысяч СМИ. Поэтому отдельно подчеркивается, что «важнейшую роль при принятии, изменении или отмене дополнительных норм, регулирующих отрасль, играет учет соотношения личных, общественных и государственных интересов, соблюдение баланса между ценностью свободы слова и необходимостью защиты иных благ, которым может быть причинен вред ничем не ограниченной свободой средств массовой информации».

---

Все вышесказанное обуславливает актуальность темы данного исследования, целью которого является изучение запретительной политики государства в сфере СМИ, направленной на защиту прав личностей.В соответствии с целью можно выделить и основные задачи: 1. Разобраться в теме права на защиту чести, достоинства и деловой репутации. 2. Понять, что такое обеспечение неприкосновенности частной жизни и соотношение личных и общественных интересов. 3. Конкретизировать особенности подачи законодательных ограничений в информировании о подозреваемых, обвиняемых, подсудимых. 4. Охарактеризовать законодательные ограничения в распространении информации о жертвах преступления.

1. Право на защиту чести, достоинства и деловой репутации. Обеспечение неприкосновенности частной жизни: соотношение личных и общественных интересов

Право на неприкосновенность частной жизни, личную и семей­ную тайну, защиту своей чести и доброго имени предполагает запрет любых форм произвольного вмешательства в частную жизнь со сто­роны государства, а также гарантирует защиту со стороны государства от такого вмешательства третьих лиц.Под частной жизнью понимается физическая и духовная сфера, которая контролируется самим индивидом, свободна от внешне­го воздействия, то есть это семейная и бытовая сфера индивида, сфера его общения, отношение к религии, внеслужебные заня­тия, увлечения и иные сферы отношений, которым сам человек не желает придавать гласность, если этого не требует закон.Личная и семейная тайна являются одним из элементов частной жизни. К личной и семейной тайне можно отнести тайну усыновления, тайну частной жизни супругов, личные имущественные и неимуще­ственные отношения, существующие в семье и другие сведения. Со­держание права на личную и семейную тайну составляют правомочия члена семьи требовать неразглашения соответствующих сведений и правомочия распоряжаться соответствующей информацией по свое­му усмотрению либо с согласия других членов семьи[13].В процессе жизни человека различные люди на законных осно­ваниях получают информацию об определенны сторонах его частной жизни. Среди них врачи, адвокаты, нотариусы, работники правоохра­нительных органов, священнослужители и т.д. На основании этого в законодательстве закреплены различные требования к сохранению в тайне информации о частной жизни граждан. Так, врачебную тайну составляет информация о факте обращения граждан за медицинской помощью, состоянии здоровья гражданина, диагнозе его заболевания и иные сведения, полученные при его обследовании и лечении. Но­тариус обязан хранить в тайне сведения, которые стали ему известны в связи с осуществлением его профессиональной деятельности. При рассмотрении определенных категорий гражданских дел их разбира­тельство также может носить закрытый характер, в частности, по делам об усыновлении (удочерении) ребенка, а также по ходатайству лица в целях сохранения охраняемой законом тайны, неприкосновенности частной жизни (статья 10 Гражданского процессуального кодекса Рос­сийской Федерации).

---

В статье 24 Конституции России в развитие данного права закрепле­но, что сбор, хранение, использование и распространение информа­ции о частной жизни лица без его согласия не допускаются[1]. Согласно Федеральному закону «О персональных данных» обработка персональ­ных данных, в том числе и сведений о частной жизни лица, включая их сбор, систематизацию, накопление, хранение, уточнение, использова­ние, распространение, может осуществляться только с согласия субъек­та персональных данных (статья 6). При этом операторы персональных данных и третьи лица, получающие доступ к персональным данным, должны обеспечивать конфиденциальность таких данных.В случае наличия данных о частной жизни лица, а также иной ин­формации, затрагивающей права и свободы человека и гражданина, у органов государственной власти и местного самоуправления, их долж­ностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомле­ния с соответствующими документами и материалами, если иное не предусмотрено законом.Нарушение неприкосновенности частной жизни влечет ответ­ственность, вплоть до уголовной, за незаконное собирание либо рас­пространение сведений о частной жизни лица, составляющих его лич­ную или семейную тайну, без его согласия либо распространение этих сведений в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации (статья 137 Уго­ловного кодекса Российской Федерации) [8].Защита чести и доброго имени гражданина осуществляется по­средством требования в судебном порядке опровержения порочащих его честь и достоинство сведений. Граждане также обладают правом требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных распространением порочащих их честь и достоинство сведений (ста­тья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации) [14].

2. Законодательное ограничение в информировании подозреваемых, обвиняемых, подсудимых

Правовой статус лиц, находящихся в местах принудительного содержания, предполагает значительные ограничения в части реализации прав и свобод, что объективно необходимо для поддержания режима исправительного учреждения, достижения целей уголовного наказания.Информационно-правовой статус данной категории граждан не исключение из общего правила. Он имеет в своем фундаменте право на информацию, установленное в ч.4 ст.29 Конституции РФ, которое характеризуется как комплексное, субъективное право, состоящее из широкого ряда правомочий, таких как поиск, получение, передача, распространение, доступ или использование сведений. Осужденные к лишению свободы и иные граждане, находящиеся в местах принудительного содержания, вправе реализовывать только часть правомочий и не в полной мере.

---

Такое положение влечет частые нарушения при попытках осужденных к лишению свободы, а также иных лиц, содержащихся в пенитенциарных учреждениях, воплотить в жизнь информационные права и свободы[10].Помимо вышеуказанного квазисудебного способа разрешения споров, нарушения в уголовно-исполнительной системе (далее -УИС) часто становятся предметом обжалования в судебных инстанциях, включая суды районного и субъектового уровней, а также Верховный суд РФ.В настоящее время многие авторы отмечают возрастание роли судебной практики как своеобразного «нетрадиционного» источника права. Например, согласно утверждениюНазванная тенденция, на которую первые в нашей стране указали ученые-цивилисты, в равной степени характерна и для конституционного права Российской Федерации, хотя важно, что возрастание роли судебной власти заключается не в подмене законодателя, но в пользе, которую практика оказывает на устойчивость правоприменительной деятельности, на верное толкование правовых норм и эффективность реализации прав и свобод.Указанный довод доказывает необходимость исследовать судебные решения, которые позволят выявить проблемы, возникающие при реализации права на информацию в местах принудительного содержания. Ранее отмечалось, что это одно из важнейших информационных прав осужденных, так как его нарушение влечет за собой ущемление других прав данной категории, невозможность их защиты и восстановления. При этом автор приводил следующие неутешительные цифры, согласно которым в 70% случаев осужденным «перед отправлением в исправительное учреждение не доводилась информация об их правах и обязанностях », что безусловно является тревожным фактом. Такое нарушение недопустимо и прямо свидетельствует о недостаточной правовой подготовке сотрудников УИС[8].Что касается прав осужденных к лишению свободы, закрепленных в п. 1, 2 и 3 УИК РФ, содержащих правомочия в сфере получения и отправки почтовой корреспонденции, то судами в совокупности рассмотрено 47 дел об их нарушениях.Анализ указанной практики позволяет сделать вывод, что допускаемые в данной области нарушения имеют схожие основания материального и технического характера. Проблемы, связанные с отсутствием конвертов, марок, средств их оплаты, представляют собой частую причину, по которой осужденные не могут реализовать свои информационные права и право на судебную защиту. В совокупности это создает существенную угрозу нарушения конституционно-правового баланса, препятствует отправлению правосудия и может создавать угрозу потери доверия общественности.

---

Одновременно с этим практика показывает, что осужденные в подавляющем количестве случаев не могут доказать факт отсутствия у них средств в конкретные временные рамки. Это осложняется тем, что суды принимают в качестве допустимых доказательств по делу справки, выданные бухгалтериями исправительных учреждений, тем самым налицо создание опасности злоупотреблений.Большая часть практики относительно реализации осужденными права на просмотр телепередач затрагивает споры о временных рамках такого просмотра, либо о реализации прав собственника в отношении законно приобретенных телевизионных и радиоприемников. Большое число споров вызывают также проблемы, возникающие по поводу получения и приобретения осужденными к лишению свободы различного рода литературы, периодических изданий. В подавляющей части разногласия в соответствующей сфере касаются вопросов содержания покупаемой литературы, но встречаются и иные случаи. Между тем, если рассматривать материальные, а не процессуальные аспекты настоящего дела, учитывать характер литературы, действия администрации исправительного учреждения могут быть расценены также с иных позиций, как злоупотребление и создание препятствий для получения осужденным информации о своих правах и обязанностях.Подозреваемые и обвиняемые в реализации принадлежащего им права на информацию сталкиваются со многими проблемами, которые схожи с теми, что мы исследовали в отношении осужденных[17].Сформированная в отношении нарушений информационных прав данной категории лиц судебная практика затрагивает вопросы фактов неправомерной цензуры при осуществлении переписки с защитником, или другим лицом, оказывающим юридическую помощь, судами и иными организациями. Если в целом рассматривать особенности информационно-правового статуса иных лиц, находящихся в местах принудительного содержания, среди которых в силу дефиниции п.1 ст. 2 Федерального закона от 10.06.2008 №76-ФЗ «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания» следует также назвать осужденных военнослужащих, несовершеннолетних правонарушителей, лиц, к которым применены принудительные меры медицинского характера и других, то можно отметить, что они пребывают в значительно более мягких условиях, нежели осужденные[17].

---