Файл: «Договорные конструкции» (Характеристика договорных конструкций, типовых договорных конструкций и специальных договорных конструкций).pdf

«Традиционно для классификации договоров в науке гражданского права используют дихотомию, иначе, деление надвое»^[20]. «Наиболее значимой для классификации гражданско-правовых договоров является дихотомия, которая опирается на одно из трех критериев (оснований). Имеются в виду: распределение обязанностей между сторонами, наличие встречного удовлетворения, момент возникновения договора»^[21]. «Использование указанных оснований позволяет выделить соответственно три пары: реальные- консенсуальные, односторонние – взаимные, возмездные – безвозмездные, условные – безусловные»^[22].

Отнесение договоров к реальным или консенсуальным, означает определение «момента времени, с которым законодатель связывает возникновение прав и обязанностей у сторон, которые, в свою очередь, появляются с момента, когда договор считается, заключенным»^[23]. Вопрос является дискуссионным для цивилистики.

Мы разделяем точку зрения Б.Л. Хайсберга, В.В. Ровного о том, что «консенсуальный характер присущ всем без исключения соглашениям двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. С другой стороны, при заключении реального договора могут передаваться не только вещи, но и resincorporales»^[24]. Следуя данной точке зрения типовые договоры следует признать консенсуальными, поскольку они устанавливают именно обязанности сторон по осуществлению действий, предусмотренных в соглашении.

Следующей категориальной парой является возмездный и безвозмездный характер договоров. По общему правилу, возмездный договор предполагает наличие встречного представления за действия, выполняемые должником. Типовые договоры представляются нам безвозмездными в силу внеэкономического характера обязательства, устанавливаемого ими.

Условный или безусловный характер сделки означает, что ее юридическая сила поставлена (не поставлена) «в зависимость от какого-то будущего события, притом такого, которое может наступить, а может и не наступить»^[25].

Обязательства, возникающие из типовых договоров, являются прямым, ничем не обусловленным следствием заключения самого договора.

Заключительной категориальной парой является срочный или бессрочный характер договора. Как известно, «сроком в сделке называется промежуток или момент времени, с которым участники сделки связали наступление юридических последствий или их прекращение»^[26]. В связи с этим типовые договоры являются срочными договорами, с различными по видам сроками исполнения.

Итак, типовые договорные конструкции по сути являются договорами - типовыми договорами, - а не типовыми договорными конструкциями.

«Понятие «специальные договорные конструкции» уже неоднократно использовалось в литературе и несмотря на то, что абсолютной ясности по поводу его сущности до сих пор нет. К числу новелл его отнести нельзя. Важным является то, что вкладывают в него цивилисты»^[27].

В.В. Витрянский, употребляя выражение «законодательная модель специальной договорной конструкции^[28]» отождествляет их по сути с фрагментами действующего законодательства. Вероятно, В.В. Витрянский хотел подчеркнуть, что речь идет о законодательстве, посвященном отдельным типам договоров, которое построено на основе юридической конструкции (правовой модели)»^[29].

«Специальные договорные конструкции не являются гражданско-правовыми договорами в собственном смысле слова, у них отсутствует хоть ничтожная толика воли контрагентов. Не являясь соглашением они лишены всех признаков, присущих конкретным договорам и не обладают необходимым набором элементов договоров»^[30].

Специальная «договорная конструкция» состоит из элементов. Об этом свидетельствует само слово конструкция, обозначающее взаимное расположение частей чего-либо^[31]. М.Ю. Челышев отмечал, что «юридическая конструкция, используемая в рамках гражданского законодательства, может включать в себя в качестве составных элементов нормативное закрепление при помощи терминологического аппарата определения конкретного правового инструмента, классификации его разновидности, элементного строения инструмента, механизмов его функционирования, в том числе юридических процедур и иных юридических конструкций, а также способов разрешения возможных коллизионных вопросов»^[32].

И.В. Москаленко отмечает, что большинство гражданско-правовых конструкций содержат правовую дефиницию, раскрывающую суть модельного построения соответствующего правоотношения. «Так, суть конструкции договора в пользу третьего лица выражается, прежде всего, в определении его понятия как договора, в котором стороны установили, что должник должен, произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу»^[33].

«Применительно к специальным договорным конструкциям их элементный состав можно обозначить, как закрепленный в статьях ГК РФ: 1) определения законодательных моделей конкретных гражданско-правовых договоров; 2) требования к содержанию конкретных договоров, охватываемых данной законодательной моделью; 3) специальные требования к юридическим процедурам заключения и (или) исполнения, расторжения конкретных гражданско-правовых договоров; 4) требования к субъективному составу конкретных договорных конструкций. Между тем, любая структура предполагает наличие не только элементов, но связей между элементами, в данном случае правовых. Наличие таких связей обусловлено с одной стороны единством системы права, а с другой взаимообусловленностью элементов горизонтальной структуры гражданского законодательства»^[34].

Специальные договорные конструкции представляют собой законодательные модели. По мнению, В.Н. Леванского «модели в сфере права – это модели самого права как системы»^[35]. По мнению О.С. Красавчикова, «связь с нормами права характеризуется тем, что «вне закона, помимо его, те или иные явления социальной действительности не могут самостоятельно приобрести юридическую форму и даже те или иные юридические «очертания»^[36].

«Законодательные модели не могут и не должны стоять в одном классификационном ряду с отдельными видами и типами гражданско-правовых договоров. К специальным договорным конструкциям дихотомия неприменима. Их нельзя противопоставлять друг другу, поскольку одна законодательная модель может подобно кальке накладываться на другую. При этом один и тот же конкретный договор может быть одновременно и предварительным, и публичным и в пользу третьего лица и т.д. Приумножение сущностей здесь не происходит»^[37].

Юридические конструкции следует определять через понятие «модели». «Разновидностью моделей в правоведении, - писал А.Ф. Черданцев, - являются юридические конструкции – гносеологическая категория, инструмент, средство познания правовых явлений»^[38]. Законодательная модель соотносится с юридической конструкцией как род с видом»^[39].

Мы не можем согласиться в том, что все «Юридические конструкции служат прообразами, на основе которых тиражируются единичные законодательные конструкции^[40]». Считаем, что ни юридическая конструкция вообще, ни конструкция конкретного договорные могут быть отождествлены с законодательной конструкцией (моделью).

«Каждая юридическая конструкция представляет собой совокупность объективно необходимых упорядоченных и взаимосвязанных элементов, т.е. систему»^[41]. В зависимости от степени абстрагирования одно и то же явление можно рассматривать по отношению к другим продуктам мыслительной деятельности и как правовую модель? и как правовую конструкцию.

Так, общее определение гражданско-правового договора может выступать в качестве правовой модели по отношению к правовым конструкциям договора присоединения, публичного договора, договора в пользу третьего лица и т.д. В то же время перечисленные специальные договорные конструкции сами могут выступать в качестве законодательных моделей по отношению к конкретным видам договоров (перевозки, кредитного договора, договора купли-продажи т.п.). С точки зрения формальной логики вполне правомерно утверждение, что всякая специальная договорная конструкция является правовой моделью»^[42].

Как было показано ранее, договорные конструкции являются

разновидностью правовых моделей, а поэтому им присущи все их признаки. А.Ф. Черданцев в качестве характерных черт моделей выделяет следующие: «модель является формой отражения действительности; модель создается в результате абстракции, идеализации; модель и исследуемый объект находятся между собой в отношении соответствия; модель служит средством отвлечения и выражения внутренней структуры сложного явления; модель, выступая в качестве заместителя объекта, дает информацию об объекте, является промежуточным звеном между теорией и действительностью, имеет содержательный характер»^[43].

А.С. Безруков под правовой моделью понимает «созданную в результате абстракции, идеализации (для теоретических или метатеоретических моделей) или наблюдения (для материальных моделей) форма отражения правовой (или окружающей) действительности, находящаяся в отношении соответствия с исследуемым объектом, служащая средством отвлечения и выражения внутренней структуры сложного правового явления (или наглядности в описании объектов материального мира), дающая информацию об объекте или выполняющая специальную описательную (демонстрационную) задачу»^[44]. «Отмечая в целом высокий научный уровень предложенной дефиниции, мы полагаем, что модель, как «заместитель» оригинала в познании и практике, отражает не только форму моделируемого объекта, но и его содержание. Поэтому, думается, более точным было бы говорить о правовой модели не как о форме отражения правовой или иной действительности, а как отражении (мысленным, материальным и т.п.) формы и содержания моделируемого правового явления»^[45].

Исследование с помощью моделей называется моделированием, которое А.А. Панин определяет как « … такой метод исследования, при котором интересующий исследователя объект замещается другим объектом, находящимся в отношении подобия к первому объекту. Первый объект называется оригиналом, а второй – моделью. В дальнейшем знания, полученные при изучении модели, переносятся на оригинал на основании аналогии и теории подобия»^[46].

«Как и любые правовые модели, рассматриваемые специальные договорные конструкции являются продуктами мышления и относятся к категории идеальных явлений. Они являются идеальными формализованными моделями, поэтому им присущи все признаки подобного рода моделей. Любая модель – это аналог оригинала, поэтому должна иметь с ним общие черты, специальные договорные конструкции, представляющие собой абстракцию и законодательное описание конкретного социального явления, – гражданско - правовой договор»^[47].

«Действительно, каждая из законодательных моделей является результатом мысленного обобщения большого количества ситуаций, связанных с применением конкретных гражданско-правовых договоров»^[48].

«На наш взгляд, в науке происходит неоправданное противопоставление теоретических и нормативных конструкций^[49]. Если не отождествлять нормативные конструкции с фрагментами позитивного права, то они не могут быть, ничем иным, как теоретическими построениями (мысленными образами).

На отсутствие грани между юридической и теоретической конструкцией обращает внимание А.Ф.Черданцев^[50]. Если же теоретические конструкции нашли свое закрепление в законодательстве, то их следует не нормативными, а законодательными.

«Действительно, специальные договорные конструкции – это ни что иное, как законодательная модель конкретных видов договоров, своего рода, установленный государством эталон, по которому должны быть сверены конкретные виды гражданско-правовых договоров»^[51].

Нам представляется, что правовое моделирование - это перспективное направление исследований в правовой сфере.

1.2. ПОНЯТИЕ И ПРИЗНАКИ ДОГОВОРНЫХ КОНСТРУКЦИЙ ТИПОВЫХ ДОГОВОРНЫХ КОНСТРУКЦИЙ И СПЕЦИАЛЬНЫХ ДОГОВОРНЫХ КОНСТРУКЦИЙ

В литературе под договорными конструкциями и типовыми договорными конструкциями понимается следующее. «ГК РФ предусматривает договорные конструкции, позволяющие учесть некоторые специфические особенности договоров, заключаемых при осуществлении предпринимательской деятельности. Отнесение конкретного договора к определенной договорной конструкции позволяет применить к нему специальный правовой режим. Договорные конструкции не имеют единого квалификационного критерия. Так, договор присоединения выделяется по особому определению условий договора, предварительный договор – по правовым последствиям заключения, публичный договор - по особому субъективному составу^[52]».

«ГК РФ содержит в себе выделенные типовые договорные конструкции. В действующей редакции первой части ГК РФ их четыре: публичный договор (ст. 426, договор присоединения (ст. 428), предварительный договор (ст. 429), договор в пользу третьего лица (ст. 430). Типовые договорные конструкции подлежат применению к любым видам договорных обязательств, если они обладают необходимыми признаками этих конструкций»^[53].