Добавлен: 29.03.2023
Просмотров: 452
Скачиваний: 1
Тем самым, когда мы пытаемся разграничить сферу действия между ст. ст. 14.3 и 14.10 КоАП РФ, не все так однозначно. Необходимо обратить внимание на то, что обе нормы являются бланкетными и отсылают нас на Закон «О рекламе» (ст. 14.3) и, исходя из материалов судебной практики, к нормам гражданского законодательства, в частности ст. ст. 1484 и 1515 ГК РФ. Рассматривая материалы судебной практики, мы можем сказать, что если речь идет о сфере товарных знаков, то ст. 14.10 КоАП РФ выглядит наиболее предпочтительно к применению, потому что имеет более широкую область применения. Это обусловлено тем, что диспозиция нормы выглядит таким образом, что под незаконное использование можно подвести почти любое действие, которое может быть связано с неправомерным «заимствованием» чужих товарных знаков, а также это может быть использование обозначений, которые схожи до степени смешения со средствами индивидуализации,[43] считает Е. Г. Иванова. Если речь идет о ст. 14.3 КоАП РФ, то необходимо учитывать положения ст. 5 Закона «О рекламе». Эту статью можно рассматривать как частный случай незаконного использования средств индивидуализации продукции[44].
Сейчас представляется необходимым рассмотреть и проанализировать материалы судебной практики, которые затрагивают ст. ст. 14.3, 14.10 КоАП для того, чтобы лучше понять, какая статья в каком конкретном случае применяется. Так в Арбитражном суде Ивановской области было рассмотрено дело, которое возбуждено по заявлению Управления внутренних дел по Ивановской области. Оно касалось привлечения к административной ответственности по ст. 14.10 КоАП РФ общества с ограниченной ответственностью «Ивановская Нефтяная Компания». Суть исковых требований заявителя сводилась к тому, что он выявил в ходе проверки факт реализации Обществом горюче-смазочных материалов с незаконным использованием наружной рекламы на автозаправочной станции. Эти товарные знаки зарегистрированы на «ТНК» либо схожи с ними до степени смешения.
Результатом рассмотрения дела стало то, что суд удовлетворит требования заявителя – ООО «Ивановская Нефтяная Компания» мотивировав свою позицию тем, что действия Общества подпадают под состав ст. 14.10 КоАП РФ в силу того, что это общество помещает на одном из мест автозаправочной станции зарегистрированные товарные знаки без разрешения правообладателя, т.е. ООО «Ивановская Нефтяная Компания»[45].
Конечно, судебная практика всегда неоднозначная и противоречивая. Существует и другая позиция, согласно которой данные действия правонарушителя подпадают под ст. 14.3 КоАП РФ. Сотрудники УВД по Ивановской области, когда проводили проверку в магазине товаров «Ароматный мир», которое было арендовано ООО «Коллекция» выявили факт незаконного использования зарегистрированных товарных знаков «Ароматный мир» и «АМ» в качестве наружной рекламы. После этого сотрудники УВД составили протокол об административном правонарушении, квалифицировав действия ООО «Коллекция» как правонарушение, предусмотренное ст. 14.10 КоАП РФ и обратились в арбитражный суд с заявлением о привлечении к ответственности. Суд, в свою очередь, изучив материалы дела пришел к вывод и указал сотрудникам УВД на то, что они неправильно квалифицировали деликт ООО, аргументировав свою позицию тем, что действия Общества образуют объективную сторону нарушения, предусмотренного ст. 14.3 КоАП РФ и она предусматривает ответственность для рекламодателя, рекламопроизводителя или рекламораспространителя за нарушение норм Закона «О рекламе»[46].
Делая выводы, проанализировав материалы судебной практике, можно сказать следующее: для того, чтобы правильно квалифицировать правонарушение суду и правоохранительным органам необходимо тщательно подходить к рассмотрению и изучению фактических обстоятельств дела, когда речь идет об использовании товарного знака (например, места его размещения). Ведь ст. ст. 14.3, 14.10 КоАП РФ имеют самостоятельные составы административных деликтов, а также же содержат санкции, которые предусматривают различные меры ответственности, учитывающие способ незаконного использования чужого средства индивидуализации.
Далее рассмотрим другие существующие проблемы. В соответствии с пп. 7 п. 3 ст. 5 Закона «О рекламе» под недобросовестной рекламой следует считать рекламу, содержащую сведения, которые не соответствуют действительности, в числе об исключительных правах на результаты интеллектуальной деятельности, а также средства индивидуализации юридического лица, которые приравниваются к ним и средства индивидуализации товара[47]. Если мы посмотрим более подробно на Закон «О рекламе», то обнаружим взаимосвязь между недобросовестной рекламой и недобросовестной конкуренцией. Одним из видов недобросовестной рекламы согласно пп. 4 п. 2 ст. 5 Закона «О рекламе» является реклама, являющаяся актом недобросовестной конкуренции согласно положениям Закона «О защите конкуренции»[48].Исходя из смысла этого положения многие могут прийти к заблуждению о том, что административная ответственность за недобросовестную рекламу и недобросовестную конкуренцию тождественны. Это не так, потому что КоАП РФ в соответствии со ст. 14. 33, предусматривает ответственность за недобросовестную конкуренцию, если мы говорим о товарных знаках, и нам следует в нее включать введение в оборот товара с незаконным использованием результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации юридического лица, средств индивидуализации продукции, работ и услуг[49].
Существует проблема с тем, что понимать под «введением товара в гражданский оборот». Некоторые исследователи высказывают точку зрения о том, что для определения содержания понятия «введения товара в гражданский оборот» можно использовать аналогию со ст. ст. 1358 и 1454 ГК РФ[50]. Применив систематическое толкование указанных норм гражданского законодательства, можно сделать вывод о том, что введение товара в оборот предполагает ввоз товара на территорию РФ, а также его изготовление, применение или предложение о продаже, продажу и иное[51]. Так, Суспицина М. В. считает, что исходя из содержания данных статей ГК РФ можно, говоря о товарном знаке, считать, что под введение такого средства индивидуализации в гражданский оборот понимать ввоз такого товара на территорию РФ[52].
На наш взгляд, эта точка зрения является не совсем правильная. Мы пришли к такому выводу после изучения практики, опубликованной Арбитражным судом Российской Федерации. В частности, в своем постановлении суд указывает на то, что в состав ст. 14.10 КоАП РФ кроме прочих необходимо включать такие правонарушения, как введение товара, на котором независимо от способа содержится незаконное воспроизведение средства индивидуализации, в гражданский оборот на территории РФ или ввоз на территорию РФ этого товара для того, чтобы ввести такой товар в гражданский оборот на территории РФ[53].
Исходя из вышесказанного, необходимо сделать вывод о том, что всякий ввоз продукции, которая маркирована тем или иным средством индивидуализации (товарным знаком), может считаться попыткой введения этой продукции в гражданский оборот. Цель ввоза должна быть обусловлена именно введением в оборот, а ничем другим. Таким примером может служить личное использование – такие действия не подпадают под состав правонарушения, предусмотренного ст. 14.10 КоАП РФ.
На наш взгляд, в связи со сложившейся ситуацией, необходимо внести изменение в действующее законодательство путем закрепления легального определения «введения товара в гражданский оборот». Применительно к ст. 14.33 КоАП РФ необходимо понимать под введением товара в гражданский оборот предложение к продаже или непосредственную продажу товара, который маркирован чужим товарным знаком. Данное определение можно внести как примечание к ст. 14.33 КоАП РФ.
Следующим спорным моментом является вопрос определения сфер действия положения ст. ст. 14.10 и 14.33 КоАП РФ. Есть некоторые авторы, в частности К. А. Писенко, которые считают, что недобросовестная конкуренция является широким понятием, и оно включается в себя также и незаконное использование объектов интеллектуальной собственности и других средств индивидуализации, которые приравнены к ним[54]. Он также высказывается о том, что несмотря на факт того, что ст. 14.33 КоАП РФ напрямую предусматривает ответственность за недобросовестную конкуренцию и включает в себя большое количество деяний, которые считаются актами недобросовестной конкуренции, он и о том, что данная статья является не единственной, предусматривающей публично-правовую ответственность за акт недобросовестной конкуренции[55]. Далее, он продолжает говорить о том, что за недобросовестную конкуренцию предусмотрена ответственность также целым рядом других статей: ст. 14.33, ст. 14.10 устанавливающей ответственность за незаконное использование товарного знака, ст. 7.12 предусматривающая ответственность за нарушение авторских и смежных прав, изобретательских и патентных прав[56]. После этого, он аргументирует свою точку зрения, сводя свою позицию к тому, что объективная сторона вышеперечисленных деяний является различными проявлениями недобросовестной конкуренции[57]. Позицию К. А. Писенко поддерживают и другие исследователи, в частности Каширских В. В.[58].
Рассуждая о правильности данной точки зрения вышеупомянутых авторов, считаем необходимым обратиться к Закону «О защите конкуренции».Согласно ст. 4 ФЗ № 135-ФЗ одним из способов недобросовестной конкуренции является действия, которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности[59]. На наш взгляд, незаконное использование товарных знаков можно считать таким действием, поскольку оно является первоочередной целью незаконного использования чужого средства индивидуализации. Помимо этого, такое действие противоречит требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, которые предъявляются антимонопольным законодательством, а также эти действия причиняют или могут причинить убытки их законным правообладателям или могут навредить деловой репутации субъектам малого и среднего предпринимательства. На наш взгляд, это обусловлено более низким качества товара, нежели чем у оригинальной продукции.
Исходя из анализа норм Закона «О защите конкуренции» мы приходим к выводу о том, что незаконное использование товарного знака является частным случаем акта недобросовестной конкуренции и, поэтому, ст. ст. 14.33 и 14.10 КоАП РФ необходимо соотноситься как специальные и общие положения.
Также, на наш взгляд, нельзя полностью согласиться с вышеупомянутой позицией Писенко К. А. Он считает, что все правонарушения, которые не подпадают под понятие «незаконное использование зарегистрированного товарного знака» должно квалифицироваться по ст. 14.33 КоАП РФ[60]. По нашему мнению, использование ст. 14.10 КоАП РФ с узкой трактовкой ее диспозиции путем включения в нее только одной форсы незаконного использования товарного знака, а именно, размещение на товарах, этикетках и его упаковках, можно рассматривать в целом как один из вариантов решения проблемы. Но в таком случае некоторое количество действий не будет подпадать под гипотезу ст. 14.10 КоАП РФ и останется безнаказанной, что, безусловно, негативно скажется на как действующем законодательстве, так и практике его применения. Можно конечно использовать точку зрения К. А. Писенко, но как мы сказали ранее, она является не совсем правильной. На наш взгляд, в случае установления одной санкции, которая будет предусматривать ответственность за все формы недобросовестной конкуренции, и не будет учитывать особенности отдельного вида, произойдет учащение случаев вынесения необоснованных решений, что негативно скажется на репутации судебных учреждений, потому что они будут давать не верную квалификацию совершаемых правонарушений.
Подводя краткий итог, мы можем сказать следующее: до настоящего момента существует большое количество проблем в толковании, применении и разграничении сфер применения между ст. ст. 14.3, 14.10 и 14.33 КоАП РФ. Об этом свидетельствую различные коллизии законодательства, различные подходы исследователей и противоречивые материалы судебной практики арбитражных судов.
Подводя общий итог сказанному в данной главу, можно заострить внимание на следующих моментах: специфика данной работы обусловлена, прежде всего, наличием специального субъекта – малого и среднего предпринимателя, осуществляющего конкурентную борьбу на рынке; важность работы сохраняется и до сих пор, несмотря на то, что нами было выработано несколько законодательных инициатив, которые способны уменьшить количество коллизионных норм и других спорных ситуации, но, тем не менее, проблем остается немало, что подтверждается исследованиями авторов, которые написали свои работы 2014 и 2015 году; кроме того, важно обратить внимание на факт того, что материалы судебной практики также вызывают вопросы и до настоящего момента у судов возникают спорные позиции относительно квалификации схожий административных деликтов и уголовно-наказуемых деяний.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В заключение выпускной квалификационной работы следует отметить, что все поставленные задачи были выполнены, а цель – достигнуты.
Осуществив комплексный анализ соответствующей юридической литературы, положений российского законодательства и материалов судебной практики, мы пришли к ряду важных выводов:
- субъект малого предпринимательства может осуществлять свою деятельность, используя юридическое лицо в качестве организационно-правовой формы;
- субъекты малого и среднего предпринимательства должны иметь статус субъекта предпринимательского права в целом, и, кроме того, Закон «О малом и среднем предпринимательстве» предусматривает создание предприятий в организационно-правовых формах коммерческих и некоммерческих организаций;
- наиболее распространенными нарушениями законодательства о защите конкуренции являются противоречащие законодательству РФ действия (бездействие) субъектов МСП, результатом которых является недопущение, отграничение или устранение конкуренции. Все вышеуказанные правонарушения имеют состав, в который включается 4 элемента: объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона;
- группы нарушений антимонопольного законодательства: монополистическая деятельность, как правило, в форме злоупотребления доминирующим положением и в форме соглашений, которые так или иначе ограничивают конкуренцию или согласованные действия хозяйствующих субъектов; недобросовестная конкуренция, которая происходит при помощи использования недозволенных методов борьбы; экономическая концентрация;
- требования, предъявляемые к хозяйствующим субъектам, касающиеся экономической концентрации не распространяются на субъектом малого и среднего предпринимательства.
- субъекты малого и среднего предпринимательства подчиняются общим требованиям антимонопольного законодательства и перечисленный перечень составов уголовных деяний и административных правонарушений распространяется на субъектов МСП;
- в целом нарушения антимонопольного законодательства предпринимателями малого или среднего звена в большинстве своем случаев не причиняют большого вреда (не несут большой общественной опасности) конкурентной среде и государству в целом;
- виды публично-правовой ответственности имею свою специфику и особенности. Это создает противоречия между процедурой привлечения к ответственности, что говорит о наличии пробелов законодательстве. Отдельно выделяются особенности привлечения субъектов предпринимательства к уголовной ответственности;
- если глубоко не рассматривать положения гражданско-процессуального законодательства, связанные с возмещением убытков по искам в сфере нарушения антимонопольного законодательства, то можно констатировать факт того, что действующее российское законодательство, затрагивающее гражданско-правовую ответственность в данной сфере, основывается на основах гражданского законодательства (ст. 15 ГК РФ), но однозначного подхода в материалах судебной практики пока что не существует;
- до настоящего момента существует большое количество проблем в толковании, применении и разграничении сфер применения между ст. ст. 14.3, 14.10 и 14.33 КоАП РФ. Об этом свидетельствую различные коллизии законодательства, подходы исследователей и противоречивые материалы судебной практики арбитражных судов.