Файл: Tetrad_slov.pdf

ты сможешь коснуться моей тишины.

И только лишь ночь ее сможет нарушить

единственным словом

«Ты…»

1993 (альбомы «КАПЛЯ ДЕГТЯ В БОЧКЕ МЕДА», «ЖИВОЙ», «КРУГОСВЕТКА»)

* * *

А. Х., моя одногруппница. Стою, смотрю ей вслед и думаю: а рада ли она была нашей встрече, была ли она искренна, о чем она сейчас думает? Ведь часто бывает: повернувшись спиной, человек «выдыхает», снимает с лица маску дружелюбия и становится уже не тем, что минуту назад, когда смотрел тебе в глаза…

Я знаю женщину: молчанье

(Текст — Н. Гумилев, стихотворение «Она»)

Я знаю женщину: молчанье,

Усталость горькая от слов,

Живет в таинственном мерцаньи

Ее расширенных зрачков.

Ее душа открыта жадно

Лишь медной музыке стиха,

Пред жизнью дольней и отрадной

Высокомерна и глуха.

Неслышный и неторопливый,

Так странно плавен шаг ее,

Назвать нельзя ее красивой,

Но в ней все счастие мое.

Когда я жажду своеволий

И смел и горд — я к ней иду

Учиться мудрой сладкой боли

В ее истоме и бреду.

Она светла в часы томлений

И держит молнии в руке,

И четки сны ее, как тени На райском огненном песке.

Песня — февраль 1993 (альбом «ВОЗЛЮБЛЕННАЯШОПЕНА»)

Мой взгляд

(Текст — С. Сурганова)

Мой взгляд сроднился с гладью стекла,

за которым зима из январских туч

крошит белый песок.

Тревога давит висок.

Как много дыма ушло из-под выдохов дней,

как хочется к ней… И кто бы дал мне ответ,

какой длины стена от нее до меня.

Давно изучен каждый штрих,

давно изучен каждый шорох.

Мой невидимый старик сушит слезы, будто порох.

Заменив окно на потолок,

зрачок застрял на паутине.

Ты не видишь, как на дно идет мое: «Нет, не покинет».

На циферблате число стрелки взяло в плен — это предел.

День уткнулся в восток на старте и слег.

Вздремнуть бы часок.

Но мысли и слух забыли про сон — ждут в унисон.

Слепое окно в своей немоте

твердит о тебе.

Давно изучен каждый штрих,

давно изучен каждый шорох.

Мой невидимый старик сушит слезы, будто порох.

Заменив окно на потолок,

зрачок застрял на паутине.

Ты не видишь, как на дно идет мое: «Нет, не покинет…»

1994 (альбомы «НЕУЖЕЛИ НЕ Я», «ЖИВОЙ», «КРУГОСВЕТКА»)

* * *

Иногда ожидание бывает настолько сильным, что начинаешь вслух считать секунды, а взгляд застревает в одной ничем не примечательной точке. Ты цинично убиваешь время в себе.

Семь городов

(Текст — С. Сурганова)

Я хочу поскорее отсюда уйти.

Ты забудешь меня,

как только выключишь свет.

Похоронишь в сиреневых мыслях покой и вернешься к подстилке своих новых побед.

Я хочу поскорее закрыть на замок двери всех квартир,

дома всех городов.

Положить на любимые плечи руки,

дать понять всем, что мы не нуждаемся в звуке.

Зачеркнула полнеба параллель проводов.

Из окна твоего — только горы преград.

Пепел мною сожженных семи городов не дает мне вернуться отсюда назад.

На чужих колках твои натянуты струны.

Ты пытаешься петь холодным камням.

Тот, кто создал меня,

нас с тобою разрушит.

Плата будет под стать вместе прожитым дням.

Я хочу поскорее отсюда уйти.

Мне не верится в то,

что мы можем пропасть.

Мне так трудно привыкнуть беречь козыри,

мне так трудно подкидывать каждому в масть.

Мне бы вылечить нас от взаимной простуды.

Сколько лет можно жить в состоянии войны.

Убери из-под ног

стекла битой посуды,

яне буду просить белый саван взаймы…

05.03.1994

* * *

Песня, спровоцированная Д. А. Стало вдруг как-то невыносимо тоскливо и — написалось.

Так начинался день

(Текст — С. Сурганова)

Разбуженный лед плакал на понедельник к началу прихода размытых дверей.

Кто-то влезал тихо на подоконник и с грустью смотрел на счастливых людей.

Цвет троекратно непредсказуем на перекрестках асфальтовых лент.

Погоня за страхом быть не убитым входит в привычку за долгостью лет.

Так начинался день… А город крошился на черном и белом,

пуская в себя сок отравленных дней.

А небо забыло свою отчужденность,

бросая к ногам трафареты теней.

Она знает то, что не знает реальность.

Она видит там, где не видят огни.

Ее серебро на мою безымянность легло, когда мы остались одни.

Так начинался день… А время текло из-под пальцев на струнах,

сплетая в слова смысл прожитых лет.

А кроны деревьев ссыпались на землю,

касаясь листвою твоих эполет.

Она никогда не узнает о камне,

лежащем на дне прозрачной реки.

И влажный овал ее облака ночи

не станет светлей в квадрате любви.

Так начинался день…

1995

(альбомы «ВОЗЛЮБЛЕННАЯ ШОПЕНА», «КРУГОСВЕТКА», «ЧУЖИЕКАК СВОИ»)

* * *

Ранняя весна, молочно-бледный рассвет, многоэтажка — общежитие какого-то вуза, на подоконнике сидит девушка. Сидит и думает: прыгать или нет? Решается, и вдруг приходит мысль — оставить что-то на память любимому человеку. Взгляд падает на кольцо, когда-то им подаренное. Человек еще спит, в той самой комнате. Она тихонько подкрадывается, пытается надеть кольцо на его руку, но человек внезапно просыпается. И понимает: что-то здесь не так… Уговорами, ласками, шутками он пытается снять напряжение.

Она ложится рядом. Они засыпают. Жизнь продолжается. Впереди — новый день.

Апрельская

(Текст — С. Сурганова)

Белее белого сукно!

Твоих волос легла волна,

и потонули плечи в ней;

апрель тебя со мной лишает сна.

Две капли неба — взгляд и тень,

подола хитрый лабиринт —

по зеленеющей траве;

апрель снимает старый палантин.

И уже осатанело

ноют губы, ноет тело!

День прожить — тебя не видеть,

словно чашу яда выпить.

Пустыня горла, соль ресниц.

Магниты ног — в педаль, и даль мелькнет калейдоскопом лиц.

А что ушло, того совсем не жаль.

Над апельсиновым кустом еще мертва луна, но хмель и мед из каждого ствола —

сочит, сочит разнузданный апрель.

И уже осатанело…

1996 (альбомы «НЕУЖЕЛИ НЕ Я», «КРУГОСВЕТКА», «ЧУЖИЕ КАК СВОИ»)

Песенка злобного мальчика

(Текст — С. Сурганова)

Уходите все, уходите прочь.

До дверей, до ворот вас проводит ночь.

Засморкали тут все. Мечты — на нет.

Ваш трамвай — на восток, мой автобус — в кювет.

По улицам жидким, где все, кроме пива и бледной луны, бросает в дрожь,

иду по безликим тупеющим лицам,

иду без желанья кому-то помочь.

Вставляю в свою замочную скважину тридцать грамм спокойного сна.

И оставляю себя недосказанным завтрашним дням, потерянным дням.

Я— меломан.

Я— наркоман.

Яне знаю, буду кем,

если что-нибудь не съем прямо вот сейчас.

Я злобный мальчик площадей.

Я ненавижу всех людей — они подмачивают порох,

пиная желтых листьев ворох.

И чтобы мне их не убить,

я продолжаю много пить,

включаю музыку и в такт бьюсь головою об косяк.

Я — меломан… Уходите все домой, уносите все с собой.

Я не буду с вами пить, спать, гулять и говорить.

Меня достали ваши маски, все измазанные в краске.

Яведь мальчик не простой, я по жизни — голубой.

Я— меломан.

Я— наркоман.

Я— сексуальный террорист,

маньяк, дебил,

апофигист.

Я— супергерл.

Я— супермен.

Яне знаю, что и с кем

(сделаю),

если что-нибудь не съем

прямо вот сейчас.

Январь 1996

* * *

Песня-шутка, песня-недоразумение. Не стоит воспринимать серьезно — просто эмоциональная разрядка.

Не тобой болеет С

(Текст — С. Сурганова)

Не тобой болеет сердце,

сердце бедное не жаль.

А как в небе осень перцем,

в доме — холод и печаль.

Я укрою поцелуи серой ниточкой дождя.

День не кончен, день не начат,

если рядом нет тебя.

Ни о том, что было раньше,

ни о том, что ждет теперь,

не расскажет мой приятель,

мой неласковый апрель.

Ты пугливой ланью где-то промелькнешь в лесах моих,

затуманенное небо,

разливая на двоих.

Не тобою сон тревожный.

А как стану снова петь,

голос тихий, голос сложный на себя накличет смерть.

Ипойдет по горлу ветер.

Иоткроются врата.

Хоть и врозь, но все же вместе.

Ты живешь, и я жива.

1997

(альбомы "НЕУЖЕЛИ НЕ Я", "ЖИВОЙ", "КРУГОСВЕТКА")

* * *

Ее имя — И. В. Мне сделали первую операцию и выписали домой. Д. А., устав, уехала в Магадан, что было объяснимо и понятно, а я осталась здесь, выживать — снова учиться ходить, дышать и держать скрипку. Научилась — с ее помощью. Спасибо.

Неужели не я [3] (Текст — И. Бродский, отрывок из стихотворения «От окраины к центру»)

Неужели не я,

освещенный тремя фонарями,

столько лет в темноте по осколкам бежал пустырями,

и сиянье небес у подъемного крана клубилось?

Неужели не я? Что-то здесь навсегда изменилось.

Кто-то новый царит,

безымянный, прекрасный, всесильный,

над отчизной горит,

разливается свет темно-синий,

и в глазах у борзых мельтешат фонари — по цветочку,

кто-то вечно идет возле новых домов в одиночку.

Значит, нету разлук.

Значит, зря мы просили прощенья у своих мертвецов.

Значит, нет для зимы возвращенья.

Остается одно:

по земле проходить бестревожно.

Невозможно отстать. Обгонять — только это возможно.

[…]

Поздравляю себя с этой ранней находкой, с тобою,

поздравляю себя

судивительно горькой судьбою,

сэтой вечной рекой,

сэтим небом в прекрасных осинах,

сописаньем утрат за безмолвной толпой магазинов. […]

Не жилец этих мест,

не мертвец, а какой-то посредник,

совершенно один,

ты кричишь о себе напоследок:

никого не узнал,

обознался, забыл, обманулся,

слава Богу, зима. Значит, я никуда не вернулся.

Слава Богу, чужой.

Никого я здесь не обвиняю.

Ничего не узнать.

Я иду, тороплюсь, обгоняю.

Как легко мне теперь оттого, что ни с кем не расстался.

Слава Богу, что я на земле без отчизны остался.

Стихи — 1962. Песня — 1998

(альбомы «НЕУЖЕЛИ НЕ Я», «ЖИВОЙ», «КРУГОСВЕТКА»)

По дороге

(Текст — С. Сурганова)

Я иду по дороге. Мне светит солнце.

И нет больше туч в моей голове.

Я иду по дороге. Звонкие травы улыбаются ветру, ветру и мне.

Но боль моя — разлука и соль — твоя вода.

Но боль моя — разлука и соль — твоя вода.

Молочный рассвет вдыхаю на палубе,

и нежится пена на гребне волны.

Волнуюсь и жду, мой ветрено-сказочный.

С кем ты теперь раздуваешь костры?

Но боль моя — разлука… Такое даже на небе случается:

падают звезды, бледнеет луна.

Если дождусь, скажу тебе — здравствуй,

не покидай так надолго меня.

Но боль моя — разлука и соль — твоя вода.

1998

(альбомы «НЕУЖЕЛИ НЕ Я», «ЖИВОЙ»)

* * *

Вдруг почувствовала себя Бобом Марли и — потянуло на регги.

Песня мажорная, светлая, позитивная. Я хочу, чтобы в моей, и вообще во всех головах, было как можно меньше «туч». Кстати, в то время я работала посудомойкой в ресторане «Граф Суворов» — как оказалось, мытье посуды отлично проясняет разум.

Мураками

(Текст — С. Сурганова)

Солнце выключают облака.

Ветер дунул — нет препятствий.

И текут издалека вены по запястью…

Ялюблю тебя всей душой.

Яхочу любить тебя руками…

Ялюблю тебя всей душой.

Яхочу любить тебя руками…

Долгие застынут лица.

Мы изменимся не скоро.

Отражает мокрый город