Файл: Chernikova-OTD.pdf

ГЛАВА 2. Источник — автор — произведение

Как видите, у молодого журналиста — огромные, к счастью, перспективы роста и взросления. Пока учимся — живем.

Журналист не имеет права говорить себе: «мне это неинтересно» или «я отказываюсь это понимать». Такие жеманные формулировки — отказ от неудобоваримой (или кажущейся случайной) информации — вполне характеризуют мышление обывателя. Так может мыслить и чувствовать почтенная домохозяйка, захваченная перипетиями из популярного телесериала. Журналисту же, пребывающему в профессиональном статусе, самой сутью профессии запрещен отказ от узнавания чего бы то ни было. В противном случае он скатится на заштампованную речь и не создаст ничего оригинального. «Кому есть что сказать, тот знает, как иногда трудно высказаться. Рутинные формулы, взятые напрокат, да еще задним числом, т. е. когда уже все о них имеют некоторое понятие, гораздо более удаются, более нравятся обществу, чем незнакомые ему убеждения. Только обносившиеся идеи очень понятны», — писал Достоевский38.

Разумеется, журналист не машина, и эмоции ему присущи, как всем людям. Мы говорим исключительно о профессиональном взгляде на мир и профессиональном подходе к познанию действительности. Журналист должен принимать любую информацию как благо для своего профессионального развития.

Журналист — самоактуализирующаяся личность. Он самосовершенствуется, научаясь прежде всего впитывать любую информацию нейтрально, без эмоциональных всплесков, затемняющих суть события. Более того: заявлять о своих «окончательных выводах», «твердокаменных убеждениях» и прочих незыблемостях — это просто глупо, а для молодого журналиста — крайне непрофессионально.

Дескриптивный уровень его познания действительности должен отличаться особой строгостью. Переходя к прескриптивному уровню, он прежде всего соотносит полученное зна-

38  Достоевский Ф.М. Примечания к статье Н. Страхова «Воспоминания об А.А. Григорьеве», 1864. Цит. по: Собрание мыслей Достоевского. М.: Издательский дом «Звонница-МГ», 2003. С. 317—318.

2.3. Познание действительности. ВидыВведениеметоды познавательной деятельности

ние с опытом других людей и представляет им свой информационный продукт, исходя из их потребностей.

Журналисту очень важно видеть и анализировать новое, уметь распознать его раньше, чем новое станет сначала модным, а потом смешным или вредным. В XXI веке огромный массив знаний о мире человек получает из СМИ. Эта очевидность каждый день меняет свое содержание и объем. Современному журналисту постоянно приходится соотносить результаты личного непосредственного наблюдения с уже имеющимся в СМИ отражением этих же фактов и явлений. С одной стороны, это удобно: вы узнаете, что было сделано до вас, как и кем. С другой стороны, вы рис­ куете подпасть под обаяние чужой точки зрения, авторитета, традиции.

Например, вы оказались на съезде какой-либо партии, обсуждающей насущные вопросы своего развития. Вы видите живых людей, слышите горячие споры, улавливаете интонации, жесты — словом, вам доступны необходимые для работы над текстом детали. У вас, предположим, складывается впечатление, что вот этот крикун врет, а вот тот тихоня лучше владеет темой и заслуживает большего внимания.

Вы возвращаетесь в редакцию отписываться (на журналистском жаргоне это словечко означает всего-навсего «выполнять задание: писать материал по результатам изучения фактов и событий») и из разговоров сотрудников внезапно узнаете, что понравившийся вам тихоня слывет негодяем, а не понравившийся вам крикун — признанный лидер, пользующийся огромным успехом у своего электората. Вы в смятении: личное наблюдение и сложившийся в прессе стереотип вошли в конфликт. Что делать?

Прежде всего — избавиться от смятения и навсегда усвоить, что в подобной ситуации вы будете оказываться не раз. Затем обратиться к документам, перепроверить свои ощущения, уточнить сведения, перечитать материалы других СМИ, проанализировать ситуацию вокруг данной партии, а также сверить ваше видение материала с концепцией СМИ, для

ГЛАВА 2. Источник — автор — произведение

которого вы собираетесь писать. Если по результатам этой проверочно-аналитической работы выяснится, что условный негодяй на самом деле почти святой, а от вас требуется тенденциозное изложение материала, то отсюда открываются три пути: а) вообще отказаться от публикации; б) написать то, что вы думаете на самом деле, и предъявить редактору (и посмотреть, что будет дальше); в) написать то, что от вас ждут (т. е. покривить душой).

Журналисты довольно часто оказываются на таком распутье. И, к несчастью, довольно часто выбирают путь «в», впоследствии привыкая к сделкам с собственной совестью.

Мы не советуем вам поступать так, чтобы пришлось уговаривать свою совесть. Лучше осуществлять выбор между позициями «а» и «б». В конце концов, честное имя — лучший капитал.

Мы привели этот, увы, типичный пример еще и затем, чтобы вы почувствовали одну из основных сложностей современной журналистики: определенное размывание этических и ценностных ориентиров. В своем познании мира вы в любую минуту можете столкнуться с проблемой: другие люди, одновременно с вами познающие мир, могут попытаться навязать вам свои выводы, свое мировидение. Особенно болезненны такие ситуации в отношениях «начальник — подчиненный», когда мировоззренческие вопросы из теоретических становятся практическими, поведенческими, влияют на творчество. Как выходить из этих ситуаций, частично вы узнаете из курса «Профессиональная этика журналиста». Частично — потому что вполне и однозначно решить такую проблему поможет только ваша собственная совесть, мужество и, конечно, профессиональная подготовка.

В заключение приведем слова академика Н.Н. Моисеева, написанные им словно специально для журналистов: «Не существует единой и к тому же «правильной» интерпретации реальности (в том числе и «картины мира»): мы имеем право говорить только о большем или меньшем соответствии интерпретации нашему практическому опыту. И он охватывает лишь некоторый ограниченный круг явлений, а за его

2.4. Основные способы получения информации

пределами лежит море не познанного, если уместно говорить о его познаваемости»39.

2.4.Основные способы получения информации

Для журналиста существует три способа получения информации: наблюдение, интервью, работа с документом.

Некоторые добавляют к этому списку интуицию, но, как шутят математики, интуиция — дочь информации.

Надо подчеркнуть, что способы эти неравноценны. В каждом отдельном случае они выступают в разных пропорциях. Каждый опытный журналист знает про себя, какой вид самоинформирования он предпочитает и в какой ситуации.

Упрощенно схема получения любой информации такова: заметил, спросил и переспросил, подтвердил. Увидел не­ обычное, новое, уточнил у эксперта (ньюсмейкера, свидетеля и т. п., доказал документально.

Рассмотрим каждый способ в отдельности.

Наблюдение. Увидев дым, мы догадаемся, что где-то рядом есть и огонь. Заметив покрытые мозолями руки, догадаемся, что их владелец часто работает физически. Спонтанно люди постоянно мониторят окружающий мир, мгновенно принимая сотни микрорешений: куда поставить ногу, с кем поговорить, а с кем и помолчать, что читать и смотреть, кто симпатичен и кто неприятен, и вообще кт. е. кто. Наблюдательность наша развивается с первых дней жизни, но мы не отдаем себе отчета

вее результатах, а просто фиксируем детали, складывающиеся

вкартинку, и если картинка повторяется, мы незаметно запоминаем ход сложения и «делаем вывод», сворачивая сложные панорамы в стереотипы («толстяки — все добряки»).

«Наблюдение в журналистике представляет собой метод сбора информации об исследуемом явлении путем непосред-

39  Моисеев Н.Н. Универсум. Информация. Общество. М.: Устойчивый мир, 2001. С. 28.

ГЛАВА 2. Источник — автор — произведение

ственного его восприятия», — так определяет наблюдение исследователь А. Тертычный40.

Из этого определения вытекает, что наблюдать можно и глазами, и ушами, — всеми органами чувств, поскольку непосредственно мы воспринимаем мир только с их помощью. А через журналистов аудитория воспринимает мир опосредо­ ванно. Посредник — журналист. Для читателя — создает среду восприятия. Можно сказать, что журналист — орган всех чувств читателя.

Чем отличается наблюдение, сделанное специалистом — литератором, журналистом, социологом, — от наблюдения, сделанного обычным человеком без профессионального намерения тут же применить полученный результат в работе? Обычные люди наблюдают ненамеренно. Условно говоря, чтобы решить: «бежать или стоять на месте»? Специалисты — с целью увидеть. Смотреть и видеть — разные процессы.

Радикальное отличие именно в целеполагании: зачем я смотрю на мир? Что я хочу увидеть? Что означает вот эта лужа у подъезда, эта веревочка на дверной ручке, этот бантик на этой голове, эта краска на этих волосах, эти джинсы на этом подростке… Почему я смею предъявлять миру свои выводы из увиденного?

Русский писатель, публицист Леонид Леонов в одном интервью сказал:

Я всегда стремился участвовать в открытии будущего для всего человечества. Или скажу проще: я смотрю на себя как на переводчика, толмача, стоящего между жизнью и читателем. Я схватываю явления, которые ежедневно происходят на глазах у читателя и которые он далеко не всегда может осознать, обработать, и вывожу формулу, которую я предлагаю ему для обработки41.

40  А. Тертычный. Есть наблюдение — есть живой текст [Электронный­ ресурс] // Журналист. 2006. URL: http://old.journalist-virt.ru/mag. php?s=200602811 (дата обращения 11.06.2011)

41  Леонов Л. Разум всегда постигает только то, что уже знает душа. Интервью журналу «Зинн унд Форм», ГДР. Опубликовано также в газете «Литературная Россия». Цит. по: Мастерская. Уроки литературного мастерства. Вып. 1. М.: Молодая гвардия, 1975. С. 29.

2.4. Основные способы получения информации

Такой же масштабный подход к видению жизни необходим каждому серьезному журналисту. Почувствуйте себя стрекозой с фасеточными глазами (обзор — триста шестьдесят градусов!). Посмотрите на весь мир сразу — и выхватите из привычной, ежедневной мозаики видений нечто значащее. Сразу может и не получиться, поскольку мы, если здоровы, не склонны видеть кругом себя чудеса, подвохи, вызовы, тайные знаки, метки и т. д. Однако настоящий журналист, как правило, устроен иначе: он следопыт. Его взор пронзает вещи насквозь, он ищет факты, хочет наименовать события, постичь явления.

Надо учиться наблюдать мир профессионально, т. е. осмысленно, разумно, спонтанно и непрерывно.

Для первого знакомства с техникой наблюдения полезно почитать опубликованные записные книжки писателей, журналистов, представителей других творческих профессий, чтобы почувствовать механику обретения опыта другими и начать нарабатывать собственный опыт.

Для второго этапа развития наблюдательности хорошо бы завести свою записную книжку и регулярно заносить в нее самые разные «запчасти» для будущего «лайнера» (вашего журналистского произведения). Заполняя книжку, поначалу не рассуждайте о полезных и неполезных наблюдениях. Не пытайтесь отделить зерна от плевел сразу же. Просто записывайте все приглянувшееся, случайно услышанное, неожиданное, интересное, что-то внезапно почувствованное в некий дневник путешественника по жизни. Вы еще не знаете, как и когда может выручить вас самая незначительная «запчасть». Так же полезно везде, где это возможно (главное здесь такт и вежливость!), знакомиться с новыми людьми и разговаривать с ними, интересоваться их жизнью и мнениями. Будущие персонажи — везде, кругом. Они же — ваша будущая аудитория. Разве можно упустить хоть одну возможность узнать новое?

Если хотите — шифруйте свои записи, чтобы ваша творческая кухня не могла открыться никому, кроме вас. Можете — пишите прямым текстом. Но шифровать наблюдения надо лишь в одном случае: когда записи касаются конкрет-

ГЛАВА 2. Источник — автор — произведение

ных людей, попавших в разного рода конфликтные ситуации. Это замечание относится прежде всего к расследовательской журналистике, но журналистика вся по большому счету есть тотальное расследование.

Опытные журналисты знают, что из наблюдательских книжек в дело потом идет не более 10% накопленного материала. Но и остающиеся за бортом 90% — это ваше особое богатство: умение держать ухо востро, способность воспринимать все новую информацию. Освоив этот нелегкий, но драгоценный прием общения с самим собой, вы приобретаете не только детали и штрихи к будущим журналистским произведениям, но и навык регулярной работы, а это чрезвычайно важно в нашей профессии.

Оригинально выполнил домашнее задание «Мои наблюдения за современниками» студент П. Аношин:

Под серым небом на грязном асфальте лежит труп кошки маленький сломанный череп кровь испачканная шерстка куски разорванной плоти — трагедия маленького беззащитного существа на улице большого города — проезжающие автомобили раскатают в грязь к вечеру ничего не останется.

Третий этап развития наблюдательности: начинайте развивать профессиональную память на лица, звуки, запахи, числа, настроения, эмоции, тактильные ощущения. Осваивайте мнемотехнические приемы. Отменный совет по развитию наблюдательности давал прекрасный русский писатель Константин Паустовский, считавший профессиональную чувствительность глаза качеством вполне развиваемым:

Хороший глаз — дело наживное. Поработайте, не ленитесь, над зрением. Попробуйте месяц или два смотреть на все с мыслью, что вам это надо обязательно написать красками. В трамвае, в автобусе, всюду смотрите на людей именно так. И через два-три дня вы убедитесь, что до этого вы не видели на лицах и сотой доли того, что заметили теперь. А через два месяца вы научитесь видеть, и вам уже не надо будет понуждать себя к этому.

2.4. Основные способы получения информации

Давайте назовем этот способ «Нарисуй бабушку». Первый шаг: две-три секунды смотрите на хорошо зна-

комого вам человека.

Второй шаг: мысленно (для первого раза можете закрыть глаза, опустить руки, голову), масляными красками, тонкой кистью, неспешно, в мельчайших деталях напишите его поясной портрет. Дописали? Немедленно отвлекитесь на чтонибудь (например, три минуты потанцуйте, побегайте, попрыгайте).

Третий шаг: мысленно включите яркое освещение и осмотрите портрет. Всё видно? Это уже не примитивный «фоторобот», а живой человек?

Четвертый шаг: мысленно закройте дверь комнаты, в которой висит только что созданный вами портрет условной бабушки, выйдите на улицу и мельком взгляните теперь уже на незнакомого человека.

Пятый шаг: повторите всю процедуру, только уже не зажмуривайтесь, старайтесь рисовать с открытыми глазами. Повесьте получившийся портрет (теперь уже в полный рост) на ту же стену в той же комнате.

Шестой шаг. Отправляйтесь за новыми персонажами — в метро, магазин, цирк и т. п. Занимайтесь таковой охотой каждый день. Пишите хотя бы один портрет в сутки.

Мнемотехники (методы запоминания) разнообразны, и каждый выбирает (или изобретает) свою индивидуально. Некоторые люди от природы одарены цепкой памятью, а комуто надо дополнительно развивать природные данные. «Журналист» и «профессиональная память» часто звучат почти как синонимы. Это не случайно. Память наша не просто удобный «жесткий диск» — она еще и проводник, с помощью которого мы подключаемся к другим людям и лучше понимаем их. Через память мы учимся любить и уважать людей вообще и своих героев в частности. Никакая одаренность не поможет нам в творчестве, если мы не разовьем свою собственную память. Техника не умеет и никогда не сумеет сделать то, что может человек. Он совершенен, а техника — нет.

Мы уверены, что человек, во всем полагающийся на записывающую технику, беспомощен, как машина после ава-

ГЛАВА 2. Источник — автор — произведение

рии. Плюс досадные мелочи: диктофон может сломаться, батарейки кончиться, фотоаппарат разбиться и т. д. Какой бы совершенной техникой вы ни располагали, она ущербна по сравнению с человеческой памятью, а память, в свою очередь, держится на развитой наблюдательности, т. е. на неусыпном

ипристальном внимании к деталям. Скажем, интервью, записанное только на диктофон, без подстраховки блокнотом

иличным вниманием, потом приходится прослушивать несколько раз во время расшифровки, а потом, возможно, и еще раз — для перепроверки и уточнения собственной интонации. А интервью, записанное только в памяти, уязвимо с точки зрения документированности вашего общения, хотя оно хорошо тренирует память. Мы советуем вам никогда не полагаться на одну лишь записывающую технику. Считайте ее подспорьем.

Иногда студенты спрашивают: как начать наблюдать

ина какие детали следует обращать внимание в первую очередь?

Ответ первый: вы начните, а потом сами поймете, что вы видите и чего не видите. Главное, делайте это обязательно, поскольку впечатления забываются, информация стирается, повторить мгновения невозможно, равно как и создать целостную картину мира без типизации тех или иных явлений. Незаписанная мысль — утраченное сокровище.

Ответ второй: увидев нового человека, попытайтесь представить себя на его месте, в его возрасте, одежде, позе, с его походкой, выражением лица. Даже начало этого упражнения даст захватывающие результаты. (Только не увлекайтесь чересчур: все гораздо сложнее.) Даже одного и даже хорошо знакомого человека можно познавать бесконечно. Самое трудное в этом захватывающем процессе — влезть в шкуру другого, посмотреть на вещи его глазами. Но если получится — вы уже на треть журналист.

Ответ третий: обращайте внимание на опорные детали, характеризующие объект наблюдения как тип. (У дворников

идипломатов всегда разные походки.)

Понятие типического в словесном творчестве — одно из ключевых. На него опирается литератор, стремящийся к

2.4. Основные способы получения информации

анализу и обобщению фактов и явлений, как изученных, так и новых. Наверняка вы слышали о ком-либо: «Он типичный представитель своего класса!» Например, так называемые «новые русские», бизнесмены, появившиеся в нашей жизни в начале 90-х гг. ХХ в., активно «типизировали» себя сами: носили малиновые пиджаки, толстые золотые цепочки, говорили на своем жаргоне, пили, ели, отдыхали в «своих» местах и со своим размахом. Привязанность этих дельцов к внешней стороне бытия была так очевидна, что почти сразу вошла в анекдоты, что свидетельствует о прочном успехе этого типа людей по части, так сказать, самопрезентации.

Самый короткий из тех анекдотов — и самый типичный:

Поймал новый русский золотую рыбку и спрашивает у нее:

— Ну, говори теперь, чего тебе надо?

Любой журналист, встретившийся со столь колоритным типом, не испытывал трудностей с идентификацией собеседника. Проявлять сверхтонкую наблюдательность было излишне. Зато теперь, когда внешняя шелуха осыпалась и появились новые типажи, журналисту, наоборот, потребуется все внимание, вся наблюдательность, чтобы отличить «сверхнового русского» (предприниматель и/или инвестор, озабоченный благом России несоизмеримо больше, чем бизнесмены 90-х, патриот) от, например, обычного чиновника. Ярких внешних подсказок уже почти нет. Сообразно обстановке одеваться научились практически все, у кого есть на это средства.

Наблюдательность — свойство из числа абсолютно необходимых журналисту. У самой способности вести наблюдения не может быть выходных и перерывов на обед. От нее, бывает, зависит не только качество будущего материала, но и жизнь. Развивать наблюдательность журналист обязан даже в том счастливом случае, если она у вас врожденная, цепкая. Это хорошо, но мало: жизнь все равно подбрасывает все новые реалии, и не суметь заметить их — непрофессионально.

Есть профессиональный прием — включенное наблюдение: журналист на определенное время становится частью