ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 02.01.2026
Просмотров: 1459
Скачиваний: 0
– Амилор действительно в опасности, – продолжала Иллиинна. – Мало того, в опасности все мы. Потому что если тьма победит там, она придёт и сюда. А потому я дам вам то, зачем вы пришли сюда. Вот, возьмите.
С этими словами королева единорогов наклонила голову и острым как бритва рогом повела по своей передней ноге. На белой шерсти появились несколько капелек крови. Стараясь не проронить ни капли, Адиона бережно наполнила кровью маленькую стеклянную бутылочку, которую дал ей Горг. Наполнив бутылочку, обе девушки с благодарностью поклонились королеве. Хотелось сказать многое, но слова застревали в горле принцессы и её подруги.
– Спасибо, – только и смогла произнести Адиона, и голос её дрогнул.
– Не ищите слова, чтобы выразить благодарность, – сказала Иллиинна. – Опасность угрожает всем. И ваша победа нужна мне так же, как и вам. Она и будет мне высшей благодарностью. А сейчас спешите, людям нельзя долго находиться в Иллиноре. Иначе его жители привыкнут к ним и перестанут опасаться людей во внешнем мире. Простите, но нам приходится это делать.
– Да, мы понимаем, – с горечью ответила Адиона.
– Я провожу вас, – Иллиинна поднялась с травы и направилась к развалинам замка.
Уже у самых ступеней, где начиналась старая брусчатая дорога, она подозвала к себе двух крепких и сильных жеребцов, что стояли рядом, охраняя вход в сад с водопадами. Сказав им что-то на своём языке, она повернулась к девушкам.
– Я даю вам в помощь двух своих воинов. Одного из них зовут Хорт, а другого Зак. Они будут вашими верными друзьями и не предадут никогда. Со временем они выучат ваш язык, и вы сможете с ними общаться. Они будут вас носить на своих спинах так, как носят вас ваши кони. Садитесь на них и победите тьму.
Королева дала знак жеребцам, и они, подойдя, наклонились к девушкам, подставив свои спины. Адиона и Треллия вопросительно поглядели на королеву, и та утвердительно кивнула. Тогда, ловко вскочив на единорогов, девушки махнули на прощание и королеве, и прекрасному саду, и всему Иллинору – и помчались назад, туда, где на берегу озера Пек их ждал дракон.
Скакать на спинах единорогов, никогда не знавших седла, было непросто. Даже несмотря на то, что Зак и Хорт старались бежать как можно плавнее и не делать резких скачков. Но постепенно и девушки, и единороги привыкали друг к другу, и вскоре уже темп скачки стал увеличиваться.
Мимо пронеслись охранные камни Иллинора, вечные снега на вершинах Рахских гор, вдали показались знакомые очертания озера Пек.
Хиггли встречал их на самом берегу озера. Улыбаясь во весь рот, он махал рукой ещё издали и даже, кажется, кричал какое-то приветствие.
– Ну и как нам тебя теперь называть, Горг или Хиггли? – весело подколола его Треллия, когда единороги остановились, и можно было слезть на землю.
– Когда я без крыльев, я Хиггли, а с крыльями – Горг, – уточнил Хиггли.
– Вот кровь! – Адиона бережно протянула флакончик с кровью Иллиинны.
– Тогда не будем терять времени, – сказал Хиггли, указывая взглядом на пещеру, скрытую за лианами. – Всё готово. Можно начинать ковку.
Войдя в пещеру, Хиггли вновь превратился в дракона. Подойдя к небольшой печи, в которой лежало несколько чугунных болванок, теперь уже Горг дохнул в неё своим пламенем, и чугунные болванки начали медленно плавиться, сливаясь в единую массу.
– Бросайте туда флакон с кровью! – крикнул он девушкам, переводя дыхание. Услышав его, Треллия взяла флакон и точным движением закинула его в печь. От высокой температуры стекло раскололось, и кровь единорога попала в самый центр расплавленного металла. И в тот же миг вся расплавленная масса залилась голубым светом, затем сменившимся на жёлтый, затем зелёный – и опять вернувшись к красному. Затем Горг снова превратился в Хиггли. Отлив из расплавленной массы большую болванку, он принялся вытягивать её в длинный и тонкий металлический прут. Разрубив его на несколько частей, он выбрал ещё несколько раскалённых прутьев из другой печи. Прутья он вновь поделил на две части и, смешав их с другими прутьями, стал свивать их в тугую тяжёлую косу. И уже получившуюся косу он положил на наковальню – и тяжёлым молотом стал придавать ей форму меча.
Страшная жара царила в кузнице, но девушкам было не до неё. Не отрываясь, они следили за тем, как из бесформенной массы расплавленного металла рождается прекрасный, длинный и тонкий меч, способный перерубить что угодно, но главное – способный побеждать нежить.
И вот первый меч был почти готов. Лёжа на наковальне, он горел алым огнём, уже в таком виде внушая уважение всякому, кто глядел на него. Большими щипцами Хиггли взял меч и ещё раз оглядел его придирчивым взглядом.
– Держи его и скачи с ним вокруг озера, пока не остынет, – сказал он, протягивая меч Адионе. Девушка осторожно взяла щипцы из рук Хиггли и, держа в них раскалённый меч, вышла из пещеры. Её единорог послушно подошёл и слегка пригнул колени, чтобы она могла сесть на него.
Через мгновение единорог понёсся вдоль берега озера, неся на себе всадницу с огненно-красным раскалённым мечом в руке.
Через некоторое время на берегу озера появилась и другая всадница. Огненно-рыжая девушка, держащая в руке щипцы с таким же раскалённым мечом.
Когда мечи остыли, Хиггли вновь превратился в Горга и ещё раз окатил их пламенем из своей пасти. Каждому мечу он сделал удобные рукоятки, покрыв их кожей, и даже украсил несколькими драгоценными камнями, что нашлись в его пещере.
– Дракону эти камни ни к чему, а бедному эльфу тем более! – с улыбкой говорил он, украшая рукоятки мечей парой сапфиров и аквамаринов.
Мечи были прекрасно отбалансированы и лежали в руке так, будто бы были её естественным продолжением.
– Теперь нам нужно спешить, – с грустью сказала Адиона. – Нельзя терять ни минуты.
– Понимаю, – глаза Хиггли стали печальны, – Желаю вам удачи. Очень хотел бы увидеть вас снова.
– Ещё увидимся! – крикнула Адиона, вскакивая на своего единорога.
– До встречи, Хиггли! – крикнула Треллия, уже на полном скаку уносясь в лесную чащу.
Впереди была дорога на Сел-Дикар.
* * *
Тихор тренировался, почти не переставая. Лишь небольшие перерывы для сна и приёма пищи – и опять стрельба из лука по мишени. Маленькая красная точка, нарисованная на обрубке бревна, заняла все его помыслы на ближайшие три дня. Вначале бревно просто стояло на земле. Затем Леоторн подвесил его к ветке старого дуба и толкнул. Бревно начало раскачиваться.
– Стреляй! – скомандовал старик, увидев растерянное лицо Тихора.
Первые три стрелы пролетели мимо бревна и попали в дощатый забор позади дерева. Но четвёртая стрела всё-таки воткнулась в качающееся бревно, придав стрелку новые силы и уверенность в успехе.
Когда восемь из десяти стрел уверенно попали в раскачивающееся бревно, Леоторн прекратил тренировки.
– Теперь ты можешь идти сражаться с нианой, – сказал он Тихору, глядя в глаза и положив ему руку на плечо. – Но помни: у тебя есть только один выстрел.
– Понимаю, – кивнул мальчик. – Но другого выбора у меня нет. Я уже чувствую, как яд делает меня слабее. Тьма начинает разрушать меня изнутри.
– Тогда спеши, – в голосе старика послышалась тревога. – Нельзя допустить, чтобы ты промахнулся.
– Я иду немедленно. Я решил.
– Иди. И когда победишь тьму, возвращайся. Мы будем ждать тебя, – старик подал Тихору лук и колчан со стрелами.
– Хорошо. Я вернусь, – ответил Тихор и улыбнулся. Но в этой улыбке острый взгляд Леоторна отметил незначительные оттенки злобы и ненависти, свойственных существам Тёмного Мира. Недобрый огонёк блеснул в глазах мальчика, и это не могло не насторожить старика.
– Торопись! – сказал он с тревогой. – У тебя не так много времени.
Тихор повернулся и быстрыми и уверенными шагами пошёл туда, куда три дня назад ускакала Зилора и туда, откуда он сам не так давно пришёл в Альсенгард.
За воротами города Тихор остановился, ещё раз оглянулся на высокие серые стены, окружавшие город, и потом пошёл уже быстро, не оглядываясь, готовясь к решающему бою с нианой.
В том, что ниана почувствует его и захочет свести счёты за тот неожиданный удар, Тихор не сомневался. Кровь нианы, находящаяся в его теле и тянущая его в Тёмный Мир – лучший залог того, что, почувствовав его, злобное создание захочет продолжить схватку, не сомневаясь в успехе. И Тихор знал, что такая уверенность нианы вполне обоснована. Исход поединка решит первый удар. Тихору предстоит не только нанести его раньше, но и поразить этим ударом ниану насмерть.
Не спеша, чтобы дать ниане почувствовать себя, он шёл по знакомой уже дороге, вспоминая очертания рядом стоящих деревьев, холмов в степи и далёких деревень и отдельных строений. Наступал вечер, когда лес, окруживший дорогу со всех сторон, стал гуще. Садящееся за горизонт солнце цеплялось за густые вершины столетних елей, зловеще наклонившихся над дорогой, воздух стал прохладнее, и от него стало веять какой-то злобой и даже страхом. Он вибрировал, дрожал, не то от ярости, не то от ужаса, и идти вперёд становилось всё труднее и труднее. Теперь уже сомнений не было. Ниана была рядом, и Тихор чувствовал её. Не смотря на сопротивление воздуха, пропитанного злобой, взяв лук в руки, он шёл вперёд, готовый в любой момент сделать смертельный выстрел. Тьма сгущалась. Далеко впереди Тихор увидел конец дороги. Она резко обрывалась, и тут же за ней сплошной стеной высился густой лес, сливающийся в единый тёмно-синий монолит, проступающий сквозь тьму. В конце дороги всё же разливался какой-то свет, но не обычный, по-доброму тёплый и манящий уставших странников. Этот свет был другим. Он был холоден и бледен, и от него веяло злом так сильно, что приближаться к нему совсем не хотелось, скорее, напротив, хотелось бежать от этого страшного света куда-нибудь туда, где не достанут его отвратительные лучи. Но Тихор шёл. Вопреки здравому смыслу и страху он шёл туда, где уже свивала в тугие жгуты свои корни ниана. Где со злобным шипением она оскаливала свою зубастую пасть. Вот уже можно было без труда различить её маленькие красные глазки, плотоядно сверкавшие и уже высматривающие на теле Тихора место для предстоящего удара. Тихор тоже не оставался в долгу и давно уже присматривался к тому месту, куда должен был нацелить выстрел. Он шёл вперёд, и ниана поползла навстречу. Расстояние между ними сокращалось, и с каждым шагом тьма и злоба, пропитывающая воздух становилась всё сильнее. Ещё несколько шагов – и Тихор молниеносным и отточенным многократными тренировками движением вскинул лук и спустил тетиву. Стрела с тихим свистом ушла вдаль, и через мгновение все окрестности огласил протяжный и жуткий вопль, в котором сквозило и отчаяние, и разочарование, и безграничная злоба. Это был крик умирающей нианы. Чудовище отправлялось обратно в Тёмный Мир, унося с собой свои миражи-ловушки. Теперь Тихор стоял посреди степи, а дорога из Альсенгарда тоненькой светлой полоской виднелась где-то вдалеке. И лес, и дорога, по которой он только что шёл, исчезли, как исчезло и тело самой нианы. Исчезла тьма и злоба, пронизывающая воздух, а главное, только сейчас Тихор почувствовал, как был слаб и болен, потому что теперь с каждым вдохом ему становилось легче и спокойнее. Будто жидкий свинец вытекал из его рук и ног, освобождая место новой, живой и лёгкой силе. И этот поток новой силы был таким мощным, что ноги Тихора подкосились, он вначале осел на землю, а потом, не выдерживая нагрузки, упал навзничь, и так лежал, пока тьма не покинула его тело, уступив место новой светлой энергии. Затем он уснул.
* * *
Весь день Адиона и Треллия гнали своих единорогов с бешеной скоростью. Мимо проносились леса, деревни, вдалеке маячили башенки небольших эльфийских городов. К вечеру дорога вывела их на берег могучей Яр-реки. Тихо катила она своим воды к Жемчужному морю, туда, где остались в гостях у Стрелки и Фарли их новые друзья, Мышка и Сойка. Повернув единорогов в сторону дома, девушки уже не спешили. Высматривая место для ночлега, они теперь должны были думать не только о надёжном убежище от дождя и незваных гостей, но и об изобилии сочной и густой травы. Зак и Хорт несли своих хозяек весь день, не сбавляя темпа, но к вечеру у них даже не сбилось дыхание. Всё же и они нуждались и в отдыхе, и в пище. Внимание девушек привлекла почти круглая полянка возле дороги, с трёх сторон окружённая лесом. А а с четвёртой неторопливо текла Яр-река, с тихим шелестом накатывая свои волны на прибрежный песок и играя мелкими камешками у самого берега.
– Как думаешь, где сейчас Лорияз? – спросила Треллия, слезая с Хорта.
– Думаю, он ещё впереди, – отозвалась Адиона, ещё сидящая на Заке и оглядывающая окрестности внимательным и придирчивым взглядом. – Костёр разводить не будем. Ни к чему привлекать внимание.
– Да, надеюсь, не замёрзнем, – ответила Треллия, вытаскивая припасы и раскладывая их на дорожной сумке.
Оглядев местность, Адиона слезла с единорога, отпустив его пастись тут же рядом, а сама уселась рядом с Треллией, подкрепиться лепёшками с чистой водой из самого озера Пек. От чувства сытости потянуло в сон. Девушки прижались друг к другу и уснули.
Свет утреннего солнца разбудил Адиону. В её пробуждении было что-то необычное. Ещё не успев открыть глаза и не прогнав окончательно остатки сна, она поняла, что не чувствует утреннего холода, к которому уже начала привыкать, ночуя под открытым небом. И только открыв глаза, она поняла причину этого странного явления. Оба единорога лежали рядом и согревали девушек теплом своих тел. Они уже давно проснулись, но лежали смирно, ожидая, когда проснутся их хозяйки. Но, возможно, они так и не засыпали. Ведь никто из девушек ещё не видел их спящими.
После завтрака – снова в путь. Дорога шла вдоль живописного берега Яр-реки, и, любуясь прекрасными пейзажами, девушки не заметили, как показался Лорияз. Городок стоял на противоположном берегу. Знакомые очертания башен, домов и мелких лавочек щемящей тоской вызывали в памяти всё то, что было связано с этим городом. Вот и очертания тюрьмы вдалеке, напомнившие о встрече с Нерпой и её шайкой, вот и гостиница Толли, и рыночная площадь, где они впервые повстречались с Хиггли. Всё оставалось позади.