Файл: Особенности перевода общественно-политических текстов (Основные понятия общественно-политических текстов).pdf

Не зная образного компонента слова или выражения, его трудно понять, а стало быть, и перевести. Так, например, moonlighting это не «лунный свет» и не «лунное освещение», а в газетном тексте — левые заработки. Обычным выраже­нием, лишенным образности, было бы doing extra work for extra pay или даже, в отдельных ситуациях, under-the-counter earnings. Но особенности газетного языка таковы, что именно moonlighting употребляется чаще всего, а не, скажем, другие указанные выражения.

Теперь кратко прокомментируем основные приемы, ис­пользуемые в языке англо-американской прессы.

1) Рекламная лексика. Некоторые образные слова и выражения проникают в политический язык из рекламы. К примеру, широко известное выражение to sell an idea, которое буквально означает «продать идею», на самом деле должно переводиться убедить в привлекательности чего-л., убедить в целесообразности (выгоде) чего-л. Отсюда selling a candidate — это рекламирование кандидата, а не «продажа кандидата». [2]

Когда политический деятель говорит: That's my piece of action, он имеет в виду: Это мой вклад. Однако выражение get your piece of the action первоначально означало приоб­щитесь к этому и вы, совершите выгодную покупку и вы, т. е. взято из языка рекламы.

2) Сленг. В англо-американской прессе широко употреб­ляется сленг. Например, стандартная лексика типа unlicen­sed sales или illicit trade часто заменяется в языке амери­канской прессы выражением типа boot-legging, которое несет на себе явно сленговый оттенок.

3) Пословицы. Нельзя не отметить широкое использова­ние пословиц в современной прессе, что способствует образ­ности языка. Например: to let the cat out of the bag (= to reveal a secret), you scratch my back, I'll scratch yours услуга за услугу. Более того, появились особые политические пословицы: A rising tide lifts all the boats. How you stand depends on where you sit. Смысл первой состоит в том, что когда наблюдается общий экономический подъем, то все от этого выигрывают. Во второй содержится намек на то, что оценка популярности какого-либо кандидата в значительной мере зависит от его поста и влияния.

4) Метафоры. Метафоры встречаются в общественно-политических текстах довольно часто. Цель метафоризации текста состоит в том, чтобы расширить смысловой объем слова за счет возникновения переносных значений, что, естественно, усиливает и общие экспрессивные свойства текста. А это, как мы помним, и является одной из важней­ших задач журналистики. Приведем ряд примеров.

Когда речь идет о высокопоставленных политических деятелях, то их нередко называют big guns, great guns или big shots, а также (реже) big wigs, big noise, big wheels, biggies, big timers. Общественный деятель неизменно «бом­бардируется» вопросами — to bombard smb. with questions. Дипломаты, как пишут журналисты, широко используют diversionary tactics отвлекающие маневры; кроме того, в этом же значении часто фигурирует выражение, также взятое из военного языка, — evasive action политика уклон­чивых действий. Когда речь идет о новостях внутри страны, то помимо стандартных терминов типа home news или domestic news также широко применяется и метафори­ческое выражение home front, опять же заимствованное, как мы видим, из военного языка.

5) Метонимия. Прием метонимии состоит в замене одного слова другим, смежным по значению. Например: Buckingham Palace is not expected to issue a statement on the matter. Полагают, что Букингемский дворец не сделает заяв­ления по этому вопросу. На самом деле, здесь имеется в виду король или королева Великобритании,

6) Эпитеты. Назначение эпитета — подчеркнуть тот или иной признак предмета, выразить свое отношение к нему. Если эпитет употребляется с тем или иным словом постоян­но, то он постепенно перерастает в клише (речевой штамп). Например: America the Beautiful — здесь используется рекламное изречение. New Deal следует переводить «новый курс», поскольку данное определение переросло в полити­ческий штамп. Bleeding Kansas — историко-политический штамп, означавший борьбу в штате Канзас против рабства.

7) Парафраза. Иносказательное выражение мысли пред­ставляет собой парафразу, которая как прием передачи информации также встречается в современной публицис­тике. Например: the one writing these words пишущий эти строки.

8) Нарушение фразеологического сочетания. В полити­ческом языке зарегистрировано много фразеологизмов, часто цитируемых в различных статьях. Однако иногда журна­листы стремятся придать большую самобытность выраже­нию, индивидуализируя свой стиль. В этих случаях фразео­логическое сочетание намеренно нарушается. Так, вместо выражения curiosity killed the cat в текстах можно встретить curiosity killed the career of the politician (букв, «любопытство убило карьеру этого политического деятеля»), т. е. речь идет о том, что ему не следовало бы задавать те или иные вопросы, так как ответы на них подорвали его карьеру. [13] Идиома see which way the cat jumps в одной газетной статье трансформирована в выражение why wait to see which way he jumps (к чему ждать, что он предпримет"?).

9) Синонимические пары. Назначение синонимических пар — придать большую торжественность стилю. Например: men of conscience and good will люди доброй воли. Как мы видим, лишь один из элементов пары подлежит непосред­ственному переводу.

10) Сравнения. Популярным образным приемом явля­ются сравнения. Например: the battle is as good as won считай, что дело выиграно, the battle is as good as lost считай, что дело проиграно. О ходовом товаре принято гово­рить: it sells like hot cakes этот товар нарасхват (букв, «словно горячие пирожки»). Интересно, что данное сравне­ние было частично переосмыслено и перенесено в полити­ческий язык. Так, в США хорошо известно выражение to sell a candidate рекламировать кандидата, популяризиро­вать (в печати) того или иного кандидата.

11) Гиперболы. Попытка драматизировать события, при­дать им более сенсационный характер, естественно, не может не приводить к использованию гипербол: scared to death напуган до смерти, bleeding heart сердце, обливающееся, кровью (ирон. о политике-либерале), he tears off his hair он рвет на себе волосы.

12) Слова и фразы, особенно популярные в данный момент. Отдельные слова и выражения в политических текстах приобретают особую популярность. Такие слова часто называют fad words «модные словечки». Приведем некоторые примеры: to articulate a problem акцентировать проблему (вместо to formulate a problem); soft climate потепление в международных отношениях; dialogue with the East диалог с Востоком (вместо talks with the East); politicized issue особо акцентированная в политике проблема; posture отношение (вместо attitude); rhetoric риторика (вместо statements); rip-off обман (вместо deceit); thrust упор, акцент (вместо emphasis).

В одной из речей, произнесенных в Совете Безопасности, было заявлено [11] We maintain that all this was done to hijack the deliberations of this session. Мы утверждаем, что все это было сделано для того, чтобы сорвать прения на этой сессии.

Здесь слово hijack следует рассматривать скорее как дань стилистической моде на отдельные слова, чем подлинно семантическую необходимость.

13) Анонимное построение текста. В целях придания сообщению беспристрастности, а иногда также для того, чтобы замаскировать подлинные источники информации, используются фразы типа: some states believe that..., critics feel that..., it's widely recognized that..., the Spanish say that..., the prevailing opinion is that ... . Такой прием мы называем анонимным построением текста.

14) Эвфемизмы. В политических текстах и деловых (экономических) обзорах использование эвфемизмов — весь­ма популярный прием. Особенно сильно распространились эвфемистические тенденции в английском языке в США. Например, глагол to fire увольнять кажется некоторым жур­налистам грубоватым и они предпочитают более мягкие, обтекаемые выражения: to select out, to discharge. Термин sewer commission комиссия по канализации теперь иногда именуется pollution-control agency; janitor уборщик, сто­рож — конечно, superintendent управляющий; plumber сле­сарь-сантехник иногда называется sanitation engineer инже­нер-сантехник. Некоторые эвфемизмы весьма искусственны и вряд ли представляют собой совершенствование языка. Например, словосочетание trash barrel корзина для мусора иногда заменяется словом ecological receptacle, trash collect­or уборщик мусора превращается в garbologist.

К уже названным условиям успешной работы переводчика необходимо добавить еще одно – понимание переводчиком исходного текста, его общего смысла, смысла каждого его элемента, каждого слова, причем понимание на всех уровнях текста: от уровня отдельных слов через уровни предложений и сверхфразовых единств до уровня всего текста. Без адекватного понимания не может быть адекватного перевода. Очень часто причина лексических (и иных) ошибок в переводе лежит именно в непонимании (либо неверном или неполном понимании) исходного материала. Чтобы избежать таких ошибок, переводчик должен: – вникать в смысловое содержание, структуру и коммуникативную задачу текста; – определять главные мысли, акценты, отношения; – выявлять связи текста с внетекстовыми явлениями, с реальной действительностью; – учитывать широкий контекст, в том числе и экстралингвистический; – определять и учитывать стиль/регистр речи, целевую аудиторию (читателей/слушателей); – исходить из характера ситуации, в которой родился текст, из намерения пишущего/говорящего; – учитывать коннотации и возможность отхода от словарных значений слов в исходном тексте; – привлекать (и постоянно расширять и углублять) свои фоновые знания; – использовать словари, справочники, консультации экспертов; – проверять все неизвестные ему имена собственные, топонимы и т. п., упоминающиеся в исходном тексте; – исходить из логики высказывания и всего текста в целом. Переводчик не должен: – судить о смысле слова в исходном тексте по его основному значению (или тому единственному значению, что ему известно) либо по первому значению, выделенному в словаре; – безоговорочно доверять двуязычным словарям, особенно при переводе на иностранный язык (в этом случае необходимо проверять значения, коннотации и реальное употребление слов, используя надежные толковые словари данного языка); – оставлять непроверенными «сомнительные» случаи и смысловые «неувязки»; – полагаться только на догадки и интуицию там, где можно проверить их правильность; – переводить буквально выражения и словосочетания, если их буквальный перевод звучит непонятно, неуклюже или не имеет логической связи с контекстом исходного материала (такие выражения могут оказаться неизвестными переводчику устойчивыми, идиоматическими единицами). Понятно, что некоторые из этих рекомендаций могут быть выполнены только при переводе письменных текстов, однако большинство из них вполне доступны и, безусловно, полезны и для устных переводчиков. Залогом верного понимания исходного текста является осознание того, что так называемые «словарные эквиваленты» двух языков нередко обладают разной смысловой структурой. Следует отметить, что несоответствия смысловых структур характерны, прежде всего, для наиболее употребительных слов с большим кругом значений, употреблений и контекстуальных коннотаций. Часто случаи неверного перевода объясняются именно тем, что переводчик не учитывает разницу в смысловых структурах и в сочетаемости слов, а также позволяет ввести себя в заблуждение так называемым «ложным друзьям переводчика» или же грешит неоправданным буквализмом, который столь же нежелателен, как и неоправданная вольность перевода. Как буквализм, так и чрезмерная вольность перевода могут быть следствием того, что понимание переводчиком текста (или его внимание к переводимому материалу) ограничивается каким-либо одним или несколькими уровнями этого текста, а не всеми. Зачастую, буквализм бывает следствием того, что переводчик уделяет все свое внимание уровню слов и понимает или думает, что понимает, смысл отдельных слов, переводя их именно как отдельные слова, а не часть органически связанного целого, каковым является текст. В чрезмерно буквальном, дословном (или «пословном») переводе почти не может не быть смысловых, стилистических или иных ошибок, так как переводчик, работающий подобным образом, что называется, «за деревьями леса не видит», т. е. не ощущает взаимного влияния слова и контекста, в котором оно живет. Неоправданная вольность перевода, в свою очередь, нередко происходит от недостатка понимания переводчиком лексического уровня текста, уровня слов и словосочетаний (или от недостатка внимания к словам и словосочетаниям, составляющим ткань текста). В этом случае, передав общий смысл текста, переводчик может «растерять» в ходе перевода различные, в том числе и важные, нюансы смысла, стилистические и экспрессивные характеристики текста, исказить его коммуникативную задачу и другие признаки, отличающие исходный текст от иных возможных текстов на данную тему. За примерами различного вида «неадекватностей» перевода, что называется, далеко ходить не надо. Наше телевидение, демонстрирующее огромное количество зарубежных теле- и киноматериалов, является неиссякаемым источником переводческих ошибок, вызванных подобными причинами (а также нередко и полным отсутствием профессионализма, недостаточным знанием иностранного языка и бедностью фоновых знаний переводчиков). Итак, адекватность перевода подразумевает гораздо больше, чем верно найденные лексические соответствия, и сами эти соответствия зачастую не могут быть верно найдены без учета того широкого спектра факторов и рекомендаций.

1.2. Официально-деловая документация

К официально-деловой документации относятся декла­рации, конвенции, соглашения, договоры, резолюции и резюме.

Документы такого рода отличаются, во-первых, логич­ностью и официальностью тона изложения, некоторой тор­жественностью стиля. Во-вторых, они, как правило, носят регламентационно-правовой характер, поскольку в них даются определенные политико-правовые установки. Отсюда и предписательный способ изложения мысли. Специфика этих документов определяет их композиционные особенности и структуру, их синтаксис.

Документы указанного типа постоянно изучаются экс­пертами, цитируются в печати и научных исследованиях и имеют частично юридический характер. Поэтому при переводе их необходимо уделять повышенное внимание как стилю, так и терминологии текстов данного типа. Термино­логия этих документов отличается значительной стандарт­ностью, стереотипностью. Не зная ее, переводчик не сможет достичь адекватного официального перевода текстов соот­ветствующих документов. Так, отнюдь не безразлично, переведем ли мы nuclear weapon States «государства, воору­женные ядерным оружием» или государства, обладающие ядерным оружием, general and complete disarmament «общее и полное разоружение» или всеобщее и полное разоружение. Получив официальное закрепление во многих выпущенных в свет документах, а также в специальных словарях и глос­сариях, термины и терминологические обороты в неизмен­ном виде переходят из текста в текст. Попытка переводчика по тем или иным причинам отойти от установившейся в практике перевода терминологии для документов данного типа может неоправданно усилить роль личной интерпретации[16], создать иллюзию изменения позиции государства, привести материал в диссонанс с существующими формули­ровками по тому или иному вопросу.

Необходимо помнить, что закрепившаяся в практике перевода международная политико-дипломатическая терми­нология не появилась в один день, что за этой терминологией порою стоят годы, а то и десятки лет упорной борьбы дипло­матов, потративших массу времени и усилий на согласова­ние тех или иных спорных терминов. Следовательно, в тер­минологии официально-деловых документов закреплена соответствующая социально-политическая оценка событий. Отсюда социальная значимость такой терминологии.

С другой стороны, переводчик не должен бояться пред­лагать новое, если этого требует контекст, замысел докумен­та. Переводчик в таком случае должен отдавать себе отчет в том, что он создает новый документ, в котором могут отра­жаться новые оттенки мысли и могут быть предложены но­вые нюансы политической позиции по тому или иному вопро­су. Отсюда новизна отдельных официально-деловых форму­лировок.

Естественно, что в каждом конкретном случае выбор того или иного варианта будет зависеть от контекста. Так, тексты резолюций обычно начинаются с преамбулы, «зачин» которой бывает выражен, как правило, причастием . Учи­тывая неизбежную повторяемость фраз и их переводов, можно составить список и таких зачинов, которые всякий раз, независимо от контекста, будут иметь один эквивалент в языке перевода. Вот некоторые примеры: having taken cognizance приняв к сведению, concluding придя к заключе­нию, having discussed обсудив, condemning осуждая, having examined рассмотрев, hoping выражая надежду, fearing опасаясь_, underlining подчеркивая, striving стремясь. [7]

В тех случаях, когда в английском языке встречаются синонимы, их перевод, как правило, несколько варьируется в русском тексте резолюций. Ср.: noting принимая к сведе­нию, принимая во внимание — taking note отмечая, что (тот факт...).

Данное обстоятельство объясняет, почему для перевод­чика официально-деловой документации столь важно знать всякого рода фоновую информацию, которая часто лишь подразумевается, но не раскрывается достаточно подробно в документе в связи с особыми коммуникативными задачами материалов такого рода.

Если проанализировать отдельные лексические единицы из данного резюме с точки зрения их употребляемости, то мы увидим, что почти все фразы в оригинале имеют или эквиваленты, или регулярные соответствия, общеизвестные в языке перевода. В самом деле, сравним: to be (to serve) a symbol of struggle (for) быть (служить) символом борьбы (за), struggle for freedom борьба за свободу; oppressed masses угнетенные массы; throughout the world во всем мире; threats and persecutions (of racists) угрозы и преследования (со сто­роны расистов); to remain true to one's convictions оста­ваться верным своим убеждениям; to resolutely oppose poli­tical and racial repression решительно выступать против политического и расового гнета; to make a great contribution внести большой вклад; to pay tribute to memory чтить чью-л. память (отдавать должное кому-л.); to turn eyes (to) обращать свои взоры (к); all other areas of the world все другие районы мира; struggle continues продолжается борьба; racial discrimination расовая дискриминация; fighting against such evils as борьба против таких проявлений зла, как; unfailing support непоколебимая поддержка (неустанная под­держка); to provide constant support оказывать постоянную поддержку; political and material support политическая и материальная поддержка; national liberation movements национально-освободительные движения; total eradication of racism полная ликвидация расизма (полное искоренение ра­сизма); achievement of freedom and human dignity достиже­ние свободы и уважения человеческого достоинства. [15]

В качестве регулярных соответствий выступают и назва­ния политических органов. Например: All-European Confer­ence on Security and Co-operation Общеевропейское совещание no безопасности и сотрудничеству, Atomic Energy Commis­sion Комиссия по атомной энергии. Conference of the Com­mittee on Disarmament совещание Комитета по разору­жению.