Файл: Оперативно-розыскная деятельность и права граждан (Особенности оперативно-розыскной деятельности).pdf

Обязанность сотрудников оперативно-розыскных служб обеспечивать реализацию права граждан на судебную защиту, а не препятствовать его реализации, как это нередко бывает на практике. О нарушении иных аспектов права на судебную защиту, гарантированного ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, указывалось в ряде других обращений граждан в 8 Конституционный Суд, поводом к которым становились отказы оперативно-розыскных служб и следователей в ознакомлении обвиняемых с информацией о результатах ОРД.

Так, в жалобе гражданина К.К. Королева была оспорена конституционность положений ч. 4 ст. 5 Закона об ОРД, согласно которой лицо, чья виновность в совершении преступления не доказана в установленном законом порядке, т.е. в отношении которого в возбуждении уголовного дела отказано либо уголовное дело прекращено в связи с отсутствием события преступления или в связи с отсутствием в деянии состава преступления, и которое располагает фактами проведения в отношении его ОРМ и полагает, что при этом были нарушены его права, вправе истребовать от органа, осуществляющего ОРД, сведения о полученной о нем информации в пределах, допускаемых требованиями конспирации и исключающих возможность разглашения государственной тайны^[24].

По мнению заявителя, оспоренная им норма не позволяет лицам, привлеченным в качестве обвиняемого по уголовному делу, знакомиться с касающимися их материалами, полученными при проведении ОРМ. В жалобе утверждалось, что в отношении заявителя сотрудниками ФСБ более 20 месяцев осуществлялось прослушивание его телефонных переговоров, результаты которого были положены в основу обвинения, однако в материалах уголовного дела отсутствовали судебные разрешения на ОРМ. Его жалоба на законность столь длительного прослушивания телефонных переговоров была возвращена Верховным Судом без рассмотрения как ненадлежаще оформленная ввиду отсутствия копии оспариваемого судебного постановления.

Обвиняемый также может реализовать свое право на доступ к материалам уголовного дела, в том числе на ознакомление с судебным решением о проведении в отношении его ОРМ в соответствии с п. 12 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, который закрепляет право обвиняемого на ознакомление со всеми материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования.

В случае направления уголовного дела в суд для судебного разбирательства по существу предъявленного обвинения гражданин не лишается права на обжалование как самих судебных решений на проведение ОРМ, так и действий органов, осуществляющих ОРД. Отсутствие возможности знать содержание судебного решения, на основании которого лицо было ограничено в правах, не является препятствием для подачи жалобы, регламентирующей порядок принесения жалоб или представлений.

---

Отсутствие судебного решения или его копии в материалах уголовного дела не исключает возможности обжалования допустимости использования в качестве доказательств материалов, полученных при проведении ОРМ, в том числе в порядке надзора, а потому не лишает обвиняемого права на судебную защиту своих прав и свобод, закрепленного в ч. 1 ст. 46 Конституции РФ. Т

Таким образом, Конституционный Суд неоднократно подтвердил свою правовую позицию о том, что положения ст. 5 Закона об ОРД не допускают возможности отказа в ознакомлении с судебными решениями, разрешающими проведение ОРМ, и в обжаловании этих решений.

Нередким поводом для обращений граждан в Конституционный Суд становились отказы судов общей юрисдикции в рассмотрении жалоб на действия оперативно-розыскных органов в связи с тем, что статья 5 Закона об ОРД, закрепляя право на обжалование этих действий, не регламентирует судебную процедуру рассмотрения таких жалоб, которая оказалась не предусмотренной ни в уголовно-процессуальном, ни в гражданско-процессуальном законодательстве. В этой ситуации суды общей юрисдикции, нередко не вникая в суть жалоб, отказывают в их удовлетворении, мотивируя это тем, что они им неподсудны. Такое отношение к жалобам граждан стимулирует правовой нигилизм оперативных работников и не прибавляет авторитета нашей правоохранительной системе.

Порядок судебного обжалования действий (бездействия) сотрудников ОВД регламентируется Законом РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» и гл. 25 «Производство по делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих» ГПК РФ.

В порядке ст. 125 УПК РФ могут быть обжалованы лишь те решения и действия должностных лиц оперативно-розыскных органов по выявлению, пресечению преступлений, а также проверке поступивших заявлений и иных сообщений о совершенном или готовящемся преступлении, которые были направлены на выполнение поручения следователя, руководителя следственного органа и органа дознания. Во всех иных случаях, согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 г. № 2, действия должностных лиц, совершенные ими при осуществлении ОРМ, могут быть оспорены в порядке, предусмотренном гл. 25 ГПК РФ.

Довольно часто в жалобах граждан в Конституционный Суд поднимается вопрос о нарушении в процессе ОРД их права на квалифицированную юридическую помощь, гарантированного ст. 48 Конституции РФ. В связи с этим следует отметить, что в Законе об ОРД отсутствуют положения, предусматривающие участие защитника при проведении ОРМ, направленных на изобличение лица в совершении преступления, например, таких, как опрос, проверочная закупка, оперативный эксперимент и др. Однако это не означает аннулирования конституционного права на квалифицированную юридическую помощь у граждан, ставших объектами ОРМ, поскольку уважение и соблюдение прав и свобод человека и гражданина закреплено в качестве принципа всей ОРД.

---

Ограничение прав и свобод граждан в ОРД, как правило, происходит в процессе проведения конкретных ОРМ, а потому не случайно почти в каждой третьей жалобе на нормы Закона об ОРД, рассмотренной Конституционным Судом, предметом оспаривания выступают положения ст. 6 названного закона, закрепляющей перечень таких мероприятий. При этом данная статья в большинстве случаев оспаривается в совокупности с другими нормами Закона, регулирующими основания и условия проведения ОРМ.

Анализ материалов жалоб показывает, что чаще всего предметом оспаривания становятся законодательные положения, регулирующие проведение таких ОРМ, как прослушивание телефонных переговоров, проверочная закупка наркотиков, оперативный эксперимент, наблюдение с использованием аудио- и видеозаписывающей аппаратуры, обследование жилища и некоторые другие. Прослушивание телефонных переговоров, как известно, связано с ограничением конституционного права на тайну телефонных переговоров, а потому не случайно использование в процессе доказывания этого ОРМ чаще других становится поводом для оспаривания норм Закона об ОРД.

В отличие от прослушивания телефонных переговоров, контроль и запись переговоров является следственным действием, которое регламентируется УПК РФ. По УПК РФ, это следственное действие может проводиться только в рамках производства по уголовному делу по судебному решению, которое выносится по результатам рассмотрения соответствующего постановления следователя, согласованного с руководителем следственного органа, и при наличии достаточных оснований полагать, что телефонные и иные переговоры подозреваемого, обвиняемого и других лиц содержат сведения, имеющие значение для уголовного дела.

Таким образом, ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» имеет самостоятельные источник нормативного регулирования, основания, условия и правовой режим осуществления и в силу этого не заменяет следственного действия «контроль и запись переговоров».

Во многих жалобах поднималась проблема установления правового режима записи телефонных переговоров с согласия одной из сторон, в том числе без подключения к станционной аппаратуре операторов связи. В поступающих обращениях приводятся многочисленные примеры использования в качестве доказательств вины подсудимых записей телефонных переговоров, негласно произведенных одним из собеседников без судебного решения. Такая запись чаще всего производится в случаях вымогательства взятки после обращения гражданина в правоохранительный орган, сотрудники которого предлагают заявителям записать на диктофон свои телефонные переговоры с вымогателем и предоставляют для этого необходимую аппаратуру.

---

В отдельных случаях лица, у которых вымогается взятка, сами по своей инициативе и на собственную аппаратуру осуществляют запись своих переговоров с вымогателями, а затем предоставляют полученные фонограммы в распоряжение следствия. В жалобах оспаривается также правомерность записи телефонных переговоров с согласия одной из сторон при документировании фактов сбыта наркотиков либо совершения других преступлений, если она производилась без судебного разрешения. По этому вопросу необходимо отметить, что часть 6 ст. 8 Закона об ОРД допускает возможность записи телефонных переговоров с согласия одной из сторон без судебного разрешения при возникновении угрозы жизни, здоровью либо собственности отдельных лиц по их заявлению или с их согласия в письменной форме на основании постановления, утвержденного руководителем оперативно-розыскного органа, с обязательным уведомлением соответствующего суда в течение 48 часов. Вместе с тем законодатель не предусматривает возможности записи телефонных переговоров по заявлению одной из сторон без судебного решения в случаях отсутствия каких-либо угроз в отношении заявителя, а потому могут возникнуть сомнения в правомерности записи таких переговоров, в частности, с согласия лица, участвующего в наблюдении, проверочной закупке, оперативном эксперименте и некоторых других ОРМ.

Позиция Конституционного Суда при рассмотрении таких жалоб весьма осторожна и не создает правовых предпосылок для использования внесудебного порядка записи телефонных переговоров с согласия одной из сторон при отсутствии угроз в ее адрес.

Немалое количество жалоб на нормы Закона об ОРД поступает от лиц, привлеченных к уголовной ответственности за преступления в сфере незаконного оборота наркотиков, в отношении которых проводилась проверочная закупка. Во всех этих жалобах единодушно утверждается об отсутствии в законе достаточных гарантий защиты от провокации преступления при проведении данного ОРМ.

При проведении проверочной закупки наркотиков их незаконный сбыт должен иметь только добровольный характер. Введенные Законом запреты на провокацию преступлений, а также разъяснения Верховного Суда создают минимально необходимую правовую основу для обеспечения прав граждан при проведении проверочных закупок наркотиков. В решениях Конституционного Суда об отказе в принятии к рассмотрению жалоб заявителей, в которых утверждалось об имевшей место провокации преступлений, неоднократно отмечалось, что положения п. 4 ч. 1 ст. 6 Закона об ОРД должны применяться в системной связи с предписаниями ч. 8 ст. 5 Закона об ОРД, которая прямо запрещает соответствующим органам (должностным лицам) при осуществлении ОРМ подстрекать, склонять, побуждать граждан в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий, т.е. совершать действия, провоцирующие граждан, в частности, на незаконный оборот наркотиков, а потому они не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя.

---

Разграничение действий, направленных на выявление, пресечение или предупреждение преступлений с помощью методов оперативно-розыскной деятельности, в том числе оперативного эксперимента, и действий преступного характера, направленных на искусственное создание доказательств совершения преступления, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств дела, с определением законности и обоснованности решений о проведении ОРМ.

Разрешение подобных вопросов, как вытекает из данных определений, должно осуществляться судами общей юрисдикции при рассмотрении уголовного дела по существу. Во многих жалобах поднимается проблема допустимости наблюдения с использованием аппаратуры аудио- и видеозаписи без судебного решения, что ограничивает их право на неприкосновенность частной жизни, а также на тайну иных сообщений, гарантированное ст. 23 Конституции РФ.

Закон об ОРД не допускает сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни проверяемого лица, если это не связано с выявлением, предупреждением, пресечением и раскрытием преступлений, а также выявлением и установлением лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, и другими законными задачами и основаниями ОРД. При проведении любых ОРМ, в том числе наблюдения, конституционное право гражданина на неприкосновенность жилища не может быть ограничено без судебного решения, т.е. нельзя проникать в жилище иначе как на основании судебного решения; проведение таких ОРМ возможно только по основаниям, предусмотренным данной нормой, и лишь в связи с таким деянием, по которому производство предварительного следствия обязательно.

Наблюдение за событиями и разговорами, происходящими в жилых помещениях, проводимое как визуально, так и с помощью технических средств, не может осуществляться без судебного решения. В ряде жалоб оспаривалась конституционность положений Закона об ОРД, предусматривающих возможность проведения сбора образцов для сравнительного исследования.

ОРМ в виде сбора образцов для сравнительного исследования, будучи направленным на обеспечение раскрытия преступлений, не является мерой ответственности за преступление и не связано с лишением лица права собственности. Изъятие имущества органами, осуществляющими ОРД, носит временный характер, не приводит к его отчуждению и не порождает перехода права собственности к государству. При этом вышестоящие органы, осуществляющие ОРД, прокурор и суды общей юрисдикции обязаны по жалобам граждан проверять наличие оснований для проведения ОРМ, а также факты возможных в таких случаях нарушений прав личности.

---