Файл: Основания для проведения оперативно-розыскных мероприятий..pdf

Основываясь на позиции ЕСПЧ, Пленум Верховного Суда Российской Федерации принял постановление от 15 июня 2006 г. № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами»^[53]. В п. 14 данного постановления было обращено внимание на критерии установления законности проведения ОРМ. В частности, там указывалось, что для признания законности ОРМ необходимо устанавливать наличие оснований для их проведения, предусмотренных ст. 7 Закона об ОРД.

Несмотря на разъяснения Верховного Суда РФ, отечественная правоприменительная практика в целом не изменилась, что обусловило вынесение новых решений ЕСПЧ не в пользу Российской Федерации. Так, в постановлении от 26 ноября 2006 г. по делу «Худобин против России»^[54] указывалось, что:

1) информация о причастности заявителя к распространению наркотиков была получена от информатора сотрудников милиции, являвшегося единственным источником соответствующих сведений по делу, и ничем другим не подтверждалась;

2) проверочная закупка была направлена на задержание не достоверно известного сбытчика, а любого лица, готового приобрести наркотик для информатора.

Следующим резонансным решением явилось постановление ЕСПЧ от 2 октября 2012 г. по делу «Веселов и другие против России»^[55]. Решение не в пользу России было принято по самостоятельным жалобам нескольких заявителей. В качестве доводов ЕСПЧ указал:

1) у всех заявителей в качестве оснований проведения проверочной закупки выступали лишь сообщения информаторов из числа наркоманов;

2) при этом некоторые из них раньше никогда не приобретали наркотики у заявителей;

3) несмотря на первичный характер оперативной информации (ранее сведения о заявителях как о распространителях наркотических средств оперативным сотрудникам не поступали), сотрудники полиции без какой-либо дополнительной проверки и без попытки применения других методов изобличения заявителей осуществили проверочную закупку;

4) в делах всех заявителей информаторы одновременно выступили в роли закупщиков.

Примечательными являются и некоторые из доводов, которыми ЕСПЧ обосновывал решения в пользу Российской Федерации по другим делам.

Например:

1) в качестве закупщика выступал не информатор, а оперативный сотрудник^[56];

2) оперативные сотрудники располагали вескими основаниями для проведения ОРМ, указывающими на то, что подозреваемым уже были предприняты шаги к совершению преступления; по делу имелся свидетель, подтвердивший, что заявитель, как правило, имел при себе для продажи не одну дозу наркотиков и был готов к их реализации даже без предварительной договоренности; не нашел подтверждения довод заявителя о том, что информатор был постоянным осведомителем сотрудников полиции^[57].

Таким образом, судебная практика ЕСПЧ явилась важным дополнительным стимулом для пристального внимания к основаниям для проведения проверочной закупки в отечественном правоприменении, что нашло отражение, как в официальной позиции высших судебных инстанций, так и в практике нижестоящих судов.

Как отметил А.Е. Чечётин, в решениях Конституционного Суда РФ «…можно найти достаточно свидетельств того, что при проведении проверочных закупок правоприменителями не принимается должных мер к тому, чтобы обнаружить и зафиксировать доказательства наличия у виновного умысла на незаконный оборот наркотических средств, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, а также проведения лицом подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния. В обвинительных приговорах по таким делам в качестве доказательств вины нередко фигурируют только акты проверочных закупок, наркотические средства, выданные закупщиком, а также показания закупщика, оперативных сотрудников, проводивших ПЗН, и граждан, привлекаемых в качестве понятых. При этом отсутствуют какие-либо свидетельские показания о причастности обвиняемого к другим фактам сбыта наркотиков; факты обнаружения у него наркотиков либо их прекурсоров в процессе обысков; данные прослушивания телефонных переговоров, а также иные материальные следы, подтверждающие его причастность к наркобизнесу»^[58].

В качестве примера пристального внимания судов к рассматриваемой проблеме можно привести решение Омского районного суда Омской области, который вынес оправдательный приговор в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Уголовное дело № 1-161/2011 было возбуждено по материалам проведения проверочной закупки в отношении подсудимого. В суде было установлено, что показания двух оперативных сотрудников уголовного розыска, участвовавших в проверочных закупках, о наличии у них оперативной информации о сбыте К. наркотических средств не подтверждались доказательствами, исследованными в судебном заседании. Отсутствовали они и в рассекреченных результатах ОРД. В частности, не было доказано, что до привлечения М. в качестве покупателя у оперативных сотрудников были основания подозревать К. в распространении наркотических средств. В результате указанного суд пришел к выводу о том, что сотрудники правоохранительных органов спровоцировали совершение К. преступления, выразившегося в собирании на поле дикорастущей конопли и реализации ее за денежное вознаграждение М. и Р., участвовавшим в ОРМ проверочная закупка в качестве покупателей^[59].

В обзоре судебной практики по уголовным делам о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ от 27 июня 2012 г.^[60] нашли отражение следующие положения, затрагивающие основания для проведения проверочной закупки:

1) для проведения проверочной закупки требуются данные, свидетельствующие о незаконной деятельности лица, в отношении которого планируется провести закупку, которые следует закрепить и придать им процессуальную форму, что позволит в будущем признать их доказательствами по делу;

2) необоснованность проведения ОРМ влечет признание полученных доказательств недопустимыми (п. 7.1);

3) лицо, привлекаемое в качестве посредника к приобретению наркотических средств в рамках ОРМ, проводимого с целью выявления сбытчика (-ов) наркотических средств, схем поставок и реализации наркотических средств и т.п., может быть привлечено к уголовной ответственности при наличии следующих условий: оно не было осведомлено о своем участии в ОРМ и до его проведения у оперативных органов имелась достоверная информация о том, что данное лицо приобретает наркотические средства (п. 7.2).

Указанные разъяснения высших судов нашли отклик в решениях нижестоящих судебных инстанций^[61].

Например, по приговору Миллеровского районного суда Ростовской области от 29 марта 2011 г. Т. был оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ. Вынося такое решение, суд исходил из следующих обстоятельств и доводов. 27 сентября 2010 г. оперативные работники проводили ОРМ в отношении Т. в целях закупки гашишного масла, но фактически закупщик взял у подсудимого марихуану. Судом было установлено, что на неоднократные предложения закупщика Н. о приготовлении для него гашишного масла Т. отвечал отказом. Затем закупщик стал выпрашивать марихуану. Лишь после этого Т. показал Н., где лежит марихуана. В решении помимо указаний на признаки провокации суд обратил внимание на отсутствие в материалах уголовного дела № 1-85/2011 сведений (доказательств) о том, что Т. ранее занимался сбытом марихуаны^[62].

Определением Верховного Суда РФ от 19 июля 2012 г. № 50-Д12-33 после рассмотрения уголовного дела, в котором фигурировали доказательства, сформированные на основе результатов проверочной закупки, было прекращено уголовное преследование Д., привлекаемого к ответственности за покушение на незаконный сбыт наркотических средств. Это решение было мотивировано тем, что Д. не являлся владельцем наркотического средства, действовал не в интересах лица, его сбывающего, а по просьбе и в интересах гражданина, оказывающего содействие правоохранительным органам. При таких обстоятельствах в действиях Д. суд усмотрел лишь признаки пособничества в приобретении наркотиков, а поскольку действия закупщика были правомерными, то и пособничество в правомерных действиях не образует состава преступления^[63].

Обратим внимание на то, что для проведения оперативно-розыскного мероприятия в соответствии с требованиями Закона об ОРД необходимо наличие информации о фактах криминального характера, лицах, к ним причастных, и ее закрепление в соответствующем оперативно-служебном документе.

Распространенным основанием для проведения проверочных закупок наркотических средств являются ставшие известными органам, осуществляющим ОРД, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела^[64]. Оперативная и судебно-следственная практика обращает внимание на то, что решение о проведении проверочной закупки могло быть принято только лишь при наличии информации (в том числе первичной), полученной оперативным путем, отражающей сведения о незаконном обороте наркотических средств, лицах, к нему причастных, местах сбыта. Например, приговором Нерчинско-Заводского районного суда Забайкальского края А. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ. 10 октября 2007 г. А. сбыл ранее незнакомому лицу, которое действовало в рамках ОРМ проверочная закупка, наркотические средства каннабис и масло каннабиса. Уголовное дело № 1-9/2017 в отношении А. было возбуждено по результатам проведенного исключительно на основании поступившей в Краснокаменский межрайонный отдел ФСКН России оперативной информации о том, что житель села А. занимается хранением и распространением наркотических средств из мака и дикорастущей конопли за деньги, ОРМ проверочная закупка^[65].

Встречались ситуации, при которых проверочные закупки проводились и в тех случаях, когда данные о лице (лицах), причастном к незаконному обороту наркотиков, отсутствовали.

Так, по приговору Новгородского районного суда от 28 апреля 2017 г. Б. была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 228 УК РФ. Уголовное дело № 1-116/2017 в отношении Б. было возбуждено по результатам проведения ОРМ проверочная закупка. Как указано в судебном решении, проверочная закупка была проведена на основании поступившей информации о том, что неизвестная женщина по имени Екатерина занимается распространением наркотического средства, с целью проверки данной информации^[66].

Примечателен тот факт, что с формальной точки зрения Закон об ОРД не содержит ограничений для проведения по основанию, предусмотренному пп. 1 п. 2 ч. 1 ст. 7, проверочной закупки наркотических средств при получении сведений, в том числе первичных, о незаконном обороте наркотиков, а также при отсутствии установочных данных о сбытчике. Этим и объясняется распространенность практики успешного использования в доказывании по уголовным делам результатов проверочных закупок, проводимых по вышеуказанному основанию лишь при наличии сведений о подготавливаемом, совершаемом или совершенном противоправном деянии в сфере незаконного оборота наркотических средств. Например, приговором Благодарненского районного суда Ставропольского края от 4 марта 2014 г. С. был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ. Уголовное дело № 1-2/2014 в отношении С. было возбуждено по результатам проведения проверочной закупки. Основанием для проведения проверочной закупки явилась оперативная информация, поступившая от конфиденциального источника, согласно которой неустановленный мужчина по имени Гена, проживающий в селе, занимается незаконным сбытом наркотического средства каннабис. Чтобы проверить данную информацию, оперуполномоченный через конфиденциальный источник был внедрен в круг общения Гены, и ему стало известно, что у Гены имеется намерение продать наркотическое средство каннабис. В связи с этим в отношении неустановленного мужчины по имени Гена была проведена проверочная закупка^[67].

Таким образом, на сегодняшний день отечественная судебная практика, основываясь на мнении ЕСПЧ, пошла по пути установления целого ряда требований к основаниям для проведения проверочной закупки.

2.2. Предложения по совершенствованию обоснованности и правомерности проверочных закупок как оперативно-розыскного мероприятия

Анализ правоприменительной практики позволил классифицировать и обобщенно сформулировать требования к основаниям проведения проверочной закупки наркотических средств следующим образом.