Файл: Особенности корпоративного управления в России (Сущность и функции корпоративного управления).pdf

нормы, направленные на защиту прав акционеров, существенно улучшена система раскрытия информации. Национальные стандарты корпоративного управления были закреплены в Кодексе корпоративного поведения, который

дал основу для системного анализа практики корпоративного управления и для формирования этических стандартов в сфере корпоративного управления.

Соблюдение положений Кодекса корпоративного поведения российскими компаниями позволит стать им более прозрачными и привлекательными для потенциальных инвесторов. Практика последних лет показывает, что улучшение корпоративного управления начинает рассматриваться российскими компаниями как важнейший ресурс повышения их конкурентоспособности. Соблюдение требований корпоративного законодательства и основных положений Кодекса корпоративного управления является условием выхода компаний на организованный рынок капитала, а, следовательно, привлечение ими более дешёвых ресурсов на этом рынке. Несмотря на многочисленные утверждения об усиливающемся сходстве моделей корпоративного управления, между ними по-прежнему есть существенные различия. Все страны имеют свою уникальную историю, культуру и законодательную базу, и каждый из этих факторов оказывает влияние на систему корпоративного управления.

Структура управления корпорацией в различных странах определяется законодательной базой, регулирующей корпоративные отношения. В каждой стране структура управления корпорацией имеет определённые элементы, которые отличают её от структур других стран. Исследователи выделяют три основные модели управления корпорацией: англо-американская, германская и японская модель. Причём первые две являются господствующими на развитых

рынках капитала. При рассмотрении англо-американской модели необходимо выделить такие её основные достоинства, как высокая степень мобилизации личных накоплений через фондовый рынок и лёгкость перелива между компаниями и отраслями, а также высокая информационная прозрачность компаний. В качестве недостатков можно отметить ориентацию преимущественно на достижение краткосрочных целей, жёсткие требования к доходности инвестиционных проектов и др. К главным преимуществам германской модели можно отнести приверженность долгосрочной стратегии, высокую финансовую устойчивость компаний. Недостатками же выступают недостаточное внимание к правам мелких акционеров, невысокая степень информационной прозрачности. Оценивая перспективы формирования национальной модели корпоративного управления, необходимо опираться на анализ реальных социально-экономических процессов. В России складывается собственная, специфическая модель корпоративного управления, включающая

в себя характеристики уже существующих классических моделей.

Фактически в России в настоящее время формально присутствуют разрозненные компоненты всех традиционных моделей: относительно

распылённая собственность (но неликвидный рынок и слабые институциональные инвесторы); явная и устойчивая тенденция к концентрации

собственности и контроля (при отсутствии адекватного финансирования и эффективного мониторинга) и элементы перекрёстных владений и формирование сложных корпоративных структур разного типа (при отсутствии тяготения к какому-либо типу). Можно отметить и следующие тенденции:

–– с бурным развитием финансово-промышленных групп в России произошёл поворот в сторону японской модели — более закрытой, основанной на банковском контроле и финансировании;

–– замечено сходство с англо-американской моделью: в российской модели также в первую очередь стимулируется деятельность, направленная на повышение стоимости компании, её прибыльности в краткосрочной перспективе;

–– можно отметить и нацеленность на поддержание высокой гибкости систем управления, на приспособление компаний к внешней среде, инновативность и риск. Таким образом, в России сложилась ситуация, когда один из типов систем корпоративного управления не доминирует, а национальная модель корпоративного управления находится на стадии формирования.

Структура собственности корпораций в России находится в стадии формирования, продолжаются и процессы консолидации акционерного капитала, в связи с чем выводы о тяготении к той или иной классической модели структуры владения и корпоративного управления пока преждевременны. В России остро стоит проблема аффилированных отношений и бенефициарного владения (последнее понятие в российском праве вообще отсутствует).

Анализируя ситуацию, связанную с развитием корпоративного управления в России, можно выделить следующие современные тенденции:

–– слияние «контролирующих акционеров» и

«менеджеров»;

–– низкая вероятность расширения в ближайшие годы внешнего акционерного финансирования как принципиальной экономической предпосылки эффективного корпоративного управления;

–– концентрация акционерного капитала и консолидация контроля;

–– усиление борьбы акционеров за свои права и

осознание своей роли.

При этом можно выделить следующие основные проблемы в системе корпоративного управления российских компаний:

–– информационная закрытость, особенно в части раскрытия информации о структуре собственности и реальных владельцах компании;

–– заказное право применение в решении корпоративных конфликтов с использованием, так называемого административного ресурса;

–– финансовая отчётность, не соответствующая международным стандартам;

–– низкая эффективность мониторинга за деятельностью высшего менеджмента;

––  низкие эффективность и профессионализм в работе совета директоров, незначительное число в его составе независимых директоров.

Необходимо отметить, что на сегодняшний день корпоративное управление претерпевает значительные изменения во всём мире. В первую очередь корпоративное законодательство вынуждено реагировать на новые экономические реалии, крупные корпоративные скандалы, а также процессы глобализации и интеграции, как на межгосударственном уровне, так и в рамках

бизнес-процессов. Сегодня в России подготовлена концепция развития корпоративного законодательства, определяющая основные приоритеты и основанная на комплексном подходе. Один из разделов данной концепции посвящён регулированию корпоративных конфликтов и противодействию недружественным корпоративным захватам. Согласно оценке независимых экспертов, с июля 2004 по октябрь 2005 г. в России возникло не менее 60 публичных корпоративных конфликтов с общей стоимостью, вовлечённых в них активов более 4 млрд. долл. США.

3.1. Факторы, влияющие на становление российского варианта корпоративного управления

В XX в. в мировой практике основной формой организации и управления в экономической сфере, где требуется объединение нескольких заинтересованных сторон, стала корпорация. Поэтому одной из главных задач приватизации явилось формирование корпоративной системы контроля над собственностью, которая в СССР непосредственно управлялась государством через административные каналы.

Российский закон о приватизации предусматривал несколько схем перехода государственной собственности в распоряжение коллективных владельцев, но во всех схемах в конечном итоге приватизация приводила к образованию корпоративной модели. Чтобы правильно понять, почему приватизация в России (т.е. перевод бывших государственных предприятий в акционерную форму собственности) не решила главной задачи (повышение эффективности работы этих предприятий), необходимо сначала рассмотреть, что происходило в советской экономике в период, предшествующий приватизации.

В СССР до середины 1960-х годов основным звеном народного хозяйства являлось производственное предприятие. Первые промышленные объединения были образованы в конце 1950-х годов. В 1965 г. были приняты первые нормативные документы, определяющие статус объединений.

Их широкое создание началось в соответствии с постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 02.03.1973 г. «О некоторых мероприятиях по дальнейшему совершенствованию управления промышленностью». После 1973 г. было создано свыше 4 тысяч производственных и научно-производственных объединений, в рамках которых было сосредоточено производство примерно 50% всей промышленной продукции СССР, Чрезмерное углубление специализации во всех сферах производства привело к крайней степени монополизации промышленности. Так, например, среди почти 300 станкостроительных предприятий не было даже двух, выпускающих одинаковую продукцию. Практически, все металлургические предприятия были жёстко ориентированы на определённые профили проката и являлись монополистами. В промышленности СССР процветал один из самых «тяжёлых» видов монополизма – отраслевой. Проблемы монополии играют существенную роль, и любые программы приватизации и структурной перестройки, направленные на создание конкурентной среды, должны это учитывать. В то же время все советские крупные предприятия не были хозяйственными субъектами в полном смысле этого слова. Они были ориентированы в основном на выполнение производственных функций. Такие же функции, как маркетинг, поиск источников финансирования, инвестирование и др., были прерогативой аппаратов министерств и ведомств. Отраслевые министерства проводили жёсткую политику концентрации и специализации производства. Такая политика являлась отражением веры в эффективность крупномасштабного производства, а также облегчала задачи централизованного планирования, ценообразования, снабжения и распределения.

Таким образом, крупные предприятия в советской экономике обрастали внутренними подразделениями и внешними кооперационными связями, нацеленными в большей степени на получение ресурсов, чем на их продажу и сбыт. После того как в России были ликвидированы Госплан, Госснаб и отраслевые министерства, предприятия оказались в «пустой среде» и с искажённой организационно-кооперационной структурой, не приспособленной к эффективной жизнедеятельности в рыночных условиях. Реформа остро поставила вопрос о связях промышленных предприятий с рынком. Предприятия должны были в сжатые сроки перестроить и развить свою организационную структуру и кооперационную сеть в направлении формирования дилерских и сбытовых сетей, инструментов маркетинга и контроля рынков, перехода к более высоким переделам сырья и другим механизмам, ориентированным на спрос. Одновременно обнаружилось отсутствие или крайне слабое развитие институтов, обеспечивающих не только доведение продукции до потребителей, но и получение денег от них на оплату своей продукции. Денежная сфера примитивизировалась до использования простых схем предоплаты, обросла неплатежами, невозвращёнными долгами и т.п.

В результате резко упал спрос на продукцию многих предприятий, а формирование новой рыночной системы невозможно было осуществить быстро и безболезненно. Оно требовало немалых затрат времени, денежных средств и, что очень важно, высочайшего уровня менеджмента. Речь идёт прежде всего об овладении искусством стратегического управления. Подготовленных менеджеров в стране оказалось явно недостаточно.

Как отмечают А. Родыгин и И. Сидоров, в логике становления современного корпоративного сектора России спонтанный грабёж активов государства стал первым шагом. Первоначальное «накопление» российского капитала происходило при стремительно увеличивавшемся в конце 1980 – начале 1990-х годов разрыве между поз несоветской правовой базой, «горбачёвской» идеологией рыночного социализма и хозяйственной практикой «дикого капитализма».

Ещё до начала официальной приватизации в СССР началась на рубеже 1980–1990-х годов спонтанная приватизация государственной собственности (ее ещё часто называют номенклатурной). Ее суть заключалась в установлении руководством многих предприятий контроля над активами через аренду, выделение структурных подразделений, формирование различного рода ассоциаций и т.п. Естественно, что при резком ослаблении системы государственного контроля и отсутствии правовой базы частной собственности эти процессы проходили с использованием криминальных структур и подкупа чиновников. В этот же период была отменена государственная монополия на внешнюю торговлю. Это открыло возможность заключать экспортные контракты либо напрямую, либо через «спец экспортёров» и создало неограниченные возможности для вывоза капитала за рубеж. Схемы были различные, но суть их оставалась одной и той же – разворовывание экономического потенциала. Например, в алюминиевой подотрасли повсеместно использовалась так называемая толлинговая схема.

По этой схеме российские алюминиевые заводы получали только плату за переработку сырья, а вся выручка за вычетом установленной участниками этой схемы маржи оставалась в офшорной компании.

Одновременно в России появились первые иностранные инвесторы. Как правило, это были так называемые «инвесторы-стервятники», которых совершенно не интересует развитие предприятия, а волнует только установление контроля над финансовыми потоками.

В описываемый период возникли и новые интегрированные структуры и псевдохолдинги (в виде концернов, союзов ассоциаций), созданные на базе бывших министерств и ведомств. Для них были характерны неясная система отношений собственности, высокая степень централизации управления и его низкая эффективность. Так, на базе министерств – производителей нефтегазопромыслового оборудования – образовались концерны, объединившие машиностроительные предприятия, выпускавшие однотипную продукцию: «Химнефтемаш», «Нефтеком», «Аконхол», «Гидромаш». В рамках вновь созданных отраслевых концернов (хотя, как показывает зарубежный опыт, ключевой особенностью концерна является его многоотраслевой характер) фактически утверждались прежде искусственно созданные (отраслевые же) барьеры и наследовалась нерациональная монополистическая структура. Кроме того, прежними остались стиль, методы управления, да и, по сути сами принципы функционирования оргструктур. Просуществовав чуть более года, концерны были реорганизованы (президентским Указом №721 от 1 июля 1992 г.) в коммерческие структуры. Поставленные изначально задачи координации научно-технического и производственного потенциала предприятий практической реализации не получили. А параллельно развивавшаяся политическая ситуация, спровоцированная «парадом суверенитетов» бывших союзных республик, окончательно разрушила единую систему производителей нефтегазового оборудования.