Файл: Юридический позитивизм как теория права (ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ КОНЦЕПЦИИ ЮРИДИЧЕСКОГО ПОЗИТИВИЗМА).pdf
Добавлен: 31.03.2023
Просмотров: 378
Скачиваний: 2
Харт формулирует три основные исследовательские задачи, решение которых, считает он, позволит понять природу и естественного, и позитивного права:
1) выяснить отличие правового принуждения от не правового;
2) определить соотношение моральных и правовых предписаний;
3) раскрыть правила и их место в структуре правовой реальности. Решение им этих задач позволяет понять и проблему соотношения теории позитивного права и юридического позитивизма[14].
В лекциях о юриспруденции, или «Философии позитивного закона» классиком юридического позитивизма Дж. Остиным была осуществлена разработка теории позитивного права в эмпирико-утилитаристском ключе. Источником позитивного права у него выступала суверенная светская власть, располагающая реальной силой и способностью гарантировать исполнение своих требований. Им было введено понятие «позитивной морали», от которой должно быть совершенно свободно «позитивное право». Как видим, Дж. Остин обращается к философским проблемам, находящимся в юридическо-правовом исследовательском поле: должное и сущее, принцип, норма и закон, право и государство, мораль и право и др.
Г. Харт, как и Дж. Остин, исследуя сущность и природу права, проблемы применения права, разрабатывает юридический позитивизм как философию права внутри теории права. В силу необходимости философского осмысления поставленных им в теории права задач, он оказывается в плену аналитической философии, ибо неудовлетворен «неопределенностью» применения права, прецедентов. Он отмечает четыре варианта рассмотрения их в плане «определенности-неопределенности»: «правовой формализм», «правовой реализм», «правовой скептицизм», «правовой морализм». Харт признает нечто среднее между «формализмом», «реализмом» и «скептицизмом», как свободы судейского усмотрения там, где ситуация не попадает под общее правило. Эту его точку зрения оппоненты назвали «умеренным позитивизмом» права, а не философии. С философской точки зрения Г. Харт постоянно выражает несогласие с методологией позитивизма: он выступает не за эмпирическую аргументацию, интерпретацию фактов (что характерно для юридического эмпиризма), а за аскриптивную форму, то есть юридическую интерпретацию фактов. Напротив, эмпирическая аргументация в теории права Харта предполагает существование правовых феноменов, но лишь в рамках системы права[15].
2.2.Взаимосвязь юридического позитивизма и позитивистской философии
Фуллер полагает, что позитивистская философия в своей основе имеет связь с реальными проблемами и в этом ее ценность для юриспруденции. И вновь он ошибается, ибо позитивизм как философская методология не позволяет восходить от конкретного к абстрактному и от абстрактного к конкретному. В то время как для разработки юридических законов и норм далеко недостаточно одних фактов и событий.
Действительно, в первоначальном толковании основоположника позитивизма О. Конта позитивизм означал требование к ученым исследовать позитивное (положительное) научное знание как философское. Конт считал необходимым выработать такое философское знание, которое было бы ни материалистическим, ни идеалистическим. В этих целях, отмечал он, предстоит построить систему «положительного» знания, которое должно быть бесспорным и точным, опирающимся исключительно на факты. Построение такой системы возможно лишь, считал Конт, при создании научного метода познания, позволяющего находить и создавать систему этого положительного философского знания.
Возникновение позитивизма было теснейшим образом связано с успехами различных наук - математики, физики, химии, биологии. Наука становилась все более популярной, оказывала огромное влияние на умы людей. К тому же наука в это время обретает статус социального института, получает общественное признание. Наблюдение, сравнение и анализ экспериментальных данных, сам эксперимент требовали не просто своей оценки, но и оценки тех философских систем, которые считали научной истину, не связанную с эмпирическим опытом. Например, философия Г. Гегеля все больше подвергалась критике с этих позиций. Не удовлетворяли новую позитивистскую философию и принципы, предложенные в свое время Ф. Бэконом, для которого индукция была важнейшим методом познания. Позитивисты и индуктивные умозаключения долгое время считали слишком «умозрительными». Классической немецкой философии с ее умозрительными системами и доказательствами получения истинного знания позитивизм противопоставляет непосредственное, «полезное», «удобное» для применения знание[16].
Одновременно позитивисты стали выдавать себя и за противников агностицизма. Конт выдвинул очень привлекательную и для ученых, и для философов идею - «Знать - чтобы предвидеть, предвидеть - чтобы обладать силой». Им была сделана заявка на готовность расширить и углубить возможности человеческого познания за счет совокупного результата специальных наук, с одной стороны, и, с другой стороны, учета того, что «каждая наука сама по себе философия», а поэтому не нуждается в специальной философской методологии. Позитивизм выступил с требованием «чистого опыта», то есть исследования явления без обращения к философии как особой науке и к оценочному знанию.
Позитивизм воспринимался и воспринимается как такая философия, которая действительно отсекает от науки любые спекуляции. Одной из причин привлекательности позитивизма и его большой жизненной силы является то, что его последователями оказались многие великие мыслители, авторитетные ученые. Кроме того, позитивизм выступал под флагом борьбы со схоластикой, за единство философии и науки.
Таким образом, очевидно, что позитивизм неоднозначен, а следовательно, и его исследование требует учета всех его и позитивных, и негативных граней.
Юридический позитивизм появляется в XIX-XX веках и получил широкое распространение в разных странах мира. Его появление обусловлено, по крайней мере, двумя главными причинами: во-первых, стремлением соединения юридических проблем лишь с эмпирической социологией и отказом от широких теоретических обобщений в правовой сфере; во-вторых, утверждением, что юриспруденция сама вырабатывает философию права и не нуждается ни в какой другой философии[17].
Однако юридические науки не могут развиваться без широкого философско-методологического обоснования, от которого отказывается классический позитивизм. Поэтому философия позитивизма не может заменить полностью философскую методологию с ее мировоззренческими и аксиологическими ориентациями. Тем не менее и в современном юридическом позитивизме широко используются постулаты классиков философского позитивизма - О. Конта, Дж. Милля, Г. Спенсера и других. Так контоновская и миллевская позиции о доминирующем месте факта в науке, о замене объяснения описанием привносится в юриспруденцию Г. Хартом, который характеризует судебные решения как смесь эмпирических фактов и правовых норм, а механизм аскрипции, то есть юридического значения эмпирических фактов, воплощаемых в законы, преценденты, приобретает у него статус юридических фактов как основания возникновения, изменения или прекращения правовых отношений. Или, например, спенсеровские идеи о «неизвестной причине» легли в основу критических аргументов Л. Фуллера против юридического позитивизма Г. Харта, который утверждал,что:
1) познание права невозможно вне морального контекста;
2) представление о праве, как совокупности важных юридических предписаний, неверно, ибо право обеспечивает сотрудничество между должностными лицами и гражданами.
Эти критические замечания, безусловно, отражают методологическую узость юридического позитивизма, но они недостаточны для того, чтобы понять его сущность. Как правило, юридический позитивизм и теория позитивного права отождествляется теми юристами, правоведами, которые занимаются теорией естественного права. Они считают естественное право универсальным, адресованным ко всем без исключения правоспособным субъектам. Оно предполагает религиозные и нравственно-этические основания, расширяющие и углубляющие его юридическое содержание, и ориентировано на ценности господствующей в обществе культуры. Именно поэтому позитивное право, не опирающееся на естественное право, а ориентированное на некие научные и логические аргументы, предстает для теоретиков естественного права неким юридическим позитивизмом[18].
Хотелось бы все же заметить, что требования, которые были выработаны в позитивизме к философскому познанию, заслуживают пристального исследования. Было бы неверным не видеть влияния позитивизма на развитие методологии наук. Он предложил совокупность познавательных средств, методов, приемов, в том числе и юриспруденции. Так, принятию судебного решения (приговора, например) в уголовном процессе предшествует «стадия» судебного следствия, а в гражданском процессе - исследование и оценка доказательств в рамках судебного разбирательства. В структуре судебного решения, помимо резолютивной части, не менее важны описательная и мотивировочная части, где судьей определяются факты, имеющие значение для дела. Для юридических наук важным является знание простых объектов -точно измеряемых. Юриспруденция - это система знаний о конкретных объектах, их качественно-количественных свойствах и признаках. Такое понимание юриспруденции способствует тому, что позитивизму в ней отводится важное место, а последний постоянно апеллирует к логике.
3. Характеристика основных положений юридического позитивизма
- Современная аналитическая юриспруденция является модификацией новейшего юридического позитивизма, однако в своих методологических и концептуальных характеристиках она восходит к работам Дж. Остина. С историко-философской точки зрения она предстает сегодня разновидностью юридико-методологического позитивизма, во многом сближающегося с юридическим позитивизмом Г. Кельзена, с модификациями юридического аналитического догматизма, юридической лингвистикой. В числе предшественников такого направления в юриспруденции обычно называют римских юристов, затем средневековых докторов юриспруденции (Ирнерия, Бартоло, Бальда).
Юридическая практика требует понимания и толкования законов. Из этого анализа и толкований и рождается то совокупное знание и умение, которое называют догмой права или догматической юриспруденцией. Задачи науки при таком подходе не имеют глубоких и качественных отличий от практики аналитического толкования законов в судах или правительственных учреждениях. Поэтому и сама наука - догматическая (или аналитическая) юриспруденция должна быть отнесена к разряду описательных наук.
В XX в. эти идеи были подхвачены и отчасти истолкованы в работах англичанина Герберта Харта. Последний, рассматривает право как формально-логическую систему "первичных" и "вторичных" правил, восходящих к так называемой высшей норме признания. [19] Первичные правила представляют собой такие законодательные установления, которые были изготовлены суверенным органом (т.е. парламентом) и вследствие этого обстоятельства возникли определенные обязанности, обязательства и правомочия.
Вторичные правила состоят из трех разновидностей - правил признания, правил изменения и правил вынесения судебного решения. Последняя разновидность, по сути дела, предстает правилами о правилах, т.е. такими правилами, которым судьи, работники гражданской службы, правительственные министры и другие лица должны следовать в процессе применения или толкования закона. Правила изменения означают согласованные правила, предусмотренные на случай необходимых изменений в действующем законе. Например, в ситуации, когда меняются законы о выборах, парламентские выборы могут в итоге привести к новому парламенту и новому правительству, которые затем могут произвести изменения в "первичных правилах".
- Более сложным выглядит толкование правил признания. Однако их роль очень важна и эти правила составляют характеризующую черту
Задачи такой догматической юриспруденции общеизвестны и не требуют развернутых обоснований, поскольку они всегда определялись потребностями повседневной жизни и были тесно связаны с юридической практикой. Именно для этого подхода более всего характерно восприятие права как некой совокупности норм, как упорядоченной системы законов и отраслей права. При этом закон воспринимается как словесное выражение мысли законодателя. В совокупности законов имеется своя внутренняя логическая связь и своя более или менее совершенная система соподчинения и распределения. Понятно, что такая система законов не может быть последовательно логической и разумной, поэтому задача юристов и науки состоит в том, чтобы содействовать избавлению системы от противоречий и пробелов и позаботиться о более совершенном словесном и смысловом содержании юридических текстов, поскольку самая элементарная
современной позитивистской школы права. Закон является законом лишь при условии, если он признан таковым, поскольку он исходил из признанного, учрежденного и в этом качестве воспринимаемого источника права. Письменная конституция США отвечает правилу признания; неписаная конституция Соединенного Королевства также подчиняется правилу признания, поскольку этому правилу следуют парламент и суды. Харт утверждает, что лишь в том случае правовая система может действовать эффективно, когда 'существует реальное сочетание первичных и вторичных правил.
Данные современных социальных наук, включая и правоведение, исходят из того, что поведение людей управляется частично обычаем, частично привилегией и частично некоторыми определенными и разделяемыми ценностями. Кроме того, члены сообщества могут испытывать влияние религиозной морали, включающей доктрины и учение церкви, а также этических принципов (профессиональных, прежде всего - врачебной этики, деловой и др.). Все эти разновидности могут находить и часто находят отражение в правовой системе. Позиция Харта сводится к следующему: во всех сообществах существует частичное взаимопроникновение в содержании между правовым и моральным обязательством; однако атрибуты правовых правил являются при этом более специфическими и окружены барьером из более детализированных оговорок, нежели другие сопоставляемые правила (т.е. моральные правила).