ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 27.03.2019
Просмотров: 17155
Скачиваний: 2
276
вать без согласия царя, запрещались любые дипломатические сношения гет-
мана с другими государствами, Киевская митрополия подчинялась Москов-
скому патриарху. Кроме этого гетману запрещалось без царских представите-
лей судить и казнить полковников и старшину, а также единолично назначать
полковников, которых теперь должны были избирать все казаки полка, вклю-
чая чернь.
По новому договору казаки потеряли часть своих прав, но полковники
подписывали его без пререканий. В конце концов, еще недавно они массово
изменили Москве, участвуя в выступлении Выговского. Так что все понимали,
что царю нужны гарантии верности. Именно для этого в Малороссию вводи-
лись гарнизоны. В противном случае царь мог вообще оставить их один на
один с поляками и татарами, что было весьма чревато.
***
Пока на юге выбирали гетмана, на севере, в Литве, с новой силой вспых-
нула русско-польская война. Десять лет тяжелых боев и поражений научили
польскую армию воевать, а вид врага, пирующего в древних столицах, возбу-
дил национальную гордость. Если в 1648 году лично незаинтересованные в
подавлении хмельниччины шляхтичи в бой не рвались, то сейчас поляки были
воодушевленные победой над шведами и готовы были атаковать. В итоге в
первой половине 1660 года армии Речи Посполитой сумели отвоевать у рус-
ских западную часть Литовского княжества.
Военная компания в Малороссии началась с совещания русских воевод
под командованием князя Василия Борисовича Шереметьева и казацких пол-
ковников Юрия Хмельницкого. Предстояло решить, стоит ли ждать врага на
месте или первым начать наступление и двинуться в Польшу.
Полковник Тимофей Цецюра, стремясь польстить воеводе, утверждал, что
сильному русскому войску с таким опытным командиром стоит только дви-
нуться вперед - и поляки в страхе разбегутся. «Мы всю Польшу завоюем, и
короля с королевой в полон возьмем!», - обещал он.
Воевода князь Козловский, стоявший в Умани и лучше знавший обста-
новку, наоборот, предлагал стать гарнизонами в укрепленных городах и ждать
поляков, чтобы измотать их в бесполезных штурмах, заставить голодать и по-
том разбить. Кроме того, он подчеркивал еще одну причину, по которой не
стоит рисковать: «Верность казацкая не крепка и тверда; она вертится в раз-
ные стороны. К какому государю не обращались казаки? Кому не подавались
и не изменяли! Турку кланялись, татары ими недовольны, Ракочи через их из-
мену в Польше потерпел, да и шведу не очень-то корыстно отозвалась дружба
с ними. И наш великий государь... узнал уже, что значит их гибкая вер-
ность»
115
.
115
Н.И. Костомаров. «Преемники Богдана Хмельницкого». - Киев, «Радуга» 2007.
277
Однако гордому Шереметьеву ждать врага на месте не захотелось, и 17
августа 1660 года русско-казацкая армия двинулась на Волынь, а оттуда
должна была идти на Краков. Под командованием Шереметьева было около
15000 русских солдат
116
и столько же казаков из левобережных полков под
командованием полковника Цецюры, получившего звание наказного гетмана.
Под знаменами Хмельницкого шло около тридцати тысяч человек.
При этом царские и гетманские войска шли разными дорогами и лишь по-
том должны были объединиться. У поляков было немало разведчиков среди
казаков, они хорошо знали о планах противника и смогли хорошо подгото-
виться к встрече. Поляки активно интриговали, стремясь настроить Хмель-
ницкого и старшину против Москвы. Его обрабатывали со всех сторон: коро-
левские посланцы сулили прощение и славу; сестра настраивала его против
Москвы из-за ареста воеводами своего мужа Ивана Нечая; Выговский пугал
царской опалой и звал на свою сторону. Вдобавок ко всему князь Шереметьев
оказался плохим дипломатом: своей гордостью он умудрился настроить про-
тив себя старшину и самого Юрка Хмельницкого, которого открыто презирал
и не считал нужным скрывать это. В итоге гетман все больше злился на вое-
воду, и его верность Москве улетучивалась.
При этом Шереметьев ничего не знал о численности врага и его намере-
ниях. По его мнению, у поляков тут не должно было быть крупных сил, хотя
на самом деле это было не так. Против Шереметьева стояли армии Великого
коронного гетмана Станислава Потоцкого, польного гетмана Ежи Любомир-
ского, крымская орда нуреддин-султана Мурад-Гирея и царевича Сафа-Гирея,
а также отряд Ивана Выговского. Всего около тридцати тысяч поляков и до
шестидесяти тысяч татар.
9 сентября русские передовые отряды столкнулись с поляками у городка
Любара в современной Житомирской области. Встретив врага, армия Шере-
метьева встала в оборону и стала окапывать свой лагерь, чтобы дождаться
подхода Хмельницкого.
Лишь 16 сентября 1660 года в бою перед русским лагерем сошлись основ-
ные силы двух армий. Упорный бой шел до вечера, верх брала то одна сторо-
на, то другая. К вечеру Шереметьев приказал отступить под защиту лагерных
укреплений. Поляки сунулись было следом, но были отбиты ружейным и ар-
тиллерийским огнем. В этом бою с польской стороны отличился хорунжий Ян
Собеский, который впоследствии станет королем Речи Посполитой и победи-
телем османской империи.
Не сумев взять русские позиции, поляки решили начать осаду и одновре-
менно стали переманивать на свою сторону казаков Цецюры. В свою очередь,
русские посланцы отправились к крымскому хану, обещая тому немалую бла-
годарность, если он разорвет союз с поляками. Однако хан на переговоры ид-
ти не захотел. Несколько дней две армии стояли друг против друга, не начи-
116
Из них тысячу человек князь оставил по дороге в качестве гарнизонов.
278
ная сражения, только отдельные смельчаки с двух сторон устраивали поедин-
ки на свободном пространстве.
Наконец, не дождавшись Хмельницкого, в ночь с 25 на 26 сентября рус-
ский полководец принял решение отступать на соединение с гетманом. Из
связанных цепями возов было сделано подвижное укрепление, внутри которо-
го шли солдаты с казаками, и армия двинулась в путь. Поляки несколько раз
атаковали, стремясь прорваться через возы, но каждый раз их отбрасывали
назад. При этом даже во время движения московские пушкари умудрялись ве-
сти огонь, так что, по словам польского очевидца «московский обоз походил
на огнедышащую гору, извергающую пламя и дым»
117
.
Еще один поляк Ян Зеленевицкий так описал противника: «Войско было
отличное и многочисленное. Конница щеголяла множеством чистокровных
лошадей и хорошим вооружением. Ратные люди отчетливо исполняли все
движения, в точности соблюдая ряды и необходимые размеры шага и поворо-
та. Когда заходило правое крыло, левое стояло на месте в полном порядке, и
наоборот. Со стороны эта стройная масса воинов представляла прекрасное
зрелище, то же самое и пехота. Вообще войско было хорошо выправлено и
обучено, то были не новобранцы, а почти ветераны...»
Армия Шереметьева отходила в полном порядке, хладнокровно огрызаясь
огнем и сталью на атакующих со всех сторон поляков и татар. Поляки обошли
наше войско и в удобном месте на горе преградили путь Шереметьеву. Другая
часть королевской армии ударила с тыла, но русские смогли прорваться, хотя
и вынуждены были бросить часть обоза с продовольствием. Кроме того, наши
воины не могли забирать с собой погибших, так что, по свидетельству Косто-
марова, поляки обдирали с тел русских все ценное. Поход не прекращался да-
же ночью, и на рассвете 27 сентября царская армия подошла к городу Чудно-
ву, где было решено дожидаться Хмельницкого. Польская армия шла следом и
осадила русский лагерь, надеясь, что голод и недостаток фуража ослабит Ше-
реметьева.
В это время армия Хмельницкого медленно приближалась к Чуднову и к 7
октября почти дошла до него, остановившись в нескольких километрах у руин
городка Судьбищи. Здесь их и атаковал польный гетман Ежи Любомирский,
вместе с которым был и бывший гетман Выговский. Казаков было больше, но
в их лагере был разброд и шатание. Перепуганный Хмельницкий, впервые
оказавшийся в бою, был готов все бросить и бежать. «Господи Боже мой! Вы-
веди меня из этого пекла; не хочу гетмановать, пойду в чернецы!»
118
, - кричал
он. В этот момент поляки предложили казакам перейти на сторону Варшавы.
Не зная, кто победит, Хмельницкий одновременно послал гонцов к Шере-
метьеву с просьбой идти им на помощь и к полякам с предложением мира. 14
октября воевода оставил лагерь и двинулся на помощь гетману, но поляки на
его пути успели выкопать шанцы и подготовиться к обороне. Начался жесто-
117
Цитирую по Н.И. Костомаров «Преемники Богдана Хмельницкого». – Киев, 2007.
118
Цитирую по Н.И. Костомаров «Преемники Богдана Хмельницкого», Киев 2007.
279
кий бой. Полякам удалось прорвать строй русского обоза и ворваться внутрь,
а следом за ними устремились татары, которые начали грабеж. Однако, собрав
все силы, русские сумели выбить врага из табора и снова сомкнуть ряды. Бит-
ва закончилась безрезультатно, но Хмельницкий слышал орудийную стрельбу,
а потом поляки принесли весть о своей победе. Гетман поверил и поспешил
перейти на сторону победителей. В результате он подписал с поляками так
называемый Слободищенский трактат, по условиям которого Войско Запо-
рожское возвращалось в состав Речи Посполитой. Узнав об этом, полковник
Цецюра, казаки которого были в войске Шереметева, покинул русский лагерь
и перешел к полякам. Правда, во время этого на казаков напали татары, пере-
бив человек двести, а многих захватили в плен. Несколько поляков, которые
гарантировали изменникам неприкосновенность, попытались остановить та-
тар, но сами были ранены.
Теперь положение русской армии стало безнадежным. Припасы конча-
лись, помощи ждать было неоткуда, сил, чтобы прорваться, не было. 4 ноября
1660 г. Шереметьев был вынужден согласиться на капитуляцию.
Шереметьев обещал признать польскими владениями Войско Запорож-
ское, вывести гарнизоны из Киева, Нежина, Переяслава и Чернигова, а также
заплатить 300 000 рублей. В обмен поляки гарантировали обезоруженной рус-
ской армии безопасное возвращение в царские земли. Сам Шереметьев и еще
триста командиров должны были стать заложниками, гарантирующими вывод
русской армии из Малороссии. Шереметьев написал об этом письмо в Киев
командиру гарнизона князю Борятинскому. Однако тому уже написал запо-
рожский писарь Семен Голухоский о поражении русской армии и о том, что
казаки лишь на время перешли на польскую сторону из-за невозможности со-
противляться. Поэтому Борятинский принял решение оборонять город и
ждать, пока казаки снова не перейдут на русскую сторону.
4 ноября,
119
полагаясь на слово поляков, русские воины под Чудновым
сложили оружие. В этот же момент крымский хан явился к польским гетманам
и потребовал, чтобы всех пленных и русский лагерь отдали ему в качестве до-
бычи. При этом он предъявил совершенно убойный аргумент: мол, у польских
границ стоит тридцатитысячное крымское войско, не отдадите пленных, без-
опасность королевских границ не гарантирую. Немного поартачившись, поля-
ки согласились. Узнав об этом, безоружные и голодные русские попытались
сопротивляться, но татары перебили часть пленных, а остальных угнали в
рабство. На следующий день татары потребовали себе и самого воеводу Ше-
реметьева, которого поляки им выдали. Царь много раз пытался выкупить
своего полководца, предлагая за него выкуп в 25000 рублей, но татары больше
двадцати лет держали его в плену. За это время сменилось четыре хана, а жена
и сын полководца скончались. Лишь в 1682 году ослепший и тяжелобольной
князь Шереметев вернулся домой.
119
Даты даны по григорианскому календарю
280
Другие московские воеводы князя Щербатов и Козловский, попавшие в
плен под Чудновым, остались у поляков и спустя два года были обменены на
попавшего в русский плен польного гетмана литовского Винцента Гонсевско-
го.
***
Битва под Чудновым и измена Хмельницкого всколыхнула Малороссию.
Левобережные полки отреклись от гетмана и с оружием в руках выступили
против поляков и их сторонников. Одним из лидеров прорусских казаков стал
дядя Юрия переяславский полковник Сомко, собравший в Переяславле раду,
которая выбрала его наказным гетманом. Снова казаки убивали казаков, и
всем этим пользовались татары, начавшие грабить страну. Вдобавок год был
неурожайным и в Малороссии начался голод. В результате всего этого гет-
манщина стремительно скатывалась в хаос.
Безвольный Юрко стал полной марионеткой поляков и делал все, что ему
советовали западные друзья. Если Выговский, переходя под власть короля,
пытался играть свою игру и превратить Войско Запорожское в равную часть
Речи Посполитой, то Юрко об этом даже не заикался. Естественно, что вскоре
казаки стали оставлять гетмана и переходить в лагерь его противников. В 1661
году Юрий Хмельницкий вместе с поляками организовал поход на левый бе-
рег Днепра, но потерпел поражение от казаков полковника Сомко. Так что Ле-
вобережье осталось верным Москве, а Правобережье хоть и признало власть
Польши, но в любой момент могло восстать.
Эту ситуацию себе в заслугу ставил полковник Сомко, хотевший чтобы в
награду за верность царь признал его гетманом, однако тот не торопился удо-
влетворять просьбу казака. На это было несколько причин. Во-первых,
Москва уже дважды обожглась, поддержав не ту кандидатуру на булаву и по-
лучив двух гетманов-изменников. Так что теперь русское правительство
меньше верило заверениям в преданности и стремилось тщательно разобрать-
ся в ситуации.
Во-вторых, Сомко враждовал с нежинским полковником Василием Золо-
таренко, еще одним авторитетным вождем, который тоже метил в гетманы.
Кстати, как и Сомко Золотаренко был шурином Богдана Хмельницкого по
третьей супруге и тоже позиционировал себя верным слугой царя. Оба пре-
тендента активно строчили друг на друга доносы в Москву, и каждый опирал-
ся на немалую военную силу. Вражда между этими полковниками дошла до
того, что кого бы Москва ни назначила гетманом, второй бы не признал это
решение и мог с оружием в руках начать бороться за власть. Ну а междоусоб-
ная война в собственном лагере Кремлю вовсе была не нужна, так что царь
тянул время, надеясь, что эмоции полковников улягутся и они смогут догово-
риться.
Пока паны полковники два года выясняли, кто же из них более достоин
булавы, у них неожиданно появился новый соперник, запорожский кошевой