ВУЗ: Не указан
Категория: Не указан
Дисциплина: Не указана
Добавлен: 27.03.2019
Просмотров: 17197
Скачиваний: 2
401
ценная политическая и экономическая жизнь в автономной республике
успешно налаживалась. Еще 20 марта 1918 года газета «Известия Юга» с гор-
достью заявила: «Поскольку Украина отделилась от Советской России, — это
ее дело. Мы за ней не идем… Надо на весь мир крикнуть, что донецкий про-
летарий не считает себя входящим в Украинское государство».
У ДКР была своя армия. Первоначально она насчитывала 8,5 тысяч шты-
ков. Во многом в ее формировании помогла отошедшая с Румынского фронта
8-я армия. Ее выборный командующий Анатолий Геккер стал первым коман-
дующим Донецкой армии. 5 апреля создан полевой штаб Донецкой армии, ко-
торая к тому времени уже насчитывала 13 тысяч человек. Несмотря на фор-
мальное подчинение всех военных сил южнороссийских республик Антонову-
Овсеенко, армия действовала самостоятельно.
Российский совнарком попытался вполне прагматически использовать
новорожденную ДКР как временный барьер на пути западной агрессии. Это
связано с тем, что германское наступление поставило первым вопросом на по-
вестку дня спасение Советского правительства любой ценой. Слабые красно-
гвардейские отряды, даже объединенные в Донецкую Рабочую армию, не
могли остановить железную поступь кайзеровских ветеранов. Однако своим
отчаянным сопротивлением они на целый месяц задержали немцев. Владимир
Ленин сделал вполне определенные выводы. Он написал 14 февраля (1 марта)
1918 чрезвычайному уполномоченному СНК на Украине Орджоникидзе: «Что
касается Донецкой Республики, передайте товарищам Васильченко, Жакову и
другим, что как бы они ни ухитрялись выделить из Украины свою область,
она, судя по географии Винниченко, все равно будет включена в Украину, и
немцы будут ее завоевывать».
Когда бои с немцами велись уже под Харьковом, СНК ДКР 7 апреля объ-
явил свой протест Центральной Раде: «Мы заявляем, что Киевское правитель-
ство не может ссылаться, завоевывая нашу Республику германо-австрийскими
штыками, ни на какие исторические и другие права, кроме права на завоева-
ние»… Но в ту же ночь немецкая армия ворвалась в Харьков, и правительство
ДКР с боями покинуло столицу с последним отрядом из 300 бойцов.
Даже после падения Харькова красные отряды продолжали сопротивле-
ние и отступали, огрызаясь сталью и огнем, неоднократно переходили в
контратаки. В середине апреля бои велись на подступах к Юзовскому оборо-
нительному району. 20 апреля немцы захватили Славянск, 22 — Мариуполь,
Юзовку и Макеевку, а 24 апреля — Горловку и Никитовку.
Однако отчаянное сопротивление дало возможность эвакуировать из Дон-
басса в пределы Советской России тысячи вагонов с оборудованием, оружием,
боеприпасами, хлебом, а также не менее 30 тысяч рабочих и членов их семей.
В конце апреля заключительные бои развернулись в северо-восточной ча-
сти Донбасса. Прикрывая железнодорожную линию Сватово-Лисичанск-
Родаково-Луганск, сражались бойцы отступивших от Харькова советских ча-
стей. 25 апреля у ст. Родаково разгорелся ожесточенный бой. Отразив натиск
402
врага, бойцы советских отрядов перешли в контратаку и вынудили оккупантов
бежать. Однако немецкое командование, стремясь овладеть Луганском, бро-
сило в бой пять дивизий. Заняв оборону по речкам Лугань и Ольховка, бойцы
недоукомплектованной и понесшей большие потери в предыдущих боях 5-й
армии вместе с малочисленными рабочими отрядами Донбасса в течение су-
ток героически сдерживали 40-тысячную группировку противника. Одновре-
менно продолжалась эвакуация Луганска. Около 80 эшелонов с семьями рабо-
чих, ценным оборудованием и сырьем было отправлено из города в сторону
Миллерово. 28 апреля немецкие войска заняли город.
Отступившие от Луганска к Миллерово части 5-й армии, а также сосредо-
точившиеся здесь десятки эшелонов с людьми и грузами не смогли пробиться
на север. Стремясь зажать советские войска в тиски и захватить эвакуирован-
ное из Донбасса имущество, немцы со стороны Сватово через Старобельск —
Беловодск прорвались к Чертково и перерезали Юго-Восточную железную
дорогу, по которой из Донбасса отступали войска и шли эшелоны. На юге
немцы заняли Таганрог и приближались к Ростову. Оставался единственный
выход — пробиваться через донские степи на восток к Царицыну
181
.
Охраняя эшелоны, насчитывавшие более трех тысяч вагонов с семьями
рабочих, ранеными, оружием, оборудованием и другими ценными грузами,
части 5-й и 3-й армий и отряды рабочих Донбасса под командованием Воро-
шилова начали 500-километровый поход по железной дороге Миллерово-
Лихая-Царицын. Почти три месяца, ведя ежедневные бои с казаками, восста-
навливая разрушенные железнодорожные пути и мосты, продвигались бойцы
и рабочие отряды Донбасса. Позднее, влившись в ряды Красной Армии, они
приняли активное участие в обороне Царицына от белогвардейских войск.
Вслед за немецкими и австрийскими войсками в Донбасс вернулись
прежние хозяева шахт и заводов. Вскоре предприниматели перешли к полно-
му пересмотру всего трудового законодательства, принятого Временным и со-
ветским правительствами. Рабочий день был увеличен, плата уменьшена,
профсоюзы закрыты, а забастовки объявлены незаконными.
Преследуя красные отряды, германские дивизии вторглись в Орловскую,
Курскую, Воронежскую губернии Советской России. Чтобы избежать войны с
немцами, большевики приняли решение прекратить всякое сопротивление на
Украине. 4 мая 1919 года Антонов-Овсеенко объявил о роспуске своих армий,
и украинские красногвардейцы были переброшены на борьбу с белогвардей-
цами на юге России.
Когда бойцы Красной Армии Донбасса отступили, с ними ушло и прави-
тельство ДКР. Борьба за Донбасс переместилась с полей сражений в кабинеты,
где велись упорные споры о принадлежности угольного бассейна. Советская
Россия и находившаяся под германским контролем Украина пытались любой
ценой доказать правомерность своих притязаний на экономически важный ре-
181
Современный город Волгоград.
403
гион. Поскольку восточные границы Украины так и не были определены, то
по спорным территориям решено было прибегнуть к референдумам среди
местного населения. Известно, что 27 августа 1918 года Россия и Германия
подписали договор, 12-я статья которого гласила, что Донбасс является вре-
менно оккупированной немецкой территорией и даже сохраняла за Россией
право добычи донецкого угля.
Но уже в конце 1918 года, когда немцы покинули Украину, на освобож-
денных землях вновь встал вопрос о суверенной ДКР и ее отношении к Укра-
ине. На этот раз большевики сразу позабыли свое обещание о референдуме и
заняли однозначную жесткую позицию по отношению к мнению донбассов-
цев. Ленин объяснил это тем, что для большевиков «вопрос о границах госу-
дарств — вопрос второстепенный, если не десятистепенный», и призвал рус-
ских большевиков «быть уступчивыми при разногласиях с украинскими ком-
мунистами-большевиками, если разногласия касаются государственной неза-
висимости Украины, форм ее союза с Россией, вообще национального вопро-
са».
Итогом подобных интернационалистских призывов Ленина стало поста-
новление Совета Обороны от 17 февраля 1919 года: «Просить тов. Сталина
через Бюро ЦК провести уничтожение Кривдонбасса». И эта просьба была
выполнена: назначенная на 20 февраля 1919 года Донецко-Криворожская об-
ластная партконференция была запрещена. Через несколько дней был подпи-
сан договор между Россией и Украиной (Советской), по которому большая
часть ДКР без всякого референдума отходила к последней. Так насильствен-
ными действиями «сверху» была ликвидирована Донецко-Криворожская рес-
публика.
Донецкие руководители, правда, все равно не унимались. Еще через год,
когда Советская власть утвердилась в Донбассе окончательно, в феврале 1920-
го в Юзовке прошел съезд волостных ревкомов Юзовского района, который
заявил: «Съезд настаивает на быстром экономическом и политическом слия-
нии Донецкой губернии с Советской Россией в едином ВЦИК Советов». На
печатях, которые сохранились на документах того времени, еще отчетливо
видно, что Юзовку считали частью РСФСР, а не УССР. Но, по всей видимо-
сти, к середине весны 1920 года сопротивление автономистов удалось сло-
мить. Хотя еще в 1920 году Николай Скрыпник писал, что Донбасс — «одна
из главных трудностей нашей работы на Украине».
Крым
19 марта 1918 года в Крыму Первый съезд Советов Тавриды провозгласил
создание независимой Социалистической Советской республики Таврида
182
.
Этим решением местные власти надеялись сохранить Крым от германского
вторжения, Ведь не будут же немцы, которые должны действовать в границах
182
В правительство республики (Совет народных комиссаров) вошли 8 большевиков и 4 левых эсера.
404
УНР, завоевывать другое государство? Тем более, что даже Центральная Рада,
очерчивая границы УНР, не претендовала на Таврию. Однако расчет оказался
ошибочным, австро-германские части 16 апреля атаковали Перекоп.
Шеститысячная Красная Армия Советской Тавриды под командованием
Гольдштайна попыталась оказать сопротивление, но была разгромлена без
особых усилий со стороны немцев. Как и на материковой Украине, впереди
германцев шли части УНР под командованием полковника Болбочана. Гайда-
маки первыми ворвались в Симферополь. На основании этого успеха Цен-
тральная Рада 20 апреля 1918 года объявила Черноморский флот собственно-
стью УНР, а Крым - частью УНР. Немцы такую прыть украинцев не одобрили,
так как считали полуостров своей законной добычей. Генерал фон Кош потре-
бовал от Рады немедленно вывести отряд Болбочана из Крыма, пригрозив в
случае неповиновения силой разоружить украинцев. Военный министр УНР
Жуковский принес свои извинения и
выполнил требования немцев.
25 апреля немцы подошли к Сева-
стополю, который обороняли советские
войска. Четыре дня город сопротивлял-
ся, но затем стала понятна бесперспек-
тивность обороны. 30 апреля просовет-
ская часть Черноморского флота, взяв на
борт всех единомышленников, вышла из
гавани, взяв курс на Новороссийск. Эки-
пажи оставшихся кораблей посчитали
меньшим злом поднять украинский
флаг. Командующий флотом контр-
адмирал Саблин потребовал от немцев прекратить штурм крепости, так как
флот признал над собой власть УНР.
Так, весной 1918 года власть над Украиной полностью оказалась в руках
немцев, прикрывавшихся практически бессильной Центральной Радой.
Гетман на час
Несмотря на победу над красными, Центральная Рада так и не смогла пре-
вратиться в полноценную власть. Поэтому и у немцев и у украинских полити-
ков возникла мысль, что следует заменить собрание болтунов одним ответ-
ственным лидером. Масло в огонь подлили и сами деятели Рады. Так, в ночь с
24 на 25 апреля 1918 года из собственной квартиры в Киеве неизвестными ли-
цами был похищен Абрам Добрый, директор «Киевского банка внешней тор-
говли», через который немецкие оккупационные силы вели финансовые опе-
рации с Рейхсбанком. В дело поиска похищенного включилась германская
контрразведка, которая установила, что миллионера похитили по приказу
премьер-министра украинского правительства и двух министров - военного и
Дредноут черноморского флота «Импера-
трица Екатерина Великая» 1911-1918гг.
405
внутренних дел. Банкира увезли в Харьков и принялись вымогать у него вы-
куп в размере 100 000 рублей.
Взбешенный главнокомандующий германскими оккупационными вой-
сками на Украине генерал-фельдмаршал Герман фон Эйхгорн 26 апреля издал
указ, которым вводил на территории УНР германские военно-полевые суды,
имевшие право карать за уголовные преступления. Удивленный такой резкой
реакцией немцев украинский премьер-министр Голубович, выступая на засе-
дании Центральной рады, удивленно задавал вопрос слушателям: «Що таке є
власне пан Добрий? Він, може, е підданець Німецької держави? Ні, він ні сват,
ні кум, він зовсім постороння людина. І от із-за того, що було похищено цю
посторонню людину, яка юридично нічим не зв’язана з Німеччиною, яка не
дає ніяких поводів до того, щоби зробити такої колосальної ваги приказ, при-
каз був виданий»
183
.
Понятно было, что работать с такими людьми немцы больше не будут, и
во второй половине апреля 1918 года фон Эйхгорн в поисках кандидатуры на
роль правителя Украины обратил внимание на бывшего царского генерала
Павла Скоропадского. Кайзер кандидатуру одобрил, и с генералом и его сто-
ронниками начали работать немецкие специалисты. Принимая власть, Скоро-
падский обязался выполнить все взятые на себя Центральной Радой обяза-
тельства по поставкам продовольствия и сырья.
Первоначально наиболее решительные из числа немецких командиров во-
обще планировали после упразднения Рады ввести свое прямое правление,
однако генерал Вильгельм Грѐнер не поддержал этот план, так как посчитал
что германских сил на востоке недостаточно для эффективного контроля над
обширной территорией. Поэтому он порекомендовал сохранить видимость не-
зависимого государства, которое должно было служить ширмой для немецкой
армии. Мнение генерала поддержали германский посол Мумм и его австрий-
ский коллега граф Форгаш, которые также посчитали, что незачем брать на
себя ответственность, если можно найти марионетку из местного населения.
Впрочем, было бы ошибкой изображать генерала Скоропадского исклю-
чительно как ставленника немцев. Он был отнюдь неглуп, амбициозен, имел
определенную популярность в обществе и сам готовился к старту своей поли-
тической карьеры. Так как его интересы совпали с немецкими, то он принял
предложение германской помощи для захвата власти. В дальнейшем он, несо-
мненно, планировал вести свою игру и постепенно выйти из-под германской
опеки.
28 апреля 1918 года в зал киевского Педагогического музея, где происхо-
дило заседания Рады, вошел немецкий патруль, который и разогнал это учре-
ждение. По описанию присутствовавшего при этом Алексея Гольденвейзера,
все происходило следующим образом: «Министерская ложа была в начале за-
седания полна, но постепенно большинство министров, в том числе Ткаченко
183
Цитирую по статье «Рэкетиры из Центральной Рады» Олеся Бузины,
http://www.razlib.ru/istorija/tainaja_istorija_ukrainy_rusi/p51.php