Добавлен: 22.04.2023
Просмотров: 393
Скачиваний: 2
ВВЕДЕНИЕ
В данной курсовой работе я придерживалась концепции переводческих трансформаций В.Н. Комиссарова.
Преобразования, с помощью которых можно осуществить переход от единиц оригинала к единицам перевода в указанном смысле, называются переводческими (межъязыковыми) трансформациями.
Объектом исследования данной работы являются виды переводческих трансформаций.
Предметом исследования являются концепции переводческих трансформаций в трудах отечественных лингвистов.
Актуальность данной работы заключается в необходимости современных исследований в области теории перевода, которые обусловлены комплексным характером переводческих трансформаций.
Научная новизна исследования состоит в анализе концепций переводческих трансформаций.
Цель исследования заключается в изучении проблемы видов трансформаций в трудах отечественных ученых.
Цель исследования предопределила следующие задачи:
1) изучить научную литературу по материалам исследования
2) анализ видов переводческих трансформаций на материале рассказа С. Моэма "Луиза" (перевод с английского А. Бальюри).
Теоретическая и практическая значимость работы состоит в выявлении особенностей переводческих трансформаций, а также в применении результатов проведенного анализа на практике.
Материалом исследования является рассказ С. Моэма "Луиза" (перевод с английского А. Бальюри).
Теоретической основой исследования являются работы В.Н. Комиссарова, Л.С. Бархударова, Т.А. Казаковой, А. Паршина, В.С. Виноградова.
Методы исследования:
1) научно-исследовательский
2) описательный
3) метод комплексного анализа
Данная работа состоит из введения, двух частей (теоретической и практической) и заключения.
Глава 1. Переводческие трансформации
1.1 Процесс перевода
Слово "перевод" имеет несколько значений. Так, в "Толковом словаре русского языка" под редакцией Д.Н. Ушакова указывается на наличие у этого слова пяти значений, большинство из которых, не имеет прямого отношения к интересующей нас проблеме (напр., 'перевод заведующего на другую должность', 'почтовый перевод' и др.). Но даже в том случае, когда слово "перевод" употребляется как 'перевод с одного языка на другой', оно и в этом случае имеет два разных значения:
1) "Перевод как результат определенного процесса", то есть обозначение самого переведенного текста (напр., в предложениях: "Это - очень хороший перевод романа Диккенса", "Недавно вышел в свет новый перевод поэмы Байрона "Паломничество Чайльд-Гарольда" на русский язык", "Он читал этого автора в переводе" и т.п.
2) "Перевод как сам процесс", то есть как действие от глагола переводить, в результате которого появляется текст перевода в первом значении.
Предметом лингвистической теории перевода является научное описание процесса перевода как межъязыковой трансформации, то есть преобразования текста на одном языке в эквивалентный ему текст на другом языке [1].
Перевод - это вид языкового посредничества, при котором на другом языке создается текст, предназначенный для полноправной замены оригинала в качестве коммуникативно-равноценного последнему [2].
Любое речевое произведение, помимо языка, на котором оно строится, предполагает также наличие определенных экстралингвистических факторов, например: темы (предметы) сообщения, участников речевого акта, обладающих определенной лингвистической и экстралингвистической информацией. Экстралингвистические, то есть неязыковые факторы речи не представляют собой некий "языковой остаток", как полагал А.И. Смирницкий, они являются неотъемлемыми составными частями самого процесса речи (коммуникативного акта), без которых речь немыслима [1].
Перевод - это вид языкового посредничества, который всецело ориентирован на иноязычный оригинал. Перевод рассматривается как иноязычная форма существования сообщения, содержащегося в оригинале. Межъязыковая коммуникация, осуществляемая через посредство перевода, в наибольшей степени воспроизводит процесс непосредственного речевого общения, при котором коммуникаторы пользуются одним и тем же языком [3].
Изучение процесса перевода неразрывно связано с его углубленным анализом и первоначально в основном осуществлялось в целях преподавания, хотя в последнее время в разных странах проводится целый ряд экспериментов с чисто исследовательскими целями. Но до сих пор о процессе перевода нам известно далеко не все.
Пожалуй, никто из ученых не отрицает того, что процесс перевода складывается из стадии восприятия текста и стадии его воспроизведения. Д. Селескович, строя свои выводы на наблюдениях за процессом синхронного перевода, понимает стадию восприятия как извлечение смысла, минуя языковое содержание. По мнению известного переводчика, воспроизведение состоит из операций над идеями, а не над языковыми знаками. В данном случае Селескович отрицает этап анализа в устном переводе и ставит под сомнение результаты письменного перевода, поскольку, анализируя текст, письменный переводчик может упустить из виду основной смысл текста.
Исследователи процесса письменного перевода (например, Х. Крингс) видят в нем 3 этапа: восприятие, воспроизведение и контроль готового текста; комплекс конкретных действий переводчика на каждом из этапов получил название переводческих стратегий.
Наиболее значимым этапом исследования является воспроизведение, т.е. непосредственно перевод, и те конкретные средства, с помощью которых он осуществляется: единицы перевода, а также разновидности соотношений языковых средств, которые устанавливаются в процессе перевода [4].
Процесс перевода, как бы он быстро ни совершался в отдельных, особо благоприятных или просто легких случаях, неизбежно распадается на два момента. Чтобы перевести, необходимо, прежде всего понять, точно уяснить, истолковать самому себе переводимое (с помощью языковых образов, т.е. уже с элементами перевода), мысленно проанализировать (если оригинал представляет ту или иную сложность), критически оценить его.
Далее, чтобы перевести, нужно найти, выбрать соответствующие средства выражения в ПЯ (слова, словосочетания, грамматические формы). Таким образом, процесс перевода предполагает сознательное установление соотношений между данными ИЯ и ПЯ. Это - предпосылка для него.
Всякое истолкование подлинника, верное или неверное, и отношение к нему со стороны переводчика, положительное или отрицательное, имеет результатом - в ходе перевода - отбор речевых средств из состава ПЯ [5].
Таким образом, из рассмотренной главы я могу сделать вывод о том, что
рассмотренные и проанализированные мною такие понятия, как единицы перевода, виды переводческих трансформаций, процесс перевода, представления о трансформациях в современной теории перевода играют достаточно важную роль не только в переводоведении, но и лингвистике в целом.
1.2 Понятие единицы перевода
Одним из самых проблемных вопросов теории перевода является определение единицы перевода. Единица - минимальная самостоятельная структура в составе целого, не искажающая значение этого целого [6].
Единицы перевода - минимальные единицы, подлежащие переводу, или единицы переводческой эквивалентности, т.е. единицы ИЯ, имеющие эквивалент в тексте ПЯ. Сам термин "единица перевода" был предложен Ж. Вине и Ж. Дарбельне. В дискуссиях о размерах этой единицы и ее характере ученые пришли к выводу, что размеры этой единицы не стабильны, они могут варьироваться в широких пределах, а сама единица является операционной. Исследователи подчеркивают психолингвистический характер единицы перевода. В частности, О.И. Бородович полагает, что "локус этой единицы не в каком-либо из двух текстов, а в мозгу переводчика" [4].
Поскольку задача перевода - передать содержащуюся в тексте информацию, то, вероятно, логичнее считать единицей перевода не единицы языка, а единицы информации. И здесь мы приходим к выводу, что единица перевода зависит от типа переводимого текста. Тексты с преобладающей информацией первого рода передают логическую информацию, т.е. мысли автора, следовательно, единицей этого типа текстов можно считать законченную мысль [6].
Проблемы перевода - это, в основном, проблемы анализа, понимания и построения текста. Не случайно, многие переводчики рассматривают текст в качестве основной единицы перевода (ЕП). Для этого есть несколько оснований. Во-первых, поскольку текст представляет собой единое смысловое целое, значения всех его элементов взаимосвязаны и подчинены этому целому. Таким образом, текст является той единицей, в рамках которой решается вопрос о контекстуальном значении всех языковых средств. Во-вторых, при оценке значимости неизбежных потерь при переводе действует принцип преобладания целого над частью. В-третьих, конечной целью переводчика является создание текста, который отвечал бы требованиям когерентности, и все решения переводчика принимаются с учетом этих требований. Конечно, признание текста основной единицей перевода не решает проблем, связанных с передачей отдельных элементов его содержания, но оно подчеркивает важность текстологических аспектов перевода [2].
В.Н. Комиссаров в своей работе "Современное переводоведение" предлагает считать единицей перевода весь текст целиком. Но в таком случае стирается различие между частью и целым, что неприемлемо методологически [6].
Предполагается, что в процессе перевода в оригинальном тексте вычленяются все элементарные содержательные единицы и их компоненты и им подбираются в языке перевода равнозначные или сходные по содержанию единицы. Таким образом, перевод сводится к анализу содержательных компонентов исходного текста, и синтезу смысла в материале языка перевода. Обычное содержание любой речевой единицы рассматривается как единство, состоящее из набора элементарных смысловых, стилистических, стилевых и т.п. характеристик, которому подбирается соответствия в языке перевода. При такой трактовке процесс перевода осуществляется не столько на уровне слов и предложений, сколько на уровне элементарных содержательных компонентов. Чем выше степень совпадения таких элементарных смыслов в языке оригинала и перевода, тем адекватнее перевод [7].
Даже знаменательное слово, не говоря уже о словах служебных, не является постоянной самостоятельной единицей перевода. Смысл слова не автономен, он зависит как в оригинале, так и в переводе от контекста, проясняется в контексте (иногда - достаточно широком), и это всегда учитывается сколько-нибудь опытным и внимательным переводчиком.
Но постоянной самостоятельной единицей перевода не может быть признан и гораздо больший по объему и формально законченный отрезок текста, каким является предложение. Смысл предложения далеко не всегда абсолютно автономен, а часто зависит от содержания окружающих предложений, целого абзаца, а иногда и от соседних абзацев. Строго говоря, не только слово, не только предложение, но порой и более крупный отрезок текста (цепь предложений или даже абзац) нельзя считать постоянной единицей перевода, ибо слишком переменный характер имеют смысловые отношения между всеми этими отрезками текста (и не только в произведении художественной литературы). Таким образом, каждое слово и даже каждое предложение, как в оригинале, так и в переводе соотносятся с огромной массой других элементов текста, и поэтому, даже говоря о переводе отдельно взятого слова, всегда приходится учитывать роль окружения, контекста, который в известных случаях может потребовать поисков нового варианта [5].
Основой единицы перевода может служить не только слово, но любая языковая единица: от фонемы до сверхфразового единства. Главным условием правильности определения исходной единицы, подлежащей переводу, является выявление текстовой функции той или иной исходной единицы. Неадекватность пословного перевода обусловлена именно неверной оценкой текстовых функций языковых единиц: попадая в ту или иную речевую (устную или письменную) ситуацию, слово как единица языка оказывается связанным системными отношениями с другими словами данного текста/высказывания, то есть попадает в ситуативную зависимость или ряд зависимостей от условий текста. Эти зависимости, как уже было сказано, носят системный характер и составляют иерархию контекстов, от минимального (соседнего слова) до максимального (всего текста или даже сверх текстовых связей).
Наиболее сложные случаи в определении единицы перевода связаны с группой максимальных контекстуальных зависимостей, когда знаковая функция отдельной языковой единицы определяется за пределами предложения, а иногда и за пределами целого текста.
Предложение вовсе не обязательно составляет самостоятельную единицу текста: оно может входить в более сложные сверхфразовые единства, языковые характеристики которых в той или иной мере зависят от целого, и эта зависимость требует различных языковых решений в разных языках [8].