Файл: Индивидуальное предпринимательство (Условия и формы предпринимательской деятельности гражданина).pdf

2.1 Проблемы правосубъектности индивидуального предпринимателя

Правовой статус индивидуального предпринимателя – это не совсем однозначный вопрос, так как такая форма хозяйствования как ИП объединяет в себе признаки и юридических лиц и физических.

Первая проблема правового положения ИП – это отсутствие четкого закрепления их правового статуса в законодательстве РФ. Отдельные нормы, регулирующие их деятельность, закреплены в Основном законе страны – Конституции, где в статье 34 признается право гражданина России «на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности»^[22]. В Гражданском кодексе РФ предпринимательству посвящена статья 23, дающая право гражданину «заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица»^[23]. При этом в п. 3 ст. 23 закрепляется положение, что предпринимательская деятельность регулируется нормами, которые относятся к юридическим лицам. В то же время если мы откроем Налоговый кодекс (далее по тексту – НК РФ), то увидим, что в экономическом плане ИП и юридическое лицо имеют совершенно разную ответственность, а их деятельность регулируется по-разному^[24]. НК РФ в отличие от ГК РФ, содержит определение понятия «индивидуальный предприниматель» (ст. 11 НК РФ). Деятельность ИП регулируется также номами федерального законодательства, основным из которых является Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»^[25], который также подтверждает разноплановый подход законодателя к регулированию деятельности юридических лиц и ИП. Таким образом, налицо противоречие – с одной стороны, гражданское законодательство отождествляет юридические лица с ИП, с другой стороны, с экономико-правовой точки зрения, это два разных субъекта права. Это говорит об отсутствии «единство понимания» такого явления, как предпринимательство, или по-другому «правовой унификации»^[26]. Указанная выше проблема, по нашему мнению, является основной и влечет за собой другие проблемы.

Проблематичен вопрос о структуре правового статуса индивидуального предпринимателя. Любое физическое лицо для участия в гражданских правоотношениях, в том числе в сфере предпринимательства, должно обладать правосубъектностью, то есть определенными качествами, необходимыми для того, чтобы иметь права и выполнять обязанности, предусмотренные нормами соответствующей отрасли права. В отличие от юридических лиц, гражданская правосубъектность которых связана с наличием правоспособности, гражданская правосубъектность физических лиц включает не только правоспособность, но и дееспособность^[27].

Правоспособность и дееспособность физического лица (его гражданская правосубъектность) выступают как предпосылки возникновения правосубъектности индивидуального предпринимателя. Указанный вывод обосновывается тем, что возможность заниматься предпринимательской деятельностью как элемент гражданской правоспособности физического лица возникает у человека с момента рождения в соответствии со ст. 18 ГК РФ.

Проблемы правового статуса индивидуального предпринимателя вытекают из возрастных условий ведения хозяйствования. Не совсем четко в законодательстве решен вопрос о том, с какого возраста гражданин может стать индивидуальным предпринимателем. Специальной нормы нет, а потому ученые исходят из общих правил о дееспособности граждан: гражданин может стать индивидуальным предпринимателем с момента возникновения дееспособности в полном объеме, т.е. с 18 лет (ст. 18 ГК РФ). Здесь следует иметь в виду, что полная дееспособность возникает у граждан, если они вступают в брак до достижения 18 лет, когда это допускается законом (п. 2 ст. 21 ГК РФ) и в случае эмансипации несовершеннолетнего (ст. 27 ГК РФ).

Даже в случае наступления дееспособности у 16-летних лиц вследствие вступления в брак, не имея личного имущества по факту осуществлять предпринимательскую деятельность незаконно. А занятие такого рода деятельностью 14-летними гражданами, пусть и с согласия законных представителей, не может по определению осуществляться на свой страх и риск. Любой индивидуальный предприниматель несёт ответственность по своим обязательствам личным имуществом, которое опять же отсутствует у несовершеннолетних граждан.

В соответствии с пп. «3» п. 1 ст. 22.1 Федерального закона РФ от 08.08.2001 г. «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» при государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя в регистрирующий орган представляется в числе прочих документов нотариально удостоверенное согласие родителей, усыновителей или попечителя на осуществление предпринимательской деятельности несовершеннолетним. В данном законе нет указаний на то, как может быть зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя гражданин, ограниченный в дееспособности по основаниям, предусмотренным в ст. 30 ГК РФ (т.е. лицо, злоупотребляющее спиртными напитками или наркотическими веществами). Поэтому ряд ученых считает, что предпринимателями могут быть физические лица, не ограниченные в установленном федеральным законом порядке в дееспособности. Другие авторы полагают, что в соответствии с нормами ГК РФ о дееспособности граждан такие лица могут заниматься предпринимательской деятельностью, так как, хотя о них не упоминается в Федеральном законе «О государственной регистрации...» в отличие от несовершеннолетних, положения ГК РФ имеют приоритет по отношению к нормам указанного закона. Однако если придерживаться этой позиции, то какое согласие представителей несовершеннолетнего будет иметь приоритет - письменное, предусмотренное ГК РФ, или нотариальное, закрепленное Законом о регистрации? И еще один вопрос остается нерешенным: получив нотариально заверенное согласие родителей на занятие предпринимательской деятельностью, должен ли несовершеннолетний предприниматель иметь такое согласие на совершение всякой отдельной сделки, которую он будет совершать в статусе предпринимателя.

Следуя логике, вопрос может быть решен как в пользу необходимости такого согласия, ибо, устанавливая такой порядок в отношении отдельных сделок, законодатель имеет в виду обеспечение интересов несовершеннолетнего в каждом конкретном случае, так и против, поскольку представитель, давая согласие на предпринимательскую деятельность, тем самым заранее дает согласие на совершение всех сделок в рамках предпринимательства. Но такое предварительное согласие не сможет обеспечить интересы несовершеннолетнего в каждом конкретном случае, а необходимость давать согласие на каждую сделку серьезно затруднит эту деятельность.

Практика правоприменения идет по второму пути. Но такое предварительное согласие не сможет обеспечить интересы несовершеннолетнего в каждом конкретном случае, а необходимость давать согласие на каждую сделку серьезно затруднит эту деятельность. Если же мы учтем, что предприниматель осуществляет деятельность на свой риск и в соответствии с п. 3 ст. 26 ГК РФ несовершеннолетние сами отвечают по своим сделкам, станет очевидно, что нельзя разрешать заниматься предпринимательством малолетним, пусть и с согласия родителей, поскольку систематическая предпринимательская деятельность и совершение отдельных сделок не одно и то же.

Несовершеннолетнее лицо психологически не готово нести ответственность за систематически совершаемые сделки, связанные с осуществлением бизнеса. Законодатель не случайно ограничил дееспособность этих лиц возможностью совершения мелких бытовых сделок и распоряжения своим заработком. Нельзя уравнять внесение вклада в кредитное учреждение (п. 2 ст. 26 ГК РФ) и получение в нем кредита на занятие предпринимательством, рассматривая их с позиции дееспособности несовершеннолетних.

К этому можно добавить еще один довод. Если согласие родителей призвано защитить интересы несовершеннолетних, то кто позаботится об интересах их партнеров, контрагентов, заключающих сделки с данным лицом? Нельзя исключать возможности признания сделки недействительной на основании ст. 175 ГК РФ, согласно же ст. 171 ГК РФ сделка изначально порочна. Но и тут законодатель не мог не оставить «лазейку»: в интересах малолетнего совершенная им сделка может быть по требованию его родителей, усыновителей или опекуна признана судом действительной, если она совершена к выгоде малолетнего. Остается только развести руками: ну разве получение прибыли не есть выгода? Или разве родители не будут настаивать на действительности сделки, совершаемой, как правило, ими же вместо их чада - малолетнего предпринимателя? Запутанность законодательства о регистрации, отсутствие четких возрастных ограничений, низкий уровень договорной работы приводят к тому, что предприниматели заключают договоры с подобными «представителями» предпринимателя (лицами, реально осуществляющими предпринимательскую деятельность, а не номинальными в бизнесе фигурами их родственников).

Рассуждения многих авторов по данному вопросу часто сводят предпринимательскую деятельность к обычным гражданско-правовым сделкам, что обедняет, а то и вовсе выхолащивает содержание этой категории. То, что приемлемо для отдельной, совершаемой от случая к случаю сделке, неприемлемо для самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельности, направленной на систематическое получение прибыли. В рамках такой деятельности возникают гражданско-правовые отношения по пользованию имуществом, продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг. Но предпринимательскую деятельность нельзя свести к совокупности имущественных отношений. Ее начало и прекращение невозможно без четко урегулированных организационных отношений (регистрация, лицензирование, техническое регулирование), а осуществление протекает в жестких рамках налоговых отношений. Если же индивидуальный предприниматель участвует во внешнеэкономической деятельности, то отделить ее от таможенных, валютных и иных правил также невозможно. Иными словами, предпринимательство - это сложный комплекс отношений, регулируемых различными отраслями права, представляющий собой важнейший способ хозяйствования в обществе с рыночной экономикой. Поэтому проблема предпринимательской правосубъектности не может быть решена только на основании толкования норм ГК РФ о дееспособности граждан.

Помимо возрастного аспекта, существует проблема гражданства лица, желающего зарегистрироваться в статусе индивидуального предпринимателя. Хоть Федеральным законом и определено право иностранных граждан и лиц без гражданства заниматься любой, разрешенной законом деятельностью, на практике могут возникнуть чисто технические проблемы регистрации этих лиц. Подавая заявление в налоговый орган, гражданин указывает место своего фактического проживания, ему даётся право проводить предпринимательскую деятельность без ограничения по срокам, но время его пребывания на территории государства строго определено законодательством – 3 года и 5 лет. В частности, проблемы законодательного регулирования административно-правового статуса ИП. В частности, проблемными вопросами является необходимость лицензирования отдельных видов деятельности, а также закрепленный перечень видов деятельности, которыми может заниматься ИП и которыми не имеет права: ИП не может быть участником торгового оборота, связанного с гражданским и служебным оружием, не может также осуществлять торговлю алкогольной продукцией и ее производство, заниматься страхованием, осуществлять деятельность в сфере азартных игр и т. д.^[28] [20]. Отсутствие единого нормативно-правового акта в области торговли, который регулирует запреты и ограничения по конкретным субъектам и объектам торговли, а также видам договора купли-продажи, делает затруднительным участие ИП в торговом обороте^[29].

ИП действует самостоятельно «на свой риск», как сказано в ст. 2 ГК РФ, то есть обладает «самостоятельной правосубъектностью»^[30]. При низкой правовой грамотности предприниматели неверно истолковывают те или иные нормы, и это приводит к нарушению действующего законодательства, применению административных норм ответственности, а зачастую – к ликвидации предпринимательской деятельности.

К вопросу об утрате гражданином статуса индивидуального предпринимателя – следует отметить, что в отличие от юридических лиц, ИП полностью отвечает своим имуществам по обязательствам: «ни гражданское законодательство, ни Закон о банкротстве не содержат прямой нормы, предусматривающей утрату гражданином статуса индивидуального предпринимателя в качестве основания для прекращения обязательства должника перед кредитором, оснований для исключения требований предпринимателя из реестра требований кредиторов должника лишь на том основании, что он исключен из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, в данном случае не имеется»^[31].

Проблемы правового статуса индивидуального предпринимателя вытекают также из нестабильности правового регулирования налоговой системы. Элементом правоспособности ИП является его личное имя. Если юридическое лицо согласно законодательству вправе присвоить своей организации любое название, то индивидуальный предприниматель всегда зовётся именем, данным ему при рождении и подтверждённым документом, если иное не предусмотрено действующим законодательством или местными обычаями ИП. С момента регистрации индивидуального предпринимателя в налоговых органах его имя становится не только гражданским идентификатором, но и обозначением субъекта хозяйствования.

Действующее законодательство не ограничивает индивидуальных предпринимателей в ведении бизнеса. Имущество, находящееся во владении физического лица, может быть использовано для конфискации в погашение обязательств при наступлении банкротства. Оно же может применяться в индивидуальном предпринимательстве, для осуществления работ и оказания услуг, приносящих впоследствии прибыль. И именно эта ответственность своим имуществом и приравнивает индивидуального предпринимателя к рядовому гражданину. В случае с юридическим лицом ответственность несёт только учредитель, директор, и не личным имуществом, а собственностью предприятия. Имеется также ограничение на занимание государственных должностей. Граждане, являясь индивидуальными предпринимателями, не вправе занимать такие должности согласно закону, но могут работать в любой другой должности в прочих организациях. Индивидуальный предприниматель, как любое физическое лицо, решением суда может быть ограничен в правоспособности, дееспособности, чего нельзя сделать в отношении юридического лица.