Файл: Понятие и классификация функций государства.pdf

Таким образом, в современных научных исследованиях понимание функций государства, так или иначе, сводится к основным направлениям деятельности государства.

Вместе с тем, некоторые авторы подчеркивают, что функции государства являются особым механизмом государственного воздействия на общественные процессы и отношения, определяющим главные направления и содержание его деятельности по управлению обществом [9, C. 115].

Т.М. Хлусов предлагает рассматривать функции государства как определенные конкретными историческими условиями существования государства, его основные направления деятельности по управлению делами общества, осуществляемыми в присущих ему формах и конкретными методами [37, C. 53].

На сегодняшний день можно отметить, что существует два подхода к определению функций государства. Сторонники первого придерживаются мнения, что функции государства отражают деятельность государства в отдельных сферах общественных отношений.

Сторонники иного подхода, определяющего функции государства как основные направления его деятельности, отрицают в функциях существенную часть деятельности государства и настаивают на том, что функции государства не сводятся к деятельности государства, поскольку направление деятельности - это еще не сама деятельность, не ее содержание, а лишь направление, в рамках которого она осуществляется.

С учетом изложенного, представляется возможным определить понятие «функции государства» как направления деятельности государства, обусловленные объективными факторами (закономерностями развития общества), вытекающие из целей и задач государства в определенный исторический период, в котором выражается сущность и социальное назначение государства.

1.3. Классификация функций государства в современной литературе ТГП

Основополагающим для советской юридической науки было представление о том, что функции государства выражают его классовую сущность. Как и ряд других вопросов, вопрос о функциях государства раскрывался в советских учебниках по теории государства и права 1960–1970-х гг. не сам по себе, а в рамках тем, посвященных рассмотрению советской социалистической общенародной государственности и эксплуататорской (рабовладельческой, феодальной, капиталистической) государственности соответственно.

Функции социалистического государства понимались как «направления (и стороны) его деятельности, в которых выражаются и конкретизируются его классовая сущность, служебная роль, задачи и цели, закономерности развития по пути к социализму и коммунизму» [4, C. 190-191].

Функции социалистического государства, таким образом, считались в корне отличными от функций государства капиталистического. Если для первого характерна культурно-воспитательная функция, то для второго - функция «идеологической обработки» трудящихся масс, если для первого - функция братской взаимопомощи и сотрудничества со странами социализма, то для второго - функция борьбы против социалистических государств и т.д. [35, C. 41]

Функции социалистического государства и функции капиталистического государства не просто рассматривались отдельно, а противопоставлялись, исходя из принципиально разных задач исторического бытия социализма и капитализма. Функции социалистического государства («полугосударства» или «государства не в собственном смысле слова») не могли совпадать с функциями капиталистического государства как государства эксплуататорского.

В этом отношении функции капиталистических государств, исторически сосуществующих с социалистической государственностью, оказывались по своему содержанию ближе функциям государств феодального и рабовладельческого типа - в той части, в какой они как государства эксплуататорские стремились к подавлению сопротивления эксплуатируемого класса и охране привилегий эксплуататоров.

Это положение советского правоведения означало, что максимальный уровень обобщения, который оно считало для себя возможным в этом вопросе, состоял в выделении функций эксплуататорских государств. При этом к внутренним функциям таких государств относились функция подавления сопротивления угнетенных классов и функция охраны частной собственности, а к внешним - функция обороны страны и функция захвата чужих территорий [25, C. 77].

Работа советской юридической науки в направлении создания моделей функций государства, «привязанных» к определенному историческому типу государства, только «задним числом» может быть расценена как классификационная. Такого рода вывод требует отказа от целого ряда постулатов марксистко-ленинской теории права и, главное, требует признания того, что социалистическое государство в той же мере государство, что и все иные исторические типы государств.

В современном правоведении анализ функций государства через отнесение их к тому или типу государственно-организованного общества в рамках формационного подхода отдельными авторами еще осуществляется. Однако в большей степени распространено представление о существовании «функций государств эксплуататорского типа» и «функций государства демократического типа» [18, C. 124].

Неоднозначность такой трактовки осознается и теми авторами, которые данное деление воспроизводят. Внятно сформулировать критерий такого деления у них не получается, ведь это требует создания конкретной типологии государств, в которой на выходе будет фигурировать государственность двух обозначенных типов (эксплуататорского и демократического).

Натянутость некоторых выводов советского правоведения в части конструирования модели функций того или иного типа государства заставила отдельных авторов выступить с идеей о необходимости создания теории функций государства вообще. Характерно, что со стороны именно этих авторов была предложена классификация функций государства на «сугубо классовые» и «общесоциальные» [17, C. 13].

Такая классификация в условиях господства марксистко-ленинской доктрины не могла найти всеобщей поддержки. Если определять государство как машину для поддержания господства одного класса над другим, то как можно обнаружить в деятельности этого государства какие-то направления, не обусловленные его эксплуататорской природой? Все его функции окажутся классовыми.

Что касается «полугосударства», т.е. государства социалистического, то для него как государства диктатуры пролетариата принципиальна реализация интересов и стремлений облеченного здесь экономической и политической властью класса трудящихся, а как для общенародного государства - характерна реализация общесоциальных функций [21, C. 40].

В первом случае налицо классовый характер деятельности, во втором - общесоциальный. Принятие данная классификация нашла уже в постсоветский период развития отечественной науки, которая готова была поддержать тезис о том, что одни функции государство осуществляет в интересах господствующего класса, а другие - в интересах всего общества.

В настоящее время многие авторы склонны согласиться с тем, что сугубо классовый характер носит у государства функция подавления сопротивления эксплуатируемых классов, остальные функции в той или иной мере вытекают из природы всякого общества, а значит, имеют общесоциальный характер.

Оценить соответствующую функцию однозначно как классовую или общесоциальную - вне того или иного контекста - нельзя. Одно дело констатировать, что на всех исторических этапах в функциях государства присутствует общесоциальное содержание, иначе бы под сомнение была поставлена социальная ценность государственной организации общества [29. C. 177], другое дело - дать внятный перечень общесоциальных функций государства.

Тем не менее, отталкиваясь от этой классификации, некоторые авторы предлагают делить функции государства (по содержанию) на общие (общесоциальные) и особенные (классовые, клановые, династические и т.п.) [32, C. 58]. Эта классификация вызывает еще больше нареканий. Если такие трудности связаны с распределением функций государств на группу классовых и группу общесоциальных, то можно представить, что выделение среди функций государства сугубо клановых или сугубо династических вообще окажется непосильной задачей.

В этой связи следует упомянуть классификацию В.Е. Чиркина, различающего среди функций государства «функции общего характера, социально-нейтральные, вытекающие из «общих дел» и сами по себе не зависящие от социальной природы, типа того или иного государства (та же функция обороны), и социально определенные, зависящие, в частности, от исторического типа того или иного государства» (такие как функция охраны социалистической собственности) [41, C. 157].

В данном суждении представлена попытка синтезировать накопленные марксистко-ленинской теорией государства и права знания с современными представлениями, в наибольшей степени отразить диалектику общего, особенного и единичного в описании функций государства. Есть в современной науке и модификации этого подхода.

Отталкиваясь от схожих посылок, Н.В. Разуваев считает, что любому государству присущи универсальные функции, которые связаны с решением «общих дел», и специальные функции, которые имеют историческую обусловленность и выступают как типологические характеристики государств.

При этом данный исследователь предлагает свою собственную типологию государств, в соответствии с которой выделяются государства традиционные (имеющие частноправовую основу) и современные (имеющие публично-правовую основу). Наиболее важной из универсальных функций, по его мнению, выступает функция поддержания целостности общества [29, C. 206].

Думается, что подход В.Е. Чиркина и Н.В. Разуваева к классификации функций государства является плодотворным. Выделение универсальных, общих функций государства обусловлено социальным назначением государства, а выделение специальных — типологической принадлежностью того или иного государственно-организованного общества. Если типология государства, взятая за основу при таком подходе (устоявшаяся или авторская), претендует на научную состоятельность, то проблема функционирования государства соответствующего типа получит в ней внятное освещение.

В советской юридической науке возникла также классификация функций государства на основные и неосновные. Она получила широкое распространение, но уже тогда нашлись авторы, которые подвергли ее критике. Среди последних был Л.И. Каск, который полагал, что у этой классификации отсутствует четкий критерий, и связывал ее несостоятельность с тем фактом, что в зависимости от исторического этапа развития государства одна и та же функция может выдвинуться на первый план и стать соответственно «основной», а на других этапах утратить это качество [17, C. 13].

Что касается сегодняшнего дня, то данная классификация критикуется рядом исследователей. Их критика состоит в том, что относительно неосновных функций в юридической науке имеются лишь отрывочные упоминания (и соответственно задача формулирования их перечня до сих пор не выглядит решенной) [35, C. 34].

Думается, что наиболее корректный из предложенных в науке выходов состоит в том, чтобы признать за неосновными функциями государства значение субфункций — отдельных направлений деятельности, из которых складывается основное направление в виде функции государства. В этой части следует согласиться с А.В. Мелиховой, которая полагает, что субфункция — это поднаправление внутри функции государства, которое все же некорректно именовать неосновной функцией [24, C. 9].

С советского времени существует в отечественном правоведении также классификация функций государства, основанная на продолжительности их действия. С этой точки зрения выделяют постоянные и временные функции государства. Первые присущи государству на всех этапах его существования, вторые - присущи государству на отдельных этапах его существования, связаны с решением каких-то специфических задач [11, C. 65].

По сфере деятельности функции государства делятся на внутренние и внешние. Первые ориентированы на решение задач внутри страны, вторые - служат решению задач на международной арене. Классификация, которая имела практически незыблемое значение для советского правоведения, в настоящее время утрачивает свои позиции. Глобализация и интеграция, составляя основной вектор развития человечества, не позволяют ставить вопрос о том, что осуществление какого-либо направления деятельности может быть ограничено государственными границами.

Неслучайно высказывается мнение о том, что от этой классификации необходимо или отказаться вовсе, или дополнить ее группой «смешанных» функций, или развивать системное видение вопроса о реализации функций государства (как это делает, например, С.Н. Туманов) [36, C. 34].