Файл: Личные неимущественные права как предмет гражданского права(Понятие и сущность личных неимущественных прав).pdf

Если говорить о защите чести, достоинства и деловой репутации, то в соответствии с п. 6 ст. 152 ГК РФ при возникновении обстоятельств, при которых установить лицо, распространившее информацию, порочащую честь, достоинство и деловую репутацию гражданина или деловую репутацию юридического лица, невозможно, лицо, в отношении которого эта информация распространена, имеет право обратиться в суд с заявлением о признании распространенной информации не соответствующей действительности.

Если гражданин считает, что его честь, достоинство, доброе имя опорочены, он вправе обратиться с иском в суд о защите чести и достоинства. При этом он должен обладать гражданской право- способностью, так как предоставляя субъектам способность иметь гражданские права и обязанности, законодатель также дает им возможность обращения в суд или иной юрисдикционный орган за защитой своих интересов или прав, где они могут быть ответчиком или иным субъектом процесса и располагать гражданскими процессуальными правами и обязанностями. Исковыми требованиями в таких случаях будут требования о признании несоответствующими действительности порочащих сведений, обязанности ответчика опровергнуть порочащие сведения, взыскании компенсации морального вреда. При этом истец должен доказать факт распространения и порочащий характер сведений. Ответчику придется доказывать в суде, что спорные сведения не соответствуют действительности. Судебная практика в делах о защите чести и достоинства складывается так, что истцу сложно доказать порочащий характер распространенных сведений.

Вероятность реального исполнения судебного решения обеспечивается уже в период принятия искового заявления, подготовки и рассмотрения гражданского дела, в том числе о защите чести и достоинства. Так, судом могут быть приняты меры по обеспечению иска, запретив распространение сведений, порочащих истца до вынесения окончательного решения по делу. Независимо от стадии процесса суд обязан принимать все меры, по улаживанию споров, не допуская при этом нарушения прав и законных интересов каждой из сторон.

Следовательно, можно сделать вывод о том, что важным способом защиты чести и достоинства и деловой репутации является судебная защита, сосредоточенная на охране прав и свобод личности, а также ликвидации результатов их нарушения. Нами установлено, что право на судебную защиту чести и достоинства включает следующие элементы: право на беспристрастное рассмотрение требований, высказанных истцом; право на вынесение законного и обоснованного решения, право на возбуждение кассационного и надзорного разбирательства, а также право на осуществление судебного решения.

Стоит отметить, что произведенные нововведения оставляют неразрешенными некоторые вопросы гражданско-правового регулирования защиты соответствующих нематериальных благ. Прежде всего, это касается возможности или невозможности компенсации морального вреда юридическим лицам.

Так, пунктом 11 статьи 152 ГК РФ в новой редакции предусмотрено, что правила о защите деловой репутации гражданина применимы соответственно к защите деловой репутации юридических лиц, но с существенной оговоркой – недопустимостью компенсации морального вреда по делам данной категории. Таким образом, действующий ГК РФ четко закрепляет недопустимость распространения на юридических лиц положений о компенсации морального вреда в случае причинения ущерба их деловой репутации.

Вне всяких сомнений, следует поддержать позицию, согласно которой моральный вред, подразумевающий физические или нравственные страдания, не может быть причинен юридическому лицу, которое, являясь искусственным субъектом права, не испытывает таких страданий^[58]. Однако представляется, что вопрос о компенсации ущерба юридическим лицам при распространении сведений, порочащих их деловую репутацию, требует выработки принципиального нового подхода.

В доктрине гражданского права неоднократно подчеркивалось, что моральный вред не всегда ограничивается лишь нравственными или физическими страданиями, а может подразумевать под собой иные неблагоприятные последствия нематериального характера, которые не поддаются точному денежному исчислению и носят отрицательный и существенный характер для потерпевшего. Исходя из данной формулировки, моральный вред может быть причинен не только физическому лицу, но и организации, ввиду этого право требовать возмещения морального вреда возникает и у юридического лица. Остается определиться с верной дефиницией указанного вреда, так как предпочтительнее в данном случае говорить не о моральном, а нематериальном (репутационном) вреде в отношении юридического лица.

Представляется, что новая редакция статьи 152 ГК РФ не исключает возможность компенсации нематериального (репутационного) вреда юридическим лицам.

Данный способ защиты возник в российском праве благодаря прецедентной практике Европейского суда по правам человека, Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2003 г. № 508-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Шлафмана Владимира Аркадьевича на нарушение его конституционных прав пунктом 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации» и получил широкое применение в современной судебно-арбитражной практике.

Необходимо отметить важность указанного Определения Конституционного Суда РФ, которым установлено, что в решении вопроса о применимости того или иного способа защиты нарушенных гражданских прав к защите деловой репутации организации должен решаться исходя именно из природы юридического лица. При этом отсутствие прямого указания в законе на возможность применения конкретных способов защиты деловой репутации юридических лиц не лишает их права предъявлять требования о компенсации нематериальных убытков, причиненных умалением деловой репутации, или имеющего собственного содержание нематериального вреда (отличного от содержания морального вреда, причиненного физическому лицу), которое в свою очередь вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК РФ)^[59]. В основе данного вывода Конституционного Суда РФ лежит основополагающий принцип защиты нарушенных прав, предусмотренный частью 2 статьи 45 Конституции РФ, в соответствии с которым каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Как обоснованно подчеркивает О.Осадчая, в данном случае Конституционный Суд РФ закрепил право юридических лиц на компенсацию неимущественного ущерба, причиненного ему посредством умаления его деловой репутации, и при этом подчеркнул отличие в содержании нематериального (репутационного) вреда от содержания морального вреда, причиненного гражданину.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 июля 2012 г. № 17528/11 по делу № А45-22134/2010 также отмечается, что в соответствии с пунктами 5 и 7 статьи 152, пунктом 2 статьи 1099 ГК РФ юридическое лицо наравне с гражданином вправе требовать возмещения убытков и компенсации нематериального (репутационного) вреда, причиненных распространением сведений, порочащих его деловую репутацию. Организация вправе требовать возмещения такого вреда при доказанности общих условий деликтной ответственности. К этим условиям относятся следующие: противоправность деяния со стороны ответчика, неблагоприятные последствия этих действий для истца, а также причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий для истца. Применение судами указанного способа защиты находит свое отражение и после реформы гражданского законодательства.

Таким образом, возможность компенсации нематериального (репутационного) вреда юридическим лицам, несмотря на ее активное применение на практике, до сих пор не закреплена в российском законодательстве.

Анализ приведенной правовой позиции Конституционного Суда РФ позволяет сделать вывод о том, что она сохраняет свою актуальность и при применении статьи 152 ГК РФ в новой редакции. Поэтому представляется необходимым дополнить статью соответствующими уточнениями о возможности применения нематериального (репутационного) вреда юридическим лицам при распространении не соответствующих действительности сведений, порочащих их деловую репутацию.

Помимо этого, существенная специфика при рассмотрении данной категории дел заключается в специфической роли суда. Указанная специфика определяется рядом факторов: во-первых, только суд вправе производить оценку сведений, т. е. непо­средственно устанавливать факт их порочности, вне зависимости от оценки их потер­певшим; во-вторых, суд решает, наносит ли распространение сведений вред ценнос­тям, защищаемым Конституцией РФ, укладывается ли это в рамки политической дискуссии и возможно ли опровержение сведений в судебном порядке; в-третьих, суд вправе самостоятельно определять порядок опровержения сведений (который факти­чески выступает способом защиты права) в случаях, не предусмотренных в п. 2—5 ст. 152 ГК РФ.

Так, Решением Челябинского районного суда от 18.09.2015 г. поста­новлено: признать фразу «...студенты распространяли во время выборов в городскую Думу листовки антисемитского содержания» в отношении П. не соответ­ствующей действительности; обязать ответчика, газете «Вечерний Челябинск», опуб­ликовать в газете «Вечерний Челябинск» опровержение в виде резолютивной части решения суда; взыскать с газеты «Вечерний Челябинск» в пользу П. компенсацию морального вреда 1000 рублей. Судебная коллегия по гражданским делам отменила решение, т. к. содержание статьи соответствовало действительности: 14.06.2008 г. было вынесено су­дебное решение, согласно которому 26.01.2007 г. Д. совместно с П. расклеивали листовки антисемитского содержания. Указанный пример прямо иллюстрирует роль суда при оценке сведений и установлении их характера.

Но наиболее ярко роль суда проявляется именно при выборе способа защиты нарушенного права. Так, Решением Центрального  районного суда г. Челябинска от 14.02.2013 г. частично удовлетворены исковые требования Л. о защите чести и досто­инства: С. обязана принести Л. публичное извинение в присутствии коллег в течение 10 дней с момента вступления решения суда в законную силу. Судебная коллегия решение суда отменила, указав, что извинение как способ судебной защиты чести, достоинства и деловой репутации ст. 152 ГК РФ и другими нормами законодатель­ства не предусмотрено, поэтому суд не вправе обязывать ответчиков по данной кате­гории дел принести истцам извинения в той или иной форме. В то же время, по­скольку субъективное мнение С. в отношении Л. было высказано в оскорбительной форме, Судебная коллегия указала, что на ответчика может быть возложена компен­сация морального вреда.

Однако в ряде случаев суд прямо руководствуется установ­ленным в ст. 152 ГК РФ правом на определение порядка защиты рассматриваемых нематериальных благ. К примеру, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 14.11.2014 г. по делу № А55-7628/2014^[64] прямо обозначил, что по заявлению заинтересованного лица суд вправе признать распространенные в отношении него сведения не соответствующими действительности порочащими све­дениями вне зависимости от того, что данный способ защиты не предусмотрен ст. 152 ГК РФ.

В свете обозначенного выше следует отметить, что в делах по защите чести, досто­инства и деловой репутации именно суд в полной мере определяет движение процесса в зависимости от конкретных обстоятельств дела и специфики защищаемого интереса.

В судебной практике также существует проблема определения размера компенса­ции морального вреда и возмещения вреда по делам о защите чести достоинства и деловой репутации. Так, в частности, в законодательстве и судебной практике отсут­ствуют критерии и правила определения размера указанной выше компенсации, в связи с чем суды при определении размера компенсации должны учитывать лич­ность истца и ответчика, их общественное положение, занимаемую должность, мате­риальное положение; содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании; количество экземпляров печатного издания и его влияние на формирова­ние негативного мнения; нравственные и физические страдания истца; конкретные негативные последствия, наступившие в результате распространения сведений; требо­вания разумности и справедливости и иное. При этом суды удовлетворяют требова­ния о компенсации вреда по рассматриваемой категории дел лишь приблизительно в 30 % случаев (данные обобщены по результатам практики Октябрьского областного суда Владимирской области за период с 2006 г.). Вопрос же о компенсации ущерба применительно к защите деловой репутации не разрешен вплоть до настоящего времени.

Практика определения размера компенсации также неоднородна. В абсолютном большинстве случаев размер компенсации не превышает 15 000 рублей (имеют место случаи, когда компенсация составляет 100 рублей^[65]). Без наличия четких формул, содержащих единые критерии, определения размера морального вреда и закрепления права юридического лица на защиту деловой репутации и возможность возмещения неимущественного (репутационного) вреда невозможно обеспечить эффективную за­щиту прав лиц, обращающихся в суд за защитой нарушенного права, и единообразие правоприменительной практики. В связи с указанным представляется обоснованным закрепить в законодательстве конкретные обстоятельства, которые суд должен учесть при определении размера компенсации, а также расширить положения статьи 151 и 152 ГК РФ положениями о «репутационном вреде» юридических лиц.