Файл: Виды объектов патентного права в системе законодательства РФ и их характеристика..pdf

Таким образом, патентообладателю гарантируется возможность извлечения выгоды из монопольного владения запатен­тованным средством в пределах установленного законом срока, по истечении которого оно поступает во всеобщее пользование. Предо­ставление такой возможности осуществляется в рамках специаль­ной процедуры, которая включает доведение до сведения обще­ства данных о созданном техническом новшестве (составление и подача заявки, публикация материалов заявки и т. п.), проверку компетентным государственным органом того, действительно ли заявленное новшество обогащает мировой уровень техники (экс­пертиза заявки), и, наконец, выдачу от имени государства особого охранного документа, гарантирующего права заявителя [19, с. 23]. Таким до­кументом является патент на изобретение или иной объект про­мышленной собственности, который официально подтверждает права его обладателя и устанавливает их объем [1].

Подытоживая вторую главу исследования, отметим, что проведенный анализ дает четкие представления о способах, формах и степени защиты использования объектов патентного права. Действующее законодательство довольно подробно регламентирует использование и охрану объектов патентного права не только на территории Российской Федерации, но и за рубежом. В настоящее время система патентования объектов построена таким образом, что позволяет изобретателям извлекать выгоду из своих разработок и в то же время охраняет его законные права на изобретение не только в России, но и в зарубежных странах.

3. Проблемы охраны объектов патентного права

3.1. Актуальные проблемы правовой охраны полезных моделей

Учитывая возрастание роли института полезных моделей в гражданско-правовом регулировании отношений, связанных с созданием и использованием объектов технического творчества в условиях ры­ночной экономики, наблюдаемое за рубежом, представляется целесооб­разным принять специальный закон о правовой охране полезных моде­лей в российской федерации, основанный на концепции признания по­лезной модели изобретением с особым режимом предоставления охраны и ее действия, и учитывающий проблемы, возникающие на практике. На наш взгляд, целесообразно внести в законодательство следующие коррективы [12, с. 15].

Внести изменения в регламентацию критериев охраноспособ­ности полезной модели. В силу того, что идентичные или близкие технические решения, и, прежде всего, не требующие значительных творческих усилий, могут возникать у разных людей в одно и то же время, необходимо их отде­ление от решений, имеющих творческий характер, в противном случае правовая охрана новшества становится неэффективной в силу невоз­можности реализации запретительной функции охранного документа [22, с. 59].

Развитие института полезных моделей за рубежом, в первую очередь, в промышленно развитых странах указывает на необходимость введения критерия изобретательского шага для полезных моделей, предусматри­вающего творческий характер полезной модели, однако более низкий, чем изобретения по заявке на патент [34, с. 41].

Близость полезной модели и промышленного образца (функциональ­ного) в ряде случаев делает целесообразным конструирование заявки на полезную модель с испрашиванием внутреннего приоритета на основании первоначальной заявки на промышленный образец и наоборот. Такой подход отражен в ст.4Е Парижской конвенции и необходим для повышения гибкости патентной охраны в отечественном патентном пра­ве [8, с. 395].

Для сохранения приоритета нового решения целесообразно предо­ставить в ст. 1379 ГК РФ право разделения заявки на промышленный образец подан­ной с нарушением действующих требований, на две заявки как на промышленные образцы, так и полезные модели (изобретения) [6].

Базируясь на зарубежном опыте применения полезной модели для получения быстрой охраны и усиления охраны изобретения патентом необходимо создать нормы, обеспечивающие получение действитель­но быстрой охраны и реализацию прав на новшество в период до полу­чения патента на изобретение с использованием полезной модели, от­меченное особенно важно при известной неопределенности временной охраны изобретения и неподготовленности отечественной судебной сис­темы к разрешению споров в области патентного права [13, с. 227].

Для повышения эффективности реализации права на полезную модель целесообразно ввести жесткие требования к составлению форму­лы полезной модели, позволяющие впоследствии ускорить и упростить процедуру рассмотрения возможных споров о нарушении права на полез­ную модель и аннулирования ее регистрации. Для этого удобна формула периферийного типа, предназначенная для решения указанной задачи, и обеспечивающая адекватное выражение сущности изобретения.

Кроме того, представляется целесообразным регламентировать процедуру разрешения споров о нарушении права на полезную модель с использованием решерша.

На наш взгляд, необходимо регламентировать процедуру изменения формулы полезной мо­дели (изобретения) в период действия правовой охраны, данное пред­ложение связано с тем, что результаты экспертизы заявки на патент или решерша могут быть использованы для изменения формулы полезной модели в период действия правовой охраны, кроме того, в настоящее время достаточно большое количество изобретений, защищенных автор­скими свидетельствами, получило патентную охрану, при этом формула изобретения по заявке на авторское свидетельство во многих случаях не представляет широкой патентной защиты и практически ее легко обойти, для усиления охраны в подобных случаях необходима корректи­ровка формулы на основе заявочных материалов.

Практическое применение четвертой части ГК РФ, введенной в действие с 1 января 2008 г. [6], подтвердило прогнозы специалистов относительно необходимости внесения изменений в Кодекс, высказанные еще до ее вступления в силу. Наиболее острой из выявившихся проблем, пожалуй, стало массовое привлечение производителей к ответственности за нарушение прав на запатентованную полезную модель. Упрощение процедуры патентования технических устройств и систем в качестве полезных моделей, связанное с отсутствием экспертизы на соответствие их критериям патентоспособности, привело к многочисленным злоупотреблениям правом со стороны патентообладателей [22, с. 60].

Предоставленная Кодексом возможность в течение трех-четырех месяцев получить регистрацию исключительных прав на техническое решение, даже если оно не является новым и открыто используется конкурентом, для некоторых недобросовестных производителей стала реальным шансом нанести значительный ущерб, а в некоторых случаях добиться вывода с рынка конкурента [26, с. 40]. С другой стороны, действующее законодательство предусматривает возможность защиты от явных пиратов, присвоивших себе право на полезную модель, которая ранее открыто использовалась другими производителями. В этом случае добросовестный производитель вправе обратиться в Палату по патентным спорам. Почему же этот правовой механизм не работает?

Во-первых, арбитражные суды в соответствии с АПК РФ не приостанавливают рассмотрение споров о нарушении патентных прав на том основании, что патент оспаривается в административном органе – Палате по патентным спорам.

Во-вторых, правоохранительные органы в соответствии с УПК РФ также не приостанавливают следственные действия, включая принятие обеспечительных мер (помещение подследственного в изолятор временного содержания, изъятие продукции и оборудования, арест счетов и т.п.) на основании обращения подозреваемого в Палату по патентным спорам.

В-третьих, сроки рассмотрения возражений в Палате по патентным спорам от даты подачи возражения до регистрации решения в период с введения в силу четвертой части ГК РФ до настоящего времени составляли до восьми месяцев.

В дополнение следует заметить, что немногие компании, которые привлекались к ответственности за нарушение патентных прав на полезную модель, имели опыт или хотя бы представление о том, как патент можно признать недействительным и какова процедура рассмотрения возражения в Палате по патентным спорам [17, с. 257].

Одним из первых широко обсуждаемых проектов, в котором затрагивалась проблема защиты полезных моделей, стала Концепция совершенствования раздела VII Гражданского кодекса Российской Федерации "Права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации" (далее – Концепция).

Для более полного раскрытия данной проблемы и поиска путей ее решения целесообразно обратиться к зарубежному опыту. Так, в Германии и Австрии он известен как зарегистрированная полезная модель, в Австралии – инновационный патент, Малайзии – полезное новшество, Индонезии, Таиланде и некоторых других странах – малый патент [34, с. 41]. Относительно Европейского Союза следует отметить, что Еврокомиссией, обладающей правом внесения законодательной инициативы, был представлен законопроект об охране полезных моделей, однако в 2007 г. работа по его продвижению прекратилась. В результате приобретение техническим решением правового статуса в качестве полезной модели на территории 12 стран ЕС (Австрии, Бельгии, Германии, Греции, Дании, Ирландии, Испании, Италии, Нидерландов, Португалии, Финляндии и Франции) стало возможным только в случае подачи отдельной заявки на территории стран, входящих в ЕС [34, с. 42].

Как правило, в большинстве стран законодатель закрепил в нормах национального права преимущества, связанные с ускоренной и упрощенной процедурой получения патента на полезную модель по сравнению с изобретениями, а именно: отказ от проведения экспертизы по существу [30, с. 248].

Возвращаясь к предложениям об изменении нашего законодательства по полезным моделям, следует отметить, что попытки ввести обязательную досудебную экспертизу не были одобрены, в связи с чем в настоящее время рассматриваются альтернативные предложения по совершенствованию законодательства в области полезных моделей. В частности, прилагается включить в законодательную базу следующие положения:

• введение процедуры общественной проверки патентоспособности полезной модели;
• уточнение условий патентоспособности (введение условия изобретательский шаг, упрощение определения промышленной применимости);
• ведение условия ясности и полноты раскрытия полезной модели в документах заявки;
• уточнение определения единства (направлено на упрощение проверки);
• возможность преобразования заявки на полезную модель в заявку на промышленный образец (и наоборот).

Исходя из опыта зарубежных стран и опираясь на российские реалии, взяв за основу предложения об обязательной патентной экспертизе как необходимое основание для реализации прав на полезную модель, предлагаем рассмотреть альтернативные варианты совершенствования законодательства по полезным моделям [27, с. 108].

Вариант 1. Предлагается при предъявлении ответчику требований о нарушении патентных прав на полезную модель возложить на истца бремя доказывания соответствия полезной модели критериям патентоспособности путем предоставления суду заключения о патентоспособности технического решения. Отличие этого варианта от предложенного в Концепции – "защита исключительного права на полезную модель будет осуществляться при условии подтверждения Роспатентом патентоспособности полезной модели (на основании экспертизы по существу, проводимой по ходатайству правообладателя)" состоит в том, что в этом случае право на предъявление иска (право на иск в процессуальном смысле) не ставится в зависимость от получения такого заключения. Иск будет принят и рассмотрен, однако в случае заявления ответчиком о несоответствии полезной модели критериям патентоспособности и при отсутствии представленного истцом заключения Роспатента суд в удовлетворении требований истца может отказать.

Вариант 2. Предлагается ввести порядок, в соответствии с которым судебные экспертизы при рассмотрении споров о нарушении прав на полезную модель должны приобрести статус обязательных, предписанных законом. Учитывая, что согласно части 1 ст. 82 АПК РФ в случае, если назначение экспертизы предписано законом, Арбитражный суд вправе приостановить разбирательство на основании части 1 ст. 144 АПК РФ.

Вариант 3. Данный вариант приближен к австралийской модели и заключается в том, что требование о проведении экспертизы по существу может быть заявлено как патентообладателем (с оплатой установленной пошлины), так и любыми третьими лицами. Однако в данном случае, третьи лица обязаны оплатить половину установленной пошлины, а патентообладатель – ее вторую половину. В случае отказа патентообладателя от оплаты части пошлины за проведение экспертизы, инициированной третьими лицами, действие патента прекращается.