Файл: Миграционные процессы,их управление.pdf

В 1803г. началось переселение немецких колонистов в степи южной Новороссии. Правила «О приеме и водворении иностранных колонистов» от 20 февраля 1804 г. облегчали положение колонистов и способствовали их притоку в Россию. Иностранных колонистов рекомендовалось направлять в Новороссию, расселяя ближе к портовым городам. Колонисты получили льготу от уплаты податей и отправления повинностей на 10 лет, им выдавалось на хозяйственное обзаведение до 300 руб. в год с возвратом этих денег по прошествии льготного срока в течение 10 лет, выделялся надел в 60 десятин на семейство (в отличие от них отечественные переселенцы не получали от казны никаких пособий и льгот). До 60-х годов XIX в. в Новороссию переселилось более 70 тыс. немецких колонистов.

С 1825 г. наступает очередной этап в истории освоения Северного Кавказа. Указом 22 марта 1824 г. было вновь дозволено переселение государственных крестьян в окраинные многоземельные районы России. Право на переселение получили государственные крестьяне малоземельных губерний, в которых на ревизскую душу приходилось менее 5 десятин земли. Миграция разрешалась в губернии, где новоселы могли получить на каждую ревизскую душу от 8 до 15 десятин земли. Прибывшие освобождались от повинностей, включая и рекрутскую, и уплаты податей на три года. Это оживило темпы заселения Ставрополья.^[3]

В XIX - начале XX в. из Европы, включая Российскую империю, выехало 57635 тыс. человек. Основную массу эмигрантов дали Англия (почти 30%), Россия (17,6%), Италия (15,3%), Германия (10,2%), Австро-Венгрия (8,1%), Испания (7,6%), остальные европейские страны - чуть более 11 % общей численности эмигрантов. После реформ 1861 г. потребность в переселениях была велика в силу объективных причин: снижение урожайности на выделенных крестьянам землях, высокая арендная плата, высокая плотность населения на черноземных губерниях. С

В начале XX в. усиливается эмиграция из России за рубеж, в основном из западных губерний России. Одновременно с этим отмечается приток иностранцев в Россию, главным образом из Персии, Германии, Турции, Австро-Венгрии. Абсолютное большинство мигрантов (около 87%) общего числа выбыло в США. В это же время получает распространение незаконная эмиграция, которая по своим масштабам была более значительной, нежели официальная, и была вызвана в частности, сложностями, зачастую не разрешимыми, при получении документов на выезд за рубеж (паспорта, а для сезонных рабочих легитимационных карточек).

В 1904-1916 гг. иммиграция в Россию значительно сокращается в связи с ухудшением политической и экономической ситуаций, поражением в русско-японской войне и началом Первой мировой войны. В эти годы принимаются наиболее одиозные указы в отношении иностранцев. Так, в 1916 г. издается закон против «немецкого засилья», в развитие которого было подготовлено намеченное на апрель 1917 г. изгнание из Поволжья немцев, осуществлению чего помешало свержение монархии. Но это реализовал в 1941 г. И.Сталин, правда, с тем изменением, что выслал всех немцев не за пределы страны, а в казахстанские степи.^[4]

Первая мировая война и последовавшие за ней революционные потрясения практически разрушили упорядоченный процесс организованного переселения. В соответствии с законом о социализации земли, принятым в октябре 1917 г., миграционная политика изменилась коренным образом - если раньше значительная часть расходов по переселению оплачивалась самим переселенцем, то теперь все бремя расходов брало на себя государство.

С 1917г. политические и идеологические мотивы занимают главное место в миграционной политике, хотя в некоторые периоды, например нэпа, учитывался и экономический фактор. С введением нэпа открылись новые возможности освоения слабозаселенных земель. Уже тогда стало очевидно, что стихийно начавшимся миграциям необходимо придать организованный характер.

В 20-х годах начала формироваться система переселенческих льгот для отдельных местностей страны. В 1923 г. принят декрет «О льготах для командируемых на работы в. отдаленные местности РСФСР», под который подпадали не только временные служебные командировки, но и направления на постоянную работу. В соответствии с декретом и последующими правовыми актами 20-30-х годов были выделены отдаленные местности, в которых рабочим и служащим предоставлялись специфические льготы. К началу Великой Отечественной войны сформировалась сложная система льгот для работающих в районах Крайнего Севера и отдаленных местностях РСФСР.^[5]

В 30-х годах возникла государственная система организованного набора рабочих как форма перераспределения трудовых ресурсов между селом и городом. Индустриализация требовала большого притока рабочих в промышленность. В то же время деревня располагала огромным количеством свободных рук. Рабочую силу для городов европейской части страны в больших масштабах стали набирать в сельской местности, при этом село отдавало неквалифицированную рабочую силу. Все мероприятия по переселению носили характер жесткой плановости.

Репрессивные депортации приводили к массовым людским потерям. Так, из 79 тыс. депортированных карачаевцев погибло 27 тыс. человек. Депортации сопровождались упразднением национальных образований, изменением административно-территориального деления. Принудительные переселения продолжались и в послевоенный период. По некоторым расчетам, репрессивным, принудительным миграциям внутри страны в 30-50 годы подверглись около 6 млн. человек.

В послевоенные годы начался новый этап в проведении переселенческой политики. С одной стороны, потребовалась концентрация усилий масс трудящихся на восстановлении народного хозяйства, с другой - происходило освоение новых территорий, что диктовало усиление организационных мер. Однако мероприятия по мобилизации рабочей силы проводились отдельными ведомствами или отдельными предприятиями, что придавало им элемент неорганизованности.

К 60-м годам демографические ресурсы староосвоенных районов России истощались, и Северо-Западный и Центральный районы сами стали ощущать дефицит трудовых ресурсов. Вторая волна эмиграции (1939-1952 гг.) носила прежде всего принудительный характер, обусловленный Второй мировой войной, территориальными изменениями в составе СССР. По оценкам; из страны в этот период эмигрировало от 5,5 до 8 млн. человек. Из них: 2,5 млн. - поляки, 1,8 млн. — немцы, 424 тыс. — финны, 296 тыс. - японцы, 240 тыс. - прибалты. Численность не пожелавших или побоявшихся возвратиться в СССР из тех, кто был насильственно вывезен в Германию, и военнопленных в 1952 г. составила около 500 тыс. человек.^[6]

1953-1986 гг. - это годы третьей, так называемой «диссидентской» волны эмифации, относительно добровольной и меньшей по размерам — около 700 тыс. человек. Ее пик приходится на 70-е гг., когда возрастает эмиграция по израильской визе. С 1967 г. в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР выезжающие по этой визе автоматически лишались гражданства СССР.

Упрощение в конце 1986 г. процедуры выезда из страны, принятие в мае 1991 г. Закона о въезде и выезде из СССР, принятие 12 августа 1993 г. российского Закона о въезде и выезде вызвали новую эмиграционную волну, которая характеризуется резким подъемом числа выезжающих на постоянное место жительство за рубеж. За 1987-1994 гг. из России эмигрировали более 600 тыс. человек.

Таким образом, практика государственного регулирования миграционных процессов в России имела глубокие исторические корни и разработанную применительно к конкретным историческим и социально-экономическим условиям развития страны теоретическую базу. Однако методы регулирования миграции населения, используемые в условиях плановой социалистической экономики, административно-командной системы управления, с началом реформ оказались малоэффективными. Более того, в условиях перехода к рыночной экономике отдельные достижения предыдущих эпох (например, формирование постоянного населения в районах Крайнего Севера) превратились в острейшую проблему.

Глава 2 государственное управление миграционными процессами в северных регионах России

2.1 Социально - экономическая и демографическая характеристика регионов России в контексте миграционных потоков

Часть северных территорий России представляют четыре автономных округа: два автономных округа Тюменской области – Ханты-Мансийский АО - Югра и Ямало-Ненецкий, и два округа Красноярского края – Таймырский (Долгано-Ненецкий) и Эвенкийский. Два первых автономных округа благодаря активному развитию нефтедобывающей промышленности входят в число 16 регионов-доноров (из 89 регионов России), обеспечивающих значительную часть поступлений налогов, сборов и др. платежей в бюджет России в 2008 г. составляла 22,7%, а в федеральный бюджет – 32,3%; доля Ямало-Ненецкого АО была намного скромнее – 6,0% и 8,8%.

По уровню поступлений налоговых платежей в бюджетную систему России в расчете на душу населения Ханты-Манийский АО - Югра занимает первое, а Ямало-Ненецкий АО – третье место среди субъектов РФ. Таймырский (Долгано-Ненецкий) и Эвенкийский автономные округа – одни из наименее развитых в социально-экономическом отношении субъектов Российской Федерации. Это дотационные округа, в которых экономический кризис сказался на промышленном производстве сильнее, чем в других регионах России: в настоящее время здесь около 80% предприятий убыточны.^[7]

Сложившаяся демографическая ситуация и тенденции в ее развитии являются зеркалом процессов, происходивших в социально-экономической жизни этих двух групп автономных областей: Ханты-Мансийском АО - Югре и Ямало-Ненецком АО численность населения в пореформенный период постоянно увеличивалась, а в Таймырском (Долгано-Ненецком) и Эвенкийском автономных округах, наоборот, – постоянно сокращалась. За период с 1990 г. по 2007 г. общая численность населения Ханты-Мансийском АО - Югре увеличилась на 17%, Ямало-Ненецком АО – на 9%, в то время как в Таймырском (Долгано-Ненецком) АО она сократилась на 27%, а в Эвенкийском АО – на 30%.

Динамичное развитие экономики, особенно после 2000 г., обусловило высокий уровень жизни населения Ханты-Мансийского АО - Югра и Ямало-Ненецкого АО – в них самые высокие в России доходы населения: по среднедушевым денежным доходам в 2008 г. Ямало-Ненецкий автономный округ занимал третье место (37 тыс. руб. в месяц), а Ханты-Мансийский АО - Югра – пятое место (35 тыс. руб. в месяц) в Российской Федерации.

Следствием изменения масштабов и структуры миграционных потоков в пореформенный период в субъектах Сибирского Севера явилось изменение этнической структуры населения. В межпереписной период повсеместно выросла доля представителей коренных этносов и сократилась доля русских, украинцев, белорусов. Наименьшее сокращение доли русского населения наблюдалось в ХМАО - Югра и Ямало-Ненецком АО: в определенной степени можно сказать, что эта доля оставалась стабильной.

Однако в разные периоды эти два субъекта РФ то теряли русское население, то приобретали. Так, за счет внутренней миграции в период 1989-2004 г. в целом Ханты-Мансийский автономном округе - Югра приобрел русское население, хотя этот миграционный прирост русского населения составлял незначительную величину – менее 5 тыс. человек, в то время как Ямало-Ненецкий автономном округе в этот период потерял почти 10 тыс. человек.

В то же время, во всех автономных округах имелась потребность в рабочей силе. Так, в Ханты-Мансийском автономном округе - Югре заявленная потребность в 2008г. составляла 11,5 тыс. (примерно столько же, как в 2000г.), т.е. на одну заявленную вакансию приходилось 1,5 человека из численности незанятого населения. В Ямало-Ненецком автономном округе, наоборот, по сравнению с 2000 г. в 2008 г. заявленная потребность возросла с 2,9 тыс. до 6,4 тыс. человек, в результате чего численность незанятого населения на одну заявленную вакансию уменьшилась более чем в 2 раза (с 2,6 до 1,2 человек). Заявленная потребность в рабочей силе возросла в Эвенкийском АО – в 2,5 раза (с 142 до 356 человек) и только в Таймырском (Долгано-Ненецком) АО она сократилась – с 240 до 89 человек (в 2,7 раза).

Удовлетворение потребности в рабочей силе в этих регионах традиционно осуществляется за счет привлечения работников, как из других регионов России, так и из-за рубежа, главным образом из стран СНГ. В 2008г., как и в 2000г., среди прибывших мигрантов основную массу составляли лица в трудоспособном возрасте. Однако следует отметить, что в 2008 г. только в Ямало-Ненецком АО наблюдался миграционный прирост населения в трудоспособном возрасте, а в остальных округах наблюдалась миграционная убыль населения этого возраста. Основная причина приезда мигрантов в субъекты севера Сибири – работа. В последний период среди мигрантов, прибывающих в названные регионы, становится все больше одиноких мигрантов (их более 55% по этому региону). Это связано, прежде всего, с активным использованием вахтового метода. ^[8]