Файл: Общая характеристика оперативно-розыскных мероприятий (Актуальные проблемы проведения ОРМ).pdf
Добавлен: 22.05.2023
Просмотров: 295
Скачиваний: 3
Таким образом, указанные выше мероприятия имеют свои аналоги в уголовном процессе, а поэтому вряд ли будет правомерным вести речь о том, что используемые в них методы познания свойственны только сыскной деятельности. По нашему мнению, в данном случае происходит встречный процесс адаптации уголовным процессом некоторых разведывательных методов, которые перестают быть исключительно сыскными.
Третью группу ОРМ указанные авторы назвали разведывательными операциями и отнесли к ним оперативное внедрение и контролируемую поставку. Выделение этой группы осуществлено в отличие от первых двух, на наш взгляд, по совершенно иному критерию, что противоречит одному из основных логических правил деления. Упомянутые ОРМ вполне обоснованно можно отнести ко второй названной группе, поскольку они обладают, по нашему мнению, признаками, свойственными только сыску и не имеют своих аналогов в уголовном процессе. В то же время нельзя не согласиться, что по содержанию, продолжительности и степени сложности они существенно отличаются от всех других ОРМ, но для этого следует применить другие критерии классификации.[18.C.41]
Таким образом, предложенную Ю.Ф. Квашой [26.C.41] и К.В. Сурковым [42.C.5] классификацию можно трансформировать из трехзвенной в двухзвенную, положив в основу деления ОРМ используемые в них методы познания. К первой группе мероприятий, в основе которых лежат адаптированные сыском разведывательные методы, следует отнести шесть ОРМ: 1) опрос, 2) наведение справок, 3) сбор образцов для сравнительного исследования, 4) исследование предметов и документов, 5) отождествление личности, 6) обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств. Все остальные ОРМ мы относим ко второй группе мероприятий, основанных на разведывательных методах получения информации. Данная классификация позволяет изучить весьма существенные характеристики ОРМ, касающиеся природы используемых в них методов познания, а поэтому может применяться в теории ОРД.
Определенную познавательную ценность для исследования сущности ОРМ представляет предложение Д.В. Ривмана [38.C.87] о разделении всех мероприятий на две группы с позиции их тактической активности:
а) оперативно-поисковые (разведывательные), то есть основанные на максимально активной, направленной на обнаружение оперативной информации, опережающей действия субъектов оперативного интереса и обеспечивающие их пресечение;
б) разведывательно-контрольные, в основе которых, условно говоря, лежит тактика выжидания. К последней группе они отнесли контроль почтовых отправлений, прослушивание телефонных переговоров, снятие информации с технических каналов связи, контролируемую поставку и наблюдение.[38.C.60]
Достаточно внимания в своих исследованиях вопросам классификации ОРМ уделил А.Ю. Шумилов [49.C.22], который установленные законодателем четырнадцать ОРМ делит на три основные группы: действия, мероприятия и операции. Используя в качестве критерия такого деления уровень организации их проведения, к действиям он относит шесть наиболее простых по структуре мероприятий: опрос, наведение справок, сбор образцов для сравнительного исследования, наблюдение, отождествление личности, исследование предметов и документов. К мероприятиям, представляющим, по его мнению, совокупность отдельных оперативно-розыскных действий, относятся: проверочная закупка; обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспорта; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; прослушивание телефонных переговоров; снятие информации с технических каналов связи и оперативный эксперимент. К числу операций он относит контролируемую поставку и оперативное внедрение.[50.C.61]
В предложенной классификации речь идет, по сути, о разной степени сложности осуществления различных мероприятий. Условность такой классификации становится очевидной, если попытаться сравнить, например, длительное скрытое наблюдение, проводимое оперативно-поисковым подразделением, и кратковременное оперативное внедрение, осуществляемое оперативным работником уголовного розыска с использованием естественно сложившихся условий.
По степени сложности применяемых при этом организационно-тактических форм первое, по логике А.Ю. Шумилова [49.C.19], более правильным представляется отнести к операции, а второе — к действию. Несмотря на познавательное значение, предлагаемая классификация, на наш взгляд, вместе с тем вносит некоторую терминологическую путаницу в язык ОРД, поскольку то, что законодатель относит к классу мероприятий, предлагается называть действиями или операциями.
Более предпочтительной нам представляется классификация ОРМ, используемая в ведомственных нормативных актах МВД России, в которых допускается деление ОРМ на сложные и простые. При этом сложными называются мероприятия, предполагающие осуществление оперативных комбинаций, участие нескольких сотрудников оперативных подразделений, специалистов, граждан, в том числе содействующих на конфиденциальной основе.
При необходимости проведения таких ОРМ, как правило, разрабатываются планы, которые утверждаются соответствующими руководителями органов внутренних дел. К числу сложных можно отнести такие ОРМ, как контролируемая поставка, оперативный эксперимент, оперативное внедрение, скрытое или электронное наблюдение, контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, а также некоторые другие. [18.C.76]
В свою очередь, к простым можно отнести мероприятия, которые могут проводиться оперативным работником самостоятельно, без привлечения дополнительных сил и средств. Эта группа ОРМ будет включать в себя опросы граждан, наведение справок, отождествление личности, получение образцов для сравнительного исследования, поскольку они, как правило, проводятся самим оперативным работником. Однако при этом следует иметь в виду, что в отдельных случаях указанные мероприятия могут приобретать и весьма сложный характер. Несмотря на это, такая классификация может использоваться при характеристике ОРМ, так как позволяет более глубоко познать их организационные стороны.[35.C.7]
При рассмотрении классификаций ОРМ нельзя обойти вниманием попытку, предпринятую в этом направлении СИ. Захарцевым [19.C.51] в монографическом исследовании. Проведенный им анализ имеющихся в теории классификаций, безусловно, вносит свою лепту в исследование вопроса, однако предложения автора, на наш взгляд, весьма противоречивы и недостаточно аргументированы.
Так, выдвинув тезис о том, что «любое оперативно-розыскное мероприятие может при определенных обстоятельствах ограничивать права человека», автор далее в том же абзаце предлагает тем не менее делить все ОРМ на ограничивающие права человека и не ограничивающие такие права . Если исходить из того, что все ОРМ в той или иной степени ограничивают права граждан, то их деление по этому же признаку следует признать логически ошибочным.[49.C.51]
В результате своих рассуждений исследователь предлагает в зависимости от степени ограничения прав человека «подразделять мероприятия на не ограничивающие конституционные права человека и не требующие судебного разрешения и мероприятия, ограничивающие и требующие судебного разрешения» . Таким образом, здесь используются одновременно два признака деления, что идет вразрез с правилами логики, которые предписывают каждый шаг классификации проводить только по одному основанию .
Большое сомнение вызывает у нас предлагаемая указанным автором классификация ОРМ по признаку возможности использования их результатов в доказывании по уголовным делам. Упоминая такую классификацию, автор не приводит ни одного аргумента либо примера в ее пользу. В то же время ФЗ об ОРД [3] не устанавливает каких-либо ограничений на использование результатов ОРД в доказывании по уголовным делам. Возможность использования результатов ОРМ в доказывании зависит прежде всего от уголовно-процессуальных процедур, с помощью которых проверяется допустимость, относимость и достоверность представленной информации. [22.C.61]
Таким образом, результаты любого ОРМ теоретически могут использоваться в процессе доказывания, хотя на практике для этого во многих случаях могут возникать труднопреодолимые препятствия.
Автор, к сожалению, не иллюстрирует свою классификацию перечислением конкретных ОРМ, относящихся к тому или иному виду мероприятий, а поэтому изложенное воспринимается крайне неубедительно. Таким образом, предлагаемая СИ. Захарцевым [19.C.8] классификация ОРМ пока не позволяет глубже проникнуть в сущность исследуемого предмета, а поэтому не выполняет своей познавательной функции.
Более конструктивной и плодотворной видится нам попытка рассмотрения классификации ОРМ, предпринятая В.Г. Бобровым [13.C.6]. В известной среди специалистов работе он использовал три критерия классификации ОРМ: 1) продолжительность проведения; 2) форма проведения; 3) необходимость санкционирования.
В зависимости от продолжительности проведения ОРМ он предложил разделить их на разовые (опрос, наведение справок, сбор образцов для сравнительного исследования и т.д.) и длящиеся (контроль почтовых отправлений, прослушивание телефонных переговоров и т.д.) . Такая классификация позволяет, по нашему мнению, глубже понять организационно-тактические аспекты различных ОРМ. Вместе с этим мы полагаем целесообразным заменить термин «разовые» на более точный — «кратковременные», поскольку речь здесь идет о продолжительности, а не о эпизодичности мероприятия.
Весьма важное значение для понимания сущности ОРМ имеет деление ОРМ по признаку гласности проведения на мероприятия, проводимые как гласно, так и негласно, и на мероприятия, проводимые только негласно. Проведенное нами исследование показало, что такая классификация впервые упоминалась в комментарии к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» под редакцией П.Г. Пономарева , использовалась А.Ю. Шумиловым [49.C.71] , а затем получила развитие в комментарии к ФЗ об ОРД Омской академии МВД России и упомянутой работе В.Г. Боброва . Таким образом, рассматриваемую классификацию можно считать общепризнанной среди специалистов.
Вместе с тем обращает на себя внимание отсутствие единства в отнесении конкретных мероприятий к тому или иному их виду. Так, в комментарии к ФЗ об ОРД Омской академии МВД России к группе мероприятий, которые могут проводиться как гласно, так и негласно, отнесены: опрос, наведение справок, сбор образцов для сравнительного исследования, исследование предметов и документов, наблюдение, отождествление личности, обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, а ко второй группе — все остальные ОРМ. В то же время В.Г. Бобров[12.C.61] к первой группе ОРМ относит также проверочную закупку, не приводя, к сожалению, аргументов по данному поводу, в связи с чем нам трудно судить об обоснованности такого дополнения.
Различные подходы при отнесении ОРМ к той или иной группе свидетельствуют об отсутствии четких критериев разграничения гласной и негласной форм проведения ОРМ. Под гласной формой, на наш взгляд, следует понимать такие действия сотрудников оперативно-розыскных служб, факт осуществления которых не скрывается от проверяемых лиц и окружающих. Например, оперативный сотрудник может предложить проверяемому лицу добровольно представить образцы для сравнительного исследования (отпечатки пальцев рук, волосы, запах и т.д.). В то же время при гласном проведении ОРМ может зашифровываться (скрываться) их истинная цель. Так, для получения образцов почерка проверяемого лица оперативный работник может попросить его написать собственноручное объяснение по какому-либо отвлеченному факту.[33.C.7]
Негласная форма проведения ОРМ предполагает прежде всего сокрытие от заинтересованных объектов (проверяемых, разрабатываемых, их близких связей) факта установления за ними оперативно-розыскного контроля. Например, скрытое наблюдение может проводиться только втайне от наблюдаемых лиц. Кроме того, к негласной форме проведения ОРМ можно отнести такие действия, при которых от окружающих и проверяемых лиц скрывается принадлежность к правоохранительным органам осуществляющих их субъектов.[48.C.71]
Таким способом достигается негласность мероприятия, поскольку проверяемое лицо в этом случае также не осознает факта сбора о нем информации оперативно-розыскными службами. Так, если обследование помещения проводится под легендой противопожарного обследования, то его в полной мере можно признать негласным обследованием. Таким образом, основным признаком негласности ОРМ следует считать их неизвестность заинтересованным лицам на момент проведения. Отсюда мы полагаем не вполне обоснованным наблюдение и проверочную закупку относить к группе ОРМ, которые могут проводиться как гласно, так и негласно, поскольку основным условием их результативности будет выступать неосведомленность заинтересованных лиц на время их проведения.
Выводы:
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что описанные выше классификации ОРМ составляют определенную систему, включающую в себя их деление по следующим классификационным признакам: 1) по субъекту проведения, 2) по используемым методам познания, 3) по тактической активности, 4) по уровню организации, 5) по продолжительности проведения, 6) по форме проведения, 7) по необходимости санкционирования.